Колготки в сеточку

Хосок знал, что мемберы не любят, когда кто-то кричит о том, что вернулся домой. Обычно в редкий выходной они предпочитали оставаться в тишине наедине с самим собой. Поэтому Хосок тихо закрыл входную дверь, когда зашел в квартиру. Из гостиной лилась ритмичная музыка. Хосок заглянул в комнату и не обнаружил никого, а телевизор был включен. На кухне тоже пусто. Хосок поставил пакеты с едой на вынос на стол. Он проверил каждую комнату на наличие мемберов не для того, чтобы найти человека, который оставил телевизор включенным. Все комнаты были пусты, осталась комната старших. На самом деле, он ожидал, что никого не будет дома, потому что младшие хотели сходить в кино (он уверен, что Чимин-и ленился, но быстро собрался, когда остальные уже были готовы, и забыл выключить телевизор), Джин поехал к родителям, а Намджун — в студии. Юнги не отметился в групповом чате, поэтому он тоже скорее всего погрузился в процесс написания песен. Хосок размял уставшие от тяжелых пакетов руки — на этой неделе была его очередь закупаться — и открыл дверь в комнату старших. Сокджин попросил его покормить летяг. Корм находился в шкафу рядом с клеткой. Сокджин сказал, не насыпать много или не насыпать вовсе, если у них еще есть еда. А Юнги досыплет, когда миски опустеют. Но старший уверен, что Юнги будет жить в студии эти два дня, поэтому «вся надежда на Надежду». Хосок застыл на пороге. Юнги стоял около кровати в толстовке и черных колготках в крупную сетку. Он обернулся на звук открывающейся двери и застыл с чем-то подозрительным в руках — Хосок захлопнул дверь и побежал на кухню, не желая переваривать увиденное. Ему показалось. Только и всего. Через несколько минут на кухню вошел Юнги в штанах и толстовке. Он налил себе воды и залпом осушил бокал. — Не знал, что ты дома, — сказал Юнги, смотря на Хосока, нервно перебирающего содержимое пакета. — Ты написал, что в ресторане. — Я только пришел, — ответил Хосок. — Токпокки? Он открыл контейнер с рисовыми клецками. Он не чувствовал аппетитного запаха перцовой пасты и томатного соуса. Образ хена не хотел покидать его голову. Скорее всего он никогда не избавится от него. Осознание медленно накрывало его. Когда Хосок и Намджун слушали пошлые песни последнего, Джун упомянул, что у Юнги тоже есть подобные песни, и как-нибудь нужно уломать хёна показать их. Хосок хихикал, он хотел когда-нибудь вставить что-то подобное в свой микстейп или в альбом группы. Ещё по секрету Джуни поделился, что фетишем Юнги были чулки. Хосок тогда посмеялся, сказав, что ему тоже нравятся чулки. Юнги нравились чулки не «на ком-то», а «на себе». Это объясняло выражение лица Намджуна. Вроде бы он даже пытался ущипнуть Хосока за бедро, тогда Хоуп красноречиво послал его на хуй. Ущипнуть за бедро? Юнги носил чулки под обычной одеждой? Надо бы проверить когда-нибудь. Главное, чтобы он не бросил заниматься этим. Юнги смотрел на него со своего места, оценивая. Хосок очень не любил этот взгляд. Пытается понять, как много он увидел? Сделать вид, что он ничего не заметил или прямо сказать и обсудить этот момент? Перед глазами возник образ Юнги в чулках. Крупная сетка обтягивала его ноги. Чулки или колготки? Что хен делал в сетчатых колготках? Хосок, не выдержав зрительного контакта, опустил взгляд в пол. Пальцы Юнги, выглядывающих из тапок, в колготках… Он просто надел штаны поверх них. — Я видел тебя, — сказал Хосок. Юнги вздрогнул и тоже заметил свою оплошность. Сетчатые колготки всегда были фетишем Хосока. Признаться, вторая его часть хотела нагнуть Юнги над столом и подрочить на тонкие бедра. — Я… — пытался оправдаться Юнги, но не находил слов. Улики были прямо на нем. — Ты подрочишь мне, и я никому не скажу! — сказал Хосок. Он никогда не выпрашивал что-то у старших, Сокджин и Юнги относились к нему, как к равному. Юнги переместился с ноги на ногу и поджал пальцы на ногах. — Ладно. Хосок уставился на хена и очнулся сидящим на его кровати. — Как мне подрочить тебе? — спросил Юнги, как ни в чем не бывало. — Твои ноги на моем члене. Юнги посмотрел на пах Хосока, раздумывая. Хосок чувствовал, как кровь приливает к лицу, член тяжелел. — Окей. Юнги выглядел так, будто это плевое дело для него. Он встал и медленно развязал шнурки на пижамных штанах. Хосок кровожадно улыбнулся. Стриптиз он любил тоже. Юнги медленно стянул с себя штаны. Сначала показались белые бедра, обтянутые колготками, