Змеи и бабочки

Прибывшие ученики из зарубежного учебного заведения изначально раздражали Кассандру, поскольку к ней стремительно подселили одну из учениц. Гибсон, которому она высказала свои возмущения по этому поводу, не внял ее словам, не смотря на их почти дружеские отношения, и пригрозил, если Кассандра выкинет фокус как обычно, он переселит ее в общую гостиную. Пришлось смириться. И если изначально Аня вызывала негодование и агрессию, не только тем, как коверкала слова, у нее был ужасный акцент, но и в принципе своим присутствием, то потом Аббот привыкла к ней и смогла сдружиться. Школа девушки специализировалась на зельях, и эта тема помогла зародиться, если не дружбе, то приятельские отношениям вскоре, а там Кассандра успешно влилась в компанию друзей русских учеников, как и Крис. Данная ситуация вызвала порыв ревности у двух девушек из Гриффиндора. Если Мэри ещё терпела и не наседала, то Таня по возможности таскалась следом за своей подругой, хотя темы, сведшие эту компанию, были ей не интересны. Кассандра же старательно делала вид, будто не замечает ревности со стороны второй половинки, хотя поведение Тани ее порой раздражало. Она надеялась, хотя бы интерес к людям с мест, где родилась миссис Кэрроу, сдержит взрывной характер львицы. Не помогло, и Аббот так же сорвалась в какой-то момент. Они все вместе сидели в коридорах школы. Между учениками двух школ завязалась оживленная беседа, в которой Таня участия не принимала, и большая часть для нее была набором слов. Иностранные школьники находились в Хогвартсе больше двух недель, и за последнее время стали ее раздражать ещё больше. В пылу своего гнева Татья не сильно вникала в их беседы, и больше походила на цепного пса, охранявшего свою хозяйку. Вот поэтому даже сейчас она была в плену ярости, и не слышала большую часть разговора. — А ты что думаешь, Таня? — на ломаном английском спросила Аня. — Кассандра говорила, что ты хочешь быть, — задумалась, вспоминая слово, — мракоборцем, — с трудом и по буквам выговорила девушка. — А? — растерянно отозвалась Кэрроу. — Говорила обо мне? — Мы сейчас обсуждаем вопрос: нужно ли чтобы каждый мракоборец имел при себе «Жидкую удачу» на крайней случай или это неэтично, — пояснила суть беседы Аббот, испытывая лёгкое раздражение, ведь она прекрасно понимала почему Татья возле нее и эмоции своей второй половинки. — Это должно быть полезно, — пожала плечами Кэрроу, а Кассандра попыталась скрыть недовольство. — И все же данное зелье вызывает зависимость, безрассудное поведение, и нельзя скидывать со счетов человеческий фактор, что кто-то может воспользоваться им в личных целях, — привлек внимание парень из Колдовстворца, Таня с трудом вспомнила, его зовут Андрей. — Можно систематизировать данный процесс, выдавать с документами, вести учёт, — его одноклассник Юра не поддержал данный вариант. — Много документальной возни, у нас бы за это точно никто не брался, — покачал головой. — Да и не совсем честно это в битве с волшебником. — Думаешь темный маг будет драться честно? — рассмеялся Кристофер. — Да и оборотни, призраки и вампиры вряд ли будут предупреждать о нападении. — А вот мне другое стало интересно, — встряла Анна, быстро сменила тему. — Как преподаватели разрешили ваши отношения в школе? — она оглядела Таню и Кассандру. — А в чем проблема? Что не так с нашими отношениями? — нахмурилась Кэрроу и скрестила руки на груди. — Ну вы обе девушки, — чуть испуганно ответила ученица зарубежной школы, угрожающий взгляд Татьяны ее напугал, а Кассандра попыталась успокоить свою вторую половинку коснувшись ее руки. — Это как-то неправильно, у нас преподаватели устроили бы нам разнос. — Наши учителя не застряли в средневековье со своими моральными нормами. И кто сказал, что это неправильно? Ты? А может это не твоего ума дела кто и с кем встречается! — гневно произнесла Татья, разведя руки в сторону, по ее напряжённому телу казалось, она вот-вот ударит собеседницу. Выругавшись на родном языке ребят из русской школы магии, Таня резко развернулась и ушла, сбивая всех кто попадался на ее пути. Лица учащихся из Колдовстворца вытянулись от удивления, Крис ничего не понял, а вот Кассандра была просто в шоке от