first snow

Молодой человек лет двадцати трёх благодарит таксиста, протягивая ему купюру, и выходит из машины, оглядывая дачный дом, стоящий среди леса, достаточно далеко от посёлка. Снег редкими хлопьями падает на землю, оседает тонким слоем на траву, всё-таки ещё начало ноября, до мороза, снегопада и холода ещё далеко, но ходить в одной футболке уже так себе. В Корее и Штатах разные температуры. Альфа вытаскивает из багажника небольшой чемодан и позволяет такси отъехать, поправляет капюшон лёгкой, осенней куртки, шагает в сторону дома, рассматривая территорию. Небольшой двор с забором и воротами, дорожка из крупного камня и парочка клумб. Всё как на фотографиях, которые присылал лучший друг, когда покупал его. Но самое интересное на заднем дворе. Гамак между двух сосен, беседка с мангалом и бассейн с подогревом под прозрачным навесом. Просто рай для двухнедельного отдыха в компании лучших друзей, с которыми Ким не виделся два года. Он уезжал по обмену в США и все новости, происходящие в их дружной компании, узнавал по рассказам, когда ему звонили по скайпу. Дружили с первого курса в универе, все закрутилось довольно быстро, поладили они хорошо. Но пока Тэхён учился в Миссури, ему, так сказать, на смену пришёл омега. Про Чонгука ему рассказывали много чего и уже не терпелось познакомиться с ним. С тем, кто влился в компанию альф-холостяков и нашёл общий язык, раз его так любят, холят и лелеют, как младшего брата. По рассказу Намджуна парень сам по себе довольно странный. Не похож на большинство омег, как бы стереотипно это не звучало. Он любит запах порошка и бензина, чуть ли не падает в кайфе, как кошка от травы. Это заметно в смешных роликах, что записывают парни друг про друга. Они ржут на заднем фоне, пока омега внюхивается в только что постиранную футболку и пьяно мурчит, усевшись на край ванны (такой вот предтечный период). Ким тогда поржал от души вместе с остальными. Еще Чонгук «верил», что если чёрная кошка перебежит дорогу, то случится несчастье. Хотя, возможно, это было ради прикола. Хосок однажды записал кружочек в telegram, где рассказывал, как они шли из клуба и наткнулись на кота. Чонгук тут же тормознул, громко проорав, что дальше они не пойдут и, развернувшись, пошёл другой дорогой, пока все недоумённо пялились ему вслед, но в итоге не стали спорить и пошли следом. — Чел, что прошёл следом за нами, он, короче, перешёл дорогу и прикинь, его через секунд 30 чуть машина не сбила. — Чон смотрит в объектив осоловелыми глазами, пьяно икая, оглядывается по сторонам, плетясь впереди по тёмному переулку. — Чонгук, как ты это аргументируешь? — ребята хихикают, когда альфа подбегает к младшему и наставляет на него камеру. У омеги макияж смазан, как и укладка, но судя по всему, ему глубоко похуй на своей внешний вид. — Вывод, мои дорогие. Верьте в суеверия, — он по-детски смешно посылает воздушный поцелуй, на который все остальные начинают громче ржать. В тот момент Тэхён покраснел. Были и общие фотографии в разных вариациях, от смешных и мемных, до обычных или крутых. Одно его знатно повеселило. Омега обмазал ребят в чёрном гриме, сделав из них афроамериканцев, и сел в позу лотоса, как в известном порно, что превратилось в мем. Или то, где они сидели за столом, празднуя днюху Юнги. Тот сидел угрюмее тучи, недовольно смотря в камеру. Ему одели кошачьи ушки и подрисовали подводкой усы. Чонгук сидел по правую руку, весь усыпанный блёстками, что на него наклеили остальные и улыбался во все зубы, показывая викторию. Этими неожиданностями и находчивостью он и привлекал. Если что взбредёт в голову, обязательно надо сделать, достать, попробовать. Как мятное мороженое, которое не продавалось в четыре утра, но он где-то его достал, а когда его спросили как, он ответил: — Жопой об косяк. И довольный нализывал своё сладкое. Неординарный, разносторонний и умный. Ему всего 20, он знает больше пяти языков и читает множество различной по тематике литературы. Но при этом, в аттестате и на экзаменах он получает четвёртки и тройки, и никогда отлично. Кима не пугало, что его могли заменить и забыть. Это абсурдно и по-детски. Наоборот, он жаждал наконец-то лично познакомиться. Подружиться с ним, как и все, лично поучаствовать в куражных событиях. А хороших, кринжовых или плохих — это уже не важно. Важно, чтобы там был омега с карими глазами бемби и родинкой под нижней губой, что Тэхён разглядел на фото в Instagram. Он шмыгает носом, стряхивая с капюшона снег, и нажимает на дверной звонок. Предвкушение долгожданной встречи проявляется волнением в груди и покалыванием в руках. Несмотря на долгий перелёт, неудобное кресло и плохой сон, он хочет не спать, а хочет увидеть своих братанов. Дверь открывает Чимин, расплываясь в улыбке и крепко обнимая друга, заталкивает внутрь. Альфа радостно сдавливает его в своих фирменных обнимашках, приподнимая над полом на пару сантиметров и трепет по волосам. — Братан, наконец-то. — Я тоже пиздец как рад тебя видеть. — Опа, какие люди! — Хосок выглядывает из проёма, радостно пищит и с разгона подбегает к ним двоим, перехватывая за шеи. — Задушишь, бля…— Пак пыхтит, с кряхтением старика выворачиваясь