Глава 1: "Рождение двух драконов"
29 ноября 2023 г., 17:24
«Время летит как ветер…» – сказал про себя зелёный дракон, лицезрея, как по воздуху, словно в русле бурной реки, летят пастельные лепестки цветущих деревьев. Весна пришла во весь Ламорфел, а вместе с тем – и в Вайтлор.
Дракон сидел на узком скалистом утёсе под каштаном. На склонах Священной Горы было много таких высоких укромных мест, соединенных узкими, невзрачными и порой даже опасными тропинками. Ступать по ним было настоящим искусством, знать которое могли только разве что… монахи.
– Вот ты где, Ковимир. – сказал один из них, дракон-Сапфир с закрученными рогами, в коричневом балахоне.
– Что ты здесь делаешь, Фэйрин?
– Прости мне, что прерываю твою медитацию… Слияние начинает проявлять себя.
– Когда это началось?
– Около получаса тому назад.
Ковимир без помощи рук поднялся с земли и подошёл к товарищу, положил руку ему на плечо и с улыбкой сказал:
– Ох, и не дают нам эти самоцветы покоя с тех пор, как появились. Пошли, не будем терять ни минуты.
Они молча направились к подножью Горы. Шли быстро – опаздывать было нельзя, – Иерархи не даром поставили Ковимира одним из главных наблюдателей за Слиянием. Пусть сейчас была и не его очередь, но даже для себя он не мог упустить лицезреть процессы столь невероятного явления. А девятый месяц с момента возникновения чуда говорил о многом…
Они добрались до нужного коридора. Войдя в него, Ковимир пробирался через собравшуюся толпу монахов, на лицах которых играл отблеск.
Наконец, увидев то, что хотел, зелёный дракон резко сощурился. Значительно увеличившиеся в размерах Самоцветы – Аметист и черный Алмаз – светились изнутри ранее невиданным синхронно пульсирующим белым светом. Фиолетовые кристаллы будто были почти прозрачны под его лучами, он стремительно пробивался даже сквозь тёмные глубины блестящих черных граней. Но ярче всего светилась точка между Самоцветами – гладкая жилка, место самого Слияния.
– Ты все записал, Райкон? – не скрывая восхищения, крикнул Ковимир сквозь ропот толпы красному дракону с книгой за маленьким столиком.
– Да! Даже свечи не нужны! – с ошеломительной радостью крикнул он в ответ. – Это просто невероятно!
Ропот перешептываний лишь усиливался. Все ждали того, что будет дальше. Монахи не жалели глаз, чтобы видеть это, выпавшее на долю столь немногим драконам за всю историю мира.
Каждый это понимал и каждый думал одно и то же: «Что-то началось…»
***
«Девочка!» – донеслось из комнаты Стеллы Ла Виа. В этом доме этого дня ждали давно… Советник города Вельхит Ла Виа, черный Алмаз, был счастлив, что показывал далеко не всем. Но рождение дочери – особое время, особый праздник. Многие акушерки вышли из комнаты, унося с собой свои приспособления, с почтенным поклоном и приветственным «господин», предоставляя места отцу взглянуть на своё дитя. За ними, как почетные гости дома, вышли служительницы рощи. Их сюда прислали монахи от имени Иерархов, и Вельхит знал почему… Они поклонились хозяину дома, а он поклонился им. Всё двигалось одновременно быстро и медленно. Вельхит вошёл в покои через резную дверь. Обстановка кругом соответствовала его костюму: повсюду была светлая белизна, залитая солнцем из высокого окна. Скатерти, занавесы, расшитый золотом нежно переливающийся гобелен, балдахин кровати, что стояла прямо напротив двери. Лёгкий аромат тлеющих трав подчеркивал всю благость момента. Ведь здесь его супруга только что родила их первого ребенка. – Вельхит… – единственное, что сказала Стелла, держа в руках запеленованное кричащее дитя. – Мой свет, как ты? – спросил он, осторожно склонившись у кровати. – Это наша маленькая дочь, Вельхит… – Да, мой свет. Ты это сделала. Стелла Ла Виа выглядела сильно уставшей, но не менее счастливой, чем её супруг. Глаза блестели подстать золотым рогам в виде венца у нее на голове. Господину уже мельком дали знать, что роды прошли стабильно, но госпоже нужно время, чтобы отдохнуть. Он это прекрасно понимал и не тратил время на лишние разговоры. Всё, что нужно было обсудить, они обсудили давно: – Так значит вот ты какая, Синира Ла Виа… – приветственным тоном сказал чёрный дракон, глядя на свою дочь, такую же, как и он – девочку-алмаз, темнее ночного неба, совсем маленькую, новорожденную, без малейшего намека на какие-либо рога, присущее всем взрослым драконам.***