поведения девушки. — Простите, я вас оставлю, — Аббот покинула компанию и побежала следом за подругой. — Стой! — схватила за руку и развернула к себе. — Ты что устроила? — Ничего, — буркнула Татья. — Твое новой подружке следовало бы следить за языком! — яростно отозвалась гриффиндорка, вырвав руку. — Слушать противно. — Так не слушай, хватит таскаться за нами! — обиженно произнесла Кассандра. — Временами твоя ревность утомляет. Аня ничего плохого не хотела сказать, а вот ты, хоть я и ничего не поняла из последних слов, явно ответила им грубо. — А я устала от того, что ты все свободное время проводишь с этими людьми! — кричала Кэрроу, привлекая внимание учеников, проходивших мимо. — И так вся в учебе, в обязанностях, а появляется минутка, бежишь к ним. Как мне не ревновать? — Таня, а может надо голову включить, — вздохнула слизеринка. — Они здесь на время, потом мы не увидимся, поэтому и уделяю им столько внимания. Твоя ревность просто неуместна, я тебе сто раз говорила, если выбрала тебя, то просто так не кину. Меня не увести у тебя. — Я же тебя увела, — с агрессией ответила Татья, не желая признавать свои ошибки. — Серьезно? Будешь меня упрекать первыми отношения? — обиделась Кассандра. — Это я меняла пару по сезонам года? Или забыла после чего ты и я сошлись? — Помню прекрасно, — буркнула Татьяна. — Плевать, делай что хочешь, мне надо на тренировку, — развернулась, чтобы продолжить свой путь. — Мы не закончили! — Кассандра обежала девушку и схватила за плечи. — Я же видела почему ты с нами рядом крутилась. Пойми одно, нельзя ревновать ко всем подряд, кроме отношений у меня есть ещё своя жизнь, знакомые. Я тебя не брошу, точно не уходя к другому. Скорее ты доведешь до расставания своей ревностью. Мне с тобой тяжело в этом плане. — Может тогда облегчишь свою жизнь! — с горяча выдала фразу Кэрроу, и в ту же секунду пожалела о ней. — Может, — холодно произнесла Кассандра, отпуская плечи подруги и отступая от нее. — Думаю так будет лучше для меня, — обошла гриффиндорку в намеренье уйти и сохранить остатки гордости, чтобы не показать обиду, слезы, намеревавшиеся появиться на щеках. Татьяна поняла какую глупость сделала, и ее гнев начал медленно утихать, уступая место сожалению. Она обернулась, наблюдая за удаляющейся спиной возлюбленной и не зная, что делать. Признавать ошибки сложно, но отпускать ее вот так больно, да и гадостей она действительно наговорила достаточно. В горле застрял крик, но ссора лишила сил и староста львов не смогла подать голос. Тренировка не сложилась. Расстроенная и обозленная капитан отчитывала всех за мельчайшие проступки, срывая злость на команде, которая не понимала, что не так с этой обычно веселой и позитивной девушкой. Вернулась в гостиную с ещё более паршивым настроение, а следом за ней и Мэри, которая несла букет цветов. Если бы это был обычный день, Кэрроу могла и порадоваться за соседку, но сейчас этот романтический подарок стал бельмом на глазу. — Крис извиняется, что не уделяет время? — хмуро спросила Татья, стягивая форму. — Скорее старается компенсировать, — ответила Мэри, ставя цветы в вазу. — А ты чего без настроения? — А у тебя оно есть, — рыкнула Кэрроу. — Почему ты так спокойно реагируешь на то, что он крутится в компании этих русских? — Не сказала бы спокойно, — рассмеялась Остин. — Стараюсь держать себя в руках, чтобы не беспокоить Криса, он это понимает, вот и дарит мне букеты, — нежно провела по цветам. — Я так не могу, — вздохнула Таня, садясь на стул. — Сегодня устроила скандал, — рассказал соседке все подробности ссоры, ощущая, как от злости и следа нет, только грусть. — Хоть я и не люблю эту девчонку, но она права, — утешительно улыбнулась Мэри. — Я тоже ревную, но нельзя с этим палку перегибать, иначе можно разрушить все хорошее, что есть между вами. — У меня не получается по-другому, — печально вздохнула, прикрыв глаза. — Мысль, как кто-то другой может касаться ее, меня бесит. — Только Кассандра не твоя вещь, не собственность, — попыталась донести истину до своей старосты. — И я не знаю ее хорошо, однако судя по всему эта девушка не из тех, кто хочет чувствовать себя подобным образом. Татьяна хотела зарыдать от собственной