Явившая себя

      – Это не мир другой, мама, это мы другие. И было очень неосмотрительно с твоей стороны "забыть" сказать мне об этом.       Деметра качала головой, она всегда знала что так будет, с того момента как поняла, что понесла. От семени Зевса простые люди не рождались, даже полукровки и те обладали силой, превосходящей всех окружающих их людей. А что уж говорить о дочери двух кронидов? Она по определению не могла быть такой как все.       – Персефона, ты ...       – Персефона? Теперь я Персефона, да? А куда же делась Мари? Мама, я понимаю, что ты пыталась укрыть меня от всех бед, но так не бывает. Когда-то я должна была узнать, и наверное было бы лучше если бы ты, а не владыка Эреба учил меня этому. Но ты посчитала, что это отличная идея: отправить меня в Нью-Йорк, где как раз планируется одна божественная вечеринка, прекрасно зная, что так или иначе, но меня притянет туда. Чего ты ожидала? Что я познакомлюсь со всеми этими прекрасными людьми... в смысле богами, и буду бесконечно благодарна что вот так узнала о своей сущности?       – Там должен был быть он...       – И он был там, он, а не ты вмешался, не дав этому рыжему воителю положить на меня свои загребущие лапки. А ведь в тот момент я ещё не нашла в себе эту силу и вряд ли смогла бы противостоять Аресу.       – Арес конечно резок...       – Мама, он не резок! Он сам по себе - долбанная война!       – Ну да, но ты собираешься спуститься вниз. Ты вообще понимаешь, куда ты собралась? К кому ты собралась? – Деметра переходила на крик, сама того не замечая.       Это должно было случиться, но почему-то всё равно сейчас Деметре было так больно, словно ей отрезали руку. Пожалуй, такой боли она не испытывала со времён титаномахии. И больше всего она хотела бы избавиться от этой боли.       – Да, мама, теперь я знаю к КОМУ я собираюсь спуститься. Но видишь ли в чём дело: он не отказывает мне в праве познать свою сущность, – вкрадчиво сказала Персефона.       Стыдно признать, но тогда, в день, когда Мари разбудила в себе Персефону, она сидела и рыдала у него на груди. Ей даже в голову тогда не пришло, что наверное это не совсем прилично. Особенно с учётом, что он старший из кронидов. А потом были долгие и нужные попытки разобраться в родословной, истории и всём прочим.       – Он никогда не имел дела с жизнью, его удел смерть!       – Вот и прекрасно! Надо же мне и эту часть мира посмотреть!       Персефона громко хлопнула крышкой чемодана, скинув туда последние шмотки, которые по её мнению могли ей понадобиться.       – Ты решила ехать?       – Да, мама, я решила ехать. После того как совершенно случайно выяснились некоторые забавные факты моей биографии, мне надо немного придти в себя, всё обдумать и решить как быть дальше. Ну и посмотреть мир, раз уж у меня есть такая возможность. Даже если это мир мёртвых.       Решив не продолжать этот глупый спор, девушка оставила чемодан у входа и поднялась в свою комнату. Переспорить Деметру было сложно, ещё сложнее доказать ей, что она не права. И проще было уехать, поставив её перед фактом, чем объяснять почему ей это так необходимо. Нельзя было просто взять и разом отринуть всю жизнь, к которой она привыкла. Ей надо было тихое место где можно всё обдумать и понять как ей быть дальше. А где может быть тише чем в мире мёртвых?       Когда Персефона выходила из дома, матери уже не было. Только поверх чемодана, всё ещё стоявшего у входной двери, лежал свёрток с запиской, гласившей, что это подарок, и что Персефона может взять его с собой.       – Надо же, – удивилась она, но свёрток убрала в чемодан.

***

      Аэропорт в Афинах не отличался ничем необычным. Обычный аэропорт, через терминал которого каждый день проходят тысячи людей. Шум, гам, бесконечные проверки документов и чемоданов. Наконец, когда все мероприятия были закончены, девушка вышла в зал ожидания.       – Божественная посетила землю предков! – радостно поприветствовали её.       Персефона обернулась и поняла, что понятия не имеет кто перед ней. Молодой мужчина со светлыми волосами, серыми глазами и красивыми чертами лица сам по себе привлекал внимание многих, а уж его восклицание и подавно. Люди начали оборачиваться, впрочем, тут же теряя к ним интерес.       – Здрасьте... – немного замялась Персефона.       – Рад встретить тебя, юная Персефона, – не менее радостно воскликнул он, и тут же чуть тише добавил: – Гермес.       Память подкинула какой-то кусок из школьной программы. Кажется, Гермес всё же был богом торговли, а не подземного мира. Впрочем, Персефона вообще понятия не имела кто там обитает кроме самого Аида и вероятно Цербера.       – Это который покровитель торговли? – очень тихо спросила она.       – Угу, ничего более интересного не нашлось, пришлось брать то, что есть. Ну и Психопомпом папочка пристроил, говорит, что когда у меня много свободного времени то он боится за тех, кто меня окружает, – хохотнул парень, явно находивший это забавным.       – Психо... Кем?       – Пойдём в машину, по дороге объясню.       Вероятно Гермес всё же находил автомобиль более комфортабельным чем сандали с крыльями, по крайней мере на ногах у него были самые обычные открытые мужские туфли. Но ведь находила же Деметра поливочные шланг более удобным, чем повернуть течение подземных вод. Наверное всем богам приходилось перестраиваться под новый мир. Убрав багаж и усадив Персефону, Гермес занял место за рулём.       – Тут совсем не далеко. До основных врат не поедем, там вечно тусуются туристы. Сейчас отъедем в малолюдную местность и спустился по одному из дополнительных путей. Потом через Стикс...       – На лодке? – немного глупо спросила девушка.       – Так ты вроде живая, – хохотнул он, – нет по мосту проведем. Поверь мне это гораздо удобнее. А там ещё часик и доедем до дворца. Всё отлично будет, дороги максимум на два часа. Покои к твоему приезду уже готовы, гости у нас правда бывают редко, но...       – Так, подожди! Ты тоже там живёшь?!       – Ну да, проводник душ, все дела.       Решив, что задавать вопросы и дальше это уже верх неприличия, Пересефона замолчала и попыталась сосредоточиться на дороге. Они отъехали от аэропорта и поехали за город. Яркая сочная зелень, живые изгороди, сады, всё вокруг звало и манило её, хотелось выйти, прикоснуться к листьям, ощутить течение соков в стеблях, но ведь она же сюда не за этим приехала.       Сады сменялись рощами и рощицами, живые изгороди и вовсе пропали из виду, да и жилье человека встречалось всё реже. И вот уже перед ними раскинулись бескрайние поля и пыльная дорога, знать не знавшая асфальта.       – Приготовься! Опа!       Не смотря на предупреждение приготовиться она так и не успела и в тот момент когда машина вдруг провалилась куда-то под землю, самым позорным образом взвизгнула, вызвав радостный смех своего водителя. Кажется, подобные шутки доставляли ему истинное удовольствие.       – Провалиться сквозь землю... Всегда считала, что это аллегория, – пробормотал Персефона, убедившись, что машина снова стоит на четырёх колёсах и больше не планирует никуда падать.       – Иногда это печальная реальность. Душ много и если с каждой летать через основные врата то даже меня не хватит. Так что имеются и дополнительные входы-выходы. Естественно, случайные люди, а уж тем более живые, попасть сюда не могут.       Персефона вдруг вспомнила, как Аид показал ей своё пришествие в Эреб. И сейчас их окружал такой же плотный и беспросветный мрак. Гермес щёлкнул кнопкой и у автомобиля включились фары, давая возможность осмотреть место, где они оказались. Больше всего это напоминало самый обычный дорожный тоннель: асфальт, гладко стёсаные стены и даже светоотражающая разметка.       – Ты не один тут ездишь, так?       – К сожалению квадриги уже не в моде. Приходиться использовать тот транспорт, что более привычен людям. Так что пришлось проложить тут дорогу, – кивнул Гермес и нажал на педаль газа.       Персефона прислушалась к своим ощущениям. Наверное мать была права, когда говорила, что богине, дарящей жизнь, не место тут. Всё вокруг было мертво и глухо. Ну ладно, она приехала сюда не ради буйства зелени и красок, а ради спокойствия, а с зеленью можно и попозже разобраться.