Ты ангелок что ль?

Дин и Кастиэль вернулись на кухню и сели обратно за стол. — Дин, у меня вопрос к тебе. — Натан строго посмотрел на Дина. — Ты Кастиэлю кем приходишься? Другом? Кастиэль от этого вопроса заметно напрягся. — Я его парень. — спокойно ответил Дин, так как Натан его не пугал. Ханна в удивлении приподняла брови. — Ты же сказал, что друг его. — сказала Ханна. Дин поджал губы, а Кастиэль молча сидел, смотря в стол. Натан выглядел раздраженным, он посмотрел на Каса. — Кастиэль, смотри на меня, взгляд не опускать. — строго сказал. Кастиэль, сглотнув, поднял взгляд на отца. — Мы это с тобой уже проходили, и не один раз. — говорил раздраженно, — Сколько раз тебе еще надо при подать урок, чтобы ты понял, что тебя не должны привлекать парни?! — перешёл на негромкий крик. — Пап.. Это с рождения, это также естественно, как если тебя привлекают девушки.. Я ничего поделать с этим не могу.. — Думаю, он не виноват в этом. — сказал Дин. — Нет, это не с рождения! — не обратил внимания на Дина. — Твоя мать рожала нормального сына, сына без грехов! — С чего вы взяли, что это грех? — решил не сидеть молча, но говорил не зло, не строго и без возмущения. Натан посмотрел на Дина. — Потому что это не естественно, Бог создал мужчину и женщину, чтобы они любили друг друга, создавали потомство, а это.. Непонятно что! Творение дьявола! — тембр голоса он не сбавлял. Кастиэль судорожно вздохнул, сглотнув. — Вовсе нет, у каждого свои взгляды. — продолжал Дин. — Он же не будет встречаться с кем попало, правильно? И он же не будет встречаться с тем, с кем не хочет. — Причем тут с кем попало? Он не должен встречаться с парнем! Если понадобится, мы сами найдем ему жену! — Ну а если он не хочет этого? Против своей воли будет жениться на ком-то, кто ему первым попадется? Так никакой любви не будет. Натан ударил, рукой по столу, Кастиэль от этого дернулся, Ханна тоже дернулась от неожиданности, но слабо. — Да мне плевать хочет он или нет, он не будет с парнем, это сильнейший грех! — Ну, тогда ваш сын перестанет иметь чувство любви. А все потому, что родители не приняли его таким, какой он есть. — Тебе повторить? Мне плевать! Я не позволю, чтобы гей был в нашей семье. — Вы сломаете его. И тогда он не простит вас. — Простит. — сказал Натан уверено. — Мы его родители, он должен. — Никто никому ничего не должен, кто бы перед человек ни был, хоть мать родная. — Ты еще перечить мне вздумал?! Сиди молча! Даже мои дети не имеют права вякать на меня, а ты уж тем более! — А почему я должен молчать? Я не могу слово свое вставить? — Если тебя не спросили, то нет, не можешь! Я с сыном разговаривал, а не с тобой! — Я не могу в защиту встать? — не унимался Дин. — Особенно тогда, когда надо и когда я знаю, что он вас боится! — Я сказал, сиди молча! А ты, — посмотрел на Кастиэля и подойдя к нему, поднял со стула за шиворот. — ты прошлые уроки не усвоил? Мне новые преподать?! Кастиэль напрягся, сглотнув. Дин немного расширил глаза от увиденного, он встал изо стола. — Давайте без применения силы. — сказал Дин. — Сядь и молчи! — пригрозил Дину пальцем. — Это не твое дело, ты не имеешь права вмешиваться! — Я его парень, поэтому имею право волноваться. — он подошел ближе к ним. — Отпустите его. — Заткнись! Ты ему никто! — Натан посмотрел на Каса, — Тоесть три месяца назад ты мне обещал, что исправишься, а сейчас к нам в дом парня своего приводишь?! Да ты как смеешь вообще?! — дал Касу сильную пощечину. Кастиэль издал болезненный звук, зажмурившись. — Оставьте его! Не относитесь к нему, как к собачке, которой дают команды, а она их выполняет! — Дин схватил Каса и оттащил его от Натана, загородив его собой. Кас вжался в