В моей форме

Гарри Поттер возвращался в Хогвартс довольный и раздраженный одновременно. Посетив Гринготтс и особняк на Гриммо 12, он нашел, как обезопасить свою потенциальную невесту, и не нашел ничего, что может помочь Гермионе. Конечно, он может отдать кольцо Блэков Гермионе, но Джинни обидится. Да и как это будет выглядеть со стороны? Решив обратиться за помощью к Флитвику, он направился к замку. У Черного озера он заметил знакомую фигуру подруги и направился прямиком к ней. Гермиона сидела на камне и читала очередной фолиант. — Что читаешь? — Ох, Гарри! Не подкрадывайся сзади! Про ритуалы на крови и защитные амулеты. — Ого. Книга выглядит старой. — Мне ее Малфой прислал. Брови Гарри подскочили ввысь. — Не смотри на меня так... Мы случайно встретились и разговорились. Пересказав Гарри суть Гермиона ждала его реакции. — Забавно, как мы с Малфоем синхронизировались, — прокомментировал ситуацию избранный и рассказал о своем путешествии. — Ты хотел защитить меня? — Конечно, хотел, ты же мой лучший друг. Практически семья. Постоянно страдаешь из-за меня, я больше не могу этого допустить. Я все время упускаю из виду тот факт, что, несмотря на твою магическую мощь, ты все еще хрупкая девушка. Гарри нежно улыбнулся, а Гермиона бросилась к нему с объятиями. — Я так тебя люблю, Гарри! — И я тебя! * * * На следующее утро Гарри назначил себе миссию переговорить с Малфоем по-мужски. Он замечал его явный интерес к Гермионе и не понимал его мотивации с такой серьезной помощью, как вручение семейного амулета. А то, что выгода для него присутствовала, герой магического мира не сомневался. Он стоял, привалившись к подоконнику в холле у большого зала. Увидев серебряное трио, он окрикнул: — Драко! Можно тебя на пару минут. Вскинув бровь, блондин подошел к нему. — Зайдем в кабинет, есть разговор. — Ты собираешься бросить в меня Сектумсемпру, Поттер? — спросил Драко, направляясь в кабинет. — Пока нет, — хохотнул брюнет и наложил на кабинет оглушающее и Коллопортус. — Ого! Не хочешь попасть в новостные сводки? — подколол Малфой. — Когда услышишь тему разговора, тоже не захочешь попасть на первую страницу. На вопросительный взгляд блондин получил лаконичный ответ: — Гермиона. — Я не Трелони, Поттер. Подробнее! Голдштейн что то натворил и мы должны убить его? — Нет. Меня интересуют твои мотивы. — ??? — Ты заинтересован в ней. Ты помог ей. Ты отомстил ее обидчику. Ты предлагаешь защиту. Мотив, Малфой? — А должен быть мотив? — У тебя — да. — Как клишировано, Поттер. Ты немного опоздал с мерой защиты, не находишь? — Да, и это больше не повториться. Гермиона — моя семья. Я готов на все, чтобы защитить ее. Любые методы, Драко. — Ты мне угрожаешь? — Предупреждаю. И если понадобится узнать о твоих выгодах, я не задумываясь использую сыворотку правды или Империус. — Хм, — блондин был впечатлен. Конечно, он не может признаться, что просто хочет трахнуть ее. Получить еще один хук от Гриффиндора он не планирует, хотя и признавался даже себе, что если ему ничего не обломится, то все равно он защитит ее. На всякий случай. — Не знаю, может, я решил что с нее хватит дерьма? Может, частично возместить все то дерьмо, что она пережила из-за семьи Малфоев. Моим воспитанием всегда занимались учителя, горничные, эльфы. Одно из немногого, что мне привила мать, это уважение к женщинам и их неприкосновенность. Я видел много во времена войны. Но насилие над девушками — это пиздец. Ебать! Не в мою смену, Поттер. Гарри долго на него смотрел. Понял ли слизеринец, что ему нравится его подруга? Вдруг он вспомнил своего кузена Дадли. В школе ему нравилась девочка Венди, которая его ненавидела. Но кузена баловали и убеждали, что он лучше всех. И Дадли рад был стараться, как мог, привлекал ее внимание всеми доступными способами: дергал за косички, забирал вещи, дразнил. Прям как Малфой. От этой параллели гриффиндорец развеселился, в зеленых глазах мелькнула смешинка. — Что ж, ладно, — уступил Поттер, — а я подумал, что ты влюбился. Брови Дракон комично подскочили вверх. — Смотришь на нее украдкой, — провоцировал брюнет, наблюдая, — ревнуешь к Голдштейну, защищаешь семейными амулетами для невест. — Пф-ф-ф, Поттер! — На помолвку хоть пригласишь? — Ой все, мальчик-который-всех-достал! Не придумывай и пошли поедим, пока хоть что-то осталось. — Идем. Но напоследок повторю: насчет Гермионы я серьезно. Костьми лягу, но ее защищу. — В очередь, очкастый, — бросил Малфой и направился к своему столу. * * * Вечером в гостиной Слизерина Малфой сидел, задумчиво вертя причудливый бархатный футляр в руках. Глубоко погрузившись в мысли, накрытый щитом окклюменции, блондин не замечал плотоядных взглядов слизеринок всех курсов и шепотков. Зато их отследил Нотт и пошел звать старосту школы на допрос своего таинственного друга. Оставшись в гостиной втроем, Нотт кинул заглушающее: — Не хочешь рассказать что происходит? — А что происходит? — Не лепи из меня дурака, Драко. — Разговор с Поттером, коробка от украшений с эмблемой рода и твой задумчиво-мечтательный вид говорит сам за себя! Блондин вздохнул и запустил руку в волосы. — Салазар, ты даже жесты у Поттера перенял, Драко, ты решил обручиться с Избранным? — Забини, ты долбоеб или прикидываешься? — Прикидываюсь, пока ты старательно из меня его лепишь! Блондин цокнул и рассказал по порядку про разговор с Грейнджер, Поттером и, убедившись, что они одни, показал тот самый амулет. На тонкой цепочке лежал платиновый кулон дракона. Амулет выглядел нетипично топорно. — Странно, — сказал Нотт, — он выглядит так... просто. — Не типично малфоевский, — согласился Блейз. — Это не простой амулет. Он зачарован и подстраивается индивидуально под каждую миссис. Иногда он выглядел, как золотой кулон с сапфировыми глазами и становился портключом в безопасное место. Бывало, он был платиновый с изумрудным гребнем и глазами и работал как связующее звено, ведь магический потенциал той миссис Малфой был невероятно низким. У моей бабушки он выглядел как полностью янтарный дракон в полете и давал ей дополнительную ментальную защиту и не только. Мне даже интересно, как он будет выглядеть на Грейнджер. Тео и Забини переглянулись. — И как благодаря этому ты планируешь не только защитить, но пробраться ей в трусики? Уточнил Блейз. — Нет, предпочитаю пробираться в трусики благодаря своей харизме и магнетизму. Тебе расшифровать эти слова, Нотт? — Пошел ты, блондинчик, — показал ему фак Тео, — я удивлен тем, что ты ее защищаешь. Она первая девушка, кто удостоился такой чести. — Надо же когда-то начинать, — попытался отмазаться их друг. — Я думаю, что это может сработать, — хмыкнул мулат, возвращая тему в прежнее русло. — Что? Трах за кулон? — Нет. Вы можете стать нормальной парой, — серьезно ответил Блейз. — У-у-у, -протянул Нотт, а Драко закатил глаза. — Мы поговорили пару раз, а ты уже нас женишь? Комплекс свахи, Забини? Оплатить тебе целителя разума? — Это простое наблюдение, Драко. Вы похожи. Умные, независимые, самодостаточные, оба с амбициями. Смотритесь на контрасте красиво. Да и никогда не были равнодушны друг к другу. — Ну да-а-а, — скептически протянул аристократ, — склоки, оскорбления и даже драка. Романтика. — Да, было. Ненависть, эмоции, но никогда не равнодушие. Вспомни любую другую маглорожденную из Хогвартса. Правильно. Не можешь! Ты их не замечал, но не золотую девочку. Между вами есть химия. И то, что тебя тянет трахнуть ее, это лишь подтверждает, — добавил друг. Нотт присвистнул. — Дружище, а он прав. Чур, я шафер. — Хер тебе, Тео. Я тут ему глаза открываю, а ты в шаферы лезешь. Оставь это Салазарово дерьмо для других, кудряшка! Пока друзья устраивали воображаемую драку за место шафера, Малфой решил, что обдумает это позже. И то если получится затащить Грейнджер в свою постель. — Хорошо. План такой: завтра в вашей башне в 8 встречаемся, зовите Гриффиндор, наденем на Грейнджер кулон, придумаем совместно легенду о возникновении этой вещи. И отметим все это огневиски. Забини ухмыльнулся. — Ага, шлифанем алкоиграми? — Естественно, если вы организуете это. — Не переживай за это. Нам пора сблизиться, — подмигнул Нотт, и ребята разошлись по спальням.