Ригго был совсем рядом с Фелл и всеми силами пытался поддержать её. Было видно, что он слегка нервничал, ведь он никогда не сталкивался с родами. Что это вообще такое – роды? Никто не знает, пока не увидит сам… Но всё же глубоко внутри Ригго знал, что всё будет хорошо. Он наблюдал всё своими глазами и сам подготовил необходимое: развёл огонь в очаге, приготовил полотенца, деревянную ванну с водой – всё по указаниям и рекомендациям двух акушерок, что сейчас помогали Фелл. Они с Фелл уже давно знали, что это случится со дня на день. Поэтому Фелл позвала к ним в дом Йоку – подругу из школы-башни, с которой они прошли весь путь обучения до самого конца. Она пошла в послушницы к служительницам священных рощ, изучать врачевание и в том числе акушерство. Девушка была Изумрудом с изогнутыми жёлтыми рогами с тремя едва уловимыми ветками на них. Она отличалась большими добрыми жёлтыми глазами – почти как у Фелл. Ригго был не из тех, кто замечает такие детали и мелочи, но он догадывался почему девушки могли подружиться. Йока была одета в простое платье с легкими узорами, по цвету и стилю очень похожим на более грубые балахоны монахов Горы. В точно таком же была и её наставница – сестра Альвиара – по виду – очень серьёзная женщина со взглядом орлицы и командным голосом, не громким, но внушительным. Она тоже была Изумрудом. Было ясно, что она не в первый год служила в священных рощах, да и не впервые принимала роды. Это тоже успокаивало Ригго и он смотрел на Фелл. Фелл же старалась смотреть на него, будучи в ванной с водой. Даже сдавленный голос усердия у девушки выходил очень звонким. – Фелл… – красный дракон сам не совсем понимал, что он хотел сказать, но в его голосе слышалось умиротворение и ясность. И Фелл чувствовала всё это, пусть ничего и не отвечала. Это чувство через сжатую ладонь мужа наполняло ее спокойствием и радостью. Что могло быть лучше для готовности к тому, что произойдет вот сейчас? С минуты на минуту. Все ощущения казались Фелл очень странными. Ведь она видела все: себя в деревянной бадье с водой, серьёзный, ловящий каждую секунду взгляд Альвиары, следящую Йоку и её приободряющую улыбку, ладонь любимого Ригго. Она чувствовала слабые всполохи огня, угасающим пламенем мелькающего на фоне. Но всё это меркло, звуки были приглушенными, будто все погрузилось в воду. Были еле слышны уверенные команды Альвиары продолжать, был еле слышен даже собственный рык, а ведь это был именно он! Окружение тоже начало различаться нечётко. Все вокруг темнело. За долю секунды девушка увидела Слияние – фиолетовый и чёрный Самоцветы и горящую звезду между ними. Много драконов в балахонах смотрели на эту звезду. Но тут картина сменилась: показался золотистый гобелен и белый балдахин в комнате, залитой светом… Блеск глаз… Он превратился в блеск глаз улыбающегося Ригго, блики от огня в его зрачках танцевали. Его голову обдувал лёгкий ветер из открытого окна, на подоконнике которого стояли фиалки. Стало спокойно… Так спокойно, что всё вокруг замерло в тишине. Казалось редкие пылинки в комнате застыли, окутанные свежим воздухом и солнечным светом. Фелл показалось, что всё наконец закончилось… И она увидела вспышку! Это была фиолетовая вспышка большого, переливающегося, излучающего неожиданную и непонятную энергию Аметиста. Искристые лучи, неясно-горящая насыщенная глубина и много тянущихся кристально-белых прожилок, словно неистовое переплетение лучей и дыма заполонило весь взор девушки. Всё тело Фелл напряглось от неожиданного прилива такой силы. И всё померкло. Она начала приходить в себя спустя какое-то время… Пространство прояснялось: снова была большая