Дитя долины гроз

Блэк-холл

Некоторое время назад.

      Несмотря на уход Кассиопеи большая часть семьи всё ещё оставалась на собрании. Им ещё предстояло обсудить достаточное количество вопросов, связанных с действиями семьи. — И всё-таки я считаю, что нам надо поддержать темного лорда. - Высказал свою позицию Орион. - Наша семья из покон веков оказывала поддержку всем, кто мог изменить ситуацию в мире. — И к чему это привело? Всё что мы имеем мы добились сами. Я отказал даже Геллерту, когда власть окончательно затуманило его рассудок. Поддержка начинающего борца за права чистокровных дело праведное, но не слишком перспективное. Каждый раз Блэки теряли куски своего влияния, но мы могли оправится за счёт нашего единства. Сейчас же ситуация в семье не стабильна. Андромеда сбежала с грязнокровкой и это уже описывает всю ситуацию. Мы не можем позволить себе действовать опрометчиво.       Монолог Арктуруса отрезвил почти всех присутствующих. В его словах крылась истина. В данный момент они не могли позволить себе открыто поддержать какую-либо сторону. Они будут проигравшим в любом случае, но это было меньшее из зол. Известный в узких кругах Лорд Волдеморт не чурался никаких методов. Если ему вздумается уничтожить одну семью в угоду другим он это сделает, глава рода Блэк был уверен в этом. Они не могли не поддержать его, но и действовать открыто тоже. Им срочно нужно было придумать новую тактику, новую политику... Они должны были выжить. Краски сгущались, старый маг чувствовал это. Злой рок дамокловым мечом навис над родом. Уход Андромеды был началом. Это понимали почти все. Частые конфликты Сириуса со своими родителями, подтверждали догадки мужчины. Если наследник уйдёт из рода так же как это сделала Андромеда, то он будет вынужден передать бразды правления либо Ориону, либо Регулусу, но ни тот, ни другой не сможет привести род к рассвету. Главе рода нужна была решимость, а эти двое были ведомы. Вальбурга была по истине прекрасным членом рода. Поллукс смог воспитать свою дочь настоящим Блэком, но Арктурус преуспел в чем угодно, кроме этого. Теперь же Вальбурга делится своей мудростью с девчонкой, которая даже роду не принадлежит. Этот факт раздражал Блэка, до дрожи. Однако это могло послужить им. Девочка была слизеринкой, а значит что она сможет понять свою выгоду. Но... В таких делах всегда было но, и в данном случае оно заключалось в излишней заинтересованности ребенком сильнейших мира сего. Арктурус не поддерживал всеобщего ажиотажа. Бурге девочка напоминала какого-то заносчивого мальчишку из Хогвартса, Альбусу скорее всего его старого знакомого с которым они по слухам были достаточно близки. Начинающий темный лорд хотел заманить её в свои ряды, потому что она была внучкой Дамблдора, по крайней мере в глазах общества. Даже Фламель мог увидеть в ней что-то родное. Лорд Блэк же видел в ней того, кем она являлась... Обычного ребенка. Да, талантливого, но всё ещё ребёнка. Сколько таких было за всю историю. Только навскидку он может вспомнить не меньше пяти. Уже было понятно, что девочка не станет новой Морганой или Мерлином, а если и станет, то закончит явно не как они. Времена изменились и сила перестала решать хоть что-то. Геллерт был силён, но проиграл. Война закончилась, а все его союзники резко перестали поддерживать волшебника, оставшись при своём. Сейчас все решала хитрость. Даже Слизерин предпочитал хитрые манипуляции и уловки, а это было почти девятьсот лет назад. Девочка безусловно была важна, но не на столько. Кто бы что не говорил, но именно за детьми была сила, но только взрослые могли засеять поле семенами. Девочка была под влиянием Вальбурги даже сильнее, чем могла предполагать. Она пыталась играть в опасные игры, но выходило у неё из рук вон плохо. Недостаток опыта всегда был решающим фактором. — Арктурус, ты нас слышишь? - Недовольно просипел Поллукс. - Ты сам говорил про вовлечённость в дела семьи, а теперь выпадаешь из реальности на собрании? Не похоже на тебя. — Прошу меня простить. - Растерянно оглянулся глава рода. - На чём я закончил... Ах да. В условиях нового мира мы должны действовать более осторожно. Поддержка стороны Темных естественно будет, но не в привычном понимании. Я