из-под ловких рук, и берёт чемодан, поднимаясь на второй этаж. — А кто видел мелкого? — Намджун выходит со стороны кухни, завидев старого друга, улыбается, пожимая Киму руку. — Чонгук уже здесь? — Тэхён в предвкушении оглядывает помещение, желая заметить желанный объект и стягивает куртку, в которой становится жарко из-за затопленного камина в центре зала. — Он спит наверху, — Чимин спускается с лестницы, прикладывая к губам указательный палец и вздёргивает брови, замечая проскользнувшее в глазах брюнета разочарование. Альфа вешает куртку на гвоздик в шкафу и следует за остальными на кухню. Приветствие медленно перерастает в посиделки с банкой пива и долгие рассказы про жизнь с гоготанием на фоне. Камин, стоящий в середине помещения, приятно потрескивает, отблески красноватого пламени освещают комнату, создавая атмосферу уюта и некой таинственности. За панорамными окнами открывается вид на двор, укрытый пушистым слоем первого снега. Всё как на фото, только ощущения комфортнее, как будто он дома. Приятная обстановка, хороший алкоголь и смешные рассказы, заставляют альфу окончательно расслабиться и удобнее устроиться на мягком диване среди подушек, к слову, их тут два. — Мы вчера так набухались в честь твоего приезда, что Хоуп аж наблевал. — Ты до сих пор не умеешь пить? — Тэхён прищуривается с хитринкой во взгляде, растягивая уголки губ, и смотрит на друга с издевкой. — Да нормально я пью! Не я же свалился со стола, пока танцевал под Джей Пака. — Чонгук хотя бы ориентируется в пространстве, когда нажрётся. Папка в голове с названием Чон Чонгук постепенно всё больше пополняется новыми данными. Ким невольно сглотнул, представив, как омега пародирует известного рэпера, повторяя его движения, вот же воображение разыгралось, даже в горле пересохло. Парни лениво обсуждают малоинтересные темы, не замечая, как в помещении появился ещё один человек. Тэхён, почуяв чьё-то присутствие, оборачивается, замечая в проёме тёмную макушку. Парень среднего роста, примерно 160 с чем-то, потирает заспанные, припухшие от долгого сна глаза и не обращая внимания на болтающих друзей, медленно плетется в сторону кухонной столешницы. В руках держит телефон, судя по всему, разряженный. Он спотыкается о чьи-то тапки за диваном, попутно ероша кудрявые волосы, что от долгого пребывания в одном положении стали более объёмными и превратились в подобие гнезда. На пухлой, розовой щеке остался след от подушки, смотрится очень мило. Одет омега только в одну оверсайз футболку до бёдер и в трусах с принтом коал, серого цвета. Он тихо, словно призрак, подходит к столу, пытаясь распутать провод. В итоге психует, втыкает в розетку и подключает мобильный, недовольно хмурится, заглядывая в экран. Вынимает вилку и вставляет снова, вопросительно оглядываясь, чтобы убедиться, что электричество в доме всё же есть. И Киму уже глубоко похуй, что обсуждают остальные. Он медленно принюхивается, улавливая среди знакомых запахов новый, интересный и свежий. Хлопок. Чонгук пахнет хлопком, как свежее, постиранное бельё. Со стороны он мягкий, тихий и маленький. Вообще не похож на того, о ком ему прожужжали все уши. Тэхён прикидывает, что если встанет рядом с ним, то парню придётся задрать голову, чтобы увидеть его лицо. Всё-таки 185 и 168 большая разница. — Ну короче, у нас все идёт к сексу, уже на взводе. Я снимаю штаны и он мне такой…— Чимин, как и все, не обращает внимания на проснувшегося младшего, подробно расписывая свои недавние похождения в клубе. Но его резко перебивает звонкий, протяжный голос с хрипотцой, не искаженный динамиком. У Тэхёна мурашки табуном по спине побежали. — Оно не вставляется! Хён… — Все удивлённо оборачиваются на омегу, что расстроенно топает босой ногой и смотрит на Намджуна щенячьими глазами. — А ты откуда знаешь? Я тебе не рассказывал… — Пак удивлённо смотрит на друга и неловко чешет затылок. Бывает же. Омега куксится ещё больше, отчего морщинки на лбу становятся более выразительными и выпячивает губу, как ребёнок, протягивая старшему шнур. — Хён. — Ох, бля. Вот в чём дело. Хосок начинается громко ржать, чуть не заваливаясь с дивана на пол и хватается за живот. Чонгук хлопает глазами, не понимая, что смешного сказал, ведь не вникал в суть разговора и хмурит своё сонное личико, никак не отходящее от сна. Намджун нехотя встаёт с кресла и подходит к младшему, забирая из его рук провод. Вертит, задумчиво разглядывая проём, и хмыкает, вставляя обратно в розетку. — Кабель отходит.