комната первого этажа дома, бадья с водой, очаг у дальней стены, окно, фиалки. Перед ней всё также стаяла Альвиара. Йока стаяла позади и придерживала Фелл. Служительницы смотрели друг на друга. Первая была со всё тем же серьёзным взглядом, но на губах проглядывалась улыбка от хорошо проделанной работы, а вторая – девушка смогла это заметить – выражала слегка ошеломлённое радостное удивление. Сбоку же от Фелл был и сам Ригго, а на руках у него был свёрток белого полотна. Был слышен младенческий крик. Красный дракон смотрел на свёрток, в глазах читалась растерянность, но и с тем восхитительная радость и как будто окончательное расслабление. Девушке стало ясно: это свершилось. И всё прошло хорошо. – Фелл… – красный дракон наконец нашёл слова, – это парень! Ригго сказал это с такими радостно-безумными глазами, что Фелл, пусть она и была уставшей, но она невольно в шутку вымученно улыбнулась: – Ригго!.. Ну что за слово для младенца! Он с улыбкой молчал. А потом передал маленького аметистового дракона своей жене. Девушка увидела его: фиолетового кричащего мальчика. Цвет его кожи был пока что нежнее, чем его Самоцвет, когда Фелл рассматривала тот девять месяцев назад. А его слегка сморщившийся лоб был светлее всего. И он выделялся особенно, ведь на такой маленькой голове совсем не было рогов – только два едва уловимых бугорка у висков. «Это наш сын… – думала Фелл, и её мысли безмолвно и звонко разносились по округе, – Я – мать, а Ригго – отец… И это наша семья». – Как мы его назовём, Ригго?.. Ригго задумывался не долго. – Фенро. – Фенро… Это было хорошее имя, традиционное, пронизанное драконьей культурой. Все, кто хоть чуть-чуть с ней знаком, знали, что это сочетание звуков означает «Творящий свою реальность». Сильное имя. Было заметно, что Ригго уделил много времени его выбору. И Фелл поддержала это. – Это Фенро. – повторила она. – Фенро Лэй’х – добавил Ригго.***
Все было закончено, и Фелл лежала с ребёнком на втором этаже – в небольшой уютной спальне со светлыми стенами и низкими потолками. – Поздравляю, Фелл! – еле слышно с улыбкой шепнула Йока, – Это большая радость! Святые духи! Я и не думала, что одна из моих подруг так скоро выйдет за муж и станет матерью… Фелл улыбнулась. – У каждого – свой путь. Мне многие говорят, что я спешу жить, но, знаешь, я, – она посмотрела на своего сына, – ни о чем не жалею. Последние слова девушка проговорила чётко, выделив каждое из них. – Если это говорят девушки, то они наверняка завидуют! – мельком по-доброму усмехнулась Йока. – Помнишь, тебе все завидовали ещё когда нам было по шестнадцать? Когда прознали, что ты познакомилась с молодым драконом из стражи? – Никто мне не завидовал… – сказала Фелл, опустив глаза на свое дитя. – Девчонки просто радовались. И я очень рада этому. – Как же не радоваться за подругу? – с улыбкой завершающим тоном сказала Йока, глядя на свою наставницу, которая принимала корзинку с провизией от Ригго. Это означало, что традиция соблюдена. Акушеркам из служительниц драконьи семьи с давних пор платили плодами, крупами, выпечкой – чем-то, что хозяева дома сами вырастили или приготовили. Этот обычай был столь давним, что его истоки давно всем позабылись. Сейчас же это стало знаком уважения и почтения. Его часто прилагали к небольшому мешочку с монетами, который Ригго предложил Альвиаре в первую очередь. Служительница с поклоном приняла дары и помахала рукой Йоке, как бы горя «пойдём». – Удачи Фелл! – шепнула девушка и кротко умчалась из комнаты. Ригго учтиво проводил гостей до самого порога, выйдя с ними на крыльцо. Они распрощались улыбкой и взаимным поклоном. Альвиара и Йока сошли со ступеней и пошли по тропе от дома к пологой дороге, которая вела со скалы. Погода стояла теплая, ветер дул легко, неся с собой редкие лепестки. Большинство деревьев и кустарников вдоль дороги ещё едва озеленились почками. – Ты справилась лучше, Йока, – сказала служительница рощ. – На этот раз твоя рука была твёрже, чем в прошлый раз. Йока