Heartless

С их последнего разговора прошла неделя. Но ту напряженную тишину в салоне автомобиля и скомканное прощание сложно назвать полноценным разговором. С того момента Ло Бинхэ старался неуклюже избегать его, хотя игнорированием это также сложно назвать. Его неловкие попытки делать вид будто он в упор не видит Шэнь Цинцю, когда они сталкивались в коридоре, одновременно смешные и жалкие. Но как бы хорошо он не прятал глаза и как бы громко не смеялся в компании одногруппников, стоило профессору пройти мимо, как он тут же ощущал прожигающий взгляд. Словно Шэнь Цинцю чем-то перед ним провинился и даже не попытался объясниться. Ло Бинхэ даже на лекции перестал ходить. Он не знал причину подобной обиды, но раз Ло Бинхэ уже неделю избегает его, значит его что-то серьезно задело. И думать, что причиной такой реакции был отказ, не хотелось, ведь и признания как такого не было. Шэнь Цинцю постарался избежать дальнейшей неловкости между ними, но похоже безуспешно. Он догадывался о его чувствах, но не был уверен в своих. Нет, он боялся признаться в первую очередь самому себе, что они у него есть. Шэнь Цинцю знал, что им нужно поговорить, нужно поставить точку, ведь продолжать их странную связь они не могут. Он не подходит Ло Бинхэ по многим причинам и чем быстрее они все между собой прояснят, тем лучше. Но он медлил и нерешительно оттягивал, также отворачивая голову при встречах. Бессильная злость на себя каждый раз вспыхивала в моменты трусости, но он просто не мог окликнуть Ло Бинхэ. Почему-то обыденная и упорядоченная жизнь, к которой он всегда стремился теперь казалась Шэнь Цинцю ужасно тоскливой и одинокой. Досчитав в уме до двадцать шестой ступеньки, чтобы успокоить мысли и отогнать мрачное настроение, мужчина услышал громкий смех и знакомый голос. Шан Цинхуа никого не стесняясь, безобразно счастливо улыбался и бесстыдно пытался отобрать стаканчик с кофе у студента идущего рядом. Такое детское поведение не подходило преподавателю и про себя Шэнь Цинцю уже сто раз сделал ему выговор. Но почему-то подойти к этой парочке и высказаться он не смог, непонятная горечь лишь сильнее портила и так отвратительное настроение. Посмотрев на стаканчик с американо у себя в руках, Шэнь Цинцю скривился и выбросил его в ближайший контейнер с мусором.