буду готов идти на сотрудничество с этим человеком, но на особых условиях. Мы абсолютно точно не будем сражаться за него, но помощь в войне не только сражения. У рода Блэк есть достаточно ресурсов, чтобы обеспечить победу Темного лорда без применения силы. Теперь к более приземлённым вещам. Как заметил Поллукс моё состояние ухудшилось. Со временем я потеряю возможность мыслить достаточно трезво и тогда наш род канет в пучины отчаяния. Я абсолютно точно уверен, что Сириус не станет моим наследником, а значит у нас остаётся только одна кандидатура... Регулус Блэк, младший сын Ориона и Вальбурги. Однако несмотря на то, что именно он остается вторым наследником, мальчик слишком слаб и мягок. Если я скоропостижно умру, то регентом останется Кассиопея. Она достаточно бойкая и живая, чтобы найти достойного кандидата.       Данное заявление шокировало всех присутствующих. Даже Поллукс казалось не смог удержать маску. Арктурус всегда смотрел дальше, чем другие члены рода. Иногда это выбивало из колеи. Это был именно тот случай. С одной стороны Орион выдохнул, ведь он не был готов принять ответственность за целый род, но с другой данное заявление уязвило его честь. Отец не видел в нём наследника. Больше всего возмутилась бы Кассиопея, но к всеобщему счастью её не было на этой части собрания. Ещё какое-то время они обсуждали все аспекты принятого Арктурусом решения, пока их не прервал испуганный домовик. — Г-господин... Г-госпожа Кассиопея ранена. В особняке взрыв.

Особняк Кассиопеи.

Два дня после инцидента.

      Атмосфера в особняке царила на удивление умиротворяющая. Даже хозяйка дома была на удивление веселой. Будучи сильной магессой она никогда не церемонилась, а предпочитала действовать. Когда она окончательно восстановилась, то сразу же пересказала всё, что произошло, на что получила массу критики от целого поколения Блэков. Однако их аргументы рассыпались из-за одной фразы женщины: "Дрянная девчонка сумела меня задеть". Кассиопея была уверена, что четверокурсница не с проста затеяла дуэль с ней. Скорее всего ей хотелось проверить свой уровень, который на удивление оказался чрезвычайно высок. Раздражающим фактором было то, что она ведёт себя как молодая Вальбурга. — Дрянная девчонка даже держит палочку как она. - высказалась женщина, чем вызвала смех со стороны Поллукса, которому было очень хорошо известно насколько на самом деле женщина любит свою племянницу.       Однако даже в такие моменты всегда находилось что-то омрачающее. Морриган не просыпалась. Всё способы что перепробовали Блэки не сработали, и у Кассиопеи появлялись тревожные мысли о том, почему подруга Беллатрикс не приходила в сознание. Защиту особняка она создавала одна с самого нуля. Был большой шанс того, что магический выброс уничтожил контур тренировочного зала, тем самым подключая его к общей защите места. Кассиопея получила урон от последней атаки девочки. Защита могла агрессивно сработать на неё. Однако это были только теории. Женщина не могла однозначно сказать, что это сработало именно так, но если оно сработало, то у них появилась реальная проблема. Высказав своё предложение брату, она получила лишь тяжёлый задумчивый взгляд. — Если всё действительно так, то боюсь дни девочки сочтены. - Высказался Поллукс, чем весьма озадачил и без того расстроенную женщину. — Это я виновата в случившемся. Если бы не моё высокомерие... - Поникший вид женщины был непривычным для окружающих. Очередное импровизированное собрание в кругу только старших членов семьи было чрезвычайно тяжёлым с моральной точки зрения. — Мне жаль Касс, но в таком случае у нас нет вариантов. - Высказался Поллукс, который уже начал придумывать способ, как избежать последствий, но только что прибывший Арктурус выглядел слишком ехидно, не вписываясь в общее настроение. — Боюсь, что прерву ваши душевные самокопания. Будучи единственным адекватным членом семьи я позволил себе принять решение. С вашего позволения встречайте Альбус Дамблдор.       