Жемчужные нити. Том 1: Забвение

Когда Сол открыл глаза, солнце уже садилось за горизонт, окрашивая небо алыми красками. Он лежал на мягкой траве, выстланной кем-то наподобие постели. Этот кто-то аккуратно сложил его сломанные крылья за спиной так, чтобы принц не ощущал никакого дискомфорта, и накрыл его чёрной накидкой с изумрудным подкладом. Накидка была очень тёплой и источала едва заметный аромат чего-то сладкого. — Ты проснулся? — за спиной послышался голос Леа. — Сколько я спал? — Сол сел на траве, разминая затёкшее плечо. — Почти сутки, — Леа издал тихий смешок и сел рядом. В руках он держал что-то странное. Это были какие-то шарики, насаженные на тонкие палочки, и облитые какой-то странной вязкой жидкостью. От них исходил едва заметный аромат, такой же, как и от чёрной накидки с изумрудным подкладом. — Это называется «сладкие шарики», очень популярный у людей вид пищи. — Леа заметил вопросительный взгляд Сола, устремлённый на то, что демон держал в руках. — Без магической ауры твоё тело стало похоже на человеческое. Тебе нужно хоть немного поесть, чтобы не растерять физическую силу. Леа протянул Солу одну палочку, но исфендиар чуть отпрянул. Его реакция была вполне естественна и предсказуема. На протяжении нескольких тысяч лет исфендиары не покидали Небесного Царства, за исключением дня через каждую тысячу восходов солнца, чтобы принять участие в Празднике Возрождения Миров. И уж тем более, они никогда не посещали Мир Людей, поэтому любые человеческие вещи казались им чем-то диковинным, источающим опасность. Леа же, напротив, любил убегать из Царства Демонов именно в Мир Людей. Можно сказать, что за всю свою недолгую для демона жизнь он провёл среди людей несколько десятилетий. И даже полюбил некоторые человеческие блюда. «Сладкие шарики» были как раз одним из таких. Принц демонов, видя, что Небесный Принц застыл в нерешительности, решил убедить его в безопасности этой «человеческой вещи». Он обхватил зубами один шарик и быстро стянул его с палочки, которую держал в другой руке. Леа жевал медленно, чуть прикрыв глаза, смакуя каждый кусочек. Съев таким образом несколько шариков, он снова протянул палочку Солу. — Видишь? Ничего страшного не произошло. Попробуй. Это действительно очень вкусно. Сол медленно протянул руку и обхватил тыльную сторону ладони Леа, потянув на себя. Сладкий шарик, надетый на палочку, оказался в нескольких миллиметрах от губ Небесного Принца. Пробыв в таком положении ещё какое-то время, Сол наконец разомкнул губы и откусил небольшой кусочек от шарика, всё ещё опасаясь есть его полностью. Вкус был приятным, терпко-сладким. Сол откусил ещё один небольшой кусочек. Леа не смог сдержаться и рассмеялся. — Да ешь ты уже как следует! Он буквально впихнул шарики Солу в рот, едва не поранив его острым концом палочки, на которую они были насажены. Сол слегка нахмурился и издал недовольное мычание, но всё же взял палочку в руку и потянул её, одновременно снимая зубами сладкий шарик. — Здесь недалеко есть человеческая деревня, — сказал Леа после того, как они закончили есть. — Похоже, сегодня у людей какой-то фестиваль. Я купил эти шарики там. Сол хотел спросить «откуда у тебя человеческие деньги?», но вместо этого непроизвольно задал другой вопрос: — Что такое «фестиваль»? — Это «празднества» в мире людей, — снова рассмеялся Леа. Неосведомлённость Его Императорского Высочества о людях показалась принцу демонов очень милой. — Пойдём, тебе наверняка понравится! С этими словами Леа вскочил на ноги, потянув Сола за собой. Однако все его движения были очень аккуратными, чтобы не потревожить сломанные крылья, которые наверняка не переставали болеть. Хотя возможно Сол уже настолько привык к этой боли, что просто перестал её замечать. В конце концов он сознательно не давал своим крыльям исцелиться уже четыре месяца. Позабыв про накидку Леа, оставшуюся одиноко лежать на траве, они быстрым шагом направились по узкой тропе, уводящей их далеко от озера. Деревня, что располагалась у самой границы Зачарованного Леса, горела сотнями разноцветных огней. Развешанные повсюду красочные фонарики и гирлянды; торговцы, нахваливающие свой товар и старающиеся перекричать друг друга так, что даже срывали глотки; люди с разукрашенными лицами и в разноцветных одеждах, разыгрывающие представления перед толпой. И музыка. Не такая, какую можно услышать в Небесном Царстве или в Царстве Демонов. Когда одна представляла из себя множество горнов, сливающихся в одну мелодию, а вторая — скорее какой-то шабаш, нежели мелодичные трели. И совсем не похожая на музыку Долины Магии, с их скучными перезвонами голосов-колокольчиков фей или звуками арфы русалок. Нет. Эта музыка была иной. Живой. Она разливалась незнакомыми доселе звуками, которые создавали причудливые, фантастические симфонии. Леа и Сол находились на одной из тёмных, освещаемых только лунным светом улочек на самой окраине деревни. Здесь было лишь несколько немного покосившихся домишек, которые, судя по всему, сейчас использовались как склад для зерна и прочего урожая. — Для начала нужно найти тебе одежду, чтобы спрятать твои крылья, — Леа сделал взмах кистью и в его руках из ниоткуда появился дорожный плащ с капюшоном. Покрой плаща не был похож на одежды демонов, поэтому Сол в молчаливом удивлении приподнял бровь. Заметив его взгляд, Леа в очередной раз тихо рассмеялся. — Я выменял этот дорожный плащ у бродячего торговца на парочку артефактов из Царства Демонов. К счастью, старик оказался почти слепым, поэтому не заметил странностей в моей внешности,— принц-демон одним ловким движением надел плащ и натянул капюшон, спрятав рога. — Почему бы просто не выйти к людям как есть? — Сол ещё больше удивился. — С тех пор, как четыре мира жили бок о бок в гармонии, прошло уже несколько тысяч лет, — Леа покачал головой. — Пришло время, когда все мы заперли свои границы, предпочтя уединение, встречаясь лишь один день через каждые тысячу восходов солнца. Человеческая знать же посчитала общение с демонами, исфендиарами и магическими существами слишком большой привилегией, которой обычные смертные, по их мнению, были не достойны. Поэтому для многих из людей мы превратились в древние легенды и страшные истории, которые они рассказывают за чашкой крепкого вина; или пугают нами непослушных детей. А тех, кто видел нас, слышал нас или помнит нас, здесь называют не иначе как «городской сумасшедший» или «деревенский дурачок». Когда я оказался в мире людей в первый раз, меня чуть не проткнули вилами. Теперь я предпочитаю сливаться с толпой и никогда не использую здесь магическую ауру, если в этом нет крайней необходимости. — Почему бы тогда просто не уйти отсюда? — И не познакомить тебя поближе с миром людей? — Леа спрятал улыбку. — Раз уж мы всё равно пришли, давай просто приятно проведём время. Подожди меня здесь. Я найду тебе какую-нибудь нормальную одежду. Леа многозначительно посмотрел на верхнюю половину туловища Его Императорского Высочества, единственной «одеждой» на которой были бело-золотые ленты. Затем развернулся на железных каблуках и быстрым шагом направился на оживлённую часть улицы, очень скоро растворившись в толпе.