Мрачные дни

      На следующий день Майлз отправился в город. Во-первых, хотел проветрить голову и не думать о заботах Убежища. Во-вторых, пора было посетить автомастерскую. И, наконец, самое главное — необходимо было совершить важную покупку, которую нельзя было перепоручать в чат.       По стечению обстоятельств запорол всё и сразу. Начал с автомастерской, чтобы освободить себе максимум времени на всё остальное, и совсем забыл, что это место уже давно полюбилось его главному сопернику для встреч с ним. Оторвался от журнала, увидел Ра и не сдержал рассерженный рык.       — Ну сколько можно? — возмутился он. — Мне нравится местный механик, я не хочу его менять. Найди себе другое развлечение, нежели изводить меня своим присутствием здесь!       — Сохраняй спокойствие, — попросил Ра. — Ни к чему из-за такой ерунды нервничать, а тем более искать себе новое место. Сам же понимаешь, что если мне надо, то я тебя из-под земли достану.       — Что на этот раз?       Майлз нахмурился. Навязанные беседы в его понимании не входили в тот круг проступков, из-за которых нужно было затевать бои насмерть. Но всё же после разговоров с Ра всегда оставался гаденький и плохо выветриваемый осадок. Он умел портить настроение как никто другой, хотя не говорил ничего оскорбительного и не провоцировал драку.       — Видел новости про Геношу по телевизору, — сказал Ра, — и предположил, что ей они не понравятся. Наша девочка жутко упрямая.       У Майлза в груди словно восьмицилиндровый движок запустили, что за панибратство и «наша девочка», в самом деле.       — Убежищу приходит конец, — спокойно продолжил Ра, — грустно, не так ли? Каково это, когда умирает твоё детище?       — Ты пришёл, чтобы мне психотерапию провести? — рассердился на сказанное Майлз. — Не твоего ума дело, что там с Убежищем.       — Ладно, я вижу, что ты не в настроении, так что поскорее перейду к делу, — на лице Ра проступило подобие улыбки. — Разумеется, я опять буду говорить о ней.       — Снова будешь шантажировать? — нахмурился Майлз.       — Сегодня нет, — Ра слегка сузил глаза. — У меня скорее деловое предложение к тебе.       — Я с тобой никаких дел иметь не хочу, — Майлз с трудом сдерживался, способности при виде соперника всё время бунтовали и пытались перестроить тело в боевой режим.       — Не хочешь, но приходится, — лицо Ра исказилось в привычной для их бесед усмешке. — Скажем так, я могу решить одну твою большую проблему. Щёлкну пальцами, и она исчезнет, просто и быстро.       — Как обычно, в обмен на неё? — пришла очередь Майлза усмехнуться.       — О, если бы это было возможно, — Ра проявил несвойственную ему эмоциональность и закатил глаза. — Но даже если ты её свяжешь и притащишь ко мне, это не поможет. Мы оба это знаем. Но у меня будет шанс достучаться до неё рано или поздно, когда ты перестанешь маячить на горизонте. Уйди с моей дороги! Брось её! Расстанься под любым предлогом! Сделаешь, и я буду перечислять тебе каждый месяц по пятьсот тысяч. Хочешь, счёт открою, хочешь, наличными, чистыми, как слёзы младенцев. Прокормишь и себя, и каждый рот в своём Убежище!       Майлз запрокинул голову и звучно рассмеялся.       — Ты попросту решил её купить?       — Не будь идиотом, — Ра начал раздражаться. — Я готов заплатить за возможность, за второй шанс, если тебе так угодно. И немаленькие деньги, между прочим. Итоговый результат я себе гарантировать не могу, но попробовать стоит. А ты, прежде чем на смех моё предложение поднимать, подумай. Деньги — это всегда грязь, я тебе как опытный бизнесмен говорю. Раньше этим дерьмом занимался для вас Магнето. А теперь сможешь сам руки запачкать? Или попробуешь сделать из своих Ударных банальных наёмников? Они ведь не приспособлены к мирной жизни, не получатся из них сантехники, учителя и доставщики пиццы. Думаешь, вам будут платить за благие миссии? Я тебя умоляю, да вам придётся в самое дерьмо окунуться. Все ваши светлые идеалы не стоят и ломаного гроша. Обидно? Но так устроена жизнь и тебе придётся играть по её правилам. Либо можете жить впроголодь, чтобы сохранить полюбившееся место. Можете попробовать совмещать обычную работу и вести свою войнушку в свободное время, как хобби. Можешь попробовать все варианты и убедиться сам, что внешнее финансирование — это единственный путь, который позволит вам заниматься вашей благой целью и не извратить её.       — Я это и так знаю. Только по-твоему взять и поломать её снова — это тот самый правильный вариант, который с дерьмом ничего общего не имеет? — Майлз почувствовал, что закипает. — Нет же. Это самый дерьмовый поступок, который я могу себе представить.       — Ты просто выбираешь между большим злом и маленьким. Она или твои бойцы. Или они для тебя пустой звук? Я смею надеяться, что ты лидер, а не просто мужик, который ради своей женщины плевать хотел на всё остальное. У тебя куча людей в подчинении, и у них есть потребности. Разве не твоя обязанность дать им то, чего они заслуживают? Где ты ещё возьмёшь деньги, а? Ты боец, а не бухгалтер. Я тебе предложил честную сделку и не стану тебя торопить с ответом. Скоро в Убежище иссякнут запасы, и ты начнёшь обдумывать мои слова, а сейчас ты просто горячишься, потому что предложение кажется тебе несправедливым и ты надеешься решить свою проблему как-то иначе. Честно и благородно. Так не будет!       — Если у меня не получится с Убежищем, то мы просто с ней уедем, — заявил Майлз.       — Она поедет на Геношу? В штат, который принадлежит Магнето? — Ра присвистнул и издал смешок. — Удачи, брат! Надеюсь, ты не тешишь себя иллюзией, что это то, чего она хочет? Она не смеет делать больно тем, кого любит, и каждый раз швыряет себя на алтарь самопожертвования. Ах, как я порой хочу, чтобы этот идеализм в ней перегорел!       Он посмотрел на Майлза с наигранным сочувствием, коснулся своих часов и исчез. Как и всегда, своим пустым и бессмысленным разговором оставил после себя мерзкий осадок. Кэрри ведь действительно не хотела никуда ехать, а сдаваться начала, видя, как разъезжаются остальные и то, что попытки Майлза не приносят результата. Действительно, кидать себя на алтарь — это её. В её понимании это и означало любить от всего сердца, а значит, доказывать ей свои чувства лучше всего таким же способом.       Майлз забрал свой Додж и уехал в торговый центр. Для парковки выбрал не самый удобный закуток, зато самый уединённый. Он осмотрелся, убедился, что никто на него не смотрит, поставил на мобильном телефоне таймер и положил его на торпеду.       — Ну что ж, пора, — вздохнул он.       Майлз достал из кармана кольцо, нерешительно покатал его в руке, а потом надел его на палец и запустил таймер. Руку корчило и ломило. Трансформация и вовсе хаотично происходила и отказывалась ему подчиняться, зубы заострились и оцарапали губы. Хотелось вцепиться себе в руку и отгрызть палец немедленно. Дышал тяжело и шумно, пытаясь взять себя под контроль. Пришлось завести мотор, потому что рычание было уже не сдержать и надо было его хоть как-то заглушить. Но голова плыла уже не так, как в первый раз, можно было останавливать накатывающее бешенство и оставаться в рамках разумного. На какой-то миг даже наступило затишье, когда кольцо вовсе не ощущалось, но затем ярость от его наличия накатила с ещё большей силой. Всё естество требовало избавиться от оковы немедленно. После этого Майлз продержался чуть больше минуты, остановил таймер и снял кольцо. Вся кофта пропиталась потом, а тело всё ещё периодически подрагивало.       Майлз посмотрел на таймер: двадцать шесть минут. Что ж, прогресс, конечно, очевиден, но надо довести хотя бы до получаса. Кэрри должна понять, что она для него значит. Она совсем потеряла веру в себя по его вине. Он несколько раз ловил её за тем, что она пыталась замаскировать свой шрам тональным кремом. Не получалось, она расстраивалась и пряталась в ванной, чтобы там проплакаться. Этот ритуал повторялся каждый раз, стоило ей пересечься на работе с Карлой или любой другой красивой девушкой. Кэрри совершенно не ощущала своего превосходства над ними и не понимала, что её место не может быть занято и ей нечего опасаться. Только его вина в этом. Ни одна женщина мира, даже самая красивая, не сможет заставить его надеть ошейник, а ради неё он сделает это добровольно, тогда она, возможно, поймёт, какое место занимает в его жизни.       Майлз вышел из машины и направился в магазин. Кольцо для неё заберёт сегодня, а вот с предложением придётся ещё подождать. Двадцать шесть минут, а надо полчаса.