***

Ближе к вечеру вновь заморосил дождь. Усиливаясь с каждым раскатом грома, образовался ливень, размывая на стеклах огни фонарей. Шэнь Цинцю пытался сосредоточиться на книге, но раздражающий звук дождя и назойливый зуд не давали сосредоточиться. Он был голоден. Последний, чью кровь он пил был Ло Бинхэ. Этот мальчишка настолько занял его мысли, что но даже забыл про режим, нарушение которого могло привести к нежелательным последствиям. Посмотрев в окно, ему оставалось лишь смириться, что сухим до Юэ Цинъюаня он не доберется. Если он не выпьет кровь сегодня, то утром жажда может стать невыносимой. Он предупредил брата, что скоро приедет и получив подтверждение, что Юэ Цинъюань дома, направился к шкафу. В дверь тихо постучали. Сначала негромко, словно человек за ней не был уверен пришел ли он по адресу, но спустя некоторое время стук повторился уже более настойчиво. Мужчина закатил глаза. Кто бы это ни был, но выбрать настолько позднее и неудачное время для визита прям талант. Открыв в дверь, в которую без перерыва стучали и увидев незваного гостя, Шэнь Цинцю удивился. Обнаружить на пороге Ло Бинхэ стало хоть и приятной, но неожиданностью. Струйки воды скатывались по его волосам и собирались на кончиках крупными каплями, срываясь на лицо и образуя новые мокрые линии уже на коже. Судя по крупным темным пятнам куртка из плотной ткани полностью промокла. Большие черные глаза на фоне блестящей мокрой кожи казались еще темнее. Напряженно глядя на Шэнь Цинцю, они завораживали. В глубине души мужчина почувствовал крошечную радость вновь встретив взгляд этих удивительных глаз, но всю радость смыла злость, вспыхнувшая спичкой в груди. — Я знал, что студентам лучше не знать адрес преподавателей, лишь на нервы будете действовать. Демонстративно скрестив руки и приподняв подбородок, мужчина глухо спросил: — Ну и? Зачем пришел? Если уж собрался от меня бегать, то стоя здесь, ты явно делаешь это неправильно. Шэнь Цинцю понимал, что ведет себя грубо, но не хотел себя контролировать. Злость и непонятная обида вырывались наружу облачившись словами. Так было всегда, он мог контролировать выражение своего лица, чтобы ни одна эмоция не отразилась на нем, но он никогда не мог контролировать свой язык. Да и не хотел. В детстве Юэ Цинъюань часто получал тумаки вместе со своим острым на язык братцем, который всегда мог нелестно высказаться о каждом, кто по его мнению этого заслуживал. С годами он стал лучше себя контролировать, но иногда просто не хотел. Ло Бинхэ сильнее сжал губы и опустил глаза. Рукой он нервно теребил ремешок объемного рюкзака на который Шэнь Цинцю обратил внимание лишь сейчас. — Я…могу войти? — еле слышно спросил Ло Бинхэ, поглядывая на Шэнь Цинцю из под мокрой челки. Выглядел он как мокрый щенок и если минуту назад мужчина был уверен, что никакие слова и действия не смогут его разжалобить, то сейчас он не был так уверен в дальнейших действиях. — У меня срочные дела, я ухожу. А ты — иди домой, у меня нет времени на такие сюрпризы. — Но профессор Шэнь…я весь промок и до смерти замерз! Прошу, уделите мне время. Но если вы сильно торопитесь, — Ло Бинхэ опустил глаза и хрипло добавил, — то прошу прощения, что потревожил вас. Шэнь Цинцю не знал, как ему следует поступить. Ему в равной степени хотелось чтобы Ло Бинхэ остался и исчез немедленно. Как бы юноша не утверждал что замерз, жар его тела Шэнь Цинцю ощутил сразу и зуд на деснах стал ощущаться отчетливей. Если он позволит ему войти, мужчина больше не был уверен в том, что произойдет дальше. — Да, ты появился крайне не вовремя. Я собирался уйти ведь голоден, если ты понимаешь, о чем я. Если я пущу тебя, то не могу ничего гарантировать. Поэтому спрошу, — в мгновение радужка вспыхнула алым, верхние клыки заострились и стали видны, когда Шэнь Цинцю язвительно улыбнулся: — Ты уверен, что хочешь войти именно сейчас? Мужчина стал похож на демона, охраняющего свое логово и стоило сделать неверный шаг, можно было и пропасть. Но Ло Бинхэ пропал уже давно. Он решительно приблизился и с вызовом ответил: — Я вам нужен, также как и вы мне. Если мы хотим одного и того же, к чему все это? Я уже сказал, что согласен на что угодно, если вы будете рядом. Вы нужны мне, а вам нужная моя кровь. Почему вы собирались уйти, если проголодались? К кому вы собрались, если могли просто позвать меня? — Ло Бинхэ скривился, злость и обида отразились в глухом голосе. Он сделал шаг и встал перед Шэнь Цинцю, преграждая ему дорогу. — А кто решил поиграть в обиженного? Кто избегал меня последние дни? Вместо благодарности за спасение собственной шкуры ты просто отвернулся! — голос Шэнь Цинцю был тихим, но с каждым словом слышались угрожающие ноты. Не обращая внимания на приложенную силу, он схватил Ло Бинхэ за воротник и приблизил к себе. — И как после этого мне тебе доверять, если ты в любой момент можешь исчезнуть ничего не сказав, а потом как ни в чем не бывало появиться у меня на пороге. Я в такие игры не играю, Ло Бинхэ. — Но профессор, я вас не избегал… — У меня нет желания продолжать этот бесполезный диалог. Проваливай. Шэнь Цинцю уже хотел оттолкнуть его и захлопнуть дверь, как Ло Бинхэ сам вцепился в него железной хваткой. —Подождите! — в резком голосе прозвучали нотки пронзительности. — Да, я старался вас избегать, потому что мне нужно было время. Тот поцелуй…Вы же ответили на него! Я был так счастлив, но потом…конечно мне было больно! Я не нашел в себе сил услышать отказ, но даже если вы ничего