Мой знакомый

       Всё-таки греет майское солнце. Ощущаешь его тепло под полосатым чёрно-белым худи, кончиками пальцев…       Если приглядеться, то можно заметить, как проходит свет через катышки на потёртой одежде. А вчера был дождь. Не сильный, но оставил неглубокие лужи в углублениях тротуара. Неожиданно вода пошла рябью, как показалось парню.       — Блять!..— тихо вскрикнул брюнет в чёрном капюшоне чуть отскочил от злополучного болотца, которое словно по воле судьбы оказалось на его пути. Белые кеды словно впитали в себя всю муть и грязь городской лужи.       Брызги воды прошлись по клетчатым брюкам, оставляя с виду кофейные пятна, а на деле – смесь строительной глины, песка и земли.        Юноша вынул наушники и стыдливо оглянулся по сторонам, не задел ли он кого-то. Настроение было ни к чёрту, ведь вчера он лёг поздно. Всё думал о вчерашнем…       Кто-то толкнул его в плечо, намереваясь поскорее пройти на узкий тротуар. Не один он спешил, таких как он – целая страна. Но вот они не считают ворон на ходу, а смотрят под ноги. Женщина в красном пальто ритмично цокала каблуками по криво выложенной плитке. А взгляд её такой прямой, независимый... Этот звук цоканья привлёк мимолётный интерес зелёных глаз. Статная и красивая, а идёт на остановку, где юноша будет ждать следующий транспорт. А у женщины той фото радостного ребёнка под прозрачным чехлом телефона. Таких как она обычно задаривают подарками, подвозят на машине…       *— В одном фильме нудном… Как его там?.. Мама часто пересматривала его и рассказывала, что до беременности такой-же красивой и любимой была…*       Заглушённый звук уведомления заставил Серёжу отвести взгляд в сторону, а после на карман брюк. Брюнет осторожно потянулся к телефону, сторонясь случайных прохожих. Он прищурил глаза и прикрыл поступающий на экран свет солнца ладонью, пытаясь разглядеть всплывшее сообщение.       — Доброе утро       Парень сжал телефон в ладони, отрешённо глядя на адресанта. Черноволосый прикусил губу и неподвижно произнёс про себя сообщение, которое отправил ему знакомый. Взгляд потускнел, а после спустился ниже, к строчке ввода сообщения.       *—Кир в сети, он заметит, что прочитал… *— неожиданно парень слегка улыбнулся       Игнор длиною в месяц? А лишь на это он и способен. Наверняка блять стыдно ему стало, вот и решил написать, хотя?.. Если была бы у него совесть – одно дело, но Кир не тот вариант.       Серёжа взглотнул вязкий ком в горле, а после тяжело вздохнул.       Игнор?.. А мог бы брюнет хоть день обойтись им, но… Ну не может он сука, хоть убейся! Так сложно не ответить, забить на человека, особенно когда это он, его бывший лучший друг. Да что пиздеть, единственный за всю жизнь, кого он мог таковым назвать. Даже сейчас сердце замирает, стоит его только вспомнить, бесит!       — И тебе доброго       Сил на то, чтоб нажать на отправку сообщения ушло, наверное, больше, чем на работу официантом где-то в ебенях, если не на краю города. Так стыдно, когда посетители узнают его… И уже не хочется шутить про операции на лицо. Он будет только рад, если это поможет. Серьёзно, ведь хотелось оставаться клоуном-стримером, веселить народ, но и то же время быть невидимым, выходя за пределы затхлой комнаты. Капюшон – его единственный друг, который может защитить от мирских проблем.

***

      — Пятница…— еле слышно произнёс Кир, нежась в тёплой кровати под лучами солнца.       Растрёпанные рыжие волосы на одной стороне искрились под лучами. Одеяло было небрежно скомкано, лишь изредка накрывая тело.       — М?..— свист сообщения прервал момент блаженства, заставив парня приподнять брови.       Не отводя взгляда, он провёл ладонью по одеялу, и нащупав телефон, поднёс его к лицу. Улыбка медленно расползлась по бледному лицу.       Он ответил. Кир не может этому не радоваться. Всё идёт очень хорошо.       Курсед ближе пододвинулся к изголовью кровати, и положив под шею мягкую подушку, чуть склонил набок голову. Он положил смартфон в правую руку, а другую положил за голову.       День начинается отлично.       — Как дела?       Как он раньше общался с Акумой? Не помнит, наверное, это были какие-то пидорские шутки… Только не смешно уже, когда понимаешь, что шутка кончилась, а ты... Так… Но ведь с хорошими знакомыми он может употреблять дружеское «Как дела?». Так по-идиотски. Серёжу нельзя спугнуть, если он желает увидеть того вживую. Хоть раз.       Брюнет сразу же прочитал сообщение. Неудивительно. С ответом медлить тот похоже тоже не желал.       — Нормально       Дальше что? Наверное, стоит напомнить ему о вчерашнем и извиниться… Нет, извинения это уже слишком низко, ведь Кир потеряет уважение к самому себе, блять. Просто нужно зайти издалека, намекнуть брюнету, что он повёл себя слегка грубо по отношению и к нему и… Может попросить как-то загладить вину? Только вот не будет ли выглядеть это так, словно сплитоволосый навязывается? Сука, больше дела, иначе всё проебёшь!       Дыхание парня невольно участилось.       — Знаешь, это всё так тупо было. Я насчёт вчерашнего…       — Понял       Так безразлично, хотя какой ещё реакции от него ждать. На это Курсед только опустил голову вниз и прикусил губу.       — Да и вообще, мне реально жаль. Я тебя кинул, а теперь ещё и лезу       — Что ты хочешь?       Кир нервно улыбнулся, проведя чуть дрожащей ладонью по крашеным волосам.       Он знает или нет? Ведь в прошлый раз именно это отпугнуло его. А что сейчас? А так, что до жути обезвоженный человек, даже самый брезгливый, будет рад пить воду из грязной лужи, если та появится на его пути.       — Ничего. Просто захотелось пообщаться       — Кир, а я серьёзно, ты ведь просто так не пишешь       — Хочу блять тебя…— парень тяжело вздохнул, сжимая в ладони брендовый телефон.       — Прости, я еблан       Кажется, что скоро лопнут капилляры на белке глазного яблока. Какого хера происходит? Идёт как размазня на любой способ, чтоб не отвечать. Как позорно блять.       — Сука…— Курсед отчаянно глянул на экран.       Молчит, вообще ничего не пишет мразь.       — Прости? Удивил, но мы всё равно уже не друзья       Выводит из себя. Вот, значит, как заговорил. Нет блять ему сложно сказать: «Конечно! Не нужно извинений!»       — Знаю я       — Тогда?       ...       — Давай будем снова общаться       Теперь не только капилляры, а сами глаза нахуй лопнут, лишь бы не видеть этого. Грёбанный позор, это того стоит? А это молчание стоит ответа? Раз, два, три… Ну? Даже не печатает сука!       Кир резко поднялся с кровати, а после, остановившись рядом с ней, швырнул на неё телефон, который чуть не отскочил об стену. Парень направился к коридору, минуя дверь спальной. Смыть с себя всё это дерьмо ночи и раннего пробуждения. Нельзя так, жить одной только уничтожающей мыслью. Станет легче, ледяной душ поможет на время забыть брюнета. Как бы ни так, разве можно не видеть уставшее и отчего-то печальное лицо своего знакомого, упираясь лбом в стеклянную стенку ванной и глядя вниз. Проклятый будто сука.       Уже давно не помнит парень сколько минут холодные капли стекали по бледному телу, обвивая татуированную руку, срываясь с кончиков пальцев и крашенных прядей. Будто градом по раскалённой сковороде, а эхо в голове похоже на самовнушение. Действительно ледяная, насколько позволял душ. Прерывистое дыхание, вызванное ознобом. Отрешённый взгляд куда-то в матовое стекло. Совсем не чувствуются кисти, стопы, ничего не чувствуешь… Помогло. Бывает же, постояв с минут десять под холодной водой, приходишь в себя. Понимаешь, что уже ничего не важно, а Серёжа… А у Серёжи нет выбора. Так для себя решил Кир, попутно срывая с вешалки серый халат. Хладнокровие всю жизнь было с ним, предостерегало, но даже оно рушится под силой мыслей. Сплитоволосый прошёл в спальню, оставляя позади влажные следы босыми ногами. Он сел на кровать и рукой откинул с лица влажные пряди, упираясь спиной об стену. Проведя пальцем по матовому чехлу телефона, Кир неспеша переместил взгляд ниже, остановив его в районе бёдер. Почему же не глянуть, что ему ответили?       — Хах…       Так куда интереснее, когда остаёшься в неведении. Что-то вроде проверки на силу воли. Даже мурашки по коже, ведь непонятно, что он увидит, когда разблокирует смартфон. А это «непонятно» пугает, совсем так же, как и мысли о том, что Серёжа знает куда больше, чем полагает Кир. Ведь брюнет так изменился… Интересно, была ли у него девушка? Или есть? А разницы, если Акума заднеприводный клоун. Было так забавно, когда он смущённо отворачивался, стоило подойти слишком близко или «по-дружески» сплести пальцы в замок. Казалось, он смеялся со всего подряд, со всего, что вызывало улыбку на лице Кира. И эти длинные чёрные волосы, за которыми он прятал миловидное моментами лицо или завязывал сзади в хвост, оставляя несколько тёмных прядей на произвол ветра. Тогда это было так обыденно, утомительно, а сейчас заставляет сжать в ладони хлопковую простынь, и томно вздохнуть, прикрывая глаза. А как пахли его волосы? Это совсем вылетело из памяти, так забылось… Наверное, шампунем Кира, он всё время мыл им голову, забывая купить собственный. Волосы обоих пахли одинаково… А как сейчас?..       — Мх…— парень промычал что-то несуразное, ослабляя пояс халата.       Это совсем не важно, ведь Серёжа делит с ним воспоминания, не так ли? Он наверняка помнит, как хорошо ему было рядом с Киром. А сплитоволосый готов поделиться с ним чем угодно, завалит дорогими подарками, если тот попросит. Разве будет ему противно лежать в объятиях своего Курседа, ощущая горячее дыхание кожей? Брюнет будет ощущать, с какой нежностью тот прижимает его к себе, зарываясь лицом в чёрные волосы… Или же перевернуть Акуму на спину и нависнуть над ним, заглядывая в потемневшие зелёные глаза. После покрывать поцелуями белую кожу, сухие губы, а затем неспеша стянуть такую тесную, пусть и оверсайз одежду. И не в какую-то неудачную шутку сплетать пальцы и заводить тонкие запястья за голову. И Серёжа такой безвольный и согласный в его фантазии, только молча наблюдающий за действиями своего бывшего друга, ведь неизвестно, что решил он в исходе переписки, а от того и трудно представить его другим, кроме как куклой. Ведь будь у него характер ещё и в шатком сознании Курседа, то тот предпочёл бы остаться в нём навсегда. Где только он и его знакомый.