— Он забирает из рук Чонгука телефон и ставит на зарядку, трепет его спутанные на лбу волосы и улыбается. — Ты нормально спал? — Учитывая количество выпитого, да, — Гук улыбается в ответ, обнимая высокого хёна за шею, и довольно прикрывает глаза, когда его обнимают в ответ, милая картина со стороны, учитывая, что ему приходится встать на носочки. Атмосфера становится ещё более уютной при таких обстоятельствах, ведь собрались наконец-то таки все. Но Киму не комильфо. Он смотрит на эту картину со стороны, и что-то внутри щёлкает, заставляя слегка сжать банку в пальцах, отчего на ней остаются вмятины. Слава небесам, что этот треск перекрывает звук телевизора, стоящего над камином. Чимин, как и все, считавшие такое взаимодействие самого старшего с самым младшим обыденным, продолжает свой рассказ, выкидывая допитую банку в урну, подставленную Мином. — Таблетку дать? Чонгук отрицательно мотает головой, отстраняясь от альфы, наливает себе стакан воды. В горле немного першит, это заставляет поморщиться. Похоже сушняк. — Кстати, Чонгук, — омега выныривает из своих утренних размышлений и вскидывает голову, вопросительно выгибая бровь. Мол, чё тебе надо с утра пораньше. — Тэхён приехал. — В голове происходит загрузка. Чон ставит стакан обратно на полку, хмуря своё очаровательное лицо, пытается что-то вспомнить и оглядывается более трезвым взглядом. На диване рядом с Мином сидит незнакомый ему парень. Ну, как незнакомый. Виделись пару раз по скайпу. А так, про него не так уж и много известно. Но потом постепенно начинает доходить. Вот тебе и проснулся. — Привет! — Тэхён смотрит в ответ, мягко улыбаясь, из-за чего Гук густо краснеет, вспоминая, как выглядит в данный момент и топит взгляд куда-то в пол. У него сейчас такое лицо, как если мамка за мастурбацией застукала. Блять. В трусах, сонный, неумытый, самое то заводить новые знакомства. И эти пидоры сидят, ни слова не сказали. Охуеть. А потом происходит то, что не ожидали ни сидящие парни, ни сам Чонгук. Он резко нагибается так, что из-за стола видно только его копна волос, и на корточках быстро, словно утка, ползёт в сторону коридора, под охуевшие взгляды друзей. — Я в ахуе. Комментарии излишни. — Я что-то сделал не так? — Тэхён может и уверен в себе на все сто, он прекрасно знает, что хорош собой. Но не может взять в толк, что сделал не так. Пацаны между собой переглядываются, не понимая такой непредсказуемой реакции, но молчат, не зная, что ответить. — Может он ещё не отошёл от вчерашнего? — Да стесняется он, — обречённо вскидывает руки к потолку Юнги и тычет пальцем в Кима, щурится.— Вот причина, сидит. — Да чё ты пиздишь, Чонгук и стеснение вещи не совместимые! — Начинает спорить с ним Пак. — Ну, вообще-то такое возможно, — задумывается Намджун, прерывая перепалку двух гномов, яростно доказывающих друг другу, кто лучше знает их малыша Гуки. А что Тэхён? Тэхён потерянно молчит, виновато поджимая губы и вдыхая фантомные остатки чужого запаха, что так хорошо сочетается с его собственным. Проходит какое-то время, пока эти двое успокоятся и на пороге комнаты опять появляется Чонгук. Он ещё часов пять бы просидел в своей комнате, если бы не хотел есть. Омега в состоянии дежавю подходит к столу, забирает подзаряженный мобильный и встаёт рядом с единственным свободным диваном, где сидит альфа. — Очухался? Чё штаны-то одел и так нормально было, — подстёбывает Пак, нагло улыбаясь, даже учитывая, что ему может прилететь фирменный подзатыльник Мина. Чонгук только фыркает, сдерживая желание показать ему средний палец, и садится на свободное место, утыкаясь в телефон. Тэхён шумно вздыхает, расправляя плечи и скосив глаза в его сторону, разглядывает профиль. Бесспорно красив, не факт, что одинок. Далеко не факт. Все спокойно занимаются своими делами, переговариваясь и что-то обсуждая, пока Ким пытается расслабиться и дышать медленнее, наблюдая, как омега хихикает, листая ленту TikTok. Минут через двадцать они остаются в гостиной одни. Чимин и Хосок уходят во двор разжигать мангал и расчищать дорожки к бассейну. А Намджун и Юнги на кухню мариновать мясо. Дело постепенно движется к вечеру. Настенные часы тихо идут, монотонно тикая, а в камине трещат остатки дров, согревая помещение. Альфа лениво моргает, изредка поглядывая в окно, где мелькают остальные. По телевизору идёт левое кино, не особо привлекающее внимание. Всё это время они сидят молча, и это пиздец как неловко, Тэхён может поклясться, что настолько стрёмно ему не было никогда в жизни. Заговорить? Попробовать начать разговор? Да ни хуя, каждый раз, когда они встречаются взглядами, стоит омеге поднять голову, язык просто проваливается на хуй до печёнок. А потом всё резко прекращается, стоит Намджуну позвать Чонгука помочь ребятам с шампурами. И Ким остаётся один. Можно сказать, разжимается очко, получается полноценно вздохнуть полной грудью и не подавиться от концентрации привлекающего его запаха. Но одиночество быстро надоедает, как и сидеть в телефоне, листая новостные статьи с кричащими заголовками о жизни звёзд. Альфа встаёт с дивана и топает в сторону кухни, разминая затёкшую шею. Намджун нарезает овощи, раскладывая по тарелкам кимчи и маринованный редис, не обращая внимания на стоящего рядом друга. Матерится под нос, когда промахивается и режет кончик резиновой перчатки, задевая палец, бежит к раковине. Вот что значит по жизни рукожоп. — Слушай, а у него кто-нибудь есть? — тут сразу понятно, о ком идёт речь. Тэхён ловит на себе вопросительный взгляд старшего, что промывает палец под струёй холодной воды, и неловко чешет затылок. — Мама, папа, я, счастливая семья, — пожимает плечами Нам, следом промывая листья салата и выключая кран. — Ты понял, о чём я. — Если бы был, я бы знал, бро, не очкуй, — Ким хлопает альфу по плечу, улыбаясь своей солнечной улыбкой, отчего видно ямочки на щеках.

