THE WARMTH OF A NIGHT SURVIVED

      У Алисы Данлэп теперь была правдоподобная теория, связанная с подробностями исчезновения отца. Спустя примерно полгода девочка накопила по крупицам информации о том, что произошло между их группой и губернатором. Их люди на самом деле мало говорили об этом. Но Алиса смогла сообразить, что губернатор и близко не был к той иллюзии совершенства, о которой он так смело заявлял.       Все началось с похищения Гленна и Мэгги, когда они искали детское питание. Это привело к переплетению двух сообществ, что не сулило ничего хорошего небольшой группе в тюрьме. Губернатор убил нескольких близких друзей членов группы — людей, которые действительно начинали нравиться Алисе. Затем он попытался захватить тюрьму. Когда это не сработало, мужчина закатил истерику, в результате которой погибли все люди в его армии, кроме Карен, которая выжила, чтобы рассказать историю и убедить жителей Вудбери присоединиться к тем, кто в тюрьме.       Двумя людьми, которых Карен пришлось уговорить, были Саша и Тайриз Уильямс, которые несли стражу у главной стены, защищая оставшихся женщин и детей. У этих двоих была короткая история с тюремной группой, из-за которой они с готовностью согласились туда переехать. Алиса также узнала, что человеком, который спас брата и сестру Уильямс, а также привел их в тюрьму, был Карл Граймс. Она никогда бы не заподозрила такого от мальчика и считала это не более чем потенциальной дезинформацией. Как бы эти двое ни попали в тюрьму, они оказались в Вудбери. И Алисе казалось, что все каким-то образом просто оказываются там, как будто их привела туда высшая сила — или кто-то, кто считал себя таковым.       В тот день в лесу, когда впервые пропал отец Алисы и Эллиота, девочка понятия не имела, что такие люди существуют. Она никогда бы не подумала, что кто-то убьет отца, намеренно лишив двух слабых детей сиротами только для того, чтобы забрать их и превратить в безмозглых солдат. Но теперь именно так Алиса Данлэп думала о человеке, который якобы спас её.       Её разум блуждал в неизвестных местах. Она постарается собрать воедино разные версии того, что случилось с ее отцом. И этот рассказ, казалось, поставил все на свои места. Это был единственный правдоподобный вариант, так как губернатор наткнулся на Алису и Эллиота примерно через полдня после того, как их бросили. Это не могло быть просто совпадением.       Не то чтобы Алисе хотелось такого ужасного ответа на вопросы брата — просто суровая реальность новой жизни. Эту реальность девочка смогла собрать воедино сразу после того, как Мишонн попросила девушку об одолжении. Женщине нужно было, чтобы она накормила и вычистила для неё лошадь, прежде чем она отправится на еще один поиск губернатора, позже тем же утром. Преданность женщины смерти мужчины была — кроме того, что она видела это собственными глазами — всем нужным девочке доказательством того, что мужчина, скорее всего, имел какое-то отношение к исчезновению ее отца       По какой-то странной причине у Алисы в голове не переставая крутились бесконечные доводы о том, почему её отец, скорее всего, стал жертвой эгоизма губернатора. Девочка так долго старалась избежать этого, думая, что это причинит ей больше боли, чем неизвестность.       Но девочка стояла у конюшни, ухаживая за лошадью Мишонн с опухшими фиолетовыми мешками под глазами. Она не спала. Хотя прошлой ночью она пыталась притвориться, что ничего не замечает, она могла слышать приглушенные крики Эллиота в подушку. Несмотря на то, что они первыми разбудили её, слёзы брата не мешали ей спать всю ночь.       Казалось, что пряди каштановых конских волос прямо перед лицом Алисы втянули её в транс. Она была настолько поглощена своими дурацкими мыслями, что даже не слышала чьих-то шагов, приближающихся к другой стороне конюшни. — Ты не разбудил меня!       