Baby

Когда 24 апреля 1967 года с конвейера завода General Motors в Дженсвиле сошла новенька черная Chevrolet Impala, никому до нее не было дела. Неудивительно, ведь три дня назад отгремел эпохальный праздник по поводу выпуска стомиллионного автомобиля — синего двухдверного Caprice, вице-губернатор и тот до сих пор пытался оклематься от грандиозной гулянки. Так и вышло, что рождение Малышки, которая стала важнейшим объектом Вселенной, прошло незамеченным. Да и разве мог тогда кто-то подумать, что десятилетия спустя она сыграет решающую роль в спасении мира? Не знал об этом и ее первый владелец — алкоголик Сэл Мориарти, имевший двух жен и тромбы в артериях. По выходным он разъезжал на Детке (у которой тогда не было никакого имени вовсе) по окрестностям, раздавая библии беднякам. Готовил их к судному дню. Сэм и Дин, узнай они об этом, смеялись бы до колик. Но после, когда они заполучили машину, не осталось никого, кто бы мог им рассказать. Кроме Чака, наверное. Но тот вообще, как известно, предпочитал темнить и держать язык за зубами. Но обо всем по порядку. После смерти Сэла Impala попала на ярмарку подержанных авто в Лоуренсе. Там её и купил юный морпех после небольшого дружеского совета. Именно там и тогда началась эта история. * Сама Детка никогда не смогла бы забыть тот знойный день на площадке Rainbow Motors, когда от невыносимо палящих лучей раскалился капот и шины щипало плавящимся асфальтом. Покупатели, присматривающие себе нового железного друга, текли мимо пересыхающим от жары ручейком. Ни один не задерживался возле Шеви надолго, скользил равнодушным взглядом по начищенным дискам и острым граням капота. Парень, в гражданском (она поняла как-то сразу — бывший военный), крутился поодаль у громоздкого неказистого фургона и даже успел сговориться с агентом по продажам о скидке. Тот радостно ускакал в прохладу офиса оформлять документы, а Шеви приготовилась подремать, почти смирившись, что тут и доживет свой век, потихоньку ржавея... — Хэй, Детка, вот это встреча! Ты посмотри на себя, какая красотка! Не могу поверить глазам. Ты знаешь, что и через сорок лет все так же прекрасна? — она моргнула фарами, просыпаясь от восхищения в голосе, полного неприкрытого обожания. Красавчик, появившийся ниоткуда, ласково гладил ее по капоту и так смотрел... Как будто она — самое совершенно творение в мире. Как будто он знал ее всю свою жизнь, как будто и дышать без нее не сумел бы. Что говорить... Бесспорно, это была любовь с первого взгляда. — Тебе не это нужно, — через пару секунд сообщил красавчик крутившемуся у блёклого фургона морпеху. Он оперся своей потрясающей задницей о капот, и Детка, обычно не терпевшая чужаков, совершенно не возражала. Морпех удивился, но незнакомец выдал что-то про кофе и добрый совет, включив на полную свое обаяние. — Вот, что тебе нужно, — похлопал ладонью. Странно, пальцы-то о раскаленное железо как не обжег. — Сечешь в машинах? — Ага, отец научил меня всему. Вот это и правда классная машина, — он поднял крышку капота, и Детка почти заурчала. — 3,2 литра, шесть цилиндров, 275 лошадок. Просто мечта, а не машина. — Да, приятель. Ты прав, — выдохнул тот, что почти уже выложил денежки за дурацкий фургон. Она могла бы поклясться, что в светлых глазах разглядела мерцающие искры-сердечки. — Тогда зачем тебе вон тот хлам? Бери эту, не пожалеешь. Она и через сорок лет будет бегать, — продолжал свою атаку красавчик. — Джон Винчестер, — представился парню впечатленный морпех и протянул руку. — Дин... Ван Хален, — проговорил тот с короткой заминкой, отвечая крепким пожатием. Откуда-то Детка и в этот раз поняла — красавчик сейчас Джону врет. Ну или не говорит почему-то всей правды. После она с грустью смотрела в спину уходящего Дина, мечтая принадлежать ему одному и переживая, почему он сосватал ее непонятно кому. Должно быть, у самого на покупку машины не было денег... Но хорошо хоть не смог пройти мимо и пристроил хоть в какой-то там дом, не позволив ей закончить свой век на свалке металлолома. Впрочем, Джон Винчестер — новый хозяин — свою Шеви холил и лелеял. Его подруга Мэри, которая вскоре стала женой, сначала удивлялась нежданной покупке, но после, видя, как рад ее парень, махнула рукой. Чем бы мальчишки ни тешились, лишь бы были довольны. Шеви тоже не приходилось грустить. Лишь иногда она тихонько вздыхала, вспоминая зеленые, как лужайка у дома Винчестеров, глаза и озорные брызги веснушек на щеках и носу. * Только спустя годы она поняла весь смысл случившегося тогда на ярмарке подержанных тачек. Сначала, когда в январе 1979 года Джон забирал жену с крохотным верещащим свертком в голубеньком одеяльце из местной больницы, это было скорее предчувствием. Неясным ощущением, едва не закоротившим проводку и от неожиданности врубившим приемник на всю катушку. Малыш — только-только появившийся на свет человечек, орал, молотя воздух крошечными кулачками и заходясь неистовым плачем. Конечно же, он не умел еще говорить. Шеви помнила — у людей это происходит не сразу. Он кричал... Может быть, в маленьком организме разладилось что-то, или ему требовалась заправка, чтобы продолжить работу — датчиков с показателями Шеви не разглядела. Возможно, это включился предупреждающий сигнал, как на суперновомодных машинах... Он кричал, и от его крика у Шеви мурашки пошли по капоту. Она еще до конца не смогла сложить в своих цилиндрах целиком всю картину. Но даже в этом горестном вопле узнала его. Того, кто покорил ее с первого взгляда. — Дин, маленький, ну чего так кричишь? Джон, сбавь чуть-чуть скорость, кажется, наш крепыш снова голодный, — сказала с улыбкой усталая Мэри, удобнее устраивая сверток в руках. Детка, не дожидаясь команды водителя, послушно поехала тише, не забывая объезжать выбоины и кочки, которые тот почему-то не видел. Кажется, и он волновался. Впрочем, Джон Дина как раз не узнал... Она вновь была готова поклясться. — Ты же его перед отъездом кормила. Вырастет настоящим супергероем, — хохотнул он. Дин Винчестер, присосавшись к бутылочке, довольно зачмокал. Детка, счастливо урча, везла семью к их уютному дому.