Человеческая природа

      — Ложись!       На предельной скорости Роза влетела в дверь ТАРДИС, едва удержавшись от того, чтобы не врезаться лицом в решётку. Она вздрогнула, когда Доктор рухнул ей на ноги. Долю секунды спустя Джек бросился через порог ТАРДИС и споткнулся о Доктора, едва избежав зелёного заряда, который пронёсся над ними и ударил в консоль, разбрасывая повсюду искры.       — Дверь, дверь!       Джек скатился с Доктора и бросился закрывать дверь, но как только она закрылась, с другой стороны раздался приглушенный взрыв.       Доктор рывком поставил Розу на ноги, схватил её за плечи и встряхнул.       — Они тебя видели? — спросил он.       — Не знаю…       — Они тебя видели?!       — Нет! — выдохнула она.       Отпустив её, Доктор резко повернулся к Джеку.       — Они тебя?..       — Нет! — выпалил в ответ Джек, опираясь на колени. Его грудь тяжело вздымалась.       Плечи Повелителя Времени расслабились, и он вздохнул с облегчением.       — Хорошо, хорошо, мы уходим… — он в бешенстве бросился к консоли, и ТАРДИС дематериализовалась. Затем раздался пронзительный звуковой сигнал, и Доктор поднёс монитор к лицу, издав стон разочарования. — Они преследуют нас!       — У одного из них был вихревой манипулятор! — вспомнил Джек, выпрямляясь.       — Они могут последовать за нами, куда бы мы ни пошли, по всей вселенной, — Доктор провёл рукой по волосам, всё ещё не отрывая взгляда от монитора. — Они никогда не остановятся… Если только…       — Доктор, что это были за твари? — спросила Роза. В глазах Доктора было редкое выражение ужаса, и одно только то, что он был в ужасе, приводило её в ужас.       — Охотники, — затараторил Доктор, всё ещё взъерошивая волосы. — Похожие на гельтов. Газообразные существа. Обычно они мирные — охотники за головами, поисково-спасательные службы, — но эти особенные, Семья Крови, они в некотором роде вне закона. Они ищут существ с большой продолжительностью жизни.       — Таких, как ты с Джеком?       — Не Джек, — быстро сказал Доктор, поднимая одну из панелей пола и опускаясь в хранилище внизу. — Они не могут ничего сказать о Джеке, потому что от него пахнет человеком. Но я Повелитель Времени… ну, я уникален, — он поставил большой сундук на пол консольной комнаты и выбрался наружу. — Они могут выследить меня во всём времени и пространстве.       — Но зачем? — спросил Джек.       Доктор порылся в сундуке, пока не нашёл серебряные часы с брелоком.       — Чтобы они могли съесть меня и жить за счёт энергии регенерации в течение столетий, которую они потратят, распространяя разрушение по всей вселенной. Роза, подержи их, — он вложил часы ей в руку.       — Что это? — спросила девушка, обводя круги на часах большим пальцем.       — Просто… кое-что, — рассеянно сказал Доктор, закрывая сундук и пинком задвигая его обратно под пол. — Не потеряй их.       — Подожди, — сказал Джек. — Если эта семья охотится за тобой, что нам прикажешь делать?       Доктор начал лихорадочно нажимать кнопки на консоли.       — Они учуяли мой запах, но не видели меня. И у них очень короткая продолжительность жизни… самое большее три месяца. Поэтому мы спрячемся.       — Где во всём времени и пространстве мы должны спрятаться?!       — Ну, в этом-то и проблема, не так ли? — сказал Доктор, поворачивая ручку. — Я не могу спрятаться. Вот почему я должен перестать быть Повелителем Времени, — он посмотрел на потолок ТАРДИС, с которого спускалось что-то вроде шлема.       — Доктор, почему я держу в руках эти часы? — спросила Роза. Её голос достиг почти истерического тона.       Повелитель Времени нервно переводил взгляд со своего хитроумного устройства на Розу и обратно, погруженный в свои мысли.       — Столько раз я думал о том, чтобы рассказать тебе… Всё произошло совсем не так, как я думал… Что ж, — он сглотнул и схватил устройство. — Это арка-хамелеон. Я собираюсь стать человеком.       — Что?! — в один голос воскликнули Роза и Джек, уставившись на него, разинув рты.       — Я собираюсь переписать каждую клетку своего тела на человеческую.       — Переписать каждую клетку? — спросила Роза, близкая к истерике. — Как регенерация? Ты собираешься умереть?!       — Нет! Да! Как бы… Я всё равно буду так выглядеть, а человеческая часть лишь на время. Открой часы, и я тут же изменюсь обратно… если ты этого захочешь.       Это Розу ничуть не успокоило.       — Почему я не должна хотеть, чтобы ты изменился обратно?!       Доктор снова перевёл взгляд с арки-хамелеон на Розу.       — Я не знаю… Просто… Послушай, всё, что есть во мне от Повелителя Времени, войдёт в эти часы. Эти часы — это я, ясно? Так что не потеряй их, — он снова повернулся к пульту управления и нажал что-то, казалось бы, наугад. — ТАРДИС обо всём позаботится. Придумает биографию, найдёт время и место и интегрирует меня. С вами не получится… вам просто придётся импровизировать. У меня должно быть достаточно остаточной памяти, чтобы впустить вас. Понятия не имею, где мы в конечном итоге окажемся. И, Джек… Никаких смертей. Никаких травм. Вообще не страдай.       — Как будто я прям горю желанием, Док, — Джек раздражённо скрестил руки на груди.       — Я знаю, просто… — Доктор глубоко вздохнул и остановился, взглянув на него. — От тебя пахнет человеком, но если они когда-нибудь поймут, что ты бессмертен, они ни перед чем не остановятся, чтобы поймать тебя. Ты сливаешься с остальными людьми, но, если ты вернёшься из мёртвых и мгновенно залечишь смертельные раны, тебя сразу заметят. И если они вместо этого решат выследить тебя, я не смогу тебя спрятать. Так что я приказываю тебе, никакого геройства. Живи спокойной жизнью в течение трёх месяцев, понял?       Джек кивнул, но вид у него был разъярённый.       — Значит, мы все должны просто осесть где-нибудь и притворяться нормальными в течение трёх месяцев? — спросил капитан.       — Таков наш план, — Доктор взмахнул звуковой отвёрткой над аркой. — Роза, часы.       Прикусив губу, Роза протянула ему часы, и Повелитель Времени вставил их в арку-хамелеон и нажал несколько кнопок на шлеме.       — С тобой… — Роза сделала глубокий вдох. — С тобой всё будет в порядке?       — Конечно, — ответил мужчина, уставившись на арку. Его взгляд то и дело скользил по шлему, словно опасаясь, что он может напасть на него. — Человеческая часть лишь временна, как я уже сказал. Три месяца. Просто береги часы.       — Но переписывать свои клетки… разве это не больно?       — О, да. Больно, — Доктор оторвал взгляд от арки-хамелеон. — Вам не стоит смотреть. Вы можете пойти в гардеробную. Уверен, ТАРДИС приготовила кое-какие сумки.       — Я не оставлю тебя, — покачала головой Роза.       — Мы заберём их после, — решил Джек.       Доктор одарил их грустной улыбкой.       — Так и думал, что вы не уйдёте. Мне жаль. Очень, очень жаль, — он выпрямился. — Верно. Возьми это, — он вытащил из кармана звуковую отвёртку и психобумагу и протянул их Джеку. — Я, вероятно, даже не узнаю, что это такое.       — Что именно ты будешь знать? — спросила Роза.       — Понятия не имею, — пожал плечами Доктор. — Никогда раньше этого не делал, — он снова посмотрел на арку хамелеона. — Полагаю, всё, что мог бы знать нормальный человек, в какое бы время мы ни приземлились, — мужчина сделал ещё один глубокий вдох, возвращаясь к деловому тону. — Ладно, итак, не беспокойтесь о ТАРДИС, она будет на аварийном питании. Просто пусть она спрячется подальше. Не позволяйте мне причинять кому-либо боль, пока я человек. Не думаю, что я это сделаю, но вы знаете, каковы люди…       — Эй, — слабо запротестовала Роза.       — Не позволяйте мне бросить никого из вас, — продолжал Доктор.       — А ты попытаешься? — спросил Джек.       — Не совсем уверен. Откройте часы только в том случае, если истекут три месяца или мы окажемся в ужасной опасности. Или… если они найдут нас.       Роза кивнула. Её мозг работал с головокружительной скоростью.       — Что-нибудь… что-нибудь ещё? — спросила она наконец.       — Э-э… Не давайте мне есть груши? Не хотелось бы проснуться, перестав быть человеком, и обнаружить, что я сделал что-то глупое, например, съел грушу, — он скорчил гримасу, словно надеясь разрядить напряжение, охватившее консольную комнату, но ни один из его друзей даже не улыбнулся. Доктор повернулся и схватил арку. — Достань часы, когда… когда всё закончится. На них установлен фильтр восприятия, так что я, человек, их даже не замечу. Просто… храни их в целости и сохранности. И закрытыми. Если, конечно, не возникнет чрезвычайная ситуация или что-то в этом роде, — мужчина провёл большим пальцем по изгибу арки. — Что ж, полагаю, больше откладывать нельзя, — он перевёл взгляд со шлема на Розу. — Я люблю тебя, Роза.       — Я тоже тебя люблю, — дрожащим голосом ответила она. Его слова отнюдь не успокоили её, а только ещё больше скрутили пустоту в животе. Она обнаружила, что единственными моментами, когда Доктор произносил эту страшную фразу, были те, когда он не видел ничего, кроме гибели за горизонтом.       — Я просто хочу, чтобы ты знала это, прежде чем я… Что ж, — Доктор повернулся к Джеку. — Капитан, будь осторожен. И спасибо.       — Увидимся в аду, — сказал Джек, обнимая Розу за плечи и притягивая её к себе.       Доктор кивнул.       — Увидимся, — он натянул на голову арку-хамелеон и слабо улыбнулся своим друзьям. — Поехали.       Он щёлкнул выключателем и издал ужасный, мучительный крик.       Джек почувствовал, как Роза дёрнулась в его объятиях, и вцепился в неё мёртвой хваткой, чтобы удержаться от того, чтобы не сорвать эту хрень с головы Доктора, как и Роза. Повелитель Времени дёргался и корчился, крича так, словно его сжигали в огне… что, если учесть, что каждая клетка его тела переписывалась заново, вероятно, было не далеко от истины.       Роза всхлипнула и уткнулась лицом в грудь Джека, чтобы не видеть его мучений. Джек тоже закрыл глаза, не в силах заглушить ужасный крик, немного покачивая девушку взад-вперёд. Слова «всё в порядке» один раз слетели с его губ, но даже для него они прозвучали неубедительно. Не говоря уже о том, что их было трудно расслышать из-за криков Доктора.       Проходили минуты, Доктор кричал и хватался за что-то, а потом, наконец, остановился.       Роза, дрожа, отстранилась от Джека.       — Доктор?       Мужчина ещё секунду тупо смотрел перед собой, прежде чем его глаза закатились, а колени подогнулись под ним. Арка-хамелеон соскользнула, раскачиваясь над ним маятником. ТАРДИС приземлилась с толчком, и её огни погасли, оставив лишь слабое зелёное свечение, исходящее от консоли.       — Аварийное питание, — заметил Джек, когда они с Розой бросились к мужчине на полу, и прижал руки по обе стороны от груди Доктора. — Бьётся только одно сердце.       — Ну, теперь у него оно только одно, — ответила Роза, вытирая слезы с лица тыльной стороной ладони. Она сняла часы со шлема и снова провела по ним большим пальцем. Часы казались тяжелее и теплее.       Джек осторожно просунул руки под колени и спину Доктора и поднял его.       — Давай посмотрим, где мы находимся, — сказал капитан.       Открыв дверь, Роза бросила на улицу один взгляд и горько рассмеялась.       — Куда угодно во времени и пространстве, а в конечном итоге мы оказались в поместье Пауэлл.