***

Они накрывают на стол ближе к позднему вечеру, часов в девять, усаживаясь в беседке вокруг стола, и оживлённо рассказывают про предстоящие планы на отдых, кто во что горазд и умел. Над крышей висит гирлянда, освещая стол приглушённым тёплым светом, создавая достаточно уютную атмосферу. Альфы расселись почти на всю скамейку, оставив место Киму с Чоном столько, что они упираются бёдрами друг в друга, но Чонгук не обращает на это внимание, уплетая за обе щеки хорошо прожаренную говядину с листьями салата и запивая всё это пивом. Что нужно для счастья? Хорошая компания, шашлык, пиво и безветренная погода. — Гук, принеси ещё бутылочку, а то как-то мало. — Почему я? — Омега пережёвывает салат, отчего его щёки кажутся больше и недовольно хмурится, покосившись в сторону Чимина. — Ты ближе всех сидишь. Тебе в падлу? — Да. Сам иди. — Мелкая вредина. — Я выше тебя. — Я схожу, — Тэхён ставит свою бутылку на стол, вытирая рот салфеткой, и вылезает из беседки, когда омега встаёт со своего места, чтобы пропустить его на улицу. — Джентльмен, — усмехается Юнги с набитым ртом и довольно щурится, начиная чавкать от удовольствия. Альфа возвращается спустя минуты три, в одной руке придерживая плед, а в другой — две стеклянные бутылки пива. Он выходит через балконную дверь на террасе, шлёпая домашними тапочками по дорожке, и шмыгает носом. Про себя подмечая, что не зря догадался взять колючее одеяло для младшего. Чонгук опять встаёт со своего места и берёт протянутый плед, накидывая на свои плечи. Сейчас разница в их росте, что раньше не казалась уж сильно большой, видна достаточно чётко, ведь Гук даже не достаёт до его плеч носом. — Людям маленького роста в рот давать легко и просто, — подмигивает Хосок, замечая, как они переглядываются. Особенно смешно со стороны наблюдать, как омега задирает голову, чтобы посмотреть на чужое лицо. Чонгук оборачивается в его сторону, недовольно выгибая бровь на столь дебильное и ненужное высказывание и берёт в руку огурец, кидая его в лоб друга. — Ты чё, сука, ахуел?! — Эй, больно! — Хосок куксится, потирая место ушиба. Конечно, потом младший успокаивается, злобно фыркая в его сторону, и садится на своё место, продолжая хомячить свинину со шпинатом. Они молча ужинают, иногда посмеиваясь с тупых шуток, и наслаждаются моментом. Спешить некуда, времени навалом. Отоспаться они успеют. А потом Хосок вспоминает про блог сестры, что работает тату-мастером у них на районе, он помнит, что она упоминала, что Гук приходил к ней до поездки и что-то набил. Но умолчала, наотрез отказавшись рассказывать, профессиональная тайна, так сказать. А интересно же ведь. — Кстати, Гука. Мне тут птички нашептали, что ты татушку сделал. — Все удивлённо смотрят на выше упомянутого, совсем не ожидая такое услышать. Ну логично, он же несовершеннолетний. — Да, а что? — Чонгук со своим покерфейсом продолжает наворачивать шашлык, не придавая этому огромного значения, как другие. На фоне сверчки запищали, как в меме. — Покажи, что. Интересно, чё набила сестрёнка. Чонгук неохотно откладывает палочки в сторону, дожёвывая кусок стейка, и встаёт со скамьи под пристальные взгляды друзей. Он задирает край кофты, придерживая ее зубами, и быстренько расстёгивает ширинку, показывая свежую татуировку над лобком. Чимин перестаёт жевать, приоткрывая рот в лёгком ахуе, и роняет вилку, пялясь на рисунок в виде корейского иероглифа, означающего возбуждение. — Ни хуя себе! — Намджун хлопает поперхнувшегося Мина по спине, удивлённо выпучив глаза, и краснеет. — Ты хоть предупреждай, где бьёшь. Не хочу в следующий раз видеть твой голый зад. — Не увидишь. — Я хочу! — Хоупу прилетает очередной смачный подзатыльник от рядом сидящего Юнги, что отошёл от увиденного и запил вставший в горле кусок ликёром. Омега застёгивает штаны, как ни в чём не бывало, плюхаясь обратно рядом с Тэхёном, и тянется в сторону тарелки с овощами. Есть в один момент перехотелось от слова совсем. На смену желания поесть вкусное мясо пришёл добрый такой стояк, слава богу, незаметный под плотными трениками. Вернулся обратно в пубертат? В голову лезут картинки совсем неприличного формата, отчего Тэхён чуть ли не давится, представляя, как Чонгук лежит на кровати голый под ним и это тату, так хорошо смотрящееся над началом роста светлых волос. Вашу маму. Надо же так вляпаться. Вот что значит непредсказуемость. Скучно точно не будет.