На лице семьи отразился форменный ужас. Конечно директор все равно узнал бы об этом инциденте, но зачем было сообщать ему так рано и тем более лично. Понимание того, какую игру затеял Арктурус улетучилось, едва в комнату зашёл верховный чародей. В глазах прибывшего читалось такое же веселье, как и в глазах Арктуруса. И это было самым удивительным, ведь никто и никогда бы не смог сказать, что два настолько разных человека смогут найти общий язык. — Может быть я чего-то не понимаю. С чего ты решил, что привести сюда этого человека было правильным решением? - В глазах Кассиопеи горел гнев, который не угас с годами. — Извините за столь неожиданный визит. - С обычным спокойствием произнес директор. - Однако ситуация не требовала отлагательств. Так уж совпало, что Арктурус сообщил мне о произошедшем, и мы пришли к некому соглашению о деталях которого вам знать не обязательно. Ах да, ты прекрасно выглядишь, Кассиопея. Я знаю, что ты сейчас испытываешь, и склонен полагать, что ты уже нашла ответ на вопрос, почему же дитя не просыпается. Что-то мне подсказывает, что вы ничего не собираетесь с этим делать, но не потому что не хотите, а потому что не можете. По этому я и здесь. Я будучи Верховным чародеем Визенгамота и опекуном девочки, передаю опеку и ответственность за воспитание Морриган роду Блэк.       Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор был чрезвычайно опасным человеком, который любил лить бессысленные речи, в которых утопало достаточно много людей. Этот случай был не исключением. Приправив свою речь несколькими фактами, он умел выкручивать ситуацию в свою пользу, но в данном случае слова директора были более чем понятны. Умудренный опытом маг не злился на них, не пытался обвинять. Он предложил им помощь. Безвозмездно для них... Цену заплатит Арктурус, было очевидно, что это было как-то связано с грядущими изменениями и что более важно нарастающим конфликтом между Темными и Светлыми. Однако это никак не касалось девочки. Альбус абсолютно точно мог извлечь из ситуации гораздо больше выгоды, но он предпочёл отдать Морриган им. В чем была та причина. Слишком много вопросов появилось. Вопросов ответы на которые они получат позже. Сейчас главной целью было спасти девочку. — Кассиопея. Ты же всегда хотела ребёнка?       Уточнил Лорд Блэк, но женщина даже не слушала его. Это была только её ошибка, и она была обязана исправить её. Резко сорвавшись с места она убежала в комнату, где лежала девочка. Даже Дамблдор удивился такой прыти со стороны женщины, которая последние годы жила в рефлексии и не горела желанием вмешиваться во что бы то ни было. — И всё-таки, Альбус нас с тобой связывает гораздо больше, чем с Арктурусом. Почему? - Задумчивый Поллукс вперил взгляд в старика. — Всего лишь попытка загладить вину, Поллукс. - Ехидство Дамблдора исчезло сразу после вопроса мужчины. - Я сделал слишком много, чтобы взять на себя ответственность за растущее дитя. Пусть её и считают моей внучкой, но думаю ты то должен знать. У неё большое будущее. Я готовлю её как свою замену, передаю те знания, которые нашел сам, но как ты думаешь, хватит ли ей только этого? Если она будет моей внучкой, то большинство дорог, по которым она захочет пойти будут закрыты. Принадлежность к вашему роду будет достаточным, чтобы она обрела свой путь. В очередной раз говоря, что я достаточно провинился, я утверждаю, что девочка страдает и от моих поступков в частности... Я более чем уверен в этом. — Прошло слишком много времени, Дамблдор, а ты всё ещё такой же невыносимый идиот, каким был всегда. - Абсолютно не сдерживаясь, высказался Поллукс. — Отнюдь... Идиотом, к счастью, я себя не считаю и им не являюсь это абсолютно точно. - Поглаживая свою длинную бороду, старик выглядел слишком задумчивым. — Ты знаешь? Ты все выяснил? - Пристальный взгляд Поллукса, не давал Дамблдору уйти в свои мысли окончательно. Подбирая нужные слова, директор окончательно потерял надежду на спокойное завершение диалога. — Увы... Я точно не знаю, кто она. Однако часть истории открылась мне. До недавнего времени это были лишь предложения. Я был скован по рукам и ногам. Девочка проявляла слишком много внимания к моей персоне. Не давала мне и минуты спокойствия. Наши тренировки заходили всё дальше и дальше. Я успел научить её всем основам какие знал сам и на этом её обучение было прекращено. Она конечно пыталась возмущаться, но я уже принял решение. С того момента я