Бессердечный

Low life for life 'cause I'm heartless. Said I'm heartless.

Я не волнуюсь. Или волнуюсь, но вам необязательно знать об этом. А, может быть, волнуюсь так, что сейчас упаду в обморок, и не скрываю этого. Я не определилась с тем, какую эмоцию показать сейчас, поэтому просто шла, стуча каблуками по паркету готического зала. Сегодня я буду, как отличница, которую трясёт из-за оценок, отличница, которая начинает рыдать из-за балла ниже. Я не считаю себя хуже их всех, но и лучшей назвать меня сложно, хотя, конечно, не стоит сравнивать тех, у кого силы совершенно различаются. Кто-то видит одно и силён в этом, кто-то другое, а третьему будет просто подходить испытание по стихии, и он сможет обыграть всех. Это всё так субъективно, поэтому проигравших не бывает. Здесь нет проигравших. Я стою посередине. Это ужасно. Я молила поставить меня первой, но тогда красивая картинка не вырисовывалась. Однако даже при таких условиях я чуть ударила Диму локтём и отодвинулась, пока камеры снимали тех, кто шёл сзади. Парень не стал меня ни о чём спрашивать, думаю, ему совершенно всё равно, не его забота, и это меня радует. — Аглая, Вы не хотите стоять рядом с Олегом? Я смотрела в пол, когда прозвучал этот вопрос. Ненавижу Марата за его бестактность. Я поднимаю глаза и понимаю, что абсолютно все сейчас смотрят на меня. Какое же это мерзкое чувство: видеть эти взгляды с некой насмешкой. Особенно его взгляд. Я не поворачиваю голову так, чтобы рассмотреть его выражение лица полностью, слишком много чести, лишь ловлю кривую улыбку уголком глаза. Явно доволен собой и ведущим, хочет, чтоб меня поставили на место. — Нет, просто его эмоции сбивают мой настрой, — я пожимаю плечами, стараясь выглядеть как можно более спокойной и непринуждённой. — А что Вы чувствуете? — Марат смотрит на меня с каким-то задором. Что я чувствую? Пассивную агрессию. Что ещё можно чувствовать от этого человека? Я ему неприятна, это невозможно спрятать или понять как-то не так. — Боится он, — пытаюсь отшутиться, — видите же, что колени у него дрожат. Отчасти правда, но это не то, что сильно бы меня волновало. Но никто здесь не проверит меня на детекторе лжи, верно? Хотя… — Неправда, — Олег прочищает горло. — Я не боюсь. — Извини, Олег, но Аглая так убедительна, — Марат улыбается с «шутки». Смешно, наверно, конечно, но это совершенно не разбавляет ситуацию и не уменьшает напряжение. Однако, кажется, ведущему мы быстро надоели, он начал показывать результаты испытания. В Диме я не сомневалась, обидно, что один занизил его и поставил одну 9. Надеюсь, люди во мне не разочаровались. Я поправляю прядь светлых волос и нервно сгибаю пальцы, смотря на то, как разворачиваются мои фотографии. Одна 9, как и у Димы. Мы оба не угодили одному и тому же человеку. Судьба. Зато у Шепса все 10. Кто бы сомневался, я, кажется, даже закатываю глаза, а он, кажется, даже это замечает. Я надеюсь, что заметил. Осталось лишь увидеть оценки других экстрасенсов, но, честно, их субъективное мнение меня не зацепит, потому что они наверняка относятся к тому, что я делаю, скептически. Я не провожу обряды, не жгу воск, не говорю на латыни, я просто чувствую. Для них это странно. Первого оценивали Олега. Я не смотрела на оценки, чтобы не портить себе настроение, но предполагаю, что там высокие баллы от брата, доктора, может быть, от Виктории и достаточно низкие от Влада и Марьяны. Его средний балл оказывается чуть выше семёрки, это неплохо. Мой средний составил ниже, 6.7. Я не удивлена. — Ты не слабая, но ты ничем не можешь помочь людям, которые нуждаются в магической силе, — подаёт голос Марьяна, комментируя свои оценки. Только её никто об этом не просил, мне, в принципе, неинтересно, когда люди пытаются навязать мне свой- единственный-верный взгляд на вещи. Может быть, её слова и задели меня, если бы я не чувствовала вибрации постоянной обиды почти на каждого здесь присутствующего. — Иногда помочь осмыслить боль и пережить её важнее, чем прочитать заклятие и убить демона, — я смотрю на девушку с ощущением того, что никто здесь за меня, в случае чего, не заступится. К счастью, меня не так просто укусить. Марьяна смотрит на меня с неким смешком. — Считай так, — наконец произносит она. Надеюсь, конфликт исчерпан. Мне иногда кажется, что она делает это только спора ради. Когда я отвлекаюсь от скандалистки, то могу почувствовать, что весь поток негативной энергии, направленный от Олега на меня, пропадает. Я, немного удивляясь, всё-таки смотрю на него. Он кажется внешне спокойным, взгляд направлен в пустоту, а лицо немного передёргивает. Злится, но не на меня. Я, видимо, смотрю слишком долго, потому что парень ловит мой взгляд. И всё возвращается. Значит, показалось. Я моргаю, быстро перенаправляя внимание куда-то вдаль, чтобы он не догадался о нём, но думаю, он всё понял. Я не особо зацикливаюсь на таблице, зрительское голосование решает гораздо больше, только после него стоит расстраиваться или радоваться, а пока я выхожу из зала без каких-либо эмоций. Однако я совру, если скажу, что не ожидала большего. Собираю свои вещи, накидываю пальто, вызываю такси, стараясь монотонными действиями очистить голову от лишних чужих эмоций. Каждое взаимодействие с толпой забирает у меня огромное количество сил. Выхожу на улицу, вдыхая вечерний воздух. На улице сыро. Мне кажется, весенний дождь всегда самый особенный, я вдыхаю поглубже запах мокрого асфальта и цветущих яблонь, но чувствую лишь дым от сигарет. Поворачиваю голову в сторону запаха и вижу младшего Шепса. Курит. Даже особо не задумываясь, подхожу немного ближе, сразу чувствуя запах его горьких духов (как же у меня кружится голова от таких запахов), и вырываю сигарету из его рук, бросая ее в урну, стоящую прямо тут же. Он смотрит на меня ошеломлённо. Глаза в глаза. А я стою несколько секунд, разрешая своему сердцу ещё немного почувствовать себя рядом с ним. — Ты охуела, Смоленская? Такой привычный жест в прошлом, такой странный сейчас. Пожимаю плечами и ухожу. Пусть сам отгадает. Чувствую на своей спине его проклинающий взгляд. Ну и пусть. Ненавижу сигареты, ненавижу курение. Раньше переставал, значит, снова начал. А, может быть, и не переставал, просто лжец, хотя я бы почувствовала. И как бы он сейчас там не старался выглядеть человеком, которому нет никакого дела, я под кожей чувствовала его щемящие сердце, словно моё разрезают на части. А, может быть, это совсем не его эмоции, а мои? Я слишком высокого мнения о себе, поэтому не могла заметить того, что совершенно его не знаю. Сажусь в такси и через затемнённое стекло позволяю посмотреть на парня в последний раз на сегодня. Он уходит куда-то по дороге направо, и все ощущения пропадают.