***

— Давай, Чонгук, покажи класс! — Хосок слегка шатается, опираясь спиной о балку навеса, под которым стоит разогретый бассейн, и включает камеру, направляя её на вышедшего из балконных дверей омегу. Он стоит в одних плавках. Чонгук улыбается и, снимая резиновые тапки, зачёсывает волосы назад, показывая хёну фак. Старшие на это смеются, наблюдая, как он отходит от бассейна подальше, ступая по расчищенному от снега газону, и с разбегу прыгает в воду, ныряя бомбочкой в центр. Вода попадает на всех, даже на тех, кто стоит специально подальше, не желая купаться на пьяную голову. Тэхёна, что стоит в воде у бортика, упираясь в него локтями, накрывает волной по голову, отчего он ныряет под воду, подплывая ближе к омеге. Гук выныривает, хватая ртом недостающий воздух, и промаргивается, стирая руками лишнюю влагу с лица. Все победно кричат, пока Хоуп чуть не ныряет в воду прямо с телефоном, пытаясь заснять хороший кадр трясущимися от выпитого руками. Его оттягивает за край плавок Мин, недовольно причитая, что тот толком не умеет плавать. — Ты достаёшь до дна? — неожиданно доносится сбоку, и Тэхён оборачивается на голос, не понимая, ему ли это адресовано, хотя в бассейне их всего двое. — Да, а что? — он удивлённо приподнимает брови, когда омега подплывает ближе под шипперские улюлюканья остальных и хватает его за плечи, приподнимаясь над водой. — Я хочу сделать сальто, держи крепче, — Чонгук одобрительно хмыкает, когда альфа хватает его за бёдра, приподнимая выше и помогая встать на собственные плечи. Киму открывается хороший вид на тонкую, изящную фигуру и грудь. Боже, хочется поперхнуться воздухом, когда он видит эти ярко-розовые, вставшие от перепада температуры воды соски. А кожа на ощупь мягкая, гладкая и усеянная родинками. — Да! Сальто! Гук, покажи класс! — Чимин подставляет ко рту ладони, чтоб его было лучше слышно из беседки, и пережёвывает остатки мяса. Омега расставляет руки, удерживая равновесие на чужих крепких плечах, и приседает, делая кувырок назад, плюхается в воду под победные крики. На удивление Кима, он не только невысокого роста, но мало весит, хотя со стороны так не кажется, его с лёгкостью можно носить на руках хоть двадцать четыре на семь. Позже, когда они оба уже наплавались, изредка поглядывая друг на друга и иногда брызгая в лицо водой, присоединяются уже остальные, бассейн превращается не в место для заплывов, а водяное побоище подростков-переростков за двадцать. Тогда Чонгук начинает ныть, что его в конечном итоге скоро утопят в остатках воды, что не расплескались за край, и благополучно ретируется в душ, оставляя Кима среди друзей одного. Остатки глубокого вечера проходят более спокойно, они допивают алкоголь, чтобы согреться, доедают мясо и расходятся спать. В доме становится тихо и спокойно, свет горит только в ванне и над раковиной в кухне, чтобы ночные любители попить не наебнулись, пока шли, как мотыльки на свет. Тэхён не может уснуть от слова совсем, даже количество выпитого ему не помогает. Он тихо встаёт с постели, чтобы не разбудить спящего на соседней кровати Пака и выходит в коридор, дабы сходить в туалет. Он шаркает тапочками вдоль стены в сторону ванной, но останавливается, замечая в комнате сбоку свет. Любопытство берёт вверх, и он просовывает голову в проём, подмечая, что это комната с одной большой кроватью, с краю которой стоит включённый ноутбук. У спинки в куче подушек и мягких игрушек сидит Чонгук, не обращая на него внимания. Понятно, комната Чона. — Почему не спишь? — альфа осторожно проходит внутрь, мельком поглядывая на электронные часы, стоящие на комоде, 01:46 и подходит к кровати. — Не хочу, — коротко отвечает младший, пожимая плечами, и смотрит на экран, хлопая ладонью на свободное место рядом. Мол, садись. — Что смотришь? — Мстителей. — О, я с тобой, — у Тэхёна, словно у ребёнка, загораются глаза от названия любимой серии фильмов. Он укладывается рядом, подминая под себя медведя, и смотрит в экран, подмечая, что попал на начало. Они неловко переглядываются, пока актёры на фоне сражаются с альтроном, эпично владея своим оружием. Чонгук поджимает под себя ноги, удобнее укладывая голову на подушку, и обнимает пингвина, подаренного Мином на днюху. — Тебе кто из них нравится? — шепчет так, чтобы не перебивать диалог на экране, отчего немного хрипит, когда укладывается на живот сбоку от парня, утыкаясь в подушку лицом. — Ванда. — А мне Вижен, — Тэхён улыбается, разглядывая его лицо, на котором отражаются блики от экрана, омега удивлённо поворачивает в его сторону голову, придвигаясь ближе, и вытягивает шею, чтобы шепнуть ему на ухо. Играет по его правилам. — Смотрел их сольник? — Да, мне очень понравилось. — Они отличная пара. — Согласен. — В голове невольно всплывает вопрос, что, по мнению Кима, озвучивать не стоит. Они иногда перебрасываются парочкой фраз, расслабляясь в спокойной обстановке, и смеются над шутками Тони. Тэхён лениво наблюдает за меняющимися в фильме сценами, постепенно начинает засыпать. Клюёт носом, так и хочется закрыть глаза. Он чувствует, как на свободную сторону подушки укладывается ещё одна голова, понимает, что Гук уснул. Он сдержанно улыбается, стараясь лишний раз не шевелиться и, прикрыв крышку ноута ногой, проваливается в сон.

***

— Тише, хватит ржать! — Намджун, стоящий рядом с остальными, шикает на хихикающего Чимина на пару с Хосоком и складывает руки на груди. — Да не снимай ты, придурок, вспышку выключи! — грозно шипит Мин и даёт Хоупу смачный подзатыльник, когда тот делает пару снимков спящей парочки. Они мирно сопят на одной подушке лицом друг к другу, переплетая ноги. — Ау! За что?! — Чон потирает затылок, недовольно зыркая на него в ответ, и убирает телефон в карман. — Тихо, блять! — шёпотом гаркает на него Чимин и довольно любуется младшим, когда тот возится во сне, укладывая голову на чужую грудь, и чмокает губами. — Милота… — Да, пиздец… — Ты сфоткал? — Спрашиваешь. Конечно. — Ребят? Вы чего? — Чонгук приподнимает голову, упираясь рукой в плечо альфы, и трёт глаза, в лёгком шоке разглядывая скопление над своей кроватью. Опускает голову, замечая спящего рядом Тэхёна. Тот начинает ворочаться, удобнее обнимая омегу за пояс, и фыркает во сне. Хосок начинает опять ржать, превращаясь в горбатую собаку, которая пытается отдышаться и не поперхнуться воздухом вместе с Паком, что прикрывает ему рот ладонью, и падает на пол, упираясь в него руками. — Гук? — Ким хмурится, замечая, что младший не спит и сонно моргает, в попытке включить мозг. — Доброй утро, оккупатор. — Ему в лицо прилетает подушка в виде облака, что мирно лежала в ногах, и альфы начинают дружно гоготать, стаскивая его с кровати за ноги.