вполне спокойно смог исследовать тайны связанными с её происхождением. У меня были зацепки. Я покинул Хогвартс на долгий год, оставляя Минерву за главного. К моему счастью Хогвартс не пострадал и ничего страшного не произошло. Мне пришлось воспользоваться всеми своими навыками, всеми знаниями, чтобы распутать клубок. Я умею искать, особенно если мне это действительно нужно. Все началось с Геллерта. Мой старый друг очень долго искал варианты, чтобы убить меня не сталкиваясь напрямую. Он, скрипя сердцем, поведал мне ужасающую историю одного немецкого рода, очень известного в Германии, но практически исчезнувшего. Он хотел ребёнка. Того, кто продолжит его дело в случае поражения. Предвосхищая ваши вопросы она не его внучка. Её история ещё более восхитительна и ужасающая одновременно. Собирая самых талантливых и сильных магов, Геллерт хотел с помощью селекции вывести идеального мага. Предлагая угасающим родам возможность восстать из пепла, он затаскивал всех в лаборатории немецких магов, преданных только ему. К его сожалению все исследования провалились, а после поражения все его наработки взяли русские и американские маги. Сам того не зная, Грин-де-Вальд породил новый этап в развитии магии. Отделы Таин обеих стран пытались прорваться в этих исследованиях, до одного ужасающего случая. Один старый ирландский род обладающий поистине великим магическим благословением смог восстать как им и обещали. История возникновения этого рода была такой же жуткой как и других родов, возникших в начале IX - X века, ничего откровенно выделяющегося. Однако закрепить результаты у них не получилось. Посчитав свою часть выполненной, члены рода взбунтовались и совершили ужасное. Убив всех ответственных за проект, они уничтожили всю информацию и сбежали. И только с этого момента начинается восхитительная история происхождения Морриган. Из покон веков древние рода диктовали свои условия всем до кого дотягивалась их властная рука. Моих знаний достаточно, чтобы воссоздать картину дальнейших событий. - Прикрыв глаза, Альбус вспоминал все что успел узнать. - Едва покинув Америку, они стали свободными. Ни одна нитка не смогла бы привезти к ним, а значит их судьба смогла измениться. Возможно такова была воля Магии, может быть просто стечение обстоятельств, но вскоре их род опять начал угасать. Переехав в Германию, а после в Австрию они потеряли душевное равновесие, потеряли покой. Отныне их цель стояла только в том, чтобы спастись самим. Уничтожая целые рода, они пытались вдохнуть в исчезающую магию силу. Наконец они решились и вернулись в Ирландию, придя на руины своего родового гнезда. К их сожалению единственное что они там обнаружили это зачахший родовой камень и захиревшее имение. Часами умоляя магию, принося в жертву даже не маглов, а самих себя они наконец смогли обрести то, что могло бы стать для них спасением ребёнка. После этого все члены рода умирают, ребёнок бесследно пропадает. Казалось бы при чем здесь Морриган? Но все очень просто и сложно одновременно. Глава рода был почти сквибом, обладающим высоким самомнением. Он сумел перейти дорогу не только сторонникам Грин-де-Вальда и американским магам, но и местной Ирландской магической аристократии. Их истребили за из желание жить, но дитя смогло спастись. К моему удивлению это девочка не была Морриган. Однако после того как я нашел первую семью, что приютила её, я быстро все понял. Девочка, что спаслась от вендетты обрела приют в семье католического священника, искренне верящего в свою избранность. Он находил детей обладающих магией и давал им приют. Что он только не делал, чтобы изгнать из них злые силы. Возвращаясь к теме могу сказать, что та самая девочка стала первой и последней подругой Морриган. Я смог узнать, что имя дала ей именно она. Вскоре священник сошел с ума окончательно, и во время одного из сеансов экзорцизма он повредил чудом выжившей раньше девочке. Она превратилась в обскура. Пришедшие Авроры быстро уничтожили его, на остатках церкви они нашли странную девочку, которая испуганно пряталась под лавочкой. Ей и была Морриган. С того момента она перестала доверять взрослым. Тогда она осознала, что она всегда будет одна.       