Дитя закатного солнца

Озен поняла, что переоценила свои силы, когда проснулась ближе к полудню. Как минимум, о лекции в приюте можно было забыть. И вот так всегда после подъёма и тусовки до рассвета. До этого едва ли не по щелчку пальцев встаёшь, но теперь всё, разнежилась. Люби после этого поверхность. – Эй… Паразит и бездельник, – Белый свисток игриво куснула прядь волос мужа. Он промычал что-то невразумительное и прижался к её груди: – Давай поспим ещё. Не хочу вставать. – Тоже, но скоро я проголодаюсь, а в кровати только ты. – Уступаю тебе ляжку, – Марулк перевернулся на спину, протяжно зеваю, – Кажется, тусовка вчера удалась. – Ты не застал, но я троих шалопаев лично относила домой. Одного на закорках, двоих под мышками, – припомнила Озен, – Надеюсь, жёны были рады этим посылкам. – Негодяи, – с улыбкой продрал глаза выходец из Джесеку, наконец покинув кровать, – Так, я близок как к успеху. Завтрак скоро подоспеет. Ты ещё не видела, но тут прекрасный погреб, даже молоко не скисает. Есть пожелания? – Много и вкусно. – Нет проблем. Пользуясь тем, что её никто не гонит, Озен растянулась во всю длину, нежась в простынях. Никаких тебе подскакиваний от шорохов и мыслей об обвалах или хищниках… Не ровен час привыкнуть. – Дорогая? – уже под шкворчание завтрака окликнул её Марулк. – Встаю, уже встаю. – Не, я не о том. Как насчёт прогуляться по рынку? У тебя минимум вещей, не тащить же их из лагеря. – Да мне хватает. – Милая, – на этот раз он сам сунулся в комнату, облизывая лопаточку, – Три пары носков и столько же трусов хороши для похода, но здесь в твоём распоряжении целый бельевой шкаф. И я уже не говорю про повседневную одежду. Статус статусом, но не ходить же тебе в форме. – У тебя там ничего не подгорает? – с намеком приподняла брови Белый свисток. – Нет, тушится, всё в порядке. – Тогда бросай всё и иди ко мне. – Не пытайся уйти от темы при помощи секса. – Эх, – заставив себя влезть в штаны, Недвижимый лорд снова откинулась на подушки, – А раньше работало... Ну да, да, ты прав, доволен? Рынок не такая плохая идея. Нам ещё завтра... – покрытая клиньями Тысячника рука указала по направлению к соседнему дому, – Вон туда. Вроде полагается что-то приносить, если я правильно помню. – О, – даже просиял выходец из Джесеку, – Чудесная традиция. Соберу для них корзинку вкусностей. – Я куплю. – Не надо, у меня есть... – Мы идём туда по моей вине. – Любовь моя, – он сел на краешек кровати, ласково гладя согнутое колено жены, – Это всего лишь посиделки, а не повинность. Отнесись к этому попроще, хорошо? – Светские беседы не моя сильная сторона. – Шутишь! Ты же кладезь историй. Просто найди не самую кровавую и расскажи, если заинтересуются. – Чую, это только звучит просто... Ну да ладно, – наконец победив гравитацию, встала во весь рост Озен, – В приют я уже не успею. Думаю, лучше перенести на воскресенье. Дети наверняка сейчас в Бездне, горбатятся на раскопках, а оставшаяся мелюзга это не совсем тот контингент, на который я рассчитываю. Да и подготовиться надо. – У тебя получится, – Марулк положил ей щедрую порцию топпоки с овощами и солониной, – Ведь ты же не из тех, кто считает, что дети слишком хрупкие для правды этого мира? И ты, по сути, сама вырастила двоих, а это что-то да значит. – Что вы с Лайзой живучие, – усмехнулась Озен, принимаясь за завтрак, – Иноземные специи? – Новый сорт перца. Девочки поделились. Семена я тоже взял. Хочу высадить несколько на участке, как расчищу. Будет здорово выращивать что-то к столу. – Задарю тебе вертикальную теплицу на день рождения, фермер. – Очень смешно. – Ешь давай, не дуйся... Думаешь, надо зайти к Эмири? Вопреки наущениям жены, Марулк оторвался от тарелки: – Зачем? – Думаю, ты прав насчёт одежды. Если я попрусь к соседям в форме, это будет... Не смотри на меня так, это была твоя идея изображать нормальную семью, вот я и делаю всё возможное! – Милая, – пусть и зная, что его жена ничего не почувствует из-за артефактов, давным-давно расправившихся с нервными