***

Неделя проходит довольно спокойно и расслабленно. Все занимаются своими делами, гуляют, смотрят кино или гоняют на лыжах, на участке с хорошим снегом между небольших склонов, недалеко от дома. Дни проходят в хорошей, тёплой обстановке, иногда у альфы получается урвать моменты тет-а-тет с младшим, тогда они общаются на разные темы. Самые разные, а когда их ловят на этом, начинают своё шипперское улюлюканье, они только переглядываются, неловко улыбаясь, как школьники. Тэхён стоит между деревьев с кружкой чая и смотрит на то, как Чимин колет дрова, недовольно пыхтя и возмущаясь, что, мол, хули он это делает один, пока остальные торчат в беседке, попивая чай. Сбоку из-за дерева слышится знакомый голос. Чонгук подкрадывается и кидает в лицо снегом, звонко смеётся, когда он удивлённо стирает с лица остатки и ставит на столик рядом кружку. Альфа хищно прищуривается, довольно растягивая уголки губ в улыбке, и приподнимает одну бровь, мол, щас получишь. Резко срывается с места в сторону Чонгука, который рвётся к забору на краю участка, но его в скором времени перехватывают за шиворот куртки и валят в сугроб, придавливая собой. Чонгук хохочет, в попытке вылезти из-под старшего, и кидается в него снегом. — Доиграешься, Ванда. — И что ты сделаешь, Вижен? — Чонгук, довольный собой, изгибает брови и сглатывает, замечая, что глаза напротив уже серьёзные, пристально смотрят в ответ, заставляя замолчать и вслушаться в собственное сердцебиение и шум леса. Гук облизывает губы, мелко хлопая ресницами от падающего на глаза снега, и разглядывает его лицо. Так и хочется в необъяснимом порыве обхватить крепкую шею напротив и впиться в соблазнительные губы. А если у него кто-то есть? Если он с кем-то встречается в США? Или его кто-то ждёт здесь? Тэхён, неожиданно для омеги, сам наклоняется ближе, оставляя между ними жалкие пару сантиметров, и выдыхает через рот, прикрывая глаза, зависает. Чонгук ощущает жар его губ, дыхание обоих смешиваются, трепетное волнение заставляет сердца биться быстрее. Но со стороны дома слышатся знакомые голоса, прерывая их идиллию, и иллюзия возможного поцелуя исчезает, превращаясь в дымку и пропадает, стоит Киму отстраниться и встать, протягивая Гуку руку. Черт. — Вы чё там застряли? У вас всё нормально? Нам в город надо съездить!

***

Общим решением было принято поехать в большой супермаркет в получасе езды от посёлка. Ведь, если решились устроить тусовку и позвать группу, в которой учатся альфы, в честь приезда Кима, то нужно пополнить запасы и накупить алкашки, прохлаждаться им здесь как минимум ещё дней восемь. Тэхён сидит на водительском месте, прогревая машину, стоящую около дороги, всю в снегу, в салоне прохладно, хотя он сидит уже минут десять с обогревателем на максимум. Намджун на улице торопливо копошится, счищая с капота остатки снега, и что-то недовольно бурчит про двигатель, иногда оглядываясь через плечо в сторону дома. Из него через несколько минут вываливаются оставшиеся. Но самое интересное не в этом, а в том, что Чонгук не идёт сам, его несут сразу двое самых активных. Угадайте, кто? Правильно, Чон и Пак, они гогочут на всю улицу и тащат нахмурившегося омегу в сторону машины, усаживая на переднее сиденье. — Он сам дойти не может? — Нам складывает щётку в багажник, поправляя навес над вещами, и хлопает дверцей, усаживаясь четвёртым назад. — Я хотел остаться дома. А эти… — Понятно. — Я просто знаю, что начнутся бесконечные звонки, купите то, купите это, о и вот это забыл сказать, — пародирует омегу Чимин и довольно улыбается, когда в него стреляют убийственным взглядом через зеркало. Тэхён заводит мотор, предварительно осмотревшись по сторонам через зеркала, и выруливает на дорогу. Он ловит себя на мысли, что с удовольствием пошёл бы один, а потом принял хоть миллион звонков от Чонгука с такими просьбами, и сто процентов ничего бы не забыл купить. Он сорвался в магазин даже, если бы ему захотелось просто одну шоколадку, несмотря на расстояние и время. Дорога проходит в относительной тишине, разбавляемой редкими переговорами сзади. Чон уткнулся в телефон, предварительно надев наушники, и иногда мотает головой в такт, разглядывая пейзаж за окном, возможно, Ким понемногу плывёт умом, но, кажется, младший на него частенько так поглядывает. Это заставляет сесть ровнее и расправить плечи. Внутри что-то волнительно так шуршит, как будто он только что выиграл эту жизнь, ну а если ему только кажется? Блять! Как сложно. По прибытии в огромный супермаркет они разбегаются по отделам, сначала хорошенько обдумав план, разобрали тележки, в одну из них запихнув Гука и вручив Киму, поехали по своим делам. Кто-то выбирает мясо и еду для вечеринки и на будущие после, а кто-то более важное — алкоголь. Чувствует жопа Намджуна, потратят они много. Тэхён неторопливо везёт свой ценный груз вдоль полок с соками и хлопьями, иногда подкладывая в тележку вокруг омеги небольшое количество продуктов и осматривается вокруг. — Тормозни! — вдруг и совсем неожиданно возникает снизу тёмная макушка, и он послушно останавливается, наблюдая за его действиями с явным интересом. — Немного назад, вон ту пачку хлопьев дай, — Чонгук вытягивает вверх свой аккуратный указательный палец и тыкает на упаковку с единорогами. — Эту? — Ага, спасибо. — Тебе ещё что-нибудь нужно? — Ким немного нагибается, толкая тележку дальше и проезжая мимо полок со сладким. — Пососать. — В смысле? — Сосалки с персиком возьми, говорю. — Альфа расслабляется, тихо хмыкая себе под нос, и кидает в корзину нужную упаковку конфет, подъезжая к кассе. — Вы всё взяли? — А вы? — Чонгук принимает беспомощные попытки вылезти из тележки самостоятельно, но получается только приподняться на руках, и плюхнулся обратно, недовольно кряхтя. — Па-ма-ги-те! — он вытягивает руки и куксится, словно ребёнок, выпячивая свои невъебенные, на взгляд Тэхёна, губы. Его благополучно вынимают из неё, схватив под мышки, и ставят на пол словно пятилетку, протягивая открытый чупа-чупс, что уже успели пробить. — Ну, вроде всё. — А где специи для рыбы? Я же просил, — Гук хмурится, с чмоканьем вынимая изо рта леденец, и зыркает на Хосока, стоящего рядом. — Понял, я ракетой. Туда и обратно, — Чон моментально пропадает из поля зрения среди полок на поиски нужной упаковки, пока остальные раскладывают покупки по пакетам. Чонгук какое-то время просто стоит рядом, посасывая конфету, а потом бесцеремонно засовывает её в рот Кима-старшего, шепнув, что больше не хочет и уходит в сторону машины. Тэхён невольно подвисает, наблюдая, как Намджун послушно перекатывает чупа-чупс во рту, и зависть тонкой змейкой прокрадывается в его сердце. Почему он, а не я? — Что, тоже хочешь? — Чимин издевательски хихикает, подначивая друга, и пихает его локтем в плечо. Хочет. Конечно хочет. — С вас 398880 тысяч вон.

