Искусство равно искушению

Не люби того кто относится к тебе как к обычному человеку

Ночи в Токио это как отдельный вид искусства, темные, но при этом красочные и незабываемые. Днём ты можешь быть самой незаметной, заурядной персоной. Но с наступлением темноты, которая словно кутает в свои объятья город, блистать словно самый дорогой драгоценный камень. И плевать где ты находишься в ночном клубе отжигая на танцполе или выступаешь на сцене большого театра. И то и другое прекрасно и приносит несказанное удовольствие. Как тем кто находится в эпицентре внимания и событий, так и тем кто просто созерцает. Но давайте рассмотрим вблизи ночную жизнь одной, конкретной персоны... Она была Розалинда гуляющей по Арденским лесам, по вторникам. Её звали Дездемона по четвергам. По пятницам она являлась миру прекрасной Джульеттой, клянушейся в любви своему Ромео. Но после завершения очередного представления и снятия костюма, её имя было Дориана Грей. Как жаль что имя почти ничего не говорит о человеке и его сущности.

..Ведь роза пахнет розой, хоть розой назови её хоть нет..

В эту мрачную, сентябрьскую но ещё по летнему теплую, пятничную ночь на сцене читала свой монолог Джульетта под завесой наигранных эмоций, которой, пряталась несовсем юная Дориана. Даже избалованный зритель не мог оторвать взгляда от актрисы! И это не удивительно таких как она надо было поискать: хрупкое, невинное на первый взгляд, тело, молочная гладкая кожа словно излучающая свет, милое улыбчивое ,всё ещё по детски юное, личико и как вишенка на торте зелёные как летняя листва глаза и огненно рыжие как искры костра волосы. Да, мисс Грей была крайне прелестна! Но отнюдь не только за это её полюбила публика. Её игра вот что правда заставляло восторгаться! Дориана как будто проживала другую жизнь находясь на сцене, и никто не ставил это под сомнение. Столь молодое дарование могло стать повсемирно известной актрисой, но вместо этого она по неведомым причинам предпочла работу небольшом театре Токио. Но как упоминалось ранее в этом городе каждый сияет по-своему. И вот очередной спектакль был окончен, зал разрывался от аплодисментов ликующей публики Актёры входят на поклон. Чувства вызванные в этот момент сравнимы только с наркотическим опьянением, тебе хорошо, ты счастлив, ты хочешь ещё.. Эти мысли были для Дорианы так же не чужды. Только здесь и сейчас она была счастлива. Она жила только ради такого чувства эйфории.

Первый поклон

Зал аплодирует стоя.

Второй поклон

Кто то с балкона бросил цветы. Прекрасный букет из красных роз. Подобрав букет, Грей всматривается в "отправителя" столь любимых ею цветов. Улыбка исчезает с лица, кожа белая как полотно, глаза словно пеленой окутывает страх. Несколько секунд актриса стоит не двигаясь словно окаменевшая. Букет выпадает из рук. Дориана срывается с места и бежит за кулисы. В голове вспышками проносятся вопросы и воспоминания..

31 мая 1914

...Дориана, согласны ли вы, любить и быть любимой, в добром здравии и в болезни, в радости и печали, не слыша шума медных труб, через огонь и воду, до конца времён, взять в законные мужья Оскара?

Рыжеволосая девчушка стоя под алтарём, в ослепительном по тому времени, свадебном платье, не колеблясь отвечает согласием.

В её глазах видно, только любовь к стоящему на против прекрасному принцу. В ту секунду она думала что это и есть счастье.

Как жаль что Дориана совершила в тот день самую страшную ошибку в своей длинной жизни. Но ей это только предстояло узнать...

Третий поклон

Дорианы на сцене нет. За превосходной игрой нашей героини в этот пятничный вечер следил, бездушными серыми глазами, никто иной как "прекрасный принц" нашей как оказалось миссис Уайльд...

***

Страх окутал всё тело. В голове пронеслось только одно: БЕЖАТЬ! Но я не могла и пошевелиться, взгляд серых глаз блондина будто приковал к полу. Мерзкая улыбка , которая снилась мне в кошмарах, сияла на его лице. Как он смог найти меня? Что он сделает со мной? И тут я словно опомнилась и бросилась за кулисы. Не снимая костюма , накидываю своё красное пальто, и бегу к машине через черный ход. Сердце колотиться с бешеной скоростью , так и норовя выпрыгнуть из груди. Подбегаю, на автомате открываю дверцу и завожу мотор. Выжимая газ по полной мчусь в свою квартиру. – Хоть бы успеть! Входная дверь, затем лестница, пролёт за пролётом, забегаю домой. Всё словно в тумане, сейчас важно только одно , картина на своём месте в сейфе. Я успела! Хватаю "произведение искусства" , заодно беру экстренный чемодан, который всегда готов к таким случаям ( в отличии от меня). Снова вставляю ключ зажигания, снова на всей скорости мчусь только вот теперь уже куда глаза глядят. Указатель на дороге куда я свернула гласил :

Йокогама, 34 километра.