окончаниями, всё же взял её за руку Марулк, – Мы нормальная семья. Если не для мира, то точно для Орта. После твоего ухода за лекарством я тоже потратил огромное количество времени, чтобы привыкнуть к людям. К окружению в целом. Я пусть не полностью, но представляю, каково тебе сейчас. – …ну всё, довольно. Есть мешаешь, – пробурчала Озен, освобождаясь из его пальцев. Марулк знал, что это не акт вредности, а замаскированное смущение, так что сменил тему: – Нам из «Полночного перекуса» буквально один чемодан забрать, так что не к спеху. Пойдём лучше прошвырнёмся по рынку и действительно заглянем к Эмири и Версусу. Что думаешь? – Что это был обед, а не завтрак, – очистив тарелку, встала с деревянного стула Озен, – Обычный маршрут? – Книжный и лавка заморских деликатесов это святое, – с важным видом кивнул выходец из Джесеку, улыбаясь, – Да и погреб тоже забить не помешает. Не бегать же мне за продуктами днями напролёт. – Ты решил что-нибудь с чердаком? С игрушками. – Я думал, мы вместе посмотрим. Белый свисток лишь пожала плечами, ладно, мол, пусть будет так. Пока его жена подправляла волосы перед выходом в свет, проверяя, не видны ли её шрамы, Марулк невольно задумался над тем, хочет ли Озен прожить всю жизнь с ним вдвоём. Да, дети оставались спорным вопросом, поскольку саму Озен оказалось не затащить на обследование лекарю, но ситуация с чердаком тоже не проясняла ситуацию. Наверное, надо было поговорить об этом, так же, как и всегда. Зная друг друга много лет, Белый свисток и её бывший ученик придерживались честности открытости и в браке. Да вот только этот вопрос… Отшутится ведь, совсем как на тусовке с ребятами в «Полночном перекусе». Хуже, если где-то внутри станет ощущать себя… Неполноценной или вроде того. Ну, это уж точно не про Озен! Или всё же?.. – Ты так и будешь созерцать стену, или начнём разгребать кучу дел? – наполовину пихнула, наполовину потёрлась боком об его плечо Недвижимый лорд. – Думаю, стена подождёт, есть дела и поважнее, – выходец из Джесеку открыл перед женой дверь, – Идём. Салон Эмири находился довольно близко, и было решено сначала заглянуть к ней. – Повседневная одежда? – аж засияла от радости швея, – О, разумеется, дорогая! Проходи скорее, я сделаю замеры, а когда вернётесь с рынка, кое-что на завтра уже будет готово! Марулк, золотце, угощайся кофе, нам, девочкам, нужно посекретничать. Выходец из Джесеку без обиняков уселся в предложенное кресло. В отличие от многих других мужчин, изнывающих от ожидания прихорашивающихся жён, он абсолютно точно знал, что это не займёт много времени. Впрочем, лучше бы заняло: Озен и повседневные мелочи были плохо совместимы, но при этом остро нуждались друг в друге. – Значит, так, – войдя на склад, Эмири с удовольствием пробежалась ладонью по рулонам, – Позавчера привезли чудесный варёный хлопок, почти не мнётся, и много расцветок… Ты меня слушаешь? – Вот же борзописцы, – пользуясь случаем, Озен перехватила с чайного столика свежую газету Орта. Вообще «Новости глубин» были учреждены гильдией исключительно для того, чтобы информировать население о том, что происходит в Бездне (не очень подробно), и городе в целом (гораздо подробнее). Опытные искатели в основном чурались этого издания и пролистывали его исключительно для того, чтобы быть в курсе новостей с поверхности. – Я ещё не смотрела, а что там? – привстав на цыпочки, взглянула на разворот Эмири, и тут же улыбнулась, – Ну гляньте только на этих двоих. А что, плохо нарисовано? – Отнюдь, весьма талантливо, – не могла не признать Озен. Текстурный чернильный рисунок изображал её в полном облачении, подхватившую мужа под мышки, – Но я тут словно щенка держу. – Всё равно мило, – настояла на своём Эмири, – Я бы на твоём месте оставила на память. Белый свисток помедлила, но всё же сложила газету в сумку на поясе: – Так что у тебя там за хлопок, говоришь? Жареный? – Да, и с соусом, – хохотнула швея. – Тогда беру. – Варёный, балда. Смотри, – размотав рулон, Эмири показала ткань, – Кстати, эта