Наваждение

      Шел проливной дождь. Вся драконбольная форма посырела и неприятно налипала к телу девушки. Контрабас выскальзывал из рук и так и норовил полететь своим путем вниз по этажам. Это был самый отвратительный вечер для встречи, который только можно было придумать. Она летела сюда через пол России, была невероятно уставшая и сонная. Телепортироваться было нельзя. Отследят, да и полететь она была не против, просто после такого длительного полета ей хотелось скорее принять душ и лечь спать, а не вести серьезные напряженные разговоры с малоприятным человеком.       Рука зависла перед звонком в дверь обычной квартиры провинциальной пятиэтажки. Голова невольно развернулась и девушка посмотрела на себя в отражении окна. Синяки под глазами, растрепанные мокрые до нитки рыжие волосы. Таня поспешно положила контрабас на пол и одной искрой высушила волосы.       -Что я делаю? - разозлилась Таня, - прихорашиваться что ли решила? Плевать вообще, что он там подумает, я прилетела сюда по делу.       Вдох, выдох. Таня наклонилась за контрабасом и заметила в его кармашке маленький брелок. Безделушка в виде дракончика задорно поблескивала. В глазах защипало.       После матча, когда исчез некромаг, Ваня попал к Ягге. Объединение сознаний страшная вещь, но объединение сознаний с некромагом, тем более таким как Глеб… Вся магия Ягге была бессильна. Ване было очень плохо, он долго не приходил в себя, ему снились кошмары. Не его кошмары. Вокруг одна смерть, страх и ужас. Он даже рассказывал некоторые особо запомнившиеся Тане и Ягуну. Были ли это реальные воспоминания Глеба или его больная фантазия никто не знал. Знали только, что это было ужасно и никто не хотел быть на его месте. Но самое страшное было даже не это. Ваня увидел в этом водовороте безумия один лучик света. Таню. Он увидел все их тайные свидания с Глебом, поцелуи, Серый камень… Все это он еще мог простить и прощал, но признание. Ее глупое признание на матче: я почти тебя люблю… Каким бы ты ни был терпеливым и всепрощающим, как можно простить такое? Ваня не мог понять, как она могла так поступить? Его коробило даже не то, что она предала его, Ваню, а то, что призналась именно отвратительному некромагу. Как после всего: шантажа, лжи и преследований, она могла сказать ему такие слова. Ваня любил ее всем сердцем, но его резанули. Ему было невыносимо больно, и с каждым днем ему становилось все хуже и хуже. Таня не могла ему объяснить, почему так поступила, как и себе. Да и Ваня не хотел слышать какие-либо оправдания. Она предала его и теперь ей не место рядом с ним. Она не та верная послушная жена, о которой он мечтал в тайге. Единственное, как она может искупить свой грех, это излечить его.       Найти некромага было не так просто. Его искало все магщество. За ней и двумя некромагинями следили. Магщество представляло какими силами теперь обладает Глеб и боялось его. Они считали, что он задумывает что-то страшное, может теперь даже он хочет продолжить дело Той-Кого-Нет. Сам Глеб ни с кем не связывался и как будто пропал в небытие. Не без тяжелых уговоров Таня смогла выпытать у некромагинь, где находился Глеб.       И вот теперь она стояла напротив железной серой двери, не решаясь позвонить. Живот неприятно трепетал. Таня нервничала. Она не видела некромага несколько месяцев. Что с ним стало? Где он был? Изменило ли его зеркало Тантала? Бррр.       Дверь открылась без звонка. Он знал, конечно, он знал, что она стоит за дверью. Видно уже от нетерпения он открыл ей дверь, чтобы поскорее вошла. Ладно, черт с тобой, Глеб.       Шаг и Таню обдало холодным ветром. Защитная магическая дверь удовлетворительно светилась зеленым цветом. В коридоре было пусто. Таня тихонько положила мокрый контрабас на пол и закрыла за собой дверь. Прислушалась. Тихо. Странно. А нет, услышала чирканье карандаша. Глеб здесь. От этого понимания ее обдало жаром. Хватит, Таня.       Она прошла в сторону звука и зашла в комнату. На улице уже давно стемнело и комната была вся в тенях. Хм, ничего странного. Обычная комната обычных людей. Бежевые обои, светлый диван, кресло. А ты думала, что у некромагов все должно быть обвешено гробами, посмеялась над собой Таня.       