посмотрела на свою наставницу с удивлением. – Но, наставница… я ничего не почувствовала. Я просто была поглощена процессом и делала всё так, как вы говорили… – Это хорошо, Йока! Значит, ты начинаешь привыкать к этой работе. А может, сами духи дали тебе силы как можно лучше встретить этого ребёнка в нашем мире. – Он просто замечательный младенец! Он выглядел таким светящимся и сильным! И имя ему дали превосходное! Это и правда сын нашей Фелл! Йока улыбнулась ещё шире, её глаза умилённо блеснули. – Духи помогают всем, но этот ребенок – не только замечательный младенец. Монахи пришли в нашу рощу и попросили меня принять роды в семье Лэй’х. Это о многом говорит. – Правда? – Йока заинтересовалась, её голос слегка поменялся. Она знала, что Фелл знакома с монахами, но уже была не настолько наивна, как раньше, когда служительницы из рощ подшучивали над ней. Довольно быстро Йока разобралась во всём и знала, что монахи – молчаливы и практичны, им мало что нужно и они просто так не просят об услугах. Если они появились в священной роще и попросили принять роды именно Альвиару, а она была одной из лучших в этом деле, то в этой истории действительно кроется нечто важное… – Я скупа на сплетни, ты это знаешь, – начала наставница Йоки, – но женщинам порой можно себе это позволить... Я могу тебе рассказать эту небольшую тайну. И Альвиара с улыбкой заговорчески подмигнула девушке. Тут Йока заинтересовалась ещё больше, даже удивилась! В чём Альвиара была похожа на монахов, так в том, что была такой же молчаливой и статной, порой не позволяла себе малейшего проявления эмоций, а тут… – Наставница Альвиара, это… на Вас совсем не похоже! – Не принимай близко к сердцу, Йока. Я обучаю тебя уже почти два года, не уж то мне нельзя поговорить с тобой на такие темы? Кроме того, ты не из разговорчивых, я верю, что ты сохранишь всё в тайне. – Конечно, наставница Альвиара! Просто… это совсем на вас не похоже! Это совершенно необычно. – Именно с такими же словами, – еле слышно усмехнулась Альвиара, – в начале прошлого лета в нашу рощу пришли монахи. У них было письмо от Иерархов и главная из служительниц, сестра Эфира была крайне удивлена. Она долго размышляла и, в конце концов, попросила меня, когда придет время, принять эти роды, в случае, если Лэй’хи обратятся к нам. «Фелл не могла не обратиться…» – подумала Йока и ответила: – Но чем же Фелл и Ригго так заинтересовали монахов? – Тем, что они родители дитя от Слияния. – Слияния? – Йока начала вспоминать, как по городу носились такие слухи. Девушка не часто была в гуще города в последние времена. Но порой ей приходилось слышать, как народ поговаривал о Слиянии Самоцветов. То самое явление из старинных легенд, которое ещё описывали в своих произведениях древние драконьи барды и поэты. В её памяти понеслись смутные образы из детства, запах книжной пыли и грубость кожаного облога. – Неужели то самое Слияние?.. Про которое писал Хайфирлайс, Изумруд из Сильвлора… Восемь столетий назад! И девушка, вспомнив полюбившиеся ей старинные книги, прочла по памяти стихи:«С рождением двух прекраснейших драконов,
То были юноша и девушка из разных городов,
<Их Самоцветы, как секрет магических флаконов,
Навек смешали судьбы их домов…»
– Ужасно начитанная для служительницы из рощи, – констатировала Альвиара. – Но это твоё достоинство, ум нужен женщине всегда, тем более молодой! Но у молодой женщины было лишь одно на уме, и она ни капли не сдержала порыв её мыслей. – Фелл – одна из матерей Слияния! – воскликнула она, остановившись. Поднялся порыв ветра, затрепав подолы её платья, будто показывая трепет души Йоки. А у Альвиры закатились глаза, будто показывая трепет её негодования. – Да… Те монахи кричали так же. Хватит шуметь. Я тебе не для того это рассказывала, чтобы ты возвещала об этом всей округе. – Конечно, конечно… – Йока догнала уходящую наставницу. – Но у меня есть ещё один вопрос! – Хватит с тебя вопросов! Раскричишься опять, как последняя ощипанная ворона! Йока немного смутилась, поняв, что так нелепо нарушила слово не болтать, но быстро встрепенулась и продолжила: – Ну пожалуйста, наставница Альвиара! Клянусь вам, подобное больше никогда не повторится! – и она сжала губы, совершенно по-детски символизируя полную немоту. Служительница вздохнула. – Ладно. Что ты хочешь знать? – Кто мать второго Самоцвета?.. Глаза Альвиары обратились на восток, в сторону города. – Стелла Ла Виа. Супруга одного из Советников города. И они пошли дальше в тишине. Альвиара была сосредоточена на дороге, а Йока, глубоко задумавшись, шла за ней следом. <***