Поникшие глаза девочки быстро оторвались от лошади. Это был Карл Граймс. Он ехал по гравийной дорожке, глубоко засунув руки в карманы. Мальчик подходил к отцу, который стоял, прислонившись к забору соседнего свинарника.       Алиса фыркнула, закатила глаза и снова обратила внимание на лошадь. На мгновение она забеспокоилась, что Карл приближается к ней. — Потому что я знал, что ты всю ночь читал комиксы с фонариком — Рик ответил своему сыну с самодовольным видом.       Отец и сын собрались у проволочной изгороди загона, как раз в поле зрения Алисы. Она пыталась сосредоточиться на щетке для гривы в руке, наблюдая, как ее длинные щетинки сдирают с лошади выпавшие волосы. — Что случилось с Вайолет? — спросил Карл. Мальчик наклонил голову, чтобы посмотреть на отца, прищурив глаза от утреннего солнца.       Хотя Алисе не хотелось подслушивать чужие разговоры, но имя для свиньи позабавило её. Небольшой жест в сторону животного разбудил девочку, освежив её сонливость. Было очевидно, что Карл ещё не заметил, что она стоит по другую сторону металлического стойла. Если бы он увидел, как она чистит лошадь, возможно, он не позволил бы словам, столь непринуждёнными. — Карл, я же говорил тебе не давать им имена — Рик вздрогнул. — Они… они больше не поросята. Они еда. — Я просто подумал… ну, ладно…– Мальчик начал путаться в словах. Его защита собственных детских выходок еще больше привлекла внимание Алисы. Хотя Карл Граймс был ребенком, девочка никогда не видела, чтобы он на самом деле воплощал эту роль. — Хорошо. — Я не знаю, что с ней происходит. Может быть больна — может быть ничего. Его отец покачал головой, отвечая на первоначальный вопрос Карла, и отбросив свое мгновенное негодование по поводу имени свиньи. — Поправляйся, Вайолет. — Рик ухмыльнулся, забавляясь выходками своего сына.       На несколько мгновений все стихло, пока пара изучала вялую свинью, лежащую в углу ее грязного загона. Оба казались немного смущенными и разочарованными. Рик казался обеспокоенным тем, что больная свинья может стоить его людям еды в ближайшем будущем. Карл, казалось, почти расстроился из-за страдающего животного.       Мужчина отошел от загона, положив руку на верхнюю часть спины сына. — Давай, приступим к делу.       Карл последовал его примеру, всегда стремясь выполнить все, что скажет отец. Но прежде чем отойти от загона, он быстро осмотрел местность. То, что должно было быть ободряющим взглядом в сторону местности, превратилось в пустой взгляд, когда он внезапно встретился взглядом с Алисы, которая, как он понял, стояла там все это время.       Девочка увидела, как лицо мальчика смягчилось под ее взглядом. На ее губах расплылась веселая улыбка. Предполагая, что над ним смеются, Карл закатил глаза и начал уходить под руководством отца.       Алиса смотрела, как пара уходит, обреченная на выполнение той задачи, которую Рик поставил перед собой. Она перевела взгляд на лошадь, все еще сохраняя угасающую улыбку. Сбитая с толку девушка нахмурила брови, пытаясь решить, было ли её веселье больше вызвано непринуждённостью Карла Граймса или моментом его смущения. ☆       Проведя все утро в размышлениях о возможном местонахождении своего отца, мысли Алисы, переключившиеся на Карла Граймса, казались почти облегчением. Обычно ей не хотелось обращать на мальчика много внимания, так как думала, что уже во всем разобралась с ним. У Карла был комплекс — ему нужно было что-то доказывать, как сыну вождя, — и Алиса не хотела участвовать в этом. Но та маленькая часть мальчика, свидетелем которой она была в то утро, придавала его забытой личности некоторое измерение.       Её любопытство после встречи сделало её почти сверхчувствительной к тому, что Карл был поблизости — так же, как он, казалось, делал то же самое с её присутствием. После того разговора, который был у них с Эллиотом, он уже давно перестал бросать мутные взгляды. Но в тот день Алиса часто ловила взгляд мальчика на неё краем глаза, как будто чтобы убедиться, что она снова не застанет его врасплох. Он как будто всегда хотел знать, где она.       