***

Дом постепенно наполняется всё большим количеством людей, и становится непривычно шумно. Тэхёну уделяют особо много внимания. Все с ним радостно здороваются, по-приятельски обнимая и расспрашивая про жизнь. Альфы и беты предлагают выпить вместе, а омеги кокетничают и флиртуют в попытке уломать его хотя бы на танец, а может и что больше. Но Ким вежливо отказывается, лениво потягивая пиво в углу помещения, куда отодвинули диван, и изучает толпу, надеясь разглядеть тёмную макушку, что может быть передумала и вышла потанцевать. Но нет. Чонгук просто взял бутылку шампанского, пачку снеков и ушёл в свою комнату смотреть кино. Потихоньку возникает желание съебаться и составить ему компанию. Наталкивает на мысль, что это будет приятнее, чем наблюдать за нажравшимися в драбадан людьми. Чимин где-то среди толпы танцует чуть ли не стриптиз, громко выкрикивая строчки пошлой песни про жаркий секс, пока остальные, как Хосок, это либо снимают, либо пьют в стороне, как он сам. Тэхёна охватывает странное беспокойство, возрастающая тревога заставляет подняться с насиженного места, оставив недопитую бутылку и расталкивая толпу, все же поднимается наверх по лестнице, куда народу было запрещено заходить, гостевой туалет есть внизу. Тэхён сразу хмурится, замечая незнакомую фигуру, стоящую рядом с Чоном около его комнаты, и что-то пьяно ему рассказывая, распускает руки. — Я что, хуево выражаюсь? Отвали на хуй, понял? — омега отбивается от его наглых рук, Тэхён мрачнеет ещё больше, подходя ближе. — Да чё ты такой дёрганный, давай расслабимся, ты и я. Доставим друг другу удовольствие. — Ли, пойди подальше и проспись, озабоченный. — Не веди себя как сучка, вы все шлюхи, чего выпендриваться. — Коридор оглушает удар падения. Альфа отлетает в сторону перил, громко зарычав и прикрыв окровавленный нос ладонью. Он резко встаёт и налетает на Чона, придавливая его к стене. — Тварь! — Пошёл на хуй! — Эй! — Ли поворачивает голову, в этот же момент получает в челюсть, и падает на пол, проезжаясь спиной по паркету к стене. Тэхён раздражённо рычит, сжимая кулаки, и загораживает омегу собой. — Свалил отсюда. Обычно ему дважды повторять никогда не надо было. Он сам по себе выглядит сурово и устрашающе, когда очень сильно злится. На плечо ложится тёплая ладонь младшего, что стоит у него за плечом, это немного остужает пыл, он приходит в себя и начинает мыслить более ясно. Но нахальный идиот на этом не успокаивается, он встаёт на ноги, стирая из-под носа кровь, и хмыкает. — Слушай, Ким, я понимаю, туса-то может и твоя, но парень мне понравился, будь добр, съебись и не мешай нам с кисой развлекаться. — Тэхён, не надо, — Чонгук перехватывает его руку, чтобы он не ударил обнаглевшего одногруппника вновь. Альфа шумно дышит через нос, его начинает трясти от этого хуйлища перед собой, но раз Гук попросил, значит, бить он не станет. — Да, Тэхён, не надо. Он занят, — альфа победно скалится, замечая, что Ким опустил руки, когда его попросили. Но тот резко разворачивается обратно, со всей дури заезжая парню в горло. Чонгук несдержанно вскрикивает, выставляя руки перед ним, и упирается ими в напряженную грудь, чтобы отодвинуть старшего подальше. — Да, мной, — шипит Ким, показывая альфе зубы, пока тот пытается откашляться, ведь заехали ему чуть ли не в кадык. Чонгук не обращает внимания, сосредоточившись на том, чтобы они не сцепились и не покалечили друг друга, изо всех сил тянет Кима в сторону комнаты. — Тэхён, не стоит, тебе нужно успокоиться. Давай зайдём внутрь. — Так печёшься о своём ебаре? Ну, если он не хочет уступать, давай устроим тройничёк. И тут Тэхёна прорывает, он отодвигает младшего в сторону двери, намекая, что ему лучше посидеть в комнате, и рычит, хватая противника за грудки. Ожидаемо для всех троих, они начинают драться, сцепившись так, что их хер разнимет невысокий и не особо сильный, по сравнению с альфами, парень. Чонгук кричит, чтобы они остановились и пытается оттащить старшего, но все попытки с треском проваливаются. — Намджун! —утром у него сядет голос, но сейчас глубоко похуй, Чонгук пытается перекричать музыку, срывая связки. Но ничего не выходит. До него доходит, что можно сделать в такой ситуации и он со всех ног бежит в сторону электрощитка в прихожей, вырубает на хер весь свет и музыку. В толпе недовольно спрашивают, в чём дело, выглядывают в коридор, где стоит Чон и осуждающе хмурятся. — Намджун! Там Тэхён с Ханылем сцепились! — альфа тут же трезвеет, как и большинство присутствующих, и бежит наверх вместе с Мином, начиная разнимать разъярённых парней. — Ублюдок, я тебея по стене размажу! Даже не смотри в его сторону. — Тэхёна всё-таки удаётся оттащить от избитого в щи парня, с огромными усилиями, хотя ему самому досталось не меньше. Он раздражённо фыркает, сбрасывая чужие руки с плеч, и отходит в сторону, пока Ли поднимают с пола и спускают вниз. На него все смотрят неодобрительно, ведь раз ударил сам Тэхён, который пацифист по натуре и никогда не влезал в драки, значит, есть за что, а вернее, за кого. Омеги перешёптываются между собой, делая предположения, и смотрят на него косо, понимая причину. — Тэхён, — альфа чувствует тёплую ладонь на своём предплечье и поворачивается в сторону Чонгука, морщась от неприятного зуда на губах. Выглядит он как отбитый огурец: куча ссадин, разбитая губа и бровь, окровавленные зубы, просто картинка, смотри — не насмотришься. Ким виновато опускает взгляд, поджимая губы, и берёт парня за руку, поглаживая костяшки. — Прости, я… — Надо раны обработать, мститель, — Чонгук улыбается и встаёт на носочки, свободной рукой поправляя его взлохмаченные волосы. Тот послушно следует за омегой в комнату, усаживаясь на край кровати, стирает из-под носа засохшую кровь. — Ну, вот зачем ты один полез. Эта глыба на бокс ходит, а ты… — А я не терплю такого отношения, тем более к тебе. Любой бы из нас так сделал, — пытается исправить сказанное Тэхён, чтобы это не выглядело как очевидное признание. Чонгук только молча закатывает глаза, промачивая вату в антисептике, и прикладывает к его рассечённой брови. — Терпи, если заплачешь, буду до конца жизни называть нытиком. — «До конца жизни», значит ли это, что Чонгук готов провести с ним всю жизнь? Даже если он будет нытиком. — Альфы не плачут. — Ошибаешься, все люди плачут. Я в детстве одного лопаткой по лбу стукнул, чтоб не принюхивался, а он как заревёт на всю песочницу, — Гук ухмыляется своим воспоминаниям, вызывая на лице напротив улыбку, и вытирает влажной салфеткой размазанную по лицу кровь, слегка нагибаясь, наклеивает пластырь ему на щеку. — Если останется шрам, то у нас будут зеркальные, — он тычет пальцем в свой и растягивает губы в улыбке, зеркально Кимовой. Повисает крайне неловкая тишина, несмотря на грохот и оры на первом этаже, почему-то звенит в ушах, вакуум заполняет всё пространство, они не слышат ничего, кроме стука собственных сердец. Чонгук сглатывает ком, скопившийся в пересохшем горле, и отводит глаза, дабы не покраснеть. — Гук, я… — Тэхён собирается с силами, чтобы сказать настолько важную вещь и вздыхает, переплетая их пальцы на обоих руках. — Ты мне нравишься, — прерывающимся шёпотом говорит омега и вновь смотрит в карие глаза, что в приглушённом свете ночника кажутся полностью чёрными, как космос или ночное небо без звёзд. — Я первый хотел это сказать. — Ох, прости, можем сделать вид, что я ничего не говорил. — Я хочу провести остаток своей жизни с тобой, Чонгук. Как бы пафосно это не звучало. Я много чего хочу только именно с тобой, — Тэхён притягивает его руки ближе к лицу и касается своей щекой нежной кожи на сгибах пальцев, на несколько секунд прикрывая веки. — Я тоже, — они молчат вечность, неотрывно смотря друг другу в глаза, не моргая. А потом им обоим срывает крышу. Воздух начинает накаляться, когда Гук первый порывается вперёд, вгрызаясь в губы партнёра, и усаживается на его бёдра. Тэхён борется с ним за право вести в поцелуе, не задумываясь, с диким голодом засасывает поочерёдно то верхнюю, то нижнюю губы и проскальзывает языком в приоткрытый рот, проводя руками от пояснице к бёдрам, жадно сжимая до покраснения. Такой жгучей страсти, граничащей с безумием, у него не было ни с кем. И это не красиво как в кино. Это пошло, громко, мокро и…вкусно. Так, что начинают подрагивать руки, которыми Чон зарывается в кудри альфы, подставляя шею под смачные и болезненные засосы, в попытке отдышаться. Ноги сводит от этих ощущений, настолько приятны эти касания, и горячий язык у основания шеи, рядом с ключицами.