спину Дина, держась за больную щеку. — Защитник нашелся! Как ты смеешь мне перечить и влезать в это?! Я могу из дома тебя вышвырнуть, потому что ты здесь никто! — Почему вы меня оскорбляете? — Я ни единого оскорбления не произнес, то что ты здесь никто, это лишь факт, ты нам не родственник. — Это звучит оскорбительно. — Меня не волнует, что тебя это оскорбило, я ни единого оскорбления не произнес. — Я думаю, верующие люди не обращаются так со своими детьми. — Он грешник, с ним нужно так обращаться, чтобы вся дуря вышла из него! Все дети у нас нормальные, один он такой ненормальный! Дин хмыкнул на это. — Ну тогда в чем проблема отказаться от него? — вдруг сказал Дин. — Или вы это не делаете только для того, чтобы продолжать издеваться? — Это грех, отказываться от ребенка, которого ты же и породил на свет, так что мы пытаемся избавиться от дури из него. — А по-вашему не грех издеваться над собственными детьми? Он вам не кукла! Им нельзя распоряжаться, как вы хотите! Он живой человек! — С грешниками так и нужно обращаться, чтобы они стали нормальными, не грешными людьми. — Он ваш сын! А если он по-вашему грешник, значит он вам не нужен! Настоящие понимающие родители примут своих детей такими, какие они есть. — Мои сыновья - это Майкл и Габриэль! Вот они нормальные! У Майкла уже невеста есть, у Габриэля девушка, а это.. Грешник в теле моего сына! — Послушайте меня. — сказал Дин. — Относитесь к своему сыну так, как отец относится к своему сыну. А не как хозяин относится к своей собачке. — он сделал шаг к Натану. — Если вы продолжите так с ним обращаться, ваш сын в скором времени превратится в обычную пустышку, он будет изгоем, над которым все только и будут издеваться. А он отпора дать не сможет, потому что во всех будет видеть вас. — И в скорости он привыкнет к этой боли! — продолжил Дин. — Пройдет время и он покончит жизнь самоубийством, потому что будет думать, что никому не нужен. А все потому что не получал любви от родителей. — Если бы у него была девушка, он бы защищал, ее и давал отпор, а так он конечно отпора не даст! Ходит с парнями как девушка, небось всем подставляется. Кас сглотнул на это, так как он все слушал и ему было совсем неприятно. — Подождите, тут дело не в ориентации даже. — сказал Дин, — Он либо покончит жизнь самоубийством, что докажет его слабость. Либо пройдет время и он будет убивать своих обидчиков! Вы этого хотите? Это полнейший грех! — решил так сказать Дин. — А он виноват в этом будет разве? Не унижайте себя в его глазах. — Конечно он будет виноват! Был бы нормальным, как все, мы бы его и пальцем не трогали, потому что выбивать из него нечего было бы. — Ориентация тут не причем. — Дин вздохнул. — Дело в том, что он будет делать. Мир в его глазах может рано или поздно поменяется. Он будет видеть одних ненавистников. — Геи - грешники и психические больные люди. — не унимался Натан. — Человека не должен привлекать свой пол! — Это его выбор, не ваш. — Это не естественно, Бог такого не создал, а создали психики больные люди! — Ну, я пытался сказать все, как есть. — Дин вздохнул. — Вы не понимаете, тогда с вами разговор окончен. Всего доброго. — Дин взял Каса за руку и направился на выход, но Натан остановил Каса за плечо, а тот от этого дернулся. — Никуда он не пойдет! Я ещё не закончил! — Не решайте за него! Я еще раз говорю, он не собачка! — Он мой сын! Он обязан потакать мне, я его породил на этот свет! Я и его мать! — Ну так, если он ваш сын, относитесь к нему по-отцовски, а не по-скотски! — И кто тут ещё кого оскорбляет?! — Я сказал по факту, вы без уважения и любви к нему относитесь, значит отношение скотское. — ответил Дин. — Вы даете ему очень