Он прекратил кидать в её сторону эти взгляды, когда Патрик решил поднять футбольный мяч. Все трое пинали мяч на основном поле, избавляя Карла от необходимости беспокоиться о том, что Алиса услышит что-то, чего она не должна была слышать, опять же, поскольку он точно знал, где она была, а это означало, что он вообще должен был быть начеку.       Отдалённый крик младших детей у главного забора был первым, что отвлекло мальчика от беспокойства о каждом шаге Алисы. Девушка почти почувствовала облегчение, когда мальчик поднял футбольный мяч и направился прямо на кричащих. Однако она последовала за ним, потому что именно этим Патрик и занимался. Кроме того, девушка втайне надеялась, что все трое смогут продолжить играть в футбол до того, как ей и Патрику придется идти за Эллиотом для рассказа.       Когда Алиса и Патрик прибыли сразу за Карлом, по тону его голоса она поняла, что их время в футболе уже истекло. — Вы даете им имена?       Дети обернулись, зная обо всем, что мог предложить Карл Граймс. Алиса заметила, как исчезла их улыбка, как только они поняли, кто с ними разговаривает. Только у одного из детей была улыбка, от которой было почти невозможно избавиться, и это была Мика. — Ну, у одного из них есть бейджик с именем, так что мы подумали, что и у остальных должны. — У них были имена, когда они были живы — Карл вздрогнул. Он пошевелил футбольный мяч в руке, и это было единственным, что удерживало внимание Алисы на нем. — Теперь они мертвы. — Нет, — начала Лиззи — они просто другие.       Алисе часто приходилось скрывать от Лиззи, что она закатывает глаза, ещё в Вудбери. Она знала, что с девочкой было что-то не так, особенно с её представлениями о мертвых. Но защищенный ребенок был таким хрупким, что неизвестно, как она отреагирует на правду. Алиса Данлэп быстро поняла, что лучше вообще не реагировать, чем заставлять Лиззи слишком остро реагировать. — Что ты несешь? — Брови Карла нахмурились. — Они не говорят — они не думают. Они едят людей. Они убивают людей.       Алиса наблюдала за неловкой сценой, скрестив руки, не зная, с кем она согласилась. По соображениям безопасности Карл Граймс был прав. Однако его презентация нуждалась в тяжелой работе. Было ясно, что мальчик больше злился на девушку из-за её невежества, чем из-за опасности, которую это могло вызвать.       Лиззи слегка покачала головой чуть выше пожимающих плеч. — Люди убивают людей. И у них до сих пор есть имена. — Вы видели, что происходит? — Карл повысил голос на девушку. — Вы видели, чтобы кто-нибудь так умирал?       Алиса начала замечать, как далеко готов зайти Карл, признавая свою правоту. Он приближался к территории, чувствительной к Лиззи и Мике, поскольку их собственная мать фактически умерла таким образом. Её руки нервно разжались, готовясь отреагировать. — Они не люди и не домашние животные. — произнес мальчик. — Не давайте им имена.       Нервно ожидая надвигающегося краха Лиззи, Алиса Данлэп, наконец, смогла собрать воедино, о чём идет речь. Именно это и должен был доказать Карл Граймс. Он ругал Лиззи за то, что она назвала имя мертвого, так же, как собственный отец ругал его за то, что он дал имя одной из свиней. Мальчик компенсировал мягкую сторону, которую он случайно показал перед Алисой ранее тем утром.       И, бросив несколько взглядов через плечо, чтобы убедиться, что девушка все еще обращает на него внимание, он подумал, что сделал свою работу по обращению вспять неловкого момента.       Лиззи посмотрела на других детей, резко повернувшись. — Мы должны пойти почитать, пошли.       Хотя это и не было направлено ей, Алиса последовала ее примеру, закатив глаза и покачав головой. Она догнала Лиззи, подошла к ней и положила руки на плечи девочки. Поняв, что Карл напал на Лиззи так же, как и она, всего несколько месяцев назад, Алиса почувствовала необходимость защитить ее от его последствий.       