Долгий рассказ поражал воображение. Кто бы мог подумать, что такое вообще может произойти. Обскуром в Англии не видели уже очень давно. Они все ещё появились, но где-то далеко в глуши от того и истории о них уходили на второй план. Мужчины, слушавшие рассказ, пребывали в состоянии шока, но всё же одна мысль не давала им покоя. — Но ты так и не сказал, чьей дочерью была сама Морриган. - Прервал молчание Арктурус. — Потому что я даже не начал эту историю. - В очередной раз шокировал всех мудрый старик. - Магия поистине удивительна. Я действительно провинился перед Морриган. Дело в том, что...       Но продолжить ему не дала, устало ворвавшаяся в комнату Кассиопея. — Ты старый ублюдок, и ты знаешь об этом. К чему весь этот фарс, к чему все твои наглые, мерзкие, отвратительные речи. Я сделала всё что могла и теперь с полной уверенностью могу сказать, что более не намерена терпеть твоё присутствие в моем доме.       Не обладающая чувством такта, Кассиопея хоть и была усталой, но уже выглядела сильно лучше, хотя бы потому что спасла ребенка которого и подвергла опасности. Что она сделала и как это повернёт ход событий было важно, но видимо в данный момент, когда старик объявил, что передает опеку и прекращает обучение девочки, это уже было частью его плана. Поллукс и Арктурус, переглядываясь, все ещё были в шоке от рассказа директора. И только что пришедшая женщина наконец смогла напомнить как опасны речи Альбуса Дамблдора. Кто знает чего он хотел добиться рассказывая все это. Одно было ясно мужчина сделал свой ход. — Старый ублюдок зря связался с Блэками. - Кассиопея гневно металась по залу, периодически поглядывая на камин в котором исчез директор. - Мне всё равно что хочет этот ублюдок, девочка теперь моя. Она и так относилась к роду благоприятно. Вальбурга хоть и невыносимая стерва, но она не дура. Приняв покровительство над Морриган, она начала мешать этой полукровной грязи пичкать девчонку своими якобы праведными идеями. Учитывая то как сильно отстранён директор от проблем обычных людей, он даже не догадался, что девчонка манипулировала им ради получения знаний. Хоть чему то Вальбурга смогла научить. - Женщина не упустила возможностьи уколоть свою племянницу. - А вы старые идиоты развесили уши как будто вам пятнадцать. Чтобы он не сказал это все не важно. Теперь девочка часть рода Блэк и ваша задача не слушать этого идиота, а защищать невинное дитя. Дать ей семью, которая действительно нужна. Она будь вы все прокляты ребёнок, а не ваша игрушка. Теперь она будет под моей опекой и защитой, если хоть кто-то проявит к ней излишний интерес... Я не останусь в стороне.       Мужчины, просто сидели и слушали гневную тираду женщины. Конечно они были удивлен, что женщина решила принять девочку в род Блэк. Арктурус конечно предполагал такой исход. Даже сказал ей о возможности принятия, но лишь в шутку. Зная о не любви Кассиопеи к детям, мужчина и подумать не мог, что она действительно сделает это. Возможно Дамблдор тоже не думал о таком все ещё надеясь на другой исход. Одно было ясно точно, теперь женщина всерьёз возьмётся за Морриган, тем более что та подавала большие надежды. — И что вы молчите? Совсем отупели? Какого Мордреда... Ты?! Арктурус смеешь так себя вести в присутствии этого идиота, что спит и видит как сгноить наш род? Как же мне повезло, что твою ироничную фразу магия рода приняла как согласие на ритуал полного принятия, хотя куда уж тут. Ты сам ничего не делал. За тебя всё решила магия. А должен решать ты! Ты же у нас глава! На следующем собрании я поставлю вопрос о отстранении тебя от дел семьи.       Гнев женщин Блэков был по-настоящему страшен и сейчас можно было прочувствовать его в полной мере. Глава рода лишь тяжело вздохнул. Он действительно был стар. В такие моменты он ощущал это особенно ярко. Скорее всего их с Поллуксом действия семья расценит как слабость и отстранит от решений. Оценив ситуацию они дружным решением пришли к выводу, все что могли, они уже сделали. Теперь на все была воля рода. Им уже была пора уходить на покой, спокойно доживая свой век. — Как же сильно изменился мир, старина. - Лишь устало вздохнул, Поллукс, получив в ответ такой же усталый кивок головой. — И не говори.

Комната Кассиопеи.