Дракон-паломник прилёг в тени большого замшелого валуна у дороги. Это была западная часть Вайтлора, склон Горы, дома здесь стояли подальше друг от друга, зато зелени и скал, которые могли укрыть о солнца, было хоть отбавляй. Восхождение к вершине, где стояла древняя роща Первых Драконов, занятие утомительное, ногам нужен был отдых... Путник прошёл уже много священных мест: посетил старинный город Липовую Скалу, старинную рощу Фаха возле Дюнфериса, Драконьи Камни на берегу озера Тальсета и многие прочие. Огонь горел в его груди, ярый интерес к некому древнему духу двигал им всё это время. Сейчас он пил воду из фляги, прислонившись к валуну. Утерев пот со лба, он поглядел на небо. В тишине обычно ему приходили всякие вдохновенные мысли, и он начинал длинный монолог. Дракон думал: «Да-а-а, это путь нелёгкий. Но движение – это жизнь, особенно для паломника. Двигаться только ради духа предков, чувства этой глубокой древности, которая витает в воздухе древних мест, ничего не ища, – это прекрасно…» Потом он посмотрел на стремящуюся к небу вершину Горы. Без мыслей он наслаждался этим великолепным видом… «Священная Гора… Колыбель драконов. Обитель древней магии. В легендах так любят говорить о небылицах! Видел ли хоть кто-то эту магию? За века жизни всех народов никто ничего подобного не видел. Жизнь – вот единственная непостижимая магия. Никто не задумывается какая сила заставляет расти цветы и деревья, какая сила заставляет светить солнце и сменять день и ночь. Привычные вещи со временем перестают считать чем-то важным и особенным…» Паломник вздохнул и прикрыл глаза. «Всё же… я думаю, тот, кто не гонится за бесплотными фантазиями, только ему первому и откроется настоящее чудо этого невероятного мира!» Вдруг тишину нарушил звонкий возглас какой-то девушки. «Фелл – одна из матерей Слияния!!!» разнеслось по округе, и паломник вздрогнул, едва не выронив флягу из рук. Он тотчас встал и аккуратно выглянул из-за валуна, посмотрев на дорогу, по которой шли две… кажется, служительницы рощи... Одна была женщиной, на вид, лет тридцати, а вторая была юной девушкой, которая, видимо и выкрикнула эту странную фразу. «Слияние?.. – подумал паломник, – о чём это она говорит?» Старшая служительница явно начала порицать девушку, как будто то, что она только что сказала, является каким-то очень важным секретом, о котором никак не дозволительно кричать на всеуслышание. Паломник затаил дыхание, пытаясь услышать чуть больше. «Они говорят о монахах, Самоцветах… и о Слиянии… Святые духи! – он вспомнил старые легенды, которые уже не раз слышал. – Неужели они говорят о том самом Слиянии?.. Это какая-то шутка? Хотя, если они говорят, что монахи имеют к этому причастие… О великий Творец!» Тем временем молодая служительница страстно упрашивала старшую ответить на какой-то вопрос. – Ладно, – сказала наконец та. – Что ты хочешь знать? – Кто мать второго Самоцвета?.. Паломник застыл. – Стелла Ла Виа. Супруга одного из Советников города. Потом служительницы ушли. А дракон-паломник смотрел им в след. Наконец он в ошеломлении сел на прежнее место. Он ещё немного молча посмотрел на вершину Горы. А затем усмехнулся и вскочил, закинув за плечо сумку и взяв в руки посох. «Кажется, у меня уже достаточно сил, чтобы продолжить путь!» И он пошел дальше по дороге, к вершине Горы, то и дело повторяя про себя: «Да... Жизнь – это поистине непостижимая магия...»