не сказали все и так очевидно! И каждый раз видя вас эти навязчивые мысли роем кружились в моей голове. Мне больно находится рядом с вами, но без вас невыносимо. Поэтому я здесь. Странная улыбка мелькнула на его лице, а глаза заблестели. Шэнь Цинцю только сейчас заметил как колотится его сердце и жар захватил все его тело. Тем временем Ло Бинхэ обвил руками его шею и одежда мужчины начала неприятно прилипать к телу от воды, но к его удивлению это лишь распалило еще сильнее. Из-за того, что Ло Бинхэ утыкался ему в шею, голос звучал едва слышно и тяжело было что-то разобрать, но Шэнь Цинцю услышал каждое слово. — Профессор, если бы ты только знал, тебя бы испугала глубина моих чувств к тебе. Я просто не могу тебя отпустить. Что-то дрогнуло внутри и Шэнь Цинцю непроизвольно поднял руки, чтобы с силой прижать в ответ. Может это и выглядело как обычное объятие, но он знал, что это не так. Это было желание обладать, полностью и беспрекословно. Любовь Шэнь Цинцю также уродлива как и его душа, и он это знает. Он всегда знал, что если полюбит, то это будет не светлое теплое чувство дарующее блаженство, как у Юэ Цинъюаня, а горькая уродливая одержимость другим человеком. Он не любит как другие, никогда не умел и уже не научиться. Но что если Ло Бинхэ такой же?… Его ведь тоже недолюбили, он такой же голодный до любви ребенок. Если его любовь хотя бы частично похожа на то, как умеет любить Шэнь Цинцю, тогда он не испугается. Не сбежит, когда узнает настоящего Шэнь Цинцю, не оставит одного как другие. Одна мысль об этом все переворачивало внутри и приводила мысли в хаос. Но если это не так, то Шэнь Цинцю рисковал вновь испытать вечно тлеющую в его душе боль быть оставленным вновь, но если он все правильно понял… надежда пересилила все сомнения и он сделал шаг в бездну. Шэнь Цинцю отстранился лишь для того чтобы резко впиться в губы. Поначалу обычное прикосновение губ быстро переросло в жадный поцелуй. Языки сплетались, дыхание смешалось и вскоре воздуха стало катастрофически не хватать, но никто не хотел прекращать это безумие. Если раньше мысли вихрем проносились в голове, то сейчас они все исчезли. Остались одни чувства которые заполняли собой. Когда сознание ненадолго прояснилось, Шэнь Цинцю осознал, что Ло Бинхэ прижимал его к дверце шкафа, а сам мужчина прижимал к себе юношу. Входная дверь была уже закрыта. Губы обжигало от пылкости и ненасытности, которыми одаривал Ло Бинхэ через поцелуй. Его целовали так, словно не могли насытиться и к своему ужасу, Шэнь Цинцю сам не хотел отпускать. Он прижимался, сминая мокрую ткань куртки, холод от которой резко контрастировал с жаром кожи и одного на двоих обжигающего дыхания. Голова кружилась и Шэнь Цинцю не обратил внимания, насколько близко они прижимались и терлись друг об друга. Когда напряжение начало нарастать первым отстранился Ло Бинхэ. Судорожно пытаясь восстановить дыхание, он уложил голову на плечо мужчине и шумно дышал ему в шею. От этого побежали мурашки и лишь немного придя в себя, мужчина понял, каким спазмом скрутило низ живота и как заострились клыки. Но ни отпускать ни отстраняться он не собирался. — Профессор, вы так крепко меня держите, что я даже не знаю что делать, — Ло Бинхэ тихо засмеялся и прижался крепче. — Надеюсь вы не скажете, что я неправильно понял и это было ошибкой. Во второй раз эта отговорка не сработает. Я не отступлюсь и буду пытаться до тех пор, пока вы не признаете своих чувств. Ни с чем несравнимое чувство легкости окутало сердце и растеклось по телу. Шэнь Цинцю раньше не знал, как приятны крепкие объятья, как сладостны поцелуи и как он нуждается в тепле другого человека. Он хочет Ло Бинхэ. Себе. Навсегда. И это взаимно, ведь такое же желание можно ясно прочесть в одержимых глазах напротив. Нежно проведя пальцами косую линию на шее, Шэнь Цинцю отрывисто прошептал: — Я голоден, не могу больше. Подняв голову, Ло Бинхэ довольно улыбнулся. Глаза горели от шальных огней, а губы покраснели. Шэнь Цинцю захотелось поцеловать его вновь. — Как на счет того, чтобы совместить приятное с полезным? Он опустил руку и мягко сжал напряженный бугор. От этого действия по телу Шэнь Цинцю словно пропустили ток и он едва сдержался, чтобы не издать странных звуков. «Откуда в тебе столько смелости, Ло Бинхэ? Еще недавно так трепетно за меня цеплялся, а уже вытворяешь такое». Схватив его затылок и приблизив к себе, Шэнь Цинцю усмехнулся: — Только не потеряй сознание как в прошлый раз, Бинхэ.

***

Кровать со скрипом прогнулась, когда Шэнь Цинцю толкнул юношу и улегся сверху. Страсть, желание и голод смешались в бешеный калейдоскоп эмоций и он даже не знал, что может настолько потерять голову. Мокрая одежда оказалась отброшена, Ло Бинхэ на мгновение вздрогнул, но тут же постарался расслабиться, слегка повернув голову в сторону. Такая трепетная покорность распаляла еще больше. — Бинхэ, не бойся, ты ничего не почувствуешь. Юноша напряженно улыбнулся. — Будь это наш первый раз, я бы вам может и поверил. Неважно, делайте что нужно. Но взамен я хочу получить награду. — И какую? Рука юноши резко притянула его ближе, так что между их лицами остались миллиметры. Шальная улыбка заиграла на губах Ло Бинхэ когда он продолжил: — Ты такой хороший притворщик, профессор. Правда не догадываешься, что я хочу попросить? Шэнь Цинцю постарался сделать вид, что не понимает о чем он, но горящие темным огнем глаза выдавали его. Он тоже этого хотел. Хотел Ло Бинхэ. — Я хочу тебя, Шэнь Цинцю.