В моей форме

Утром субботы в Большом зале был переполох. Команды сборных Гриффиндора и Слизерина завтракали раньше, чтоб устроить разминку, повторить тактики матча. Приходящие позже ученики подбадривали и желали удачи. И хоть неприязнь между факультетами была исчерпана, за Гриффиндор болело большинство ребят из других факультетов. Команда Слизерина дружно пошла к выходу из большого зала. У дверей Забини резко затормозил, и Малфой чуть не впечатался в него. Не успел он и слова сказать, как от шока у него испарился весь словарный запас. —Удачи, — пожелала Грейнджер и пошла в сторону своего стола под аккомпанемент перешептываний. — Это что, была Грейнджер в кофте Слизерина? — медленно спросил Забини. — Слава Салазару, ты тоже это видел. Я думал, что моя крыша поехала в сторону больницы Святого Мунго, — ответил Малфой, чьи брови были все так же непозволительно высоко приподняты. Команда Слизерина смотрела вслед уходящей Грейнджер. — А она ничего, — протянул Нотт, осматривая скрытую до бедер кофтой фигуру самой известной львицы столетия, — что же скрывается под этой кофтой? Малфой резко дернулся и быстро зашагал к выходу из замка. Нет, он не почувствовал брезгливости или отвращения, это явно был интерес. Грейнджер заинтриговала, а комментарии Тео лишь разожгли любопытство. Думал ли Драко, что когда-нибудь посмотрит на заучку как на девушку? Нет, за такие мысли родные отреклись бы от него. Но это было раньше. Теперь, свободный от надзора отца и глупых предрассудков, он думал о том, что они похожи. Лучшие в учебе. Она состоит в Золотом трио, он в Серебряном. Да, именно так девчонки всех факультетов называли Драко, Теодора и Блейза. Молодые, чистокровные, статусные, богатые и свободные. Девушки не были для них проблемой, только их корыстные мотивы. Большие члены — большие кошельки, так за глаза называли их те, кому посчастливилось временно привлечь их внимание. В конечном итоге секс был лучшим лекарством от войны. Да и гормоны одинаково бунтовали у обоих полов. Драко вошел в раздевалку. — Что все-таки заставило Грейнджер надеть кофту Слизерина? — задумчиво протянул Монтегю. — А то что, бро, осмелишься посягнуть на подружку Поттера? Не боишься, что он тебя проклянет? Забини хмыкнул: — На твоем месте, Вейзи, я бы боялся именно Гермиону, а не Поттера. — У-у-у, Забини. С каких пор ты зовешь ее по имени? Или совместное проживание в башне старост имеет свои привилегии? — Так-так, Блейзи-и-и. Уже залез в трусики к золотой девочке? Или помог стать ей женщиной? Нотт игриво подвигал бровями. — Придурки, — засмеялся Блейз, — я слишком ее уважаю. Да и переживаю за свои яйца. Слишком хорошо ей удаются невербальные заклинания. Малфой слушал эту перебранку в смешанных чувствах. Его бесили намеки команды на совместный досуг Грейнджер с его лучшим другом. Нет, он не был в нее влюблен и не мечтал «сорвать ее цветочек». Хотя от мысли, что это мог сделать Крысли, его передернуло. Все-таки эта ведьма была достойна кого получше. На самом деле Слизерин ставил на Поттера, его хотя бы уважали. И хоть Забини утверждал, что Поттер для кудрявой как старший брат, глупо было думать, что год проживания в одной палатке не мог кончится стрессовым перепихоном. Черт, ему было интересно. Ему стало интересно. Это станет интересным вызовом для Драко Малфоя. Пробраться в трусики львицы с густой гривой. Что уж там говорить, от мысли, что на ней будет надета слизеринская футболка с фамилией Малфой заставила его кровь прилить в то место, где ей сейчас быть не стоило. Глубоко вдохнув пару раз и отодвинув шальные мысли окклюменцией, Драко прервал жаркие обсуждения Грейнджер в постели и стал обсуждать тактику игры. Тем временем команда Гриффиндора шла к полю вместе с Гермионой, которая хохотала с Гарри, вспоминая лица команды противников. — Ох, Гермиона! Я хочу получить твои воспоминания в подарок на Рождество. — Что ты, Гарри. Я стану продавать их за деньги. Глядишь, накоплю себе на квартиру. Пока они хохотали рядом разворачивалась драма. Рон шел нахмурившийся и совсем без настроения. Гермиона не отвечала на его попытки привлечь внимание и вернуть их отношения в романтическое русло. И ему совсем не понравились взгляды, которые бросали на нее слизеринцы. Его покоробило от мысли, что она может быть интересна другим. Никто не должен ее хотеть. Она принадлежит ему. Он уже нарисовал себе счастливое будущее с тремя детьми, домом, огородом. И ему было плевать на ее карьерные перспективы, женщине не место в кресле Министра. Зато она органично будет смотреться, ухаживая за его детьми. Ему нужно было лишь переспать с ней. На счет этого он не переживал. Карман сундука в башне Гриффиндора холодили два флакона с зельями из Вредилок Уизли и лавки в Лютном переулке. Осталось только сделать это сегодня. У него все готово, они будут счастливы вместе. Проводив команду своего факультета к раздевалкам, Гермиона направилась к трибунам, когда сверху ее окликнули. — Грейнджер! Тебе идет зеленый. — Спасибо, наверное. — Какой приз будет для победителей от болельщицы Слизерина? — ухмыльнулся Малфой. — Ты сначала победи, потом обсудим, — хохотнув, ответила Гермиона и поднялась на свое место болельщика под внимательным взглядом платинового блондина. Матч прошел быстро. Охотники шли нога в ногу со счетом 60:70, и вся надежда была на ловцов. Гарри и Драко кружили по полю в поисках неуловимого крылатого мячика. Первым его заметил Малфой и после короткой погони, исполнив сумасшедший финт с переворотом, он его поймал. Гермиона улыбнулась и вежливо похлопала, когда Малфой кинул беглый взгляд на гриффиндорскую трибуну. Эти переглядки заметил Рональд и, в сердцах швырнув метлу, сбежал в раздевалку. Она, блядь, издевается. Малфой?! Сраный Пожиратель смерти. Уизли зарычал. Собственник в нем проснулся, и мельчайшие сомнения о запрещенных зельях окончательно испарились. Это случится сегодня.