расцветка тебе очень пойдёт. – Ты так думаешь? – зная, что руки мало что ощутят, Озен прислонила хлопок к шее. – Да! Сделаем тебе модную блузку. Юбку даже не предлагать? – Ни в коем случае. – Тогда как насчёт суженных брюк? У тебя восхитительные ноги… Разденься, пожалуйста, я сниму мерки. – Скажи лучше, что хочешь увидеть меня голой, – с намёком повела головой Недвижимый лорд. – Конечно, – точно с таким же заговорщическим тоном подмигнула Эмири, – У нас, замужних барышень, свои развлечения... О, кого-то хорошо кормят. – М-м? – Озен опустила глаза вниз, на живот, – Да вроде всё то же самое. – Раньше виднелись кубики, теперь жирочек. – А, это, – Белый свисток кашлянула. Эмери, взявшая в руки свой артефакт – Потомок Белошвейки – заинтересованно подняла брови. – Ничего особенного, – Недвижимый лорд отвела глаза в сторону, – Мешок мяса и костей вдруг вспомнил про циклы, пока была в Бездне. И снова забыл, ничего такого. – Тебе бы провериться, – покачала головой старая подруга. – Добрый век прожила, что там проверять? Как пауки ловчие сети плетут? – кривовато усмехнулась Озен. – Ну… – поняв, что тема весьма сложная, Эмири, вооружившись портняжной лентой, обратила внимание на газету, – Между прочим, это стало гораздо читабельнее. И у них новые станки, так что выпуск уже не устаревает, едва выйдя из-под пресса. – И это отразилась на читабельности? – Да не, – усмехнувшись, Эмири расстелила ткань на столе, – У них новый корреспондент, по слухам, молодой. Рисует тоже он. Что приятно, вдумчивый… Подписывается как Шигги. – Ух ты, – на этот раз брови приподняла уже Белый свисток. – Знаешь его? – Марулк знает. Хороший парнишка, насколько я помню, делал успехи на стезе искателя, но… Журналистика? Кажется, я что-то упустила. – Не в твоих правилах собирать сплетни, – показав, как встать, Эмири накинула на Озен грубо сметанные лоскуты, – Так-так, подгоним по фигуре, а мелочи доделаю, пока будете на рынке. – У тебя разве нет других заказов? – удивилась Белый свисток. – Полно, но такой мажорный, – швея подала старой подруге её форму, – Однозначно достоин приоритета. – Вот незадача. А я надеялся на премьерный показ, – с некоторым разочарованием протянул Марулк, заметив, что жена возвращается к нему в той же одежде, что и была. – Не так быстро, но что удивишься это точно, – пообещала Озен. – Юбку заказала?! – Жить надоело? – Я ничего не говорил! – на всякий случай упреждающе замахал руками выходец из Джесеку, – А что это? – А, – поняв, что из сумки торчит краешек газеты, протянула находку мужу Недвижимый лорд. – Какие мы славные получились! – даже сверкнул зубами Марулк, вертя изображение то так, то эдак, когда они уже вышли на улицу. – Эмири сказала мне одну прелюбопытнейшую вещь: в «Новостях глубин» теперь работает Шигги. Ну тот, черноволосый паренёк из приюта Бельчеро. – А, – муж Белого свистка замешкался, – Да, всё верно. Его даже хвалят. – Но я не пойму, почему Шигги выбрал жизнь на поверхности. Лично его кураторством я не занималась, однако помню списки гильдии. Ему сулили карьеру успешного исследователя. – А. Ты не знаешь, – сложив газету вчетверо и отдав её обратно жене, помрачнел Марулк, – Шигги попал под обвал на третьем уровне. Перелом ключицы и рёбер, проткнуло лёгкое, вообще чудо, что живым до лекаря доставили. Озен даже остановилась: – И он… – Бездна для него закрыта. Переломы зажили, но с одним работающим лёгким там делать нечего. Симрод рассказывал, как этот парень плевался кровавой пеной при подъёме со второго на первый, так что лезть обратно это путь в один конец. Но, – Марулк указал на газету, – Кажется, Шигги всё равно нашёл место в жизни. И Эмири не зря его упомянула, газета действительно выиграла, наняв его. В конце концов, – приставив ладонь козырьком ко лбу, сверился с направлением выходец из Джесеку, – Кто сказал, что тем, чья жизнь связана с Бездной, суждено умереть там же, верно? – Хм, – Озен помедлила с ответом, будто задумалась об этом впервые в жизни, – Да. Пожалуй, что так.