Сердце на части

Владлен       Никогда бы не подумал, чтобы Миха о чем-то рассказывал с таким энтузиазмом. Кроме, своих автосалонов и Кирилла. По молодости машины бил, теперь – чинит и тюнингует. И обязательно в рот своему золотцу заглядывает. Бесят. От того, что счастливые такие. Почти двадцать пять лет вместе. А, казалось бы, ещё вчера хилый студентик кройки и шитья обещал яйца отрезать одному орангутангу и на уши повесить. Да, Кирилл страшный человек.       От лекции Миши у меня только кровь из ушей не шла. Хоть убейте, но не пойму. Как нормальный парень, может и гей, надевать каблуки-платья и оставаться при этом нормальным. А не тупой и жеманной курицей. Потому что, такое чудо я искал все свои 42 года. И находил лишь в своих мечтах и снах. Делал несколько интересных предложений моделькам андрогинам. За свои деньги я получил красивую секс-куклу без мозгов. Зато с внешностью. Ага…       Машина медленно двигалась к месту назначения. А я все больше уверял себя в глупости этой затеи. Такой уж я человек. Чем дольше размышляю, тем больше выношу всем мозг. Я привык к порядку. Все решения взвешены и имеют логическое развитие и предполагаемый финал. Не люблю, когда в дело вмешивается фантазия. Становится слишком много неизвестных. В этом же деле - одни неизвестные.       Под доброе «да не ссы, Верес», мы подъехали к некому зданию. И это его «оазис»? Обычная улица, может и ценник на недвижимость не самый низкий, но клуб? Даже не слышал о таком. Стоит тут какой-то старый советской поры, хоть и отремонтированный, дом творчества без вывески, зато с охранником на входе. Куда я попал? В девяностые так бордели делали на скорую руку. А Миха, не замечая моего недоверия, только руками в предвкушении не потирал. Подошел к неприметной двери, сунул визитку верзиле в костюме и скрылся за дверью. Мне ничего не оставалось, как пойти следом.       Внутри я присвистнул. Мне нужен подрядчик, который занимался проектировкой этого здания. Снаружи и не догадаешься, что внутри во всю музыка, шум, и алкоголь рекой. Кое-где сидели девушки, восторженно озираясь по сторонам, хихикали. Все понятно. Бешенные фанатички голубой любви. Крутые пацаны в рубашках в обтяжечку, чтобы все мышцы заметно было, покуривали кальян и кидали похотливые взгляды на каждую задницу. Шутить на их счет не буду. Сам таким в свое время был. К счастью, мозги вовремя на место стали. В общем, Миха прав. Буквально. Маленький голубой оазис для своих. Но где его обещанные «девочки»?       Хотя нет… летит одна. О таких можно сказать просто – стереотипная мадам. Резиновые сиськи-буфера, платье в облипку, боевой раскрас клоуна и жуткий начес. И это его «закачаешься»?       - Ми-и-шенька, - ринулась к нам на своих скороходах мадам.       Манерная фифочка. Трансуха. Недодевочка. Да кто угодно! Но не моя голубая мечта. Спрашивается. В чем я был не прав, когда вспомнил тот прикол на днюху Юрца?       - Мур-мур, - зато этот паразит во всю лыбился этой мадам. – Красотулечка моя. Твоя фея услышала мольбы и прилетела к тебе.       - Господи, божечки, - взвизгнула манерно мадам… Мур-мур. Надо валить. – Ты дашь финансирование? Моя ж ты лапуля-я-а…       - Нет. Не я. Он.       Такой гадости от друга я не ожидал. Зато эта Мур-мур, перейдя на несколько октав выше, скомандовала идти за ней. И чуть ли не в припрыжку поскакала в кабинет.       - Ну, Миха… - змеей прошипел я. – Я смотрю, тебе твой Кира мозги окончательно промыл.       - Не шипи, Верес. По-другому он тебе свою девочку не даст. Этот Мур-мур… Глеб Викторович за своими феечками следит покруче всякого цербера. Ты же привык к рыночным отношениям. Ты ему с бизнесом поможешь, а он тебе разрешит пригласить звездочку на твое личное шоу для маман.       