В моей форме

Забини стрелой метнулся к старосте и взял ее за руки: — Гермиона, что случилось? Она мелко тряслась в его руках. Он окинул взглядом порванный свитер и вздрогнул от догадки. — Он что-то подлил мне. Он... он... — Гермиона всхлипнула и вцепилась в него. — Безоар, мне нужен... мне... я... Он дернулась и сильнее сжала бедра. Забини вырвался и побежал в комнату за безоаром, а Грейнджер жалобно простонала. — Блядь! — выругался Малфой. — Ей подлили зелье желания, — сказал он Тео и присел рядом с ней. — Грейнджер, смотри на меня. Борись с этим. Очисти свои мысли. Она вскинула на него голову. Кудрявые пряди прилипли к вспотевшему лицу. Зрачок полностью перекрыл радужку. Она потянула свитер и скинула его на пол. От контраста температур тело прошибло волной возбуждения. Соски твердели, выделяясь сквозь красивый белый топ. Малфой сглотнул, а она жадно проследила за его кадыком. — Малфой, Драко, — прошептала она, — мне нужно... я не могу больше терпеть. Умоляю... Малфой наложил на нее охлаждающие чары, а она томно простонала и уткнулась лбом в каменный пол, прогнув спину. Забини влетел в гостиную, Малфой подхватил Грейнджер под мышки и потащил к дивану. Вместе они запхали безоар ей в горло и напоили водой. Три слизеринца склонились над ней в ожидании. Спустя пару минут дыхание расслабилось, и Гермиона открыла глаза. Ее все еще трясло, но уже от действия безоара и холода. Три внимательных взгляда карих, синих и серых глаз заставили поежится и прикрыться рукой. Хмыкнув, Тео призвал зеленый плед и накинул на нее. — Спасибо, — прохрипела она. — Кто? — сурово спросил Забини. Она снова вздрогнула и кинула взгляд на порванную слизеринскую кофту, которая валялась на полу. — Рон... — прошептала она на выдохе. Нотт выругался. — Зачем ему это, вы разве не вместе? — резко спросил Малфой. — Они расстались после битвы, — ответил ему Блейз, словив на себе удивленный взгляд Тео. В этом время с Гермионой снова происходило что то странное. Тело напряглось, и она почувствовала свои яичники. Нет, конечно, она знала, что они у нее есть, но ощутила их первый раз. — Блядь, — прошептала она, и ее скрутило от боли. Три пары глаз снова сосредоточились на ней, когда она зашипела, а потом снова начала дрожать и часто задышала. — Почему не подействовало? — охренел Нотт. — Безоар снимает действие зелья похоти. Должно было сработать! — Только если он не добавил что-то еще, — пробубнил Малфой, присел рядом и спросил: — Грейнджер, вспоминай, что он тебе говорил? — Он... м-м-м... что хочет меня, что любит, про счастье дома... м-м-м-м-м... про квиддич... дети, — она резко содрогнулась и простонала. — Он сказал, что хочет детей? Гермиона судорожно всхлипнула и зажмурила глаза. Яичники пульсировали, и желание разлилось по телу. Хотелось чтоб трогали, лизали, кусали... кончали. Вскинув дикий взгляд на них она сердито прошипела. — Ну и кто из вас хочет кончить в меня? — Твою, сука, мать! — заорал Блейз. — Что нам делать? У меня нет противоядия от зелья фертильности. Может, усыпить ее? — Забини, не тупи. Ее нельзя усыплять. Неизвестно, что еще он ей подлил и во что. Если это пиво или виски, то пойдет реакция на Сон без сновидений. — Решайте быстрее, — прорычал Теодор, которого во всю ласкала руками Гермиона. Призывно застонав, она потянула его за руку к себе. — Крошка, я твой в любой момент, но не под зельями. Я ж не ублюдок, — мягко освобождаясь, отрезал Нотт. — Малфой, — протяжно простонала гриффиндорка со стеклянными глазами. Он подошел и встряхнул ее за плечи: — Грейнджер, я тебя оглушу. Это поможет. Ты слышишь? Она не издала ни звука лишь провела руками по его предплечьям и облизнула свои губы. — Прости, — сказал он, уложил ее на диван и кинул Ступефай.