***

      — Что он натворил на этот раз? — спросила Джеки, увидев на пороге своего дома Доктора без сознания на руках у Джека. Её лицо смягчилось, когда она посмотрела на залитое слезами лицо дочери. — Милая, что случилось?       Джек положил Доктора на диван.       — У тебя есть какой-нибудь фонарик, Джеки? — спросил он у женщины.       — На кухне, — махнула она рукой в сторону кухни. — Я пока приготовлю чай.       Джеки пошла на кухню, а Джек вернулся в ТАРДИС с фонариком в руке, чтобы принести сумки с одеждой, оставив Розу на диване с Доктором. Его голова лежала у неё на коленях.       Роза не могла заставить себя что-либо сказать, запустив пальцы в его волосы и пристально глядя ему в лицо. Он потеплел. И выглядел каким-то образом моложе. Беззаботнее. Не таким похожим на Доктора, как обычно.       Вскоре Джек вернулся с сумками, а Джеки — с чаем.       — Немного похоже на Рождество, не так ли? — тихо сказала она, протягивая Розе её чай. — Ты собираешься рассказать мне, что произошло, милая? Почему он без сознания? Его лицо такое же.       Роза рассказала ей всё, пока они одевали Доктора в пижаму из сумок, которые Джек достал из ТАРДИС.       — Хочешь сказать, он будет таким в течение трёх месяцев? — спросила Джеки, когда они укладывали его в постель.       — Он сказал, что ТАРДИС сочинит ему историю жизни или что-то в этом роде, — кивнула Роза, придвигая стул к кровати. — Возможно, он даже не вспомнит нас.       Джек просунул голову внутрь комнаты.       — Я положил его костюм обратно в ТАРДИС. Он хоть пошевелился?       — Даже не пискун, бедняжка, — сказала Джеки, качая на него головой.       Но в этот момент Доктор застонал. Роза, Джек и Джеки придвинулись поближе, когда он открыл глаза и заморгал.       — Роза? Джек? Джеки? — растерянно произнёс он. — Зачем вы столпились у моей постели?       Все трое посмотрели друг на друга.       — Что ты помнишь? — неуверенно спросила Роза.       Нос Доктора-человека сморщился.       — Ну… мы прибирались после ужина? И… — его глаза расширились. — Я ударился головой.       — Ага, — быстро сказал Джек. — Грохнулся головой о шкаф и сразу же отключился.       — И вы не отвезли меня в больницу? — возмущённо спросил мужчина.       — Мы как раз говорили об этом, — сказала Джеки, поправляя одеяла. — Но ты проснулся, так что нужда отпала.       Доктор-человек на мгновение задумался.       — Ну, предположим, ты права. И я чувствую себя прекрасно. Блестяще даже, — он сбросил с себя одеяло и потянулся, зевая. — Но, чёрт возьми, вы все решили просто пялиться на меня, пока я сплю? То есть, Роза, я не возражаю против тебя, но как бы сильно я ни любил твою семью, разве ты не согласна, что немного тревожно, когда твоя тёща и шурин наблюдают за тем, как ты спишь?       Джек и Джеки оба вздрогнули.       — Тёща?       — Шурин?       — Мы волновались, Док… — Роза быстро оборвала себя. Не могла же она теперь называть его Доктором, не так ли?       Как, по его мнению, его вообще зовут? Не может же она просто спросить его…       — Ладно… ну, теперь всё хорошо, — весело сказал Доктор-человек. — Свежий, как огурчик, в безопасности, как дома. Свежий воздух мне бы не помешал. Роза, не хочешь прогуляться?       Роза и Джек бросили друг на друга быстрый взгляд.       — Конечно, — сказала Роза, нацепив фальшивую улыбку. — Алонзи.       — Это по-французски? — приподнял бровь Доктор-человек.       — Ага, — её плечи поникли.       Доктор-человек потянулся к сумке с одеждой, в которой лежала пижама, и вытащил какие-то джинсы. Он, казалось, не заметил, что сумка внутри была больше, поскольку продолжал вытаскивать бумажник, мобильный телефон, футболку и пару кроссовок.       — Когда ты успела выучить французский? Так, стоп, — он повернулся и увидел, что Джек и Джеки всё ещё смотрят на него. — Вы хотите ещё и посмотреть, как я одеваюсь? Потому что, извините, но здесь… именно здесь я провожу черту. Это просто жутко. Не возражаете?       — Прости, — автоматом ответил Джек. Он схватил Джеки за руку и вывел её за дверь, многозначительно посмотрев на Розу. — Наслаждайтесь прогулкой, — с этими словами он закрыл дверь, оставив Розу наедине с мужем, имени которого она даже не знала.       — Это было грубо? — удивился Доктор-человек, снимая пижаму. — Потому что я хочу поладить с ними, Роза, правда, хочу. И со стороны Джеки было приятно позволить нам остаться здесь до начала действия нашего контракта.       — Контракта? — безучастно произнесла Роза.       — Квартиры, Роза! — объяснил Доктор-человек, натягивая джинсы. — Нашей квартиры. Той, в которую мы переезжаем завтра?       Роза уставилась на него, разинув рот, прежде чем прийти в себя и кивнуть.       — Точно, да. Наша квартира.       — Ты в порядке, Роза? — спросил её муж, склонив голову набок и посмотрев на неё. — Ты ужасно молчалива. О чём думаешь?       — О, эм… о прошлой неделе? — замялась девушка, подыскивая какой-нибудь комментарий о новой предыстории Доктора.       — Ах, да, — улыбнулся ей Доктор-человек. — Где тебе больше всего понравилось?       — Ты первый, — высунула язык Роза.       — О, везде было фантастически, — с удовольствием сказал мужчина, натягивая футболку. — Я думаю, что больше всего мне понравилось в отеле… или в той фотобудке… или в четвёртый раз в отеле… или в той маленькой закрытой комнате в Эмпайр Стейт билдинг, когда мы бросили нашу туристическую группу.       Потрясённая, Роза забормотала.       — О, да, определённо, — она едва не захихикала — вся эта ситуация была абсурдной, — но прикрыла рот рукой, чтобы заглушить звук.       — Помнишь выражение лица того офицера, когда он поймал нас? — рассмеялся Доктор-человек, зашнуровывая свои кроссовки. — Серьёзно! Не нужно было нас арестовывать… Я когда-нибудь извинялся за то, что заставил нас провести часть нашего медового месяца в тюрьме?       Розе хотелось плакать и истерически смеяться, и она ограничилась тем, что изобразила на лице улыбку, которая не могла полностью коснуться её глаз.       — По-другому бы и не получилось.       Закончив завязывать шнурки, Доктор-человек встал, слегка поклонился и протянул руку.       — Джон Тайлер, готовый сопровождать прелестную Розу на её прогулке.       Роза взяла его за руку и выдавила из себя ещё одну улыбку. Его рука показалась ей до боли знакомой, и она с болью напомнила себе, что это не Доктор.       — После вас.

***

      Когда они вернулись с прогулки, Джон побрёл в душ, а Роза встретилась с Джеком и своей матерью на кухне.       — И? — спросил Джек, протягивая ей чашку чая и наклоняясь вперёд.       — Он думает, что он Джон Тайлер. — вяло сообщила Роза. — И, по-видимому, мы с ним только что закончили наш медовый месяц в Нью-Йорке. Завтра утром мы переезжаем в квартиру, а послезавтра он приступает к своей новой работе.       — У него есть работа?       — У него есть квартира?       — Полагаю, в этом есть смысл, — пожала плечами Роза. — Доктору никогда не нравилась ипотека.       — И где же он работает? — спросила Джеки, делая ещё один глоток своего чая.       — Больница Королевской Надежды, — уныло ответила Роза. — Он доктор. Обучает студентов-медиков или что-то в этом роде.       — Ладно, хоть что-то, — раздражённо сказала Джеки. — По крайней мере, у него будут деньги.       — О, у него уже есть деньги. Пригласил меня поесть чипсов и расплатился карточкой, которую достал из сумки из ТАРДИС. Он думает, что его отец работал в ЮНИТ и оставил ему немного.       — Ну, — потёр лицо Джек, — если бы ЮНИТ действительно платил Доктору, когда он там работал, на эти деньги к настоящему времени накопились бы немалые проценты. Значит, отец Джона мёртв?       — Очевидно, вся его семья погибла при пожаре в доме, — вздохнула Роза. — Думаю, это, должно быть, случилось, когда он был подростком, потому что после этого он сразу поступил в университет. Он не хотел говорить об этом.       — О, это ужасно, — пробормотала Джеки.       — Впрочем, это не так уж далеко от истины, — кивнул Джек.       Роза облокотилась на стол и подпёрла голову рукой.       — Он много говорил о тебе, — сказала она Джеку. — Я почти уверена, что вы лучшие друзья. Просто так уж вышло, что ты ещё и мой брат.       — Наверное, чтобы он не ревновал, если я буду тусоваться с тобой, — вздохнул Джек. — Люди двадцать первого века такие чувствительные.       — Что ты будешь делать? Вернёшься в Торчвуд?       Джек покачал головой.       — Я скучаю по ним, но… Прошёл почти год с тех пор, как я ушёл. Я хочу вернуться к ним в тот же день, и если вернусь сейчас, то не смогу.       — Ты можешь остаться здесь, — тут же сказала Джеки.       Роза застонала.       — Спасибо, — сказал Джек с кривой усмешкой, — я принимаю предложение.       — Ты можешь занять комнату Розы, — продолжала Джеки. — Ей она всё равно не понадобится, раз у неё своя квартира.       Роза немного съёжилась при мысли о Джеке наедине с её мамой в её комнате, но кивнула.       — Это просто… странно. Даже для нас.       — Это будут долгие три месяца, — вздохнул Джек.