В кабинетике Мур-мур нас ждал небольшой банкет. Вино и закуски, будто девушки на девичник собирались. А не денежный вопрос решать. Не успели мы сесть, как «она» стала мне документы подсовывать. Ответной реакции с моей стороны не последовало. И мадам напряглась.       - Миша? – нормальным мужским тоном ответила эта Мур-мур. Меня аж подкинуло. Зато Миха смутился под пристальным взглядом.       - Мур-мур… ту такое дело.       - Не надо мне никаких «дел»! Мне нормальное вливание надо, - взбесился мужик. Ну уж простите, женщины так рычать не умеют. – Знаю я эти «дела»…       - Зачем так напрягаться? Это обычное дело для подобных заведений, - и в чем я был не прав? Но убийственный взгляд мадам, и громкий вздохи Михи говорили об обратном.       - Послушай сюда, мальчик. Я в этом бизнесе с шестнадцати лет верчусь. И знаю, что без всяких там «дел» можно вести бизнес. У меня принципы. После каждого шоу возле моего кабинета стоит легион этих чинуш и мачо-миллионеров, скромненько березки свои пиджачками прикрывают. И каждому подавай Машу, Глашу, Дашу на один вечерочек. Естественно не бесплатно. Ага, счаз! Бегу и спотыкаюсь задницы моих красавиц растягивать. Хотят быть богатенькими поклонниками – пожалуйста. Но без интима! Узнаю – башку окручу. Единственный раз я влип на бабки, и вот… яйца курицу учат.       - Дела надо уметь вести…       - Ха, вам строителям заводов-пароходов легко вещать! Клуб «Закат» знал?       - Ну, знал…       - Я его на ноги поставил, пока один папаша для сыночки-ушлепка не купил… Такое место похерить… Я в этом клубе все лихие времена пережил. Поэтому, не тебе мне указывать, как я веду дела. Обложили одни пидорасы, заебался откаты давать. Вот и вляпался.       Да, клуб «Закат» я знал очень хорошо. Одно из первых годных мест после распада союза. Настоящий глоток воздуха в то время. Был. Пока Никаноров его для сынка не выкупил. Ушла эпоха свободы. У отпрыска мозгов хватило на бордель, паленое пойло и казино. За это его и закрыли. Теперь некогда элитное место превратилось в супермаркет. Жалкое зрелище.       - Мур-мур… Мы ж без интима, - мадам так глянула на Миху, будто тот в любви признался. Без грамма веры. – Нам твои звездочки, как актрисы нужны. Понимаешь, у Маман Владлена Викторовича второе дыхание открылось. Женитьбу подавай. Достала – сил нет. Он бы признался, но маман держать язык за зубами не умеет. А в партнерах у Владлена – Николай Степанович Гришев.       - Это тот пидорас, что законопроект по гей-пропаганде поддерживал? Согласен, сука редкостная, - успокоилась Мур-мур. Отпила вина, подумала. – Значит, девочка без интима. Так – маме показать?       - Именно. Походит пару раз со мной на семейные вечера. Маман успокоится, у вас вливание, у меня спокойствие. За такое пустяковое дело, даже как-то много денег предлагаю. Уж больно маман достала… Главное, чтобы «девочка» подходящая была.       - Много за пустяковое дело, говоришь… - сколько коварства в голоске. А эта мадам не промах. - У матери-царицы их три. Доченьки красавицы, - вновь натянула на себя маску манерной дамочки Мур-мур. – Главное, Вы, Владлен Викторович, своего удавчика на привязи держите. Как раз сегодня все трое выступают. Классическое Будуар-шоу. Выберите… себе спутницу жизни, хи-хи…       В приглашающем жесте, мадам Мур-мур позвала нас за маленькую дверь на вип-ложе для особенных гостей. Открывая лучший вид на сцену. Пока мы болтали, народу набежало знатно. Официанты, как муравьи, разносили стаканы и бутылки. Ночная жизни кипела и бурлила. Избавляя от потного напряжения и нервяка за день.       