[Not] Good Enough

— А теперь останови самокопание и подумай с другой стороны: что делают другие люди для того, чтобы ты любил их? Мэдди, например. — Она моя сестра, это другое. — Окей. Кристофер? — Смеешься? Он мне почти сын, даже по твоим же посмертным документам. — Что делаю я, чтобы ты меня любил? И не говори, что я тебе почти брат, а то ты так всех вокруг в свою семью запишешь для отмазки. — Но вся 118… — Взгляд Эдди заставляет Эвана признать поражение. — Ладно-ладно. — Проанализируй, Эван. Ты же у нас теперь гений математического анализа. — Ты всегда рядом, когда нужно. Я могу доверять тебе всё, включая жизнь. Ты… — Нет, погоди. Что я делаю Намеренно, Специально, чтобы быть тебе нужным и быть любимым? Каков дополнительный функционал, не входящий в мою основную прошивку? — Ээ… — Бак смог только затянуться сигаретой в ответ. — Эээ. Ага. Вот именно. Его нет, Бак. Я не делаю ничего, потому что знаю, что ты просто любишь Меня. Я твой лучший друг, ты мой лучший друг. И ты ничего не делаешь для того, чтобы это было фактом. Ты просто остаёшься собой, ведёшь себя так, как чувствуешь. В этом весь смысл. Я люблю тебя за это, а ты любишь меня за то, что я остаюсь собой. Когда ты Специально выпендривался и рычал на меня при первой встрече, ничего не вышло. Так и в романтических отношениях. Эдди пожимает плечами, медленно выпуская между губами дым в окно. — Ты с детства привык, что должен делать что-то определенное, и несложно понять, почему. — Продолжает он. — Но все лучшие твои отношения, пусть и не амурные, сложились без дополнительных функций. Попробуй эту тактику. А если девушка любит только за что-то конкретное, что не является прямой частью тебя, то это и не любовь вовсе, а просто выгодное сотрудничество. Иногда даже не взаимовыгодное. Диаз протягивает свободную руку вперед и мягко сжимает плечо друга, улыбаясь ему. — Наталия не видит тебя, как ты говорил раньше. Она видит свой интерес в лишь одной из многих частичек твоей жизни. Посмотри на себя сам для начала, и увидишь, что ты ценен безо всяких дополнительных опций, весь целиком. Бак неловко улыбается, встречаясь взглядом с Эдди, и кажется, даже щеки слегка краснеют от какого-то приятного смущения. — Спасибо. Правда, спасибо. Я даже не знал, что мне так нужно услышать всё это. — Всегда пожалуйста. Идём в гостиную, будешь дальше учить меня обыгрывать Кристофера. А то уже ни в какие ворота… — Ах вот какая функция тебе от меня нужна, подлец! Эван со смехом пнул друга под задницу, и тот сокрушенно схватился за голову руками, выбегая из комнаты: — Черт, ты меня раскрыл! Полночи они провели за видеоиграми и уютными, хотя зачастую и бессмысленными разговорами. В какой-то момент Бак уже сидел на полу, а у Эдди оставались силы удерживать себя в пределах дивана. — Есть! Я тебя уделал, салага! — победно вскрикивает Диаз, поднимая руку с джойстиком в воздух. — А, что?.. — Бакли сонно поднимает голову с его колена, осознавая, что задремал под конец боя. — Нихрена. Я вырубился. Реванш! — Не мои проблемы, Бакли. На поле боя после поражения реваншей нет. Идём спать, нам завтра на смену. — Да блин… — Ты ведешь себя, как Кристофер. А ну живо в кровать! — А молоко с мёдом? Ну па-апочка! Теперь уже очередь Эдди дать ему поджопник, импульсом посылая в сторону спальни. — 911, что у вас случилось? — Голос Джоша как всегда спокоен, какая бы паника не звучала на другом конце трубки. — Всё в огне! Мой дом горит! 