Москвичей не жалуем

      Антону как-то больше и некуда идти, кроме как на встречу с «неизвестным номером».       Спустившись по лестнице и покинув подъезд, Шастун достал откуда-то из кармана наушники, и неспеша пошел в нужное место.       Догадок, кто же этот неизвестный не было, Шаст не старался ничего понять, решив не думать, плыть по течению и устроить себе некий «сюрприз».       Ночные улицы освещали полная луна и редкие фонарные столбы, некоторые из них тихонько мигали, выдавая свою неисправность. Путь был не слишком длинный — около пятнадцати минут спокойным шагом. По дороге встречались закрытые магазины и лавочки с мороженым, пустые улицы и темные подворотни. До назначенного времени было еще полчаса.       Дойдя до моста и медленно поднявшись на него, Антон огляделся. В далеке виднелся темный силуэт, который почти сразу заметил приближающегося Шаста. — Эй, Тоша! — закричал неизвестный.       Тоша? Да блять.       Подойдя ближе, Шастун удостоверился в своих догадках. Перед ним стоял высокий стройный парень, в мешковатой одежде, с капюшоном на голове. При виде Антона, он его снял. Светлые волосы с черными корнями растрепались из-за легкого вечернего ветерка. — Чего звал? — грубо спросил Шаст. Его накрыло воспоминаниями. — Да так, увидеться хотел, — улыбнулся он, смотря вдаль. — Саш, — Антон снова осмотрел парня, — Какого хуя?       Он улыбнулся, переводя взгляд прямо в зеленые глаза Шастуна. — Понятно, — протянул парень, — И ты даже не соскучился по мне? Соскучился?       После этих слов Антона накрыла неимоверная злость. Человек съебался, ничего не сказав, разве это нормально? Шаст скорее охуел и обиделся, чем скучал, все таки не чужие люди были. А теперь вполне себе незнакомцы, случайно встретившиеся на мосту над железной дорогой. — Давай прямо, че тебе надо? — раздраженно спросил Шастун. Обида пожирала его изнутри, раньше он думал, что отпустил эту ситуацию, но сейчас казалось, будто они все еще брошенный десятиклассник. — Я просто хотел объясниться, — Саша опустил взгляд вниз, рассматривая поблескивающие рельсы, — Сейчас мне удалось сбежать, я снова вернулся сюда, в родные края. — Откуда сбежать, Саш? Тебя почти два года не было, на звонки не отвечал, во всех соцсетях в бан кинул. Я что должен был думать? — Меня папа забрал, к себе, в Москву. Потом в Сербию. Мать даже не сопротивлялась, потом умерла от опухоли какой-то. Батя из-за ее смерти ебанулся, телефон забрал и запер в комнате. И сейчас наконец-то получилось уехать от него.       Саша посмотрел на Антона. — Я правда скучал.       Повисло молчание. Шастун рассматривал знакомое лицо, слегка изменившееся, но такое родное. Как будто не было всего этого времени, когда они были в разлуке.       Саша обнял Антона, крепко сжимая талию и утыкаясь в плечо. Родной запах отдавал в нос приятными воспоминаниями. Почти три года дружбы пролетели в один миг. За это время они стали ближе, чем друзья. Неужели они снова вместе навечно?       Однако Шастун не спешил отвечать на объятия. — Ты не хочешь... — не успел договорить Саша, как его перебили. — Нет, я не хочу тебя обнимать, не хочу тебя трогать. Я обижен, ясно?       Антон оттолкнул парня, смотря ему прямо в глаза. — Ты серьезно не мог хотя бы раз что-то сделать, чтобы я понял, что ты вообще жив? Я думал ты откинулся от передоза. Я похоронил тебя, блять, ты это понимаешь? — Шастун гневно размахивал руками. Но успокоившись, он продолжил более тихо, — Я не верю, что твой отец забрал телефон. Я ежедневно проверял твой профиль, и ты был в сети. Но меня кинул в черный список. — Тише, Тош, — усмехнулся Саша. Шаст узнал эту улыбку, он видел ее лишь когда ловил друга на лжи, — Я не мог тебе написать, поверь мне. — А Стасу мог, да?       Саша рассмеялся. — Тебе смешно? Я не хочу больше тебя видеть, ебаный торчок, — спокойно сказал Антон, уже собираясь уходить, но его схватили за руку и остановили. — Ты забыл, что такой же конченый наркоман, как и я? — спросил Саша, — Или пока меня не было ты слез?       В ответ было молчание.       Шастун развернулся, умеренным шагом отправляясь обратно с моста. — Антон, мы еще встретимся, обещаю.

