Дитя закатного солнца

Парварда, как и новое платье, произвели должное впечатление, так что совершенно счастливый Марулк уже был готов к дружеским разговорам в окружении доброй дюжины собеседниц. – Не знаю, что бы мы без тебя делали, – говорила женщина по имени Ишта, – Марулк, эти сладости просто идеально подходят к кофе. – А помнишь, как как мы остерегались приглашать его в клуб? – подхватила Марбл, пухленькая болтушка за тридцать пять, чьё жизнерадостное лицо было густо усеяно крупными веснушками, – «Да он же парень, да ещё и бывший ученик Белого свистка, теперь женат на ней, должно быть, у него не все дома»... – Марбл! – доливавшая кофе девушка в шутку замахнулась на товарку полотенцем, – Вот тебя нельзя выпускать за пределы Орта, ты бы разболтала врагам всё, что можно и что нельзя. – На кого же я вас оставлю, – ничуть не обиженно пробурчала Марбл, улыбаясь Марулку, – Славный мальчик точно на меня не обижается. Как там жена, оклемалась от экспедиции? Мой Этьен говорит, что быть лидером хуже, чем столкнуться со стаей кудара. – Озен привычна к руководству, но её очень радует, когда все остаются целы и невредимы, – приветливо прищурился Марулк, отпивая ароматный напиток. – Уже нашалились? – заговорщически подмигнула ему женщина по имени Кодда. – Разве такое возможно? – Ну эй, имейте совесть! – хлопнула себя по колену Риоли. – Результаты шалости подоспеют совсем скоро, подожди ещё совсем немного, – примирительно проворковала Марбл, гладя округлившийся живот подруги, – Уже нашла хорошую акушерку? – Наслышана об одной молоденькой, но сомневаюсь. Гритта, кажется, – потёрла подбородок беременная женщина. – Гритту я знаю, – оживился Марулк, – Она стала Синим свистком накануне перед тем, как я и Озен спустились на четвёртый уровень. Оз говорила, что у Гритты талант к целительству, она одного из наших от перелома ноги только так вылечила. – Я ещё подумаю, но спасибо за информацию, – с благодарностью кивнула ему Риоли. – Кстати об информации, – маленькая сухонькая женщина с острыми скулами заговорщически переглянулась с подругами, – Есть желающие узнать, что за слушок пополз по Гильдии? – Элспет, ну ты даёшь. Они опять ни сном ни духом, что у тебя есть уши? – даже ахнул Марулк. – Что ты, сахарок, мы для них прислуга, убери да отнеси-принеси, иногда я думаю, что они не в курсе о том, что я умею разговаривать, – хмыкнув, скрестила руки на груди старая знакомая. – Так и что? Не томи! Куда и зачем отправят наших горемычных на этот раз? – не выдержала Кодда. – Как я поняла, в Гильдии пока не совсем уверены насчёт этого, но дрейф артефактов наталкивает их на мысль, что это может быть Дьявольский Манок. Выходец из Джесеку встрепенулся. Вспомнился инцидент при подъёме: в его видении у ребёнка, почудившегося на третьем уровне, было то, что Озен назвала именно так. Но неужели… – Серьёзно, что ли? Это же просто старая песенка, которую лично я напевала своим сорванцам, когда они были поменьше, – Марбл помахала пальцем в воздухе, припоминая слова: «Если счастлив ты по брови и с удачей налегке То, возможно, что ты слышал сказ о Дьявольском Манке. Если нет – садись и слушай, Пока Бездна видит сны: Говорят, что зачат в стуже, Но он жаждет лик весны. Он тревожит и коробит, И искрится, как опал… Ох и полон Орт наш стонов, Тех, кто алчет и искал!» – Ой, а я тоже её знаю! – хлопнула в ладоши Ишта: «Если счастлив ты по брови и не ведаешь тревог То как знать: вдруг ты отыщешь этот Дьявольский Манок? Он останется с тобою: Одна встреча – на всю жизнь! Он проклятье успокоит, От зверей он защитит» – «Только помни, что хранитель Временами как дитя» – подхватила Элспет, – «Кто кричит «Благословите!» Будет проклят им шутя». – Вы там песни поёте, а говорили, что только чай и беседы! – послышалось со стороны входной двери, и в дом влетели два рыжих и при этом упоительно веснушчатых мальчика – близнецы Марбл, возглавляемые порядком уставшим от них Чёрным свистком, на лице которого играла неловкая улыбка: – Дорогая, прости, они хотели взять воздушного змея. Здравствуйте, дамы... Марулк. – Привет, Этьен, – выходец из Джесеку изобразил книксен, позабавив искателя. – Живо за змеем – и бегом на улицу, не мешайте взрослым, – в шутку цыкнула на отпрысков Марбл, целуя обе подставленные рыжие макушки. – А это что? – ребёнок побойчее засёк на столе залежи парварды. – По одной, не больше, не то вы отца с ума сведёте, – разрешила им мать, и дети, засунув по карамельке за щёки, шустро побежали в комнату. – Наверное, быть