Даже смерть не разлучит нас.

Поворот на 360°, и Феликс медленно плетётся домой, словно ещё чуть-чуть, и он раствориться в воздухе, возможно лучше было именно так. «лучше бы прямо сейчас действительно раствориться» — странная мысль посещает голову Ёнбока. Он хотел бы умереть от туберкулёза в объятиях Хёнджина, но он был бы эгоистом, если бы хотел бы этого на все 100%, ведь старшему может быть смертельно больно смотреть на то, как умирает действительно дорогой ему человек. Феликс всё ещё не сказал об этом Хвану и не собирается. Чуть меньше года назад он узнал о своей болезни. Ему было плохо около месяца, постоянный жар, непрекращающийся кашль, он начал терять вес, после чего около полугода всё было более менее в норме, но конечной точкой стало то, когда за семейным ужином, снова случился приступ кашля, но в этот раз вместе с кровью... Родители перепугались ещё сильнее и сразу же вызвали скорую помощь, после чего им сказали сдать анализы и пойти к специалистам. Когда все вышеперечисленные махинации были выполнены, им сказали, что у их сына туберкулёз лёгких, активная форма. Было назначено лечение, которое просто облегчало протекания болезни, но у его семьи не было таких денег, чтобы попытаться полностью вылечить своего сына. Они винили себя за это. За то, что они могут только облегчить период наступающей смерти, не более. Родители старались дать сыну всё, чтобы его жизнь была как можно счастливие. Они не сказали Феликсу о том, что он не успеет пойти в университет, не успеет завести семью, но Ёнбок не глупый мальчик, он понимал, что в ближайшее пару лет он умрёт, он старался не думать об этом и продолжать жить как раньше, но только ночью в его голову лезли разные мысли о том, что его ждёт после смерти, оставалось только ждать. Он не хотел оставлять своего любимого Джинни, ведь очень его любил. Он и не сказал о том, что его может не стать, ведь он не хочет видеть горькие слёзы на лице старшего. Он хочет видеть на нём улыбку, яркую как луна в ночном небе и радостные глаза, которые блестят как самые большие звёздочки. Он хочет обнимать его вечность, вечность чувствовать тепло его тела и запах клубники, который принадлежит только Хёнджину. Ведь он так сильно любит... *** Хёнджин вернулся домой, оставил нежный поцелуй на маменой щеке, что мирно уснула на диване возле шумевшего маленького телевизора. Хван принял душ, после чего улёгся в приятно пахнущую кровать с мокрыми волосами, что так любил трогать Феликс и стал рассматривать новый подарок, тот самый милый брелочек с hello kitty, цепочка которого забавно шумела в руках корейца. «Так мило» — подумал Хван, слегка улыбнувшись. Положил брелок на столик рядом с кроватью, который был заставлен разнообразным хламом. После того как он дорисовал портрет Феликса, начатый ещё в парке, он сделал пару глотков чистый воды, что разлилась холодной струйкой по горлу, даря приятное прохладу. Хёнджин лёг спать, под мягкое одеяло и принялся обдумать сегодняшний день, милого Ёнбока и то, что он готов дарить ему всю свою любовь — вечно. Стал обдумать как проведёт следущий день в компании с младшим. Феликс по возвращению домой, сказал матери о том, что он плохо себя чувствует. Он чувствовал смерть. Чувствовал, что вовсе не удивиться, если не доживёт до утра. Начал думать о старшем, о том как любит его, то как рад, что сегодня он посвятил время именно ему, а не семье, как наверное должен был. Он подошёл к маме и крепко обнял её. — я люблю тебя, мама... —прошептал ей на ухо Феликс, после почувствовал поцелуи в свою макушку и мамины родные руки, что гладили его спину. Младший отстранился и пошёл в свою самую дальнюю комнату. В ней было темно, но из большого окна светила белая луна, что освещала половину комнаты, Ли не стал есть или приступать к домашнему заданию, которое он должен был сделать пару часов назад, единственное о чём он думал, так это о Хёнджине. О его приятном запахе, об его голосе из-за, которого можно было ощутить порхающих бабочек внизу живота и мягкие такие же светлые, как и у Феликса волосы. После размышлений, Ли провалился в глубокий со , который оказался его последним. Он больше не проснулся. Мама заходила в комнату сына, так как он так и не вышел от туда, ведь до школы оставалось около двадцати минут, в это время он обычно уже должен был выходить. Мать подумала, что он просто проспал, поэтому зашла в его комнату, чтобы разбудить. Феликс лежал на кровати не дыша, на полу и на одеяле было немного крови, скорее всего снова был приступ. Она начала плакать и набирать скорую дрожащими руками, хоть и понимала, что уже поздно, и её дорогой сынок больше никогда не проснётся. После она позвонила мужу, который обещал приехать как можно скорее и... Хёнджину... Хван уже выходил из старого подъезда, вдруг увидел возле лавочки маленького котёнка, которой дрожал от не утихаймого страха. Он подошёл к нему, начиная гладить маленькую мордочку и неокрепшию спинку. Вдруг он почувствовал вибрацию мобильника в кармане. На тёмном экране он увидел имя матери Феликса, Хёнджин не знал причину её звонка. — да? — сказал Хван в динамик. — Хёнджин! Хёнджини... Феликс... —она не могла нормально сформировать, то что так сильно хотела сказать. — тихо-тихо, успокойтесь, что с Феликсом? — он... Хёнджин.... Феликса больше нет.... — Хван сбросил трубку. Он стоял в ошеломлении, не понимая как это может быть правдой. Он хотел верить, что это просто кошмар, и скоро он проснётся пойдет в школу и будет весь день с его малышом Ликси... Но это не так. Это всё жестокая реальность. *** Хван не смог прийти на похороны, он не хотел видеть как гроб с его Ликси опускают в глубь большой тёмной ямы вырытой в земле. Он несколько раз в неделю приходил к могиле и разговаривал с фотографией на надгробной плите. Он больше не плачет, чувство будто все слёзы закончились, сил плакать больше нет. В это время Хван начал задумываться о смерти, но он не настолько смел, чтобы сделать это. Люди говорят, что время лечит, но Хёнджин понял, что всё это лишь ложь для самоуспокоения человеческих чувств, он знал, что никогда не забудет, его Феликс всегда будет жить в его сердце, и сам Хёнджин никогда его от туда не выпустит.