***

      Шастун раздраженно пинал маленькие камешки, валяющиеся на дороге. Разговор с давним другом, его очередная ложь и давление на больное бесили Антона. Он сильно разозлился и расстроился из-за Саши.       Сегодня Шаст в полной мере осознал, что его когда-то лучший друг был тем еще мудаком, полностью переломавшим жизнь Антона.       Его когда-то больше чем друг — полнейший ублюдок.       Все моменты, связанные с Сашей, резко приняли негативный окрас. Он вспомнил, как был всегда не особо ему важен, был «запасным вариантом». И когда было скучно, Саша пользовался Шастом.       Весь до красных ушей смущающий Антона флирт — всего лишь шутка. Их пьяные объятья, смазанные поцелуи вечером в тихом дворе ничего не значали, по крайней мере для Саши. Для Шастуна это был целый мир.       А как же тот факт, что он подсадил Антона на наркотики? «Безобидная» травка вот-вот должна была смениться чем-то тяжелым. Благо, Шаст вовремя сказал стоп.       Шастун ненавидел себя сейчас. Влюбленность затуманила разум, он боготворил самого Сатану, абсолютно не замечая, что его жизнь катится в ад. Антон злился, что осознал все только сейчас.       В плохом настроении, он раздумывал, куда бы ему податься. Все его знакомые и друзья наверняка уже спали, смотря десятый сон в теплой кровати.       Шастун зашел в «ВК» рассматривая чаты и людей онлайн. Один все таки не спит.       Найдя номер в телефонной книжке, Антон слушал долгие гудки, но трубку все таки подняли. — Алло? — послышалось на том конце провода. — Дим, свободен? Можно к тебе? — А че такое? — заинтересованно спросил Позов, — Ты, конечно, приходи, но у меня тут гости уже. Щас адрес кину. — Спасибо, ты мой спаситель! — вскрикнул Шаст, — Сейчас приду, объясню все.

***

      Светлый подъезд новостройки встретил Антона вкусным запахом чистоты и хлорки. Прям как в отеле. Не то, чтобы он в них часто бывал, но пахло восхитительно.       Зайдя в лифт, Шастун нажал на кнопку девятого этажа. Он посмотрел в зеркало. Вид у него был не из приятных: растрепанные волосы, грязная одежда, опухшее лицо. Антон походил на нарика, зашедшего в подъезд, чтобы просто употребить и уйти с миром. И как хорошо, что таким он больше не занимается.       Шаст поднялся на нужный этаж, дошел до двери Димы и неслышно постучал в дверь. Никто не ответил. Нажав на кнопку звонка пару раз, он снова отошел от двери. Через пару секунд ему открыли, неразборчиво шепча какие-то ругательства. — Привет, проходи, — шепотом произнес Дима, отходя от двери и пропуская гостя. — Привет.       Антон зашел в прихожую теплой квариры. Даже в темноте было видно, что хозяева заботились о жилище, постоянно наводя порядок и уют. Повсюду стояла дорогая ухоженная мебель и висели какие-то фотографии. В них Шастун разглядел маленького Позова, в мыслях улыбнувшись и двигаясь дальше внутрь. — Добро пожаловать, — сказал Дима и проводил его в свою комнату.       Возле окна на кресле сидел парень, Антон узнал знакомое лицо, пытаясь вспомнить, где его видел. — Здорова, — сидящий поднялся, подходя к Шастуну и протягивая руку, — Сережа. — Антон, — тихо произнес парень, пожав руку в ответ. — Ай, точно! Шастун. Не признал, прости. — Богатым будешь, — глухо посмеялся Позов, — Распологайся, комната в твоем распоряжении. И давай рассказывай, че случилось.       Антон присел на пол возле кровати, прижав ноги к себе. — Да старого знакомого встретил, неприятно получилось, — Шаст тяжело вздохнул, понимая, что сильно устал за сегодня, — Он «объясниться» хотел, на деле опять наебать решил, приплел еще отца своего конченого и что не мог, видите ли, со мной связаться никак, телефон у него забрали. Я видел его онлайн в «ВК» как минимум, меня он заблокировал и игнорировал везде. Выбесил вот я и съебал, а домой нельзя сейчас, родители ругатся будут.       Дима, слушавший неперебивая, наконец прервал Антона. — Мне кажется, что нихуя он тебе не знакомый, что-то больше. Так что не пизди мне, давай по-честному, ненавижу когда врут.       Шастун опустил взгляд, размышляя стоит ли подробнее что-то объяснять. Забив на все он решил, почему нет? — Ты прав, намного больше чем знакомый, да даже друг. Самый близкий и любимый человек, который ценил меня на столько, что ни слова не сказав, уехал в Москву, — тяжело вздохнул Антон, — Знаете что раздражает? Он Стасу написал. А мне нет. — Ты про додика что-ли сейчас? — ненавязчиво спросил Сережа, — Который такой весь важный ходил, я видел недавно его, подумал, он же уехал. Вы же вроде раньше одной копанией ходили, Стас, Саня и ты. — Точно, Крымский! И он твой близкий друг? Он же конченый, — воскликнул Дима, — Видел бы ты, что он творил на вписках еще в девятом классе! — Да видел я, — устало прикрыл глаза Антон, — Просто внимание не обращал, прощал ему все выходки. Это не прощу, слишком много шансов ему давал. — Вот и правильно, — сказал Матвиенко, — Да и нет смысла давать столько шансов, если человек проебался. Он не изменится.       Антон ничего не ответил, погружаясь глубоко в свои мысли. Сережа и Дима продолжили играть во что-то, изредка поглядывая на Шаста, который медленно опускался в сон.