лидером это примерно то же самое, что следить за детьми, только их больше и они покрупнее, – чуть подумав, озвучила свои мысли Ишта. – Озен иногда говорит, что она словно в детском саду, но чаще это касается Синих свистков, проходящих обучение на раскопках, – Марулк улыбнулся, но песенка всё не давала ему покоя. Надо будет расспросить жену, действительно ли такое возможно. А если да, то каковы последствия. Если Дьявольский Манок и правда существует, то он то, что Озен в шутку называет «коробка с придурью», то есть артефакт неизвестного уровня, который действует, если сам того захочет. Практически обада. Создание самой Бездны. – Ты чего побледнел? – заметив изменения в лице собеседника, спросила молодого мужчину Марбл, – Не обращай внимания на Элспи, мало ли что в этой Гильдии говорят. – Что говорят в Гильдии? – насторожился смиренно ждущий возвращения сыновей Этьен. – Ерунду всякую. Ты и ватага тебе подобных всё равно узнаете о чём-то особенном раньше нас. Мы же можем только вот, – хозяйка дома указала за спину, на тумбочку, где покоилась свежая газета, – Бумагой шуршать. – Ага, прикидывайтесь, – Этьен заговорщически подмигнул Марулку, – Ну да ладно… Никас, Хендерсон, вы там половину комнаты выносите, или что? – Идём! – крикнули вразнобой два голоса, и вскоре близнецы уже неслись обратно с цветастым воздушным змеем, разрисованным под алого аспида. Непонятно, то ли появление детей внесло в посиделки сумятицу, то ли возвращение любимых домой прибавило дел, но клуб начал потихоньку собираться по домам. – У кого в следующий раз? – поинтересовалась Ишта, прибирая кружки. – А что если у меня? – вдруг предложил Марулк. Дамы удивлённо взметнули брови вверх. – А жена не будет против? – осторожно уточнила Марбл, – Не пойми нас неправильно, всё же она – Белый свисток, только что из экспедиции, ей может прийтись не по нраву наша шумная компания, равно как и то, что мы обсуждаем. – Разумеется, я поговорю с Озен, но в самом деле: если она и бывает резка, то не со зла. И вообще, сами же знаете, что из всех Белых свистков самый обаятельный – это Бондрюд, но к нему лучше не соваться. Смешки выдались нервозными: кому, как не жёнам Чёрных свистков было знать, каков Бондрюд за завесой пламенных речей о светлом будущем. Да, он достиг завидных высот на научном поприще, но при этом подчинённые были для этого дельца всего лишь расходным материалом. Плюс, разговоры про эксперименты на детях… Благо, Озен всегда повторяла одну меткую присказку, вспоминая в своём коллеге: «Мудрый лис никогда не охотится в ближайшем к нему курятнике». Конечно, Чёрных свистков это не касалось: уж слишком много тех, кто рванул на пятый уровень, с радостью примыкали к его свите, оставляя от своей индивидуальности только голос. Уже направляясь домой, Марулк задумался о словах песенки. Эти причудливые метафоры не давали выходцу из Джесеку покоя. «Говорят, что зачат в стуже». Самое холодное место Бездны – пятый уровень. Вероятно, это намёк на то, где искать реликт. Но что означает «жаждет лик весны»? Странно всё это. Непонятное беспокойство завладело разумом выходца из Джесеку, но он ещё не знал, что ждёт его дома. Дверь отказалась открыта: чудесно, Озен уже дома. Только почему пахнет едой? Она так проголодалась, что бросилась кулинарить сама? – Дорогая, я вернулся! Ух ты, у нас гости? – заметив, что жена сидит за столом не одна, Марулк замер в дверях. Неизвестное ему дитя в просторной матроске с весьма смелой стрижкой боролось с огромной чашкой хэша. Ещё интереснее было то, что стол перед самой Озен пустовал. Недвижимый лорд подняла на мужа глаза: – С возвращением. Познакомься, это Джубили. – Какое классное платье! – оторвавшись от еды, заметила девочка, – Не знала, что дяди такое носят. – Это всего лишь мой каприз, – Марулк шагнул к ней навстречу, протянул гостье руку, – Очень приятно познакомиться, Джубили. Меня зовут Марулк. – Как Вам моя стрижка? Это госпожа Озен сделала. – Просто шикарная, не терпится узнать предысторию, – Марулк покосился на жену и внезапно понял, что не может разгадать её выражение лица. Замешательство? Неловкость? Сосредоточенность и... Растерянность? – Прости. Так, а вот это уже вообще ни в какие ворота. Озен – и извиняется? – Что такое? – на этот раз замешательство ощутил уже её муж. – Я приняла решение, не посоветовавшись с тобой, и до сих пор не понимаю, как это объяснить, но, – агатово-чёрные глаза указали на ребёнка, с аппетитом доедавшего свою порцию, – Я её удочерила.