Гаснет свет, стихает музыка. И вся эта жизнь замирает. В едином порыве, все приковали внимание к сцене. Будто бы сейчас какая-нибудь звездулька выступление начнет. Что ж, посмотрим и мы.       Первый аккорд и софиты зажигаются. Являя зрителю лишь прекрасный силуэт. Но даже таких крох толпе хватило, чтобы заверещать в экстазе. Под джазовые ноты, этот великолепный лебедь явил себя. В белоснежном пеньюаре в стиле двадцатых. Весь блестках и страусовыми перьями на концах ткани. Она… он двигался медленно и соблазнительно, едва оголяя тело. А я забыл, как дышать…       Эти движения… он словно заигрывал с публикой. Поглядывая то на одного, то на другого. Музыка стала меняться, приобретая более современный мотив. Достигнув пика, он медленно скинул тряпку на пол. Показывая сначала ровную, без каких-либо изъянов спину, а после тело закованное в черный корсет и белье. Ничего лишнего. Началось настоящее шоу. Его движения метались между нежными перекатами, и резкими толчками. Он слился во едино с битом, с толпой. Заставил их всех хотеть только его…       Я боялся моргать, чтобы не пропустить ни единого изменения в нём. Сжимал поручни, до треска дерева. Боролся с огнем в сердце, когда он опускался и прогибался перед очередным хмырем с шальными мыслями и потными ручонками. Всего на секунду, но наши взгляды соприкоснулись. Меня, словно током ударило. А он… продолжал свой танец. Мой мир сократился до нас двоих. Будто он не на сцене, а в моей спальне. И это все – лишь для меня одного. Нет больше сцены, нет этих ясных софитов. Только я и он… Это был настоящий секс. Жаркий и неистовый. Который закончился столь же неожиданно, как и начался… Погрузился в темноту, под шквал аплодисментов. Словно это был мираж.       Очнулся я, лишь увидев, как услужливый официант ставил передо мной стакан с виски. Я опустошил его одним махом. Тело покалывало от легкого возбуждения. Что за… Угомонись, Владлен. Тебе не двадцать, чтобы слюни, и не только слюни, на смазливые мордашки пускать.       - Я так понимаю, Владлен Викторович, вы уже определились с выбором, - ехидным голоском пролепетала мадам Мур-мур. Я не ответил. Наполнил стакан на половину и вновь опустошил его. От чего мадам не удержалась от ещё одного смешка.       - Да, я выбираю вашу силиконовую куклу… Как её?       - Силиконовую? – возмутилась мадам. – Побойтесь бога, Владлен Викторович. Марлен - это продукт нежной и светлой любви. Ни грамма силиконов, филлеров-шмилерров и прочей дряни. Андрогинная красота в чистейшем виде. Моя любимица. Стоит всех ваших денег. Но! Без. Интима. Владлен Викторович. Только актерская игра для вашей маман.       - Согласен.       Я даже не видел на какую сумму подписывал контракт. Если этот алмаз действительно так чист и прекрасен – он стоит своих вложений.       Марлен появилась в разгар следующего выступления. Очередная куколка в будуарном одеянии развлекала толпу. Миха! Вот не мог ты мне это место раньше показать? «Ага, чтобы ты всех красоток тут поимел, а Мур-мур меня потом за яйца подвесила», - прочитал я во взгляде друга. Согласен. Яйца – это святое. Вкусного надо в меру.       Эта блондинистая красотка – вот моя мера. На счет внешнего вида Марлен не заморачивалась. Лишь сменила неудобный пеньюар, на просторный пиджак в цвет белья. И я даже не знаю, что больше возбуждало. Тот прекрасный лебедь, или этот небрежный стиль. Ведь на мне сейчас был почти такой же пиджак…       Теперь я видел, что эта чудная девица – мужчина. Угловатые черты лица, плечи чуть шире обычных, женских. Самый настоящий андрогин из моих мокрых снов. Держать слово становится сложнее…       - Здравствуйте…       Я оглох… Видел, как Марлен что-то говорит, но слова не доходили до моих ушей.       … Он станет моим. Чего бы мне это не стоило.