Слепое наследие (Blind Heritage)

      — Это — Джон Брэндон?              — Да, говорите, — сказал Джон в свой телефон и побежал по тротуару, желая, чтобы ноги Шерлока не были такими чертовски длинными. Угнаться за ним и так было достаточно трудно, но когда из-за дождя видимость становилась настолько плохой, это было почти невозможно.              — Вы указаны, как ближайший родственник Иэна Брэндона?              И вдруг его ноги полностью перестали работать. Они приросли к асфальту, а колени едва не подогнулись: — Да, он — мой сын, — выдавил он, чувствуя, как пересохло во рту. — Что случилось?              — С вашим сыном все в порядке, мистер Брэндон, — быстро сказал голос на другом конце, снова позволяя дышать. — К сожалению, с его матерью, Мэри Брэндон... нет.              Толкаемый прохожими, Джон пробрался к ближайшему зданию, укрылся под навесом и оперся рукой о стену, чтобы не упасть, когда хлынул дождь: — Что случилось? — спросил он, злясь на себя за то, как тихо прозвучал его голос, но не в силах ничего с этим поделать, когда в его голове пронеслись воспоминания о Мэри. То, как сияли на солнце ее светлые волосы. То, как менялся ее смех, когда ее весело щекотали. Твердое выражение ее лица, когда она сказала ему, что хочет развестись.              — Джон? Джон! — он мог слышать Шерлока, но слишком старался разобрать голос в трубке, чтобы ответить. Его видение Мэри внезапно расплылось в высокий силуэт перед ним, за которым последовало склонившееся озабоченное лицо. — С тобой все в порядке?              Джон проигнорировал его, сказав человеку по телефону, что прибудет так быстро, как только сможет, а затем отключился, глядя на Шерлока с… он даже не знал, что было у него на лице.              — Гарри?              Он не думал, что когда-нибудь услышит такой нежный голос Шерлока, но Джон покачал головой: — Мэри, — сказал он, поправляя друга.              — Мэри? Кто такая Мэри?              — Моя бывшая, — сказал Джон, пытаясь дышать. — Мне нужно такси.              — Что... для бывшей девушки? Джон, у нас есть дело...              — Не бывшая девушка, Шерлок, — сказал Джон, наблюдая за дорогой в поисках такси. — Моя бывшая жена. Она просто... произошел несчастный случай.              Он оглянулся на Шерлока как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот беззвучно произносит слово «жена», но все, что он сказал вслух, было: — И она позвонила тебе?              Джон покачал головой: — Это была больница. Она... она не выжила.              — Я сожалею, — сказал Шерлок официально, автоматически, но на его лице был больше, чем намек на нетерпение. — Но разве у нее нет кого-то, кто мог бы...              — Черт возьми, где такси? — разочарованно спросил Джон, а затем посмотрел на своего соседа по квартире, желая, чтобы этот разговор не возникал так скоро. Он знал Шерлока всего несколько недель и, честно говоря, с нетерпением ждал, чтобы увидеть, сколько времени потребуется этому человеку, чтобы разобраться. — Да, у Мэри есть. Но у Иэна нет.              — Иэн?              — Да, Иэн, — сказал Джон. — Мой сын.              Шерлок остановился лишь на мгновение, прежде чем прыгнуть к обочине, чудесным образом поймав такси, которого, как Джон мог бы поклясться, мгновением раньше там не было.              #              Как только такси тронулось в путь, Джон посмотрел на Шерлока и сказал, сознательно имитируя их первую поездку на такси: — У тебя есть вопросы.              — Сын?              Джон кивнул: — Да, Иэн. Ему только что исполнилось четырнадцать. Мэри хотела опеки, и, что ж, с армией это было для него лучшим. Я вижу его всякий раз, когда могу, но… Я не знаю, что будет теперь.              Какое-то время они сидели молча, пока Джон пытался сообразить, что ему потребуется сделать.              Через некоторое время он сказал: — Я знаю, что ты не подписывался на соседство с ребенком, тем более подростком. Я… Я найду место где-нибудь еще. Мне просто нужно немного времени.              — Не беспокойся, Джон. Мы что-нибудь придумаем.              — Неужели? — если бы много других забот не выглядели настолько угрожающими, он огорчился бы энтузиазму в голосе друга.              — Конечно. Я, наконец-то, нашел соседа по квартире, чье общество терпимо. Что такое еще один человек?              — Подросток, — многозначительно произнес Джон.              Шерлок пожал плечами, но Джона это не успокоило. Иэн был хорошим ребенком, но сейчас он также был подростком, который только что потерял свою мать. Необходимость переехать к отцу, которого он едва знал, и к его эксцентричному соседу по квартире, занимающемуся расследованием преступлений?              Еще один повод для беспокойства.              #              — Иэн?              Шерлок услышал надлом в голосе Джона, когда тот посмотрел на долговязого подростка, находящегося в одиночестве в приемной. Мальчик забился в угол, уставившись в никуда и рассеянно оттирая пятна крови на джинсах.  Его белокурая голова поднялась, когда он услышал свое имя, и на мгновение он просто посмотрел сквозь Джона, как будто тот был еще одним неизвестным сотрудником больницы. Затем прорвалось осознание, и со слезами на глазах он сказал: — Папа.              После они обнялись, и Шерлок отметил, как защищающе руки Джона обернулись вокруг его сына. Он не выглядел смущенным из-за слез. Шерлок предположил, что обучение Джона на армейского врача приучило его помогать людям справляться с травмами.              Шерлок, с другой стороны, чувствовал себя явно неуютно. Дело было не в том, что он не понимал чувств, и даже не в том, что из-за слез он хуже думал о ребенке (подростке, напомнил он себе). В конце концов, все реагировали на травму по-разному, а мать мальчика только что умерла. Он на мгновение сделал паузу, пытаясь вспомнить, плакал ли он, когда умер его отец... но нет. Шерлок не был близок со своим отцом, а Иэн Уотсон, похоже, был очень близок со своей матерью. Шерлок предположил, что это было важно.              Не похоже было, что в ближайшее время объятия закончатся, поэтому он повернулся и пошел к посту медсестры. Он собирал информацию, пока Джон утешал мальчика.              В конце концов, каждому свое.              #              Позже, когда они вышли из больницы, а оцепеневший Иэн шел между ними, Шерлок зашипел, когда перед ними остановилась черная машина: — Майкрофт, — процедил он сквозь стиснутые зубы.              Джон, однако, посмотрел на водителя и покачал головой: — Не в этот раз, Шерлок. Привет, Стивенс. Вас послал мой отец?              — Да, сэр. Он сказал, что вас нужно будет подвезти.              Джон устало кивнул и положил руку на плечо Иэна, ведя его к машине: — Поблагодарите его за меня, хорошо? Нам нужно доехать на Бейкер-стрит, 221Б, но... Ты голоден, Иэн? Когда ты в последний раз ел?              — Не знаю.              — Верно, — сказал Джон. — Тогда нам нужно остановиться, чтобы перекусить. Ты идешь, Шерлок?              Тот понял, что пялится, и, моргнув, заставил себя достаточно вернуться в настоящее, чтобы забраться в машину позади Джона, у которого на губах появилась усмешка: — Твой отец? — наконец, спросил Шерлок.              — Он в списке экстренных контактов Иэна — был с тех пор, как я вступил в армию, верно, Иэн?              Подросток кивнул, выглядя маленьким: — Он и... и мама.              — Значит, так он и узнал о сегодняшнем вечере. Я просто удивлен, что его здесь нет. Стивенс, вы знаете, почему мой отец не приехал сам?              — Что-то о встрече, которую нельзя было отложить, сэр, хотя, как я понимаю, он убедился, что вы находитесь здесь, иначе он все равно отменил бы встречу.              — Верно, — сказал Джон со вздохом, наклонившись ровно настолько, чтобы его плечо прижалось к плечу сына. Иэн наклонился, и Шерлок обнаружил, что подавляет вздох. Он не был сентиментален, и даже если он мог допустить, что ребенок, который только что потерял родителя, заслуживает хоть капельки сочувствия, от присутствия при этом он не становился счастливее. Если Джону нужно было утешить своего скорбящего сына, что ж, хорошо. Он не был совсем бессердечным, что бы ни думали Донован и Андерсон.              Но тот факт, что у Джона был сын... Так вот, это было захватывающе. Не было таким уж большим сюрпризом узнать, что тот был женат, но что у него был ребенок? Как же Шерлок не знал?              О, даже он иногда что-то пропускал, а Джон всего месяц прожил на Бейкер-стрит. Не было ни (очевидных) фотографий ребенка, ни кружки «Лучший в мире папа» для его чая. Не было ежевечерних утомительных разговоров по телефону. Но все же… он думал, что в ту первую ночь выяснил о Джоне все важное. Как он мог пропустить что-то подобное?              