      На большой кровати из черного дерева лежало маленькое тело девочки. Её и без того бледная кожа выглядела ещё более бледной. Длинные густые волосы как-будто потеряли свой цвет и теперь выглядели седыми. Если бы можно было посмотреть в её глаза то можно было заметить, что они были красного цвета. Для Кассиопеи была очевидно, что девочка была альбиносом, но скрывала это с помощью своего дара метаморфа хоть и чрезвычайно слабого. Это было хорошо. Тяжёлый и не очень светлый ритуал принятия в род изменял все тело, подстраивая под новые условия, буквально меняя его. Кассиопея лишь могла стоять над девочкой, разглядывая её. Именно из-за неё Морриган оказалась в таком состоянии. Женщина винила себя, добавляя эту ситуацию к многочисленным ошибкам совершенным ей за всю жизнь. Хотя даже у этой ситуации был свой плюс. Теперь девочка могла стать частью рода Блэк... Частью её семьи, что было более важно. Кассиопея была жестокой, но в такие моменты она действительно превращалась в обычную женщину. Теперь у неё появлялась цель. Теперь у неё было дитя, которое она могла бы назвать своим. У каждого рода были свои ритуалы, которые они соблюдали, были и те, что они забыли. Ритуал полного принятия в род был одним из тех, что почти забылся большинством семей, но Блэки не зря считались древнейшим и темнейшим родом в истории. За довольно короткое время своего существования они смогли отметиться в истории как создатели наиболее сильных и темных ритуалов и проклятий. Кассиопея была истинным Блэком она знала больше сотни темных ритуалов и тот которым женщина воспользовалась был из тех, к которым прибегали только в крайних случаях. Родовая магия была чрезвычайно жестокой и безразличной, ритуал полного принятия был таковым, что ты буквально объединяешь свою кровь с кровью мага, таким образом становясь кровным родственником, насильно вливая в него магию рода. Это было опасно как для мага, так и для ритуалиста, но если все правильно рассчитать того риски можно было свести к минимуму. Морриган была альбиносом, но не совсем обычным. Казалось, что в девочке выжгли все черты определяющие её. Даже её характер был лишь пародией на Вальбургу, которую девочка дико уважала. Загоняя в тупик, Морриган превращалась в дикого зверя без капли разума. Это так же говорило о том, что её буквально выжгли из рода. Для большинства разумных волшебников само упоминание о таком считалось чем-то неприличным. Какие бы не были проблемы, нельзя было уничтожать идентичность ребёнка. Каждое дитя было подарком самой Магии, а потому такое всегда каралось. Женщина бы не удивилась если бы узнала, что род который совершил такое уже давно исчез. Однако это было плюсом для самой Кассиопеи. Она искренне желала помочь девочке. Она действительно хотела исправить свои ошибки и попытаться исправить ошибки других. Вливая в ребёнка магию Рода Блэк, она могла восстановить сознание девочки, которое держалось только на том, что сама Морриган могла цепляться за него. В таких случаях при объединении магическая кровь устранила бы проблемы полученные из-за жёсткого ритуала, а магия рода исправит проблемы с психикой. Хотя род Блэк был известен своим безумием, но были ситуации, когда даже оно было лучше. Девочка не была ни львом, ни змеёй... Она была чахнущим зверем, которого давила магия древнего места. Грязнокровки хоть и не имели поддержки сотен предков, но даже они были защищены самой магией от тлетворного влияния. Девочка же была одна. Её не могла защитить сама магия, не мог защитить род который отверг девочку. Жестокая судьба истлеть под гнётом это мира, но теперь у неё был шанс. Ей оставалось лишь справиться с собой, с теми проблемами, которые накопились за время одинокого бесцельного существования, но даже так она не будет одна. Кассиопея твердо решила, что даже так она будет с ней. Женщина так и осталась сидеть около Морриган, держа её за руку, ожидая когда та наконец проснётся. Даже если на это уйдет целая неделя, женщина не отпустит её, не позволит остаться одной. Не позволит пережить то, что пережила женщина.

      Где-то в небытие.

      Черное пространство обволакивала прозрачная дымка, серебряного оттенка. В абсолютно пустом пространстве не было ничего что могло дать хоть какую-то иллюзию безопасности. Если приглядеться, то можно было увидеть, что все пространство представляет из себя какую-то странную вязкую липкую жидкость через которую практически невозможно было пройти. Даже стоять было невозможно, оставалось только тонуть. Погружаясь в пучину, вспышками приходили какие-то воспоминания, за которые было тяжело ухватиться. Ощущая каждой клеткой тела то самое одиночество, остатки сознания погружались в темноту забвения. Дрожь пробежала по телу, хотелось бороться, хотелось выбраться, но было невозможно даже вздохнуть. Ощущение были такие, как-будто всё естество пропустили через мясорубку. Ещё одна резкая вспышка и наконец получается схватить это ускользающее воспоминание, но от этого становится только хуже. — Мерзкая мразь! Как ты посмела оскорбить дом господень своими словами! Я вырвал тебя из лап дьявола, не для того чтобы ты порочила его имя! Ты единственная, в ком я не вижу света его! Даже твой вид говорит о том, что тебя оставил сам мир изыди из мира этого!       