глупости, от осознания, Остин права. Ещё сложнее от того, что ей это надо исправлять. Нет времени на слезы, надо действовать. Вот так ее отпустить казалось чем-то невозможным. Проще отца послать на все четыре стороны, чем дать Кассандре уйти. Сложно. Зря сорвалась. На другой день после ссоры у всей школы был выходной. Татья не собиралась долго ждать или молить о прощение, сразу действовать — это больше в ее стиле. Схватить, не отпускать, пока она не смирится, не успокоится. Глупо и неправильно не оставлять альтернатив, но страх, что выбор будет не в ее пользу сильнее здравого смысла. На завтраке все расселись по столам факультета. Аня, Андрей, Юра устроились за столом Слизерина, рядом со старостами. Татья от злости искусала все губы, погнула ложку, приказывая себе держаться и не встрять в их милую беседу прямо сейчас. После приема пищи, гриффиндорка подкараулила старосту змей у выхода из общего зала. Находилась ее девушка в той же компании, когда приближалась к месту, где ее ждали. Заметив Кэрроу, Аббот остановилась и с удивлением посмотрела на нее. Рассеянность была вызвана взбудораженным видом подруги, и среагировать она не успела. Таня схватила ее за руку и потянула за собой. — Какого Мерлина? — выругалась Кассандра, остановилась, вынудив затормозить и свою похитительницу. Попытка отнять ладонь у Кэрроу провалилась, и не потому что сил не хватало, а из-за клейкого вещества. — Ты что делаешь? — Пытаюсь помириться, — решительно произнесла Татья. — У меня плохо с извинениями, поэтому решила действовать радикально. Тебе такое не нравится, но я не умею иначе. — Серьезно? — приподняла склеенные руки. — Как понимаю где-то противоядие, — сделала шаг к девушке. — Это мне напоминает один момент, разница лишь в том, что теперь я не боюсь тебя касаться, — полезла в чужие карманы в поисках флакончики. — Его здесь нет, — лица оказались в миллиметре друг от друга, и Татьяна коварно улыбнулась. — Оно в том месте, куда я тебя веду, это подстраховка, — указала на руки, — чтобы не сбежала. — То есть ты заранее лишила меня выбора? — усмехнулась Аббот, не отступив ни на шаг, заметив, Татьяна смотрит на ее губы. — Шантаж и манипуляции это по моей части. — В этот раз я тебя переиграла, — заглянула озорно в глаза. — Ты в ловушке, милая, — нежно прошептала, убрав лишние пряди с лица девушки за ухо. — Что ж, мне от тебя иначе не избавиться, пошли куда ты там хотела, — вздохнула Кэсс, отступив на шаг. Татьяна ликующе улыбнулась и повела любимую, уже не предпринимающую попыток вырваться, за собой. Через пару коридоров у Кассандры появилась смутное предположение куда ее ведут, а спустя некоторое время ее теория подтвердилась. Они вошли в ванную старост, и Кэрроу закрыла за собой дверь на ключ. Аббот поджала губы наблюдая за этим, ясно на насколько бурное примирение рассчитывала ее вторая половинка. — Обязательно все усложнять? — хмыкнула Кассандра. — Не видела простого пути, — призналась Кэрроу. — А как насчёт того, чтобы просто подойти и извиниться? — закатила глаза Кэсс. — Я давно не злюсь на тебя, да и Аня действительно несколько была грубовата. Надо было придумывать сложный план, вместо того чтобы просто сказать одно слово? — Боялась, не захочешь слушать, — призналась Татья. — Я хотела сказать, что была неправа, но не ревновать у меня не получается. Я постараюсь впредь быть более сдержанной и не давить на тебя. — Этого мне было бы достаточно, без всех остальных лишних телодвижений, — насмешливо произнесла змейка, продемонстрировав склеенные руки. — И ещё не сразу, но я поняла почему ты так взъелась на Аню за сказанные слова, — Кассандра встала чуть ближе. — Знаешь, что от отца услышишь подобное, а то и хуже, — до этого момента Таня не понимала почему всё-таки так яростно отозвалась после речи русской школьницы, но ее подруга дала ответ, хотя к нему прежде сама она не смогла прийти. — Иногда твоя проницательность пугает, — Кэрроу отвела взгляд. — Если вопрос исчерпан, то может дашь мне противоядие? — строго спросила Аббот, тряхнув рукой. Таня отковыряла плитку, которая по наблюдению всех, кто принимал ванную здесь, давно не прилегала плотно, а гриффиндорка добила ее окончательно. Она достала флакончик и