Прямо сейчас мальчик был спокоен, но Шерлок знал, что это был оцепенелый шок, — тот не останется в подобном состоянии надолго. В течение нескольких дней (часов?) он придет в себя и начнет проигрывать музыку, разговаривать и вообще находиться в квартире.              Что, по словам Шерлока, было прекрасно.              У Шерлока не было большого опыта общения с подростками — с тех пор, как он был подростком, — и он был этим доволен. Все подростки, от которых он страдал, были грубыми и неприятными, если не откровенными хулиганами. Некоторые были болезненно застенчивы и старались держаться подальше от других, но у Иэн не выглядел таким. Судя по его прическе и одежде, он выглядел... популярным.              На что он согласился?              #              Джон знал, что он не совсем избавился от неприятностей, но был благодарен Шерлоку за сдержанность, пока они останавливались перекусить и устраивали в квартире Иэна. И разве это не было весело? Сначала Иэн настоял на том, чтобы занять диван («Подумай о своем плече, папа.»). Тогда Шерлок возразил, что это помешает его собственным тенденциям полуночника, и предложил свою собственную кровать, что было слишком странно. Наконец, Джон сказал, что на одну ночь либо его плечо может справиться с диваном, либо они с Иэном могут разделить его достаточно большую кровать наверху. Потому что это вовсе не было бы неловко, верно? Во всяком случае, лучше, чем Иэн, оставшийся совсем один?              Однако теперь все они сидели в гостиной, и Джон пытался найти баланс между своим сыном с разбитым сердцем и (предположительно) бессердечным соседом по квартире. Они говорили о Мэри и о том, чего, по их мнению, она хотела бы от похоронной службы. Они говорили о том, что, вероятно, решат ее родители.              Джон ранее позвонил своим бывшим родственникам, чтобы сообщить им, что Иэн в безопасности, и спросить, может ли он чем-то помочь. Он никогда не был так благодарен за то, что им с Мэри удалось развестись полюбовно. Может, он и не был близок с Морстенами, но они всегда были по-своему добры к нему, и если он мог чем-то помочь, то хотел это сделать.              Иэн сегодня вечером отказался от всех телефонных звонков, и теперь, когда они закончили есть, ушел в себя и сидел, уставившись в телевизор.              — Когда ты собирался мне сказать?              Он повернулся к Шерлоку, стоящему в дверях кухни: — Обычно тебе не нужно ничего объяснять, Шерлок, — отозвался Джон с легкой улыбкой.              Его сосед по квартире пожал плечами: — Некоторые вещи более интересны, чем другие.              Верно, подумал Джон. Потому что выяснение проблемы его сестры с алкоголем было намного интереснее, чем тот факт, что Джон был отцом. Однако он этого не сказал, просто позволил своему веселью отразиться на лице. То, что он сказал, было: — Мне очень жаль.              — Из-за чего?              — Ты хотел одного соседа по квартире, а не двух, и мы, на самом деле, не приспособлены к третьему человеку. Это будет… Знаешь, я действительно могу поискать другое место для житья. Если это будет проблемой.              — Я думал, тебе нужен сосед по квартире, — мягким голосом сказал Шерлок.              Джон кивнул: — Ну, да... большая часть моих денег шла на алименты, и это не оставляло много лишнего.              Шерлок пригвоздил его своим пронзительным взглядом: — Ты отдавал им все.              Джон вздохнул и устало кивнул: — Кроме армейской пенсии. Я полагал, что заслужил это. Теперь, однако, Иэн будет жить со мной, так что… Дело в том, что, если ты хочешь тишины и покоя, я могу позволить себе съехать.              — Не говори глупостей, Джон. Мне все еще нужен сосед по квартире, — сказал ему Шерлок. — Ты знаешь, сколько времени потребовалось, чтобы найти того, с кем я мог бы жить?              Он не смог сдержать улыбки: — Но это было до того, как я привел в квартиру подростка.              — Верно, — согласился Шерлок, задумчиво растягивая гласные. — Я полагаю, есть только один очень важный вопрос, на который тебе нужно ответить.              Джон моргнул, внезапно занервничав: — Какой?              — Майкрофт знал?