Дьявол... Она была дьяволом? Кто такой дьявол? Чем она провинилась? Ей просто хотелось узнать, чем именно это поможет им. Неужели это не правильно? Что было дальше? Она помнит только боль. Боль... Вся жизнь пропита болью. Почему? — Почему ты лежишь здесь? Он тебя опять побил? Я же говорила тебе, что ты не должна говорить с ним. Если он что-то делает то лучше спрятаться. Что такое? Опять забыла как меня зовут... Какая ты глупышка, Морриган. Моё имя Хлои. Запомни пожалуйста.              Хлои... Она была хорошей... Она помогала ей. Почему она исчезла? Злой дяденька опять её наказывал? Что же случилось? Почему она опять одна? — Не надо! Я не хотела! Я ничего не сделала! Это не я! — Молчи дьявольское отродье! Я спасу этот мир от тебя!       Крик потом огонь. Они все умерли... Вот что произошло. Она дьявол? Это все правда из-за неё? Неужели она действительно в этом виновата? Девочка же просто хотела чтобы её не били, неужели ей нельзя этого хотеть? Капли воды. Они шепчут. Почему? — Эта девочка казалась такой хорошей. Такой милой. Но теперь я вижу, что она жуткая. Мы должны отдать её обратно. Иногда мне кажется... Через её глаза смотрит сам дьявол.       Она опять зовут дьяволом. Она же ничего не сделала. Почему так больно в груди. Они идут к ней. Её опять хотят наказать! Она не позволит. Она не сдастся. Дождь он шепчет. Что же он шепчет? Я не дам...        — Как ты не понимаешь эта девчонка, она не ребёнок! Она дьявол. И он использует нас, хочет с нашей помощью взрастить её! Я изначально говорил, что с ней что-то не так, но ты не слушала меня! Ты видела, как она себя ведёт, как смотрит на нас? Она никогда не разговаривает с другими детьми! Хватит! Ты просто закрываешь глаза на её поведение! Она уже промыла тебе мозги! Это дьявольское отродье не должно жить с нормальными людьми! Я больше этого так не оставлю!       Так вот, что это было. Это была она... Неужели она Морриган... Да это точно она... Неужели она действительно дьявольское отродье?Она и вправду такая странная? — Ты жила с маглами всю жизнь? Боже как это отвратительно! Это невообразимо! Я не оставлю это просто так! Не переживай дитя, больше тебе не придется возвращаться туда. Я не позволю чистокровной волшебнице жить с этими грязными животными!       Грязные животные? Она не дьявол? Надо было понять, как она может быть не дьяволом, а волшебницей. Опять дождь... Я не дам вам прос... — Понимаешь Морриган, маги на самом деле очень сильно отличаются от маглов, не волшебников. В самом начале мы конечно были похожи, но сотни лет разделили нас. Для нас с тобой все слова что говорят маглы должны звучать не больше чем бред безмозглых животных.       Маглы не маги, маглы животные? Это правда? Она не уверена... Она не дьявол. Она волшебница! Да она точно волшебница! Почему опять дождь! Я не дам вам просто так уйти Мор... — Морриган. Я не знаю через что ты прошла, девочка моя, но знаю насколько жестокими могут быть маглы.       Маглы жестоки. Звери тоже жестоки. Маглы звери. Она не магл. Она не дьявол. Если маглы жестоки, значит они дьявольские отродья! Тогда почему она жила с животными? Опять дождь! Почему дождь! Я не дам вам просто так уйти Морана! Ты зн... — Морриган. Темный лорд борется за наши права! Он не хочет, чтобы дети волшебников попадали к маглам! Он не хочет чтобы грязнокровки оскорбляли наш мир, угнетали его!       Значит это маги делают так чтобы дети жили с животными? Почему? Это не правильно! Дети животных тоже маги? Но тогда почему они рождены животными? Опять и опять. Снова и снова. Почему? Почему? Почему? Почему? Я не дам вам просто так уйти Морана! Ты знаешь, что должна ответить за свои преступления! Брос... — Это сова необычная. Их специально вывели для того, чтобы она доставляла письма считай что это магическое животное.       Значит есть магические животные? Значит грязнокровки, дети животных — это тоже магические животные. Морриган грязнокровка? Нет... её назвали чистокровной. Тогда кто она? Почему Морриган всегда одна? Почему ей всегда приходится страдать? Из-за чего все её так не любят? Почему? Почему? Почему?Почему? — Именем своим. Волей своей. Силой своей. Я, Георг Фридрих изгоняю Селестину Ирланду из рода Рихтер. Именем, волей и силой своей я выжигаю всю магию родовую в ней, отвергаю кровь её, ибо нет места для неё в роду нашем. Лишаю имени дарованного ей и закреплённого за ней. Ибо ныне Селестина Ирланда умерла для рода. Да лишится же она внешности нашей, да забудет её кровь наша, да лишится душа её покоя! Да будет моё слово, да свершится ритуал!       