Chase Atlantis — HEAVEN AND BACK

She was always dealing with the devil She was always into taking those chances Said she met a couple other women Who were into going late night dancing.

Тэхён утробно рычит, присасываясь к ещё нетронутому участку чужого плеча, и в спешке стягивает смятую футболку, что даже рвётся у ворота от его напора. Он покрывает грудь омеги поцелуями, проводя по соскам языком, отчего бёдра младшего начинают крупно подрагивать, он сильнее сжимает его волосы в руках, молясь не оторвать их в процессе, и стонет, закатывая глаза от удовольствия.

Then she fell in love with a pill That could take away all her pain, yeah Then she fell in love with a whole new drug That could fill her veins And then

— У тебя соски от возбуждения встали или от холода? — Тэхён смотрит на него снизу вверх исподлобья, проводя кончиком языка по ореолу, и мнёт чужие бока, из-за чего они краснеют. — От холода. — Неужели я настолько плох? — О да, ты ужасен! — Сарказм — его второе «я». Чонгук не выдерживает этой пытки и, закусив собственную губу до крови, пихает Тэхёна в грудь, тот падает спиной на кровать. Подползает ближе, упираясь руками в матрас и ухмыляясь, целует альфу в губы более медленно, растягивая удовольствие.

She's high She lives in the sky Tonight she's satisfied Rolling back her eyes But then she starts to cry Everything is turning to black All in one night She just went to heaven and back