плохой пример, после чего он огромным грешником станет! — Он уже грешник! И очень большой! — То, что он влюбился в парня, не делает его грешником! Это же не запрещено законом! Все имеют право на свободу! — Это запрещено во многих странах и у нас запретят, потому что это это ненормально! Это грех! — Ну, скажите президенту это. — Дин немного усмехнулся, — Но выбор и жизнь его. Кас, пойдем. — Дин вновь взял Каса за руку и пошел к двери. Дин стал обуваться, затем он накинул свою кожанку. Кас тоже быстро обулся, иногда поглядывая на отца и, надев легкую куртку, вышел из дома. — Пока, мам. — лишь сказал он. Дин вышел следом и, попрощавшись, закрыл дверь. — Мне больше не о чем с такими людьми говорить. Кастиэль судорожно вздохнул, сглотнув, было видно, что Кас не расслабляется. — Этого больше не будет. — заверил Дин. — Ты будешь со мной. Кас кивнул, смотря на землю. — Поехали к моим. — Дин приулыбнулся, стараясь разбавить обстановку. — С Сэмом познакомишься, а то сидит там в своих уроках, заколебал, особо на улицу даже не выходит. Кас, приулыбнувшись, кивнул. — Подожди, я с Анной не попрощался, я ей напишу, если захочет, пусть выйдет. — Давай, но туда мы не вернемся. Кастиэль кивнул и, достав телефон, написал Анне. -Мелкая, выходи на улицу, прощаться будем ;) Анна вскоре ответила. -Хорошо, сейчас :) — Сейчас выйдет. — сказал Кас и убрал телефон. Из дома, в куртке, вышла Анна. Печально вздохнув, она подошла к парням. — Уже уезжаете? — спросила она. Кас грустно улыбнулся, кивнув. — Да. — Вас.. Выгнали? — Дина да, а меня выпускать не хотели. — пожал плечами. — Я просто по фактам все говорил. — Вообще не стоило этого делать. — сказала Анна. — Почему? Его отношение к Касу ни в какие рамки не лезет. — Ты поехал, чтобы ничего не случилось. — Кас взглянул на Дина. — Его точку зрения менять не надо, я же сказал, он не изменится. — И он не понимает вообще. — цокнул Дин. Кас провёл рукой по волосам Дина, улыбнувшись. — Спасибо, конечно, но раздражать его не нужно было, я теперь врядли сюда приезжать буду. — взглянул на Анну. — Только если в штат, с тобой встретиться. — Придется так. — ответила Анна, вздохнув. — Так и будем стоять, или обнимешь на прощание? — вдруг обратился к Анне Кас, усмехнувшись, и развел руки для объятий. Анна улыбнулась и обняла Каса. — Куда ж я без этого. Кас обнял Анну в ответ и поцеловал ее в макушку. — Не скучай тут, чуть что, пиши мне, я самый свободный среди троих. — закатил глаза с ухмылкой. — Обязательно, ахах, ты тоже пиши, не забывай. — сказала она, разорвав объятья. — Конечно. — Кас улыбнулся. — Не знаю даже, как попрощаться. — сказал Дин, чуть замявшись. Анна приобняла Дина, усмехнувшись. "Ой, прям так сразу?" — подумал Дин и приобнял её в ответ. Кас на это улыбнулся. — Ладно, удачи. — разорвала объятие. Касси, пиши! А то бойню устрою. — посмеялась, пошутив и пошла в сторону дома. Дин усмехнулся на это. — Топай уроки делать, мелкая. — посмеялся. — Иду-иду. — сказала она с улыбкой и зашла в дом. — Ну, поехали. — сказал Дин Касу. — Ага. — Кас вздохнул. — Ну, хоть с сестрой повидался. — Он хоть ее не трогает? — Дин разблокировал машину и сел на водительское сиденье. — Говорит нет, да и я не видел, когда с ними жил. — сказал Кас, садясь на пасажирское сиденье спереди. — Но она вроде бы на позитиве в основном, видно. — заводил мотор машины. — Она очень редко грустит, всегда ищет позитив во всем. — улыбнулся Кас. — Я видел ее грустной только тогда, когда она видела меня.. После разборок с отцом. Дин вздохнул на это. — Больше никаких разборок. Кас лишь кивнул в ответ. — Ну все, в путь к близким, Детка. — Дин обратился к своей машине и тронулся. Кас посмеялся на это.