Девушка проснулась тем утром с впечатлением, что Карл Граймс был всего лишь мальчиком, отчаянно стремящимся выполнить свою роль сына вождя. На несколько кратких мгновений ей показалось, что он мог быть чем-то большим — конечно, за закрытыми дверями. Но когда она ушла, оглядываясь через плечо и глядя на мальчика своими прищуренными глазами, Алиса Данлэп была почти разочарована тем фактом, что она была права насчет него все это время. ☆       Девочка молча обдумывала свои мысли, пытаясь найти что-то, что можно было бы вынести из всего, что произошло в тот день, пока она слушала рассказ Кэрол о детской сказке. В любом случае, Алисе не обязательно было слушать. Время настоящей истории еще даже не началось.       Как только мистер Сэмюэлс выйдет из комнаты, рассказ прервется. Его ухода ждали все. Большинство детишек вертели пальцами, а другие делали вид, что им интересно, чтобы вся эта схема выглядела правдоподобно. Затем, когда придет время, Алиса будет стоять на страже у двери. Будучи единственными детьми Вудбери, имевшими дело с оружием, Данлэпы меняли смену вахты каждые два рассказа. В тот день настала очередь Алисы.       Алиса, однако, была сосредоточена на чем угодно, только не на истории. Между обильным ерзанием Патрика и ее занятыми мыслями девочка поймала себя на том, что смотрит куда-то вдаль. Единственным, о чем она думала, был Карл. Она не знала, почему мальчик так отчаянно пытается скрыть что-то такое обычное. Он был готов показаться полным придурком перед целой группой детей, лишь бы одна девочка не подумала о нем как о ком-то другом. Его попытки скрыть взаимодействие между ним и отцом рассказали девушке о нем больше, чем то впечатление, которое он на самом деле пытался оставить ей. Всего на несколько дополнительных шагов сверх глупого плана мальчика Алиса пришла к выводу, что он, несмотря ни на что, полный придурок.       Вздохнув, девочка решила попытаться проветрить голову, небрежно оглядывая комнату, чтобы проверить, не вышел ли оттуда мистер Сэмюэлс. Но, прежде чем она успела обернуться туда, где стоял мужчина, Алиса мельком увидела что-то быстро исчезающее из её поля зрения, спрятавшееся за книжными полками. Она резко обернулась, увидев отсутствие мистера Сэмюэлса, которого раньше не замечала.       Глядя на Кэрол и других детей, Алиса поняла, что они уже начали урок. — Мэм, мне теперь нести вахту?       Кэрол только на мгновение, оторвав взгляд от сундука с оружием, молча кивнула.       Алиса воспользовалась этой возможностью, чтобы подойти поближе к книжным полкам. Её внимание к тому, что было позади них, заглушило начало урока Кэрол, прерванного Патриком. Она могла смутно разобрать, что они говорили друг другу, когда сжала рукоять ножа, прислонив запястье к ремню.       Она подкралась к одной из перпендикулярных полок, чтобы заглянуть между другими рядами. Как только она, наконец, уловила признаки движения в дальнем конце комнаты, её ноги поспешили огибать переднюю полку, когда она встретилась с существом лицом к лицу.       Её хватка на ноже ослабла, когда она встретилась глазами с Карлом Граймсом. Он, наконец, показал свое лицо, осознав, что он обнаружил, что такое время истории на самом деле, и ему больше не нужно было красться, чтобы выяснить это.       Хотя тело Алисы напряглось при мысли о том, что это, возможно, ходячий мертвец, вид мальчика не вызвал у нее никакого чувства облегчения. Девушка могла бы предпочесть, если бы это действительно был один из мертвых. Тогда она могла бы подавить его, и вся эта ситуация была бы одним из предотвратимых несчастных случаев.       Но когда Карл Граймс перевел взгляд с Элис на Кэрол, женщина была поймана. — Не говори своему отцу.       Мальчик бросил последний взгляд на Алису, прежде чем закатить глаза и пройти мимо неё. Резкого удара по плечу девушки, когда он уходил, было достаточно, чтобы девушка поняла, что Карл Граймс наконец-то показал ей, каково это, когда кто-то видит то, чего на самом деле не должен был видеть.