небольшое его содержимое вылила на скреплённые руки. Кэсс с удовольствием оторвалась от подруги и размяла пальцы, что были долгое время без движения, а Татья повторила ее действия. Кассандра подняла взгляд на девушку и не смогла подавить улыбку, которая была вызвана мыслью о сдержанном поведение ее излишни эмоциональной второй половинки. Та будто ожидала окончательного решения слизеринки или что она первая начнет действовать. — Если мы закончили, то я пойду, — заявила Аббот, и глаза ее озорно сверкнули, не собиралась она уходить, поскольку знала, они одним разговором не ограничатся, и была не против. — Ключи у меня, — ликующе подметила Татья, похлопав себя по карману. — К счастью на этой двери нет защитных чар, и они мне не потребуется, — развернулась, чтобы уйти, но нарочно шла медленно, давая время возлюбленной. Таня не стала долго ждать. Подбежала к девушке, обняла со спины и прижала к себе. Кассандра улыбнулась, когда тонкие пальцы убрали волосы с шеи, слегка задевая ее. Мягкие губы нежно поцеловали, лишая сил сопротивляться. Ее вторая половинка никогда не отличалась скромностью: одна рука продолжала удерживать, другая разбиралась с завязками на мантии. — Я тебя не отпускала, — прошептала над ухом. — Мне твоего разрешения не требуется, — прикрыла глаза и откинула голову назад. — Что планируешь делать? — Хочу ванную принять, — продолжая целовать, ответила Татья. — Присоединишься? — Тогда может наполнить ее? — рассмеялась Аббот, освобождаясь от объятий. — Я подожду. Татьяна отступила от любимой и выполнила необходимые действия. Не смотря на огромный размер ванной, заполнилась она довольно быстро. Коснулась воды, чтобы проверить достаточно ли та теплая и не сильно горячая. После вернулась к Кассандре, оставшейся на месте и наблюдавшей за девушкой. — Почему не разделась? — поинтересовалась Таня, скидывая с себя мантию. — Жду, когда поможешь, — с озорным блеском в глазах ответила Кэсс. — Вызов принят, — сделала решительный шаг вперёд. Желание прижать к себе горячее тело было велико, но Татьяна снимала все с них двоих медленно, продлевая томление, ведь так интереснее. Когда с одеждой покончено, пылко поцеловала, взяла за руку и отвела в ванную, вместе они погрузились в ароматную воду. События повторялись вновь и вновь. Ласки. Стоны. Признания в любви. Сжигающий жар чужого тела, которое будто плавилось от каждого прикосновения. Губы слаще любого нектара. Мысль, что даже если однажды довелось вкусить амброзию, она была бы ничтожна на фоне любимой девушки. И в конце долгого пути усталость, нежный обмен поцелуями. Покой в теплой воде и объятьях любимого человека. — Ты чего улыбаешься? — устало спросила Кассандра, прикрыв глаза, подумала, что без понятия сколько они времени тут провели. Может уже наступил ланч? — Я счастлива, думаю это достаточно веский повод, — хихикнула Кэрроу, лишь плотнее укутываясь в руках Аббот. — Не спорю, — усмехнулась Кассандра Таня задумалась, как хорошо будет, когда они вот так же будут вместе лежать в ванне, после того как съедутся. Представила их совместную жизнь, и в этих мечтах все было излишне романтизированно. Сладкое неведение реальности делало счастливым, и казалось таким правильным. В череде мыслей вспомнился момент, как Аббот не слишком радостно отреагировала на объявление о переезде во время разговора с подругами в незаконченном кафе. Кэрроу отстранилась от любимой и развернулась к ней так, чтобы они были напротив друг друга. — Что? — нахмурилась слизеринка, она давно знала Таню и считывал все по мимике ее лица. — Хотела спросить, — ответила Татьяна. — Почему так остро восприняла слова о нашем совместном проживании, когда я рассказала об этом Пенни и Ракель? Ты передумала? — Нет, просто для меня это наше личное дело, и мне не хотелось обсуждать подобное с девочками, ведь данная тема только между мной и тобой, — повела плечами. — Я не любитель распространяться о своей личной жизни. — Это же наши подруги! — возразила Татья. — Мы столько их знаем. — И? Это не значит, что стоит их посвящать во все подробности наших отношений, — покачала головой. — Ты же не рассказываешь им подетально о том, что происходит у нас в постели? — Ты скрытная, и порой даже со