Её отвергли... Бросили на растерзание животным. Она была не нужна никому. Зачем... За что... Мысли что только начали формироваться постепенно исчезали. Появилась боль. Ужасающая боль. Как-будто её пронзили одновременно тысячей игл. Как будто сама душа сгорала в каком-то огне. Почему? Почему? Почему? Почему? Резкий взрыв, вспышка света или что это ещё могло быть открыло сцену, которую так тщательно скрывал разум.       Темная улица, омрачала общую картину. Огонь буквально облизывал женщину, держащую в руках ребенка. Она задыхалась. Весь её вид говорил о том, что недавно она пережила чрезвычайно жестокое сражение. Она была слаба. На спине виднелись свежие кровоточащие раны. Глаза подводили, а тело дрожала, но она должна была держаться, не ради себя, но ради ребенка. —Я не дам вам просто так уйти Морана! Ты знаешь, что должна ответить за свои преступления! Бросай палочку! Тебе не уйти! — Вы не понимаете! Я спасла её! Они проводили темные таинства! Они хотели убить её! Я убила их, чтобы спасти её! Она ничего не сделала она просто ребенок.       Безудержный крик женщины ясно давал понять её намерения. Безумный след в глазах не давал и шанса на хороший исход. Поставив девочку на землю, она уже схватилась за палочку, но в неё сразу попала цепь из заклинаний, и бездыханное тело упало на землю. Ещё безымянная девочка подошла к телу матери и нежно погладила его по щеке. Она не понимала почему мама упала. Девочка думала, что они отправились гулять, но что-то подсказывало, что все не так просто. Резко произошёл взрыв и девочку заволокло пламенем. Единственное что спасло её от неминуемой смерти это вовремя выставленный щит опытным автором, который уже подходил к Морриган, на лице которой читался страх. — Не бойся, ребёнок. Я не обижу тебя. Пойдём. Тебе нечего здесь делать. Я отведу тебя в безопасное место. — Кто вы? - Единственное что смогла вымолвить трёхлетняя девочка, которую уже поднимал на руки мужчина. — Мордерд его подери, забыл представиться. Я аврор, а зовут меня Аластор Грюм. А теперь пойдём.       Едва пара начала свой путь, начался сильный дождь. Звуки грома напугали девочку на что аврор лишь рассмеялся. — Не бойся ребёнок. Прислушайся к дождю. Если хорошо слушать, то можно услышать как говорит сама природа.       Так вот почему дождь. Я слушала дядя Аластор. Даже услышала, но оказывается я слышала только себя. Почему вы убили маму? Почему вы оставили меня одну? Почему не сказали ничего? Почему вы просто отдали меня? Почему вы сделали меня несчастной? Почему я всегда одна? Почему я страдаю? Почему мне так холодно? Почему так холодно мне? Почему холода так много? Почему холод такой холодный? Почему этот мир такой холодный? Почему я всегда одна?       Погружаясь в пучины всё глубже и глубже, девочка начинала терять себя. Тот самый замогильный холод пронизывал всё тело, проникнул даже в самую душу. Так бы все и осталось. Девочка бы утонула в пучинах сознания, если бы в один момент не появилось это. Чёрная бездна одиночества, вязкость пространства начала пропитываться неким странным теплом, что буквально тянулось к девочке. Почувствовав тепло впервый раз в своей жизни она инстинктивно потянулось к нему, и оно ответило тем же. Она даже смогла открыть глаза, увидев как пустота наполняется этим теплом. Странным было то, что пустота наполняется некой черной водой, но даже эта черная вода не была такой вязкой и липкой. Холод уходил, и с каждой секундой становилось всё легче. Казалось эта странная черная вода проникает в самую душу, очищая её, защищая её. Она даже смогла вдохнуть и наконец почувствовать своё тело. Она чувствовала, что она не одна. Не могла понять почему чувствовала, но точно знала что не одна. Память возвращалась, и она всё же смогла вспомнить кем она была и кем стала. Из Селестины Ирланды Рихтер она стала безымянной куклой, но теперь она была кем-то. Не одушевлённой куклой, а личностью... Живым существом. Она была магом. Теперь она была не одинока. Как минимум эта черная вода не давала ей быть одинокой. Пытаясь понять почему она оказалась в этом месте, она вспомнила, что гостила у Блэков и разозлила Кассиопею Блэк, а после темнота. Возможно она вышла из себя или что-то такое, но все это было не важно. Она начала чувствовать своё тело. Постепенно тьма отступала. Открыв глаза она увидела уставшую женщину, в которой не сразу признала ту самую Кассиопею от чего-то держащую её за руку. — Тёплая.       Единственное на что хватило сил у девочки, перед тем как она вновь впала во тьму, но даже сейчас это ощущалось иначе. Долгожданный спокойный сон пришёл к ней. Она была дома. Спустя столько лет она обрела свой дом.