Удалённая

      Итак, кажется это уже по счёту третий день? Или всё же четвёртый? Вроде только начала работать, а уже стала сбиваться со счёта. Кстати о работе, так как я фактически работала поваром в кафе, меня направили в пекарню для готовки хлеба. Не сказать, что я в этом хороша, но какие-то способности у меня всё же были. Да, я искусно умею готовить кексы, но при этом сомневаюсь о своих способностях в приготовлении хлеба. С учётом того, насколько «быстро» я отрабатывала время, я всё больше понимала, насколько правдивы те слова судьи о том, что проработаю я не меньше месяца.       Я успела заметить, что в большинстве здесь работали именно девушки, хотя и парни здесь тоже были. Но разницы сильной не имело, ведь среди них приятелей для меня не было, да и вряд ли будут вообще. Все прекрасно понимали, что им просто нужно немного отработать, чтобы просто уйти отсюда и никогда не видеть все эти лица. Я уже видела как кого-то успели отпустить, а кого-то только привести.       Спала я, как и все, в обычной небольшой камере на двух человек. Сокамерником у меня была какая-то девушка, которая, судя по всему, совершенно была несклонна общаться ни со мной, ни с кем либо ещё. Да и я не особо собиралась с ней знакомится, ведь смысла в этом было никакого.       День близился к концу и многие уже стали покидать место работы. Закончив месить тесто и положив его в печь на нужное время, я также пошла в камеру. Зайдя внутрь, я увидела, что сокамерница на этот раз пришла раньше меня. Ещё я впервые заметила, как она сидит за каким-то чтивом, чего я, конечно же, не могла проигнорировать:       — Книга жанра ужаса и фантастики одновременно? Как вообще можно подобное читать?       — Я вроде бы тебя не заставляла. — она говорила спокойно и совершенно не отрываясь от книги. Такая безразличность даже начинала выбешивать.       — Это твои любимые жанры?       — У меня нет любимых жанров.       Да она издеватеся. Как можно любить читать и не иметь любимых жанров? Ну или хотя бы стилей.       — Почему же именно эта книга.       — Я просто взяла первое попавшееся с полки, мне любые книги по душе. Разве что, кроме мерзкой повседневности — слово «повседневность» она произнесла с особенным отвращением.       Это прозвучало даже как-то… обидно? Обидные слова от человека, которого я даже не знаю?       — А тебе нравится повседневность, так. — продолжала говорить девушка, не отводя взгляда от книги.       — С чего бы это? С чего ты это взяла?       — По глазам же увидела твою реакцию на моё мнение.       Я с подозрением осторожно присела возле неё:       — Ты вообще кто?       — Я? Пожалуй для тебя я сокамерница, но ты бы могла звать меня… своим ночным кошмаром. — после этих слов она улыбнулась, но как-то не по доброму.       — Ч-что?.. — после моих слов воцарилась недолгая тишина.       Она серьёзно взглянула на меня, после чего… рассмеялась, при это отбросив книгу от себя. Но теперь это был не злостный смех, как можно было подумать, а добродушный. Какой реакцией ответить на это, я уже совершенно не понимала.       — Ты бы лицо своё видела, когда я про ночной кошмар сказала. — не преставая захлёбываться от смеха произнесла она.       — Погоди, это розыгрыш был?       — О, я рада что ты всё же догадалась. — успокоилась сокамерница.       — Но как же ты угадала про то, что мне нравится повседневка?       — Это было нетрудно: после того, как ты стала моей сокамерницей, я заметила, что книги над твоей полкой стоят совершенно не в том порядке, в каком стояли обычно. Быстро прочтя глазами содержание книги, которая лежала первой в очереди, стало быстро понятно к какому жанру у тебя особое отношение.       — А ужастики?       — У меня подруга также как и ты повседневки любит, но ещё я знала, что она просто ненавидит ужастики. Я посчитала, что у тебя аналогичная ситуация.       — Что ж, значит угадала.       — Ладно, я Мирна. — она протянула руку.       — Нацуки, — я протянула руку в ответ, — приятно познакомиться.       — Взаимно.       — А имя у тебя, как посмотрю, не местное.       — О, а вот насчёт этого я могла бы рассказать. Значит, начнём с того, что я действительно не из этого городка…

***

      Так я и провела практически весь вечер за разговором с новой знакомой Мирной. Мы вместе делились разными историями, но мои, ясное дело, по большей части не происходили в действительности. Тем не менее, это разговору не помешало. Но вот от неё мне удалось узнать немало, например, то что она с далёкого южного городка, где и провела всё своё основное детство: там она родилась, там училась и там же и ум… кхм, сумела получить работу, после чего отправилась в этот город. А теперь прохлаждается здесь, ведь она почему то понадеялась, что сможет стащить кошелёк у местного состоятельного человека, но видимо не ожидала, что кошелёк стоимостью в 1000 йен будет дороже его содержимого. На вопрос: «поймали ли её или нет?» думаю можно и не отвечать.