мной, хотя я видела многое и делала с тобой тоже, — с игривыми нотками сказала староста львов, приблизившись к партнёрше и проведя пальцем по скуле. — Скорее одиночка, — поправила Аббот. — Мне необходимо пространство, в котором время от времени я могу побыть одна и никто не побеспокоит, где можно подумать в тишине или порисовать. — Поэтому так яростно реагируешь на соседок, — догадалась Татьяна. — Иногда жить в комнате с кем-то неплохо. Мэри оказалась классной девчонкой. — Не лучший пример, — иронично подметила Кассандра. — Эй! — возмутилась Таня, и ей в голову пришла идея. — Знаешь, когда начнем вместе жить, выберем комнату, где много света и устроим тебе мастерскую, будешь там рисовать, — прижалась к девушке. — И я тебя в ней не побеспокою, твой маленький личный уголок. Как идея? — Мне нравится, — поддержала подругу Кэсс. — Только вот справишься? Если я там запрусь и буду долго сидеть? — Ради тебя, да, — согласилась гриффиндорка. — Таня, — нежно произнесла Кассандра, притянув девушку ближе. Ее слова тронули сердце, пусть они и были незначительными, но такая забота о чужом комфорте согрела изнутри. Староста Слизерина в очередной раз убедилась, она сделала правильный выбор. — Спасибо, — поцеловала, отплатив за добро своей любовью. По дороге из ванной комнаты они шли держась за руки, только теперь не склеенные, а по своей воле. Таня выглядела счастливой, только до того момента, пока они столкнулись с русскими ребятами, и те позвали Кассандру. Хотелось никуда не отпускать. Кэсс заметила ее настрой и ожидала, исправит ли их разговор что-то. Через невероятные усилия Кэрроу отпустила руку девушки, она не могла ни ревновать, но знала, держать силой неправильно. — Иди, у меня ещё есть дела, — попытавшись вернуть бодрость духа и улыбку, сказала Татьяна. — Увидимся позже, — кивнула Аббот, принимая с благодарностью те усилия, что вложила в эти слова подруга. Поцеловала, чтобы компенсировать утраченное, и направилась к новым друзьям. Так продолжились осенняя пора, сопровождаемая дождями и медленным утиханием тепла. Ясных дней все меньше, а природа неспешно готовилась к неизбежному концу. Жизнь стала более сонной, а ученики вялыми, последние силы вкладывали в учебу, хотя большинству хотелось с горячими шоколадом закутаться в одеяло, чтобы сохранить остатки тепла внутри. Занятия с Гибсоном у Кассандры стали более размерены. Меньше практики, больше теории. Староста Слизерина дольше засиживалась со своим деканом, но чаще не училась, а общалась. Иногда вместо урока они устраивали чаепитие. Аббот уверенно могла назвать профессора зельеварения интересным мужчиной, эрудированным. Он увлекался не только классической для Великобритании магией, но изучал и другие аспекты. У него было много литературы, которой не достать в школьной библиотеке, и от него девушка часто узнавала много нового. Кассандра всегда с радостью выбирала себе какую-нибудь книгу из его коллекции для вечернего чтения, в один из таких моментов ей на глаза попался интересный материал. — Увеличение природной магической силы? — удивлённо спросила она, листая страницы. — Там в основном теория, — ответил Дэниел, становясь рядом и наклоняясь, чтобы лучше видеть текст. — В основном все это основано на жертвах. — Каких именно жертвах? — настороженно поинтересовалась Кассандра. — Разных, — пожал плечами учитель. — Некоторые верили, будто силу можно увеличить очистив разум, отказавшись от земных радостей: любви, вкусной еды и даже сна. Другие верили в то, что магия дарована нам высшими силами и делали им подношение из жертвенных животных или людей, дабы сыскать их благосклонность. Были те, кто придумал обряд как отнять магию у менее достойного колдуна и передать ее другому, естественно тот у кого забирали силы уже не жилец, ведь это извращение над природой. Наша душа это сосуд, а магия его содержимое, если отнять часть души и запихнуть в другого человека явно ничего хорошего не выйдет. — Это мерзко, — девушка с отвращением глянула на фолиант, словно в ее руках была ядовитая жаба. — Неужели кто-то шел на нечто подобное? — Алчность один из самых страшных грехов человека, которое вредит не только ему, но и окружающим, — ответил Гибсон, отойдя к