Парень в совершенно обычной человеческой одежде сидел на подоконнике, свесив одну ногу. Половина лица освещалась луной, а другая была скрыта в тени. Очертаний не было видно и, казалось, она растворяется в темноте. Парень оторвался от рисования и повернулся к ней. Как всегда хитрый взгляд с прищуром. Что у него в голове? Я никогда не представляла…       -Привет, - сказал Глеб, поигрывая карандашом.       Таня смутилась и отвернулась. Как-то стало душно несмотря на мокрый комбинезон. Вечно она так себя чувствовала рядом с ним. Не в своей тарелке.       -Привет, Глеб, - наконец, выдавила из себя Таня.       -Вот она формула твоего внимания. Стоило тебя отпустить, как ты сама начала меня искать, - усмехнувшись, сказал Глеб. Полное спокойствие ее обескуражило. Ваня бы сразу подпрыгнул на место и полез обниматься. “Если бы она его не предала”, - горько подумала Таня. Приходи в себя, это же просто Глеб с его вечно надменным видом.       -Я пришла к тебе не за тем, чтобы тебя увидеть. Я пришла к тебе за делом, - раздраженно ответила Гроттер. Ей хотелось побольнее его уколоть, задеть, вывести из себя. Хватит быть уже таким спокойным, когда сам переворачиваешь мою жизнь с ног на голову.       Глеб спрыгнул с подоконника, подошел и сел на подлокотник дивана. Каждое его движение Таня ловила с болезненным замиранием. Она думала, он будет выглядеть таким же вымотанным и уставшим как Ваня, но выглядел он довольно бодро и даже…очень неплохо… Таня опять на себя разозлилась. Может тебе напомнить весь список всего дурного, что он сделал для тебя? А Ваню? Это ее отрезвило и сделало более уверенной. Уже под его пристальным взглядом она села на кресло, напротив него. Давай, дорогуша, исправляй свои ошибки, все что мне от тебя нужно, это узнать, как вылечить Ваньку.       Глеб щелкнул пальцами и на журнальном столике появился графин и два наполненных бокала. Свет от окна скользил сквозь жидкость и кровавыми пятнами отсвечивал на коленях девушки. Он взял бокал и поднес его Тане. Рука потянулась за бокалом, еле прикоснулась подушечками пальцев его кисти, как тут же отпрянула.       -Ты серьезно? Умнее ничего не придумал? Давай еще прыгни здесь с пятого этажа.       Глеб пожал плечами и хлебнул из бокала сам.       -Дважды один и тот же трюк не работает, - улыбаясь, сказал он как ни в чем не бывало, - так какое у тебя “дело” ко мне?       Хватит надо мной насмехаться, чертов некромаг. Ведешь себя как паук, которому в сеть попала муха.       -Ты должен убрать свою связь с Ванькой.       -Ммм, - протяжно промычал парень и посмотрел на нее через бокал, - и все?       Таня уже была накалена. Все эти игры его. Никогда не прекращаются.       -Так ты знаешь как это сделать?       -Я думал, сначала поговорим о том как у нас дела прошли пока не виделись. Я вот прятался по разным местам. А как там вы с Ваней?       -Прекрасно, - процедила сквозь зубы Таня, - так как это сделать?       Глаза Глеба бегали по ней. По глазам, волосам, плечам, ногам. Он рьяно поглощал каждый изгиб Таниного тела. Она чувствовала этот взгляд физически. Таня не могла долго смотреть ему в глаза. Они отзывались чем-то глубоким в ней. Чем-то темным и опасным. Какой-то голос внутри нее зашептал: “ Вы все равно расстались, сделай это Таня. Ты же много ночей фантазировала об этом, об этих глазах, смотрящих пылающе, об этих руках, уверенно берущих твое лицо, губах, страстно касающихся… Таня отвернулась и расстегнула молнию костюма у шеи. Уже совсем невозможно душно. Надеюсь, он ничего не понял. Она увидела его отражение в зеркале на стене. Он сидел опершись на одну руку и с легкой ухмылкой проводил взглядом движущуюся молнию. Хоть он и выглядел спокойно снаружи, он практически не дышал. Глеб все понял.       -До жалкого ветеринара, наконец, дошло разойтись? Что стало для него последней каплей? Наши поцелую, Серый камень, твое признание?       -Замолчи, - Таня вскочила на ноги. Такой наглости она не ожидала даже от него, - ничего из этого не было по моему желанию! Ты же все это насильно получил, чему радоваться? - Она прицелилась перстнем ему в голову. Еще такой же выкрутас и я пальну в тебя.       -Кроме самого ценного, твоего признания.       Таня закусила губу. Ей так хотелось скинуть этого надменного некромага с дивана и прожечь лицо Искрисом Фронтисом, но она все же опустила руку.       -Это не признание, Глеб. Просто расчувствовалась от твоего подарка. Я не люблю тебя и никогда не полюблю. Так что будь добр, закроем эту тему, и ты уже расскажешь как вылечить Ваню!       Ну же, зацепи его, ну же. Глеб глотнул еще вина. Задела. Таня была собой довольна. Задеть Глеба Бейбарсова это еще надо ухитриться.       -Я не знаю как полностью убрать эту связь. Ищу методы. Пока только смог наложить барьер, и если бы вы все еще были вместе, твой драгоценный ветеринар сказал бы тебе, что ему уже лучше. Он то, наверняка, опять не знает, что ты летела ко мне через всю страну и прихорашивалась у двери. Кстати, тебе, пожалуй, стоит снять костюм и высушиться, здесь довольно душно.       Спокойствие, спокойствие. Как же это объяснить? Таня проверила свою ментальную защиту. Нет, он ее не подзеркаливает. Он читает ее мысли без магии. Он как будто проник в ее голову и играется в ней как хочет. Как бороться с таким человеком? И это при том, что она в свою очередь не может прочитать ни единой мысли, не может понять его поступков, его самого. Что он хочет? Ее? Действительно ли? Что таится в этой темной душе без единого проблеска света? Это ее пугало и одновременно манило, как мотылька. Голос в голове прошептал: “Надо разгадать его, сблизиться с ним. Тогда ты сможешь его понять, сможешь одержать верх в этой ментальной битве.” Таня мотнула головой. Глеб прав, надо снять этот проклятый комбинезон и высушиться уже нормально.       -Как это ты не знаешь? А кто знает? Я прошу тебя только об одном, убери вашу связь, он видит твои кошмары, ему плохо. Я все сделаю, что попросишь, только излечи его, - непослушными губами проговорила девушка. Хочешь поиграть? Мы поиграем, Глеб.       Она начала снимать с себя комбинезон. Ничего пошлого, под ним был простой спортивный костюм, но она знала, некромаг наблюдает за ней, замерев. Такого опасного взрослого желания в свою сторону она никогда не ощущала. Ваня был очень добрым и бесконечно нежным. Он боялся ей сделать больно, что-то не так сказать или обнять. Гурий хоть немного позволял себе распускать руки, но это было совсем чуть-чуть. Они вдвоем как бы ей говорили, нам это не нужно, Таня, мы довольны даже простым твоим обществом. Но не Глеб. Всем своим видом он давал понять, ему нужна она вся без остатка. Полумеры это не про него. И от такого понимания было волнительно не по себе.       -Видеть кошмарные сны не так уж и страшно. Не в живую же это с ним происходит, - усмехнулся Глеб и поддался вперед - значит, если я вылечу его, я могу просить все что угодно? Не боишься такое мне обещать?       Таня, наконец, сняла комбинезон и повесила его на спинку кресла. Капли звонко закапали на пол. Светлая часть ее саботировала и кричала. Боюсь, я немыслимо тебя боюсь, Глеб, твоих мыслей и желаний. А если ты действительно теперь приспешник тьмы? Не обещай ему ничего, некромаг ничего не забывает, ты с ним одна не справишься, нужны более сильные маги, с ним само правительство не может справиться…       -Так ты вылечишь его? Найдешь способ? - Таня стояла спиной к некромагу. Духота спала.       -Ты же догадываешься, что я попрошу взамен?       -Быть с тобой? - мертво произнесла она.       Молчание. Видимо Глеб просто кивнул. Зачем тебе это нужно, Таня? Что еще за самопожертвование? Или ты все таки хочешь его раскусить? Теперь Таня не понимала саму себя. Она разделилась. Глеб интриговал ее и крючками вытаскивал на поверхность ее темную сторону. Что со мной будет, если я останусь с ним? Я стану темным магом? Испортит ли он меня?       Таня закрыла глаза. Она находится около глубокого темного омута. Бархатный дьявольский голос шепчет: “Ну же, просто коснись глади, ничего более.” Она еще сопротивляется, нельзя, так нельзя.       Открывает глаза, поворачивается и два темных омута, а нет, глаза смотрят на нее выжидающе, завлекающе. Она так много раз со стыдом для себя представляла это, прокручивала в голове. Это не нормально, она не любит его, но ее так тянет, до дрожи в ногах, до волнующего трепета в животе. Шепот: “Всего один раз позволь себе. Ты не делаешь ничего плохого, ты же рассталась уже с Ваней.”       Таня нагнулась над омутом, отражения нет, нет даже доли света. Он темный, он ее поглотит, он ее погубит. Убегай, разворачивайся.       Вместо этого она сделала неуверенный шаг вперед. Глеб нависал над ней, но не двигался. Давай же. Сделай как ты любишь, заставь меня, напрыгни на меня, я же должна себя чем-то оправдать.       “Поддайся своим желаниям.” Голос наяву или мне мерещится?        Парень сидел не шелохнувшись, неотрывно следя за ее каждым движением. Он практически не дышал. Это самоубийство. “Нет, это цена томящего желания.”       Глеб находился так рядом, она чувствовала его легкий пьянящий запах. Хотелось большего, хотелось примкнуть к его ямочке на шее под рубашкой. Ну?       Таня коснулась пальцами омута. Пугающая рябь потревожила его гладь.       Таня коснулась пальцами его лица. Приподнялась на цыпочки. От его тяжелого дыхания бегут мурашки. Не скрыться, не спрятаться, я сдаюсь. Светлая часть меня сдается.       Таня, как кукла, несмеющая не повиноваться, падает в омут.       Легкое, щекочущее прикосновение губ затягивает в водоворот.       Она чувствует падение. Омут теплый, обволакивающий, темный. Что на его дне не известно, но скорее всего ничего хорошего. Сверху с малого окна света на нее с ужасом смотрит рыжая зеленоглазая девушка, та часть нее, которая этого не хотела.       Некромаг ждал этого момента. Маска спокойствия и равнодушия разбилась вдребезги, и он потянул хрупкую фигуру девушки ближе к себе. Легкие поцелуи уже не утолят его жажду. Он властно поцеловал ее в ответ. У Тани закружилась голова, страсть и тьма закружились в ней. Дыши, не забывай дышать.       Таня летела вниз. “Теперь он тебя не отпустит,” - смеется голос. И не надо. Забери всю меня, мое тело, мою душу, я отдаюсь в твои руки, тьма… Я плавлюсь в устремлении к этой темноте…       Все превратилось в какой-то немыслимый танец. Его огненные ладони, казалось, проводят какой-то ритуал над ней, не оставляя ни единой здравой мысли в сознании. А поцелую, казалось, вычерчивали некромагические руны на ее теле, оставляя саднящее чувство на коже. Одежда уже давно была скинута, парень отзывался на каждое ее прикосновение к нагой коже. Это совершенно не тот Глеб, который будил ее по ночами на свидания: холодный, спокойный, уверенный. Она с удивлением раскрыла новую его грань: он не контролировал себя, теперь и она имеет власть над ним, темная она. Он послушно поддавался вперед, ловил ее губами, прижимал сильнее. Ну что ж, начнем игру, Глеб.       Нет смысла смотреть на этот свет. Я падаю в самый мрак своей души…       Мир вокруг замер, время остановилось. Только его сладкий запах, умоляющий стон, размеренные движения, любовные клятвы. Это слаще, чем любой мною виденный сон, любая представленная фантазия. Такой фейерверк чувств теперь никогда не забыть. “Теперь эта ночь всегда будет с тобой, ее не вытравить.” - торжественно шепчет голос.       Вот и дно. Дно омута.       Сладостная нега. В глазах потемнело. Тяжело дыша, Таня пришла в себя на рвано поднимающейся груди. Где она? Ее темная сторона снова заснула. В страхе Таня подняла глаза и увидела его. Некромага. Вид у него также был растерянный. Он лежал, поглаживая ее голову, казалось, для него уже не существовало никакого мира, кроме нее.       Вдруг с коридора засветился яркий желтый свет.       -Вампиры все таки нашли меня, - услышала Таня приглушенный голос Глеба, - нам надо одеваться и улетать.       Таня медленно поднялась с его груди, стараясь не смотреть на него, подняла с пола свою одежду и начала одеваться. Она почувствовала его пот на себе и от этого невольно съежилась, лететь далеко, а этот запах ей теперь будет мерещиться весь полет, пока она не примет душ.       Глеб уже готовый, стоял со ступой, ее контрабасом и рюкзаком на балконе. Темный силуэт парня вычерчивался напротив рассветающего города. Прошла целая ночь? Как я даже не заметила этого…       Она подошла к нему и взяла контрабас. Их пальцы соприкоснулись, передавая воспоминания этой ночи. Нет, не надо, прошу. "Надо, теперь это с тобой навсегда." Мерзкий голос.       -Мы полетим в другое спрятанное место. Не волнуйся, они нас не найдут.       Нас? Он думает, что я собираюсь лететь с ним? Хах, некромаг, переоцениваешь ты себя. Но говорить вслух она это не стала.       Две фигуры поднялись в воздух, она летела следом за ним. Начала отставать. Послышались хлопки под ними. Глеб обернулся, но смычок уже был повернут в другую сторону. Она думала, он полетит за ней, но нет. Ступа Глеба Бейбарсова скрылась на горизонте.       "Обратный отсчет пошел. Три".