118 часть бодро мчит на вызов по направлению Джоша, Бак за рулём. Бобби сообщает, что хозяйка дома и ее сын уже снаружи, но дочь осталась заблокированной на втором этаже. — Бакли, Диаз: ставьте лестницу и вперед. Дочь на втором этаже с северной части дома. Мать, она же хозяйка, тут же подбегает к ним: — Умоляю, спасите её! Эдди кивает, пока Бак готовит их подъём: — Мы сделаем всё, что возможно. Как зовут девочку, сколько ей лет? — Дакота. Ей 11. Только там еще… — В чём дело? — Там собака. Большая. — И собаку постараемся вытащить. А теперь нам пора. Добравшись до нужного окна, Бак кричит сквозь шум: — Дакота, это пожарные-спасатели! Отойди от окна и закрой голову руками! Диазу не нужно говорить, чтобы тот остался на лестнице, когда Бакли спрыгивает в комнату подростка. Девчонка сидит в углу, огонь уже почти везде. — Привет, Дакота. Я Бак. Какая ты молодец, что мокрой тряпкой закрыла нос! А теперь иди сюда и… Внезапно, когда рука Бака уже почти дотянулась до девочки, мощной наружности пёс кидается на него, вгрызаясь в ту самую руку. Девочка кричит, вжимаясь в тумбочку за своей спиной: — Люцифер! Черный то ли от сажи, то ли от окраса питбуль рычал и не думал отпускать конечность стонущего от боли Эвана. — Бак! — Эдди хотел было залезть внутрь, но друг жестом показал стоять на месте. — Дакота, видишь человека в окне? Это мой друг Эдди. Он поможет, иди к нему. А я пообщаюсь с твоим дьявольским другом… Девочка благополучно покидает здание, а Эван очень медленно присаживается на корточки, мягко глядя на собаку: — Малыш, ты Люцифер, да? Люц. Я знаю, тебе страшно. Давай ты меня отпустишь, и мы вместе выберемся из страшного места? Свободная рука спасателя аккуратно легла между ушей собаки, и питбуль затих, но челюсти пока не разжал. — Вот, молодец. Хороший парень. А что это… Бакли с ужасом округляет глаза, когда понимает, что на псе строгий (а скорее жестокий) ошейник, нагревшийся настолько, что расплавил шкуру, и теперь впивается шипами внутрь шеи. — Блять! Малыш, давай-ка еще скорее отпускай, тебе же больно! Нам срочно нужно это снять. Он снимает маску с лица и рискует, но приближается к морде, давая зверю понять степень доверия. — Отпусти. Ты же видишь, что я не злой, да? Пёс скулит и наконец отпускает несчастную руку, давая поднять себя с пола. Диаз как раз вернулся наверх секунду назад: — Бак! Ты в порядке? — По сравнению с ним — в полном. Возьми пса, только очень осторожно. Ему нужна помощь. Уже внизу Бак подбегает к хозяйке: — Люцифер ранен. Кажется, сломал лапу в пожаре и… — Нет, не в пожаре, — подаёт голос девочка, сидящая перед Хэн. — Он не наш, он соседей. Люцифер разбудил нас, когда начался пожар. Лапу ему сломал пьяный хозяин еще вчера. — Тогда понятно, откуда строгий ошейник… — Эдди глядит на соседний участок, видя убитую временем будку с сорванной цепью. Дакота огромными глазами смотрит на Эвана, которому Чимни осматривает руку: — Не отдавайте его ему. Пожалуйста. Он бьёт Люцифера и почти не кормит. Кажется, вся команда уставилась на Бака. — А что я-то сразу? — Ты его спас, — Хэн ухмыляется, глядя на друга. — Ага. И он мне чуть руку не отожрал. Бобби фыркает: — Даже я уже брал собаку. Только аллергия Афины расстроила планы. — Ба-ак… — Эдди сидит возле пса на траве, протирая его морду влажной тряпкой. — У него пятно у глаза ровно как у тебя. Это явно твоя собака. — И ты туда же! — Безусловная любовь, Эван. Кто еще тебя научит, как не пёс? — Мне его на свиданку позвать? После смены Бакли едет не домой. — И как я только согласился?.. — негромкий гавк с заднего сидения машины был ему ответом. За лобовым стеклом как раз показалась вывеска ветклиники. Через пару дней на пороге подстанции появляется спасённое из огня семейство. Эдди тут же подходит к ним, улыбаясь: — Какие у нас приятные гости. Что привело вас к нам? Сосед заинтересовался пропажей питомца? Хелен, мама, только рукой махнула. — Он был беспробудно пьян в момент пожара. Проспался, увидел цепь, подумал, что собака просто убежала и пошел дальше пить. А мы хотели поблагодарить вас всех и… Дакота не выдержала и вмешалась в разговор: — И отдать это! — Она вытаскивает из рюкзака плюшевого бегемота, явно годами жеваного клыками. — Это любимая игрушка Люцифера. Я пробралась в будку и забрала её. — Бак! — зовет Эдди, и светлая голова тут же показывается из грузовика. — Тут к тебе с посылкой. Дакота подскочила к машине: — Как там Люцик? Эван улыбается, спрыгивая на пол. — Отлично. Доктора его привели в порядок, лежит дома и долечивается. Он оказался очень спокойным, даже пока не разнёс мою мебель. Думаю, он будет рад своему… Кто бы это ни был. Пожарный непонимающе вертит в руке игрушку, на что Эдди только привычно смеётся: — Это бегемот. Его надо просто постирать и заштопать. — Вот ты этим и займёшься! — бегемот летит в Диаза, а Бакли шустро удирает прочь. — Простите, — устало закатывает глаза Эдди, поймав игрушку. — Ему всё еще десять. — Девять. — Скептично фыркает молчаливый сын Хелены. — Десять тут мне. Вечером в дверь Бакли раздаётся стук. Люцифер поднимает голову, ведя купированными ушами, и тихо взрыкивает. — Тише, малыш. Это свои. Эван открывает дверь, и тут же раздаётся восхищенное «Вау!» от Кристофера. — Он и правда такой большой! — Ага. Дай ему сначала обнюхать тебя, привыкнуть, он всё еще напуган после большого огня и старого недоброго хозяина, — Бак треплет Криса по волосам и забирает у Эдди коробку с пиццей, на которой сверху лежит стиранный и зашитый бегемотик. Почти час Крис неотрывно тусит исключительно с собакой, а тот и рад: столько ласки у него явно давно не было. Эдди и Бак же сидят на диване и смотрят лакросс, лениво потягивая пиво и уничтожая пиццу, о которой мальчик и не вспомнил, захваченный новым другом. Но один кусок ему предусмотрительно оставили. Матч уже подходит к концу, когда раздается звонок в дверь. Эдди стучал, потому что Бак предупредил его о том, что Люц не любит громких звуков. Громкий лай тут же сотряс комнату, и Крис рефлекторно отползает. — Ты кого-то ждешь? — Эдди подхватывает сына на руки, хотя собака и не пытается напасть, но на всякий случай. — Нет. Если бы и ждал, сказал бы про звонок. Бак открывает дверь, через мгновенье удивленно вскидывая брови: — Наталия? Люцифер хромает к хозяину, продолжая рычать, и Бак осторожно прихватывает его через забинтованную шею. — Ты завёл пса? — Как видишь. Уже почти полночь, что ты тут делаешь? Тшш, Люц, не пугай гостью. — Я просто хотела… — Бак, идём к нам, я соскучился! Ты сделаешь мне молоко на ночь? — Кристофер подходит к другу и аж обнимает его за руку, игнорируя женщину за порогом. — Пса и маленького друга? — Нат присаживается и тянет ладонь Крису. — Привет, я Наталия. Эдди подходит к ним, еле сдерживая смех, но стараясь держаться серьёзным: — Пса, маленького друга и большого друга. Эдмундо Диаз, рад знакомству. Это Кристофер, мой сын. — А, тот Эдди, которого… Кхм. Который лучший друг Бака. А собака? Бакли треплет пса по холке: — Это Люцифер. Не любит резкие громкие звуки. — Ему бы к кинологу, поработать с поведением. — Думаю, мы сами разберемся, к кому сходить и с чем поработать, — Бак аж не успел сдержать недовольство в голосе. — Так что привело тебя так поздно? — Думаю, я не совсем вовремя. Зайду в другой раз. Кристофер же явно и не пытается скрыть недовольство: — Отличная идея. Мы очень заняты. Пока, Наталия! Мальчик сам захлопнул дверь, секунд пять тишина наполняла квартиру. Эдди смотрит на сына, на собаку, на Бака. Бак смотрит на Криса, на собаку, на Эдди. И громкий хохот сотрясает воздух, пока Эван пытается проговорить: — Крис, ты заслужил три ложки мёда в напиток вместо двух! — Мы не планировали оставаться на ночь вообще-то, — Эдди усмехнулся, косясь на сына. — Или ты не рассказал мне о своих планах? — Пап, давай останемся? Поедем отсюда в зоопарк сразу. А утром еще с Люцифером погуляем. Эван почесал затылок, пытаясь сообразить: — У меня даже гостевой комнаты нет… Давайте тогда вы ляжете в мою спальню, а я на диван. Не зря же я его купил в конце концов. — Нет! — Крис обнимает собаку, чмокая его куда-то в ухо. — Я останусь тут, я хочу с Люцифером. Эван с Эдди переглядываются и синхронно пожимают плечами: — Как скажешь. Кровать у Бака большая, запасные одеяла в наличии. Уже лежа в кровати, Эдди поворачивается к другу: — Неловко вышло с Наталией. — Да ладно, забей. Всё равно вряд ли что-то выйдет. Но Кристоферу нет равных, он прям напролом пошёл. С чего вдруг? — Не знаю, я сам удивился. Но у него отличная чуйка на людей. Можешь через него проверять своих подруг. — Возьму на заметку. Ладно, давай спать, глаза слипаются.