своему столу. — Вы видели подобное своими глазами? — слизеринка приподняла книгу, указывая на объект своего интереса. — Видел, — признался декан. — У одного мага отняли его силы и передали другому, оба участника ритуала погибли, — развел руками и усмехнулся, заметив немой вопрос в глазах школьницы. — Я же говорил, подобные ритуалы извращение над природой. У одного отняли душу, а другой попытался наполнить сосуд, который был полон и тот лопнул. Порой нам с трудом удается обуздать собственную магию, а если к ней добавить чужую, то это нас просто уничтожит. — Даже если это было бы возможно, я на такое не пошла, отнять чужую жизнь ради своей выгоды, слишком низкий поступок, — сделала заключение Кэсс, переворачивая страницы книги. — Перевёртыши? — удивлённо отозвалась, бегло читая текст. — Перевёртыши, еретики, парадоксы, — учитель сел за стол, поясняя написанное в кратком содержание. — Так называют ведьм и колдунов, родившихся без магии, но способных ее забирать из другого источника. Очень редкий дар, который тщательно скрывают. — Какого источника? И почему скрывают? — заинтересовалась Аббот, это была новая информация, открывающая для нее мир с другой стороны. — Любого. Магический артефакт, волшебного существа, построенное на волшебстве строение или у самого мага, — вздохнул, словно сожалея о том, что сейчас рассказывал об этом. — Они не сквибы, но и не волшебники в прямом понимании этого слова, и скрывают свой дар, потому что наше сообщество считает их угрозой. Если рождённые с магией могут удержать лишь определенное количество силы, то источник этих людей неограничен. Неважно сколько волшебства впитает в себя Перевертыш, у него нет предела. Как думайте, мисс Аббот, почему их боятся и стараются уничтожить? — хищно блеснул глазами, наблюдая за растерянной ученицей — Маг с неограниченными силами и способный отнять их у другого — это вызывает страх, — ответила на вопрос профессора и отставила в сторону фолиант. — У меня пропало желание на сегодня читать. — Тогда можете возвращаться к себе, — махнул рукой. Кассандра собралась уходить, когда без предупреждающего стука в дверь вошла одна из учениц Слизерина. Аббот закатила глаза, так было на протяжении всего года, когда у нее были занятия с Гибсоном, кто-то обязательно вваливался в кабинет, очевидно ища подтверждения слухам, бродившим по школе о тайной любви ученицы и преподавателя. Дэниел тоже заметил этот момент, но игнорировал, а его старосту подобное начинало уже бесить. Она ведь уже в отношениях состоит, почему им просто не успокоиться? — Вы что-то хотели мисс Пруэтт? — нахмурившись, спросил мистер Гибсон. — У меня остался вопрос по уроку, простите, не знала, что вы не один, — замялась девушка, поправив рыжие волосы. — Неужели? — хмыкнул учитель, а Кассандра прикрыла рот рукой, чтобы не слышали, как она хихикает, было видно, как от одного грозного взгляда Дэниела ученицу бросало в дрожь. — И вы посчитали уместным явиться ко мне поздним вечером, а не уточнить его на следующем занятии? — Простите, сэр, — опустила голову. — Сделайте одолжение, закройте дверь с обратной стороны, — строго произнес Дэниел. — И всем у кого ко мне есть какие-то неожиданные вопросы, передайте, если уж им так нравится приходить ко мне вечером в кабинет, то пусть хотя бы приносят угощения из «Сладкого королевства», как компенсацию за то, что вламываются сюда без стука. Раскрасневшаяся школьница молниеносно выскочила обратно, а Кассандра позволила себе рассмеяться в полный голос. Она переглянулись с Гибсоном, который тоже вместо сведенных бровей теперь улыбался. Эти двое поняли друг друга без слов. — Насчёт слухов? — подала голос Кэсс. — Они вас беспокоят? — удивленно приподнял брови. — Плевать, — отмахнулась староста Слизерина. — Хотела знать есть ли у них основания с вашей стороны? — Вы, мисс Аббот, интересный собеседник, и для своего возрасты мыслите достаточно широко, хотя как и любой подросток страдайте от юношеского максимализма, — пояснил Дэниел. — Я не испытываю к вам любовного интерес, но меня будет греть мысль, что даже когда вы покинете эти стены, мы останемся добрыми друзьями. — Без сомнений, так и будет, — кивнула Кассандра, и распрощалась с деканом.