***

      Наступил новый день. Обычно с утра происходит свободный приход знакомых у заключённых, но на то, что сюда придёт кто-то из моих знакомых я даже и не надея…       — Нацуки [Фамилия]? — зашёл к нам в камеру местный надзиратель.       — Да?       — Вас вызывает какой-то ваш знакомый, назвался неким Дэном.       — Понятия не имею кто это.       — Мне сказать, чтобы он ушёл?       — М-мх, ладно, я посмотрю.       Я пришла к месту, где заключённые разговаривали через специальное непробиваемое стекло. Я подошла к месту, где, как мне сказали, должен находится тот, кто меня позвал. Взяв трубку для общения я увидела того, кого ожидала увидеть в самую последнюю очередь.       — Кхм, приветствую.       — Почему я только сейчас узнаю, что моего создателя зовут Дэн?       — Потому что ты и не спрашивала. И вообще, что ты делаешь в тюрьме?       — Долгая история, но зато теперь ты до меня точно не доберёшься.       — Слушай, у меня никогда не было ущербных для тебя намерений.       — Да, да, конечно.       — Так, давай отбросим всё, что там было или не было, ведь сейчас есть кое-что по важнее.       — Что же?       — Слушай меня внимательно, — он оглянулся, — тебе надо бежать отсюда, срочно.       — Что? Ты вообще нормальный? Нас могут прослушать.       — Тише, я нашёл способ как оборвать контакты для прослушивания. Пока они не заметили, слушай очень внимательно.       — С чего бы мне бежать? Я и тут себя нормально чувствую.       — Пойми же, речь идёт о твоей жизни, понимаешь? Я не смогу прямо тут всю серьёзность ситуации объяснить, поэтому прошу, доверься.       — Говори, я слушаю.       — Форма. Форма, которую носят местные надзиратели, среди них есть как мужчины, так и женщины, поэтому ты выделятся не будешь.       — Ага, а розовые волосы тут тоже у многих сотрудников?       — Это я учёл, поэтому краску для волос я тоже туда подложил.       — Куда подложил?       — Эй, — перебил нас надзиратель издалека, — что у вас со связью?       — И обязательно забери коробку раньше, чем её проверят. — после этих слов Дэн положил трубку и быстро ушёл. Я решила последовать его примеру и пошла к себе в камеру.       Значит он уже распланировал мне побег, но этот план рассказать нормально не смог, а значит придётся его додумывать самой. Всё, что мне известно — коробка. Что за коробка, где она вообще?       — Ты тоже сегодня решила не работать, Нацуки? — произнесла Мирна, которую я даже не сразу заметила.       — Кстати, Мирна, ты же тут давненько, да? Знаешь где держат посылки для заключённых?       — Выходишь, идёшь налево, попадаешь в большой зал, потом через двор, заходишь в правый вход, он там один, потом проходишь ещё по коридору и там уже точно найдёшь это место, не запутаешься.       — Ого, не ожидала такой потребности, спасибо.       — А тебе зачем?       — Послушай, — я подошла ближе, — сможешь вскопать небольшую ямку под койкой.       — Неужто побег задумала? — серьёзным тоном спросила она.       — Э-э, да… — я сидела в стрёмном ожидании реакции.       — Хах, могла бы и сразу сказать. Ну раз уж тебе надо, то ямка будет готова. — Мирна схватила алюминиевую ложку и начала ею долбить бетонный пол. Да… энтузиазма ей не занимать. Главное, чтобы её не обнаружили за этим деянием.       Сама же я быстро вышла из камеры и пошла по направлению к тому самому месту с посылками: «Так, тут влево, вперёд», — осмотрелась во дворике, — «направо и прямо по коридору». — и как говорила Мирна, я наткнулась на пункт с посылками. Я начала разглядывать каждую коробку издалека, надеясь найти хоть какую-то подсказку, и в итоге я её нашла: красная наклейка в виде моей заколки, которую я узнаю из тысячи, что знал и сам Дэн. Теперь мне всего-навсего оставалось придумать как пробраться через железную закрытую решётку, двух охранников этой двери, людей, которые осматривают эти посылки, да и вообще как пройти с этой посылкой незаметно мимо всех камер и других охранников до своей камеры. И всё это нужно было придумать в течении ограниченного времени, так как до моей посылки там осталось явно недолго.       — Эй, почему не на рабочем месте? — обратился ко мне надзиратель. — А ну, марш на кухню.       — Да, иду… — оставалось надеется, что идея придёт сама собой. В принципе, примерно так и произошло:       Придя в пекарню, я заметила небольшую кучку парней, и по их виду было ясно, что такая работа им была совсем не по душе. Затем я заметила уборщицу со всеми принадлежностями для уборки, которые она переносила на коляске. Если каждая из идей, пришедших мне в голову почти разом, смогут удастся, то мой побег сегодня вечером сможет совершится.       Но для начала мне нужно было как-то заставить пойти тех парней пойти на дело. И как бы мерзко и пошло это не звучало, но я решила, что придётся воспользоваться своей женственной красотой и умением соблазнять. Нет, нет, раздеваться то я точно не собиралась, да и одного моего вида вполне должно быть достаточно, чтобы они хотя бы обратили внимание. Ну, надеюсь.       — Эй, мальчишки, — я начала элегантно подходить к ним (ну или по крайней мере мне так казалось), стараясь сохранить определённый образ и не умереть со стыда от одних только произнесённых мною слов, — вам ведь заведение то смотрю совсем не нравится.       — Да, вот только какая разница, наше мнение тут слушать явно никто не станет.       — Верно, но знаете ли вы, что делает народ, когда власть командует им и не даёт право на собственное мнение?       — Что? — поинтересовался один из них.       — Бунтует, идёт против власти.       — И ты предлагаешь идти с табличками перевести нас, надеясь, что не поймают?       — Ха, ну что вы, это слишком мирный способ, явно не подходящий для такого заведения. А вот если вы смогли бы пробраться всей толпой в место, где они разбирают посылки…       — Нас всех посадят в карцер.       — Вряд ли в карцере есть столько места на всех, скорее уж они задумаются о том, чтобы избавится от вас единственным верным способом, то есть переводом.       — А это мысль… Вот только как же мы проберёмся через решётку?       — Постарайтесь сделать всё, чтобы вынудить их открыть клетку, а дальше дело за вами.       — Ладно мужики, слушайте, есть идея. — они все последовали за человеком, который, судя по всему, был каким-то определённым главарём у них, кроме одного отбившегося. Именно к нему я и решила подойти:       — Эй, — толкнула я его легонько вбок, при этом скрестив руки, — сможешь проследить за одной тюремной комнаткой?       — А-а, какой?       — М-м, — я взглянула на рукав, на котором отображался номер, — 57.       — Понял, а зачем?       — Это часть плана, главное постучи, когда кто-то будет подходить, угу?       — Х-хорошо. — он направился к тюремной комнате.       Фух, долго же мне придётся от этого отходить. Ну ладно, могло быть и хуже, к тому же, первая часть плана удалась. Вторая часть — маскировка.       Я начала искать уборщицу и, к счастью, удалось её заметить перед тем, как она зашла в женский туалет со всеми своими вещами. Я зашла следом за ней:       — Здравствуйте, мне сказали вас заменить.       — Заменить? — удивилась она. — Впервые слышу, что меня заменяет кто-то из тюремных.       — Не знаю, может новое правило ввели, я просто вела на готовке себя ужасно, вот и наказали. — Ах ты ж, — бросила она тряпку на пол, — опять что-то изменили и опять я этого не знаю, ну вот и почему вечно так. Пойду и пожалуюсь к управляющему, чтоб знал. — после этих слов она покинула комнату.       Так, может мне и повезло, но теперь времени осталось ещё меньше. Да, может её и не выслушают, а может… Ладно, не стоит рассчитывать на одну лишь надежду и удачу, нужно действовать. Надев на себя всю возможную одежду с тележки уборщицы, чтобы максимально скрыть факт того, что я заключённая, а также выложив несколько вёдер для освобождения места, я вышла из туалета.       Дойдя до пункта с посылками, я увидела следующую картину: посреди дороги лежала коробка, а по бокам стояли те самые парни, которых я и подговорила на этот поступок. Честно говоря, хотелось ударить себе по лицу от тупости такого варианта, ведь те охранники, что стоят у двери, могли просто взять эту посылку, осмотреть и выбросить. Но на удивление всё произошло иначе: один из охранников подошёл к коробке и потыкал в неё дубинкой, после чего вернулся к двери и сообщил, что на полу почему-то валяется посылка, после чего дверь действительно открылась. Ну а дальше наконец началось самое интересное: третья часть плана «суматоха». На самом деле все названия были мною на ходу придуманы, но важно не это, а то, что начиная с этой части все сговоренные набегают на этот пункт, после чего туда следовало двинуться и мне.       Выстрелов слышно не было, видимо охранники так рисковать не хотели. Но зато было слышно немало ударов, через которые мне ещё предстояло пробраться. Пока я проходила через всей толпы, я заметила, что и посылки тоже начали разбирать. Теперь мысли были о том, чтобы я только бы успела.       У меня действительно вышло дойти до своей посылки, но она была слишком высока для меня. Допрыгнуть не выходило, но когда я только хотела схватить какой-нибудь стул, я заметила, как коробка пропала. Оглянувшись, я заметила высокого заключённого, подающего мне эту посылку:       — Полагаю это принадлежит вам?       — Ох, да, спасибо. — я взяла коробку с его рук и быстро добежала сквозь всю толпу, стараясь не выронить коробку. Дойдя до тележки, я положила коробку внутрь и максимально хорошо замаскировала её. Далее я быстро двинулась к своей камере, куда заехала прямо с тележкой. Там я увидела как Мирна пыталась вскопать уже разрыхленную землю тарелкой. Эта девушка точно бы выжила в тяжелейших условиях.       Положив коробку на пол, после чего вышла из камеры, дошла до туалета, сняла с себя всю одежду уборщицы, вернула вёдра на место и вернулась в камеру.       — Слушай, Нацуки, мне кажется вся коробка не влезет.       И правда, даже со стороны было видно, что коробка куда больше вырытой ямы, а больше сделать её мы вряд ли смогли бы успеть.       — Давай тогда поступим так. — я открыла коробку и обнаружила, что там действительно лежала краска для волос и форма местных надзирателей с картой в кармане. Откуда эти вещи у Дэна — для меня загадка       — Ну так что?       — Слушай, сейчас основные силы брошены на разбор в пункте с посылками, поэтому ты могла бы успеть сбегать в прачечную и взять там одежду.       — Но зачем? К тому же я смогу скорее всего взять только грязную.       — Ну и пусть, главное возьми и побольше.       — Хорошо. — она вышла из камеры и вернулась всего за 3 минуты. За это время ей удалось стащить кучу всякой грязной одежды заключённых. — А что дальше?       — Смотри, — я смяла пустую коробку и засунула её в небольшую ямку, чтобы при осматривании её не приметили, после чего туда же положила небольшой флакон с краской для волос и всё это засыпала. Затем под койку я положила одежду надзирателя и накинула на неё всю грязную одежду.       — Теперь ждём?       — Да, — мы услышали стук, — и ждать осталось недолго.       — А с чего это надзиратели стучаться в дверь?       — А это был не надзиратель, надзиратели будут чуточку позже.       — Тебе то откуда знать?       — Да так, наладить связи некоторые успела, ха-ха.       После моих слов в камеру всё же зашли два надзирателя.       — Не волнуйтесь, это просто проверка в связи с событиями, которые произошли буквально недавно. — оба начали осматривать камеру. Всё шло хорошо, пока один из них не взглянул под койку:       — А это ещё у вас что?       — Это… — начала как-то оправдываться я, — одежда с прачечной, мы просто работали сегодня весь день, но не со всем справились, пришлось с собой взять.       — А там в прачечной места разве нет?       — А мы побоялись, что кто-то стащит нашу недовыполненную работу и вся слава за чистую одежду ему достанется.       — Проверь, кто там в прачечной сегодня работал. — сказал один из сотрудников другому.       — Ой, слушай, у нас ещё столько людей надо осмотреть, может ну его, завтра посмотрим. К тому же коробки у них походу нет.       — Погоди-ка, — первый надзиратель спустился и начал щупать всю одежду, — твёрдых предметов не чувствую. Ладно, завтра разберёмся, давай дальше. — после это они вышли из камеры.       — Пронесло. — выдохнула Мирна.       — Теперь уже точно побег.       — А я вроде и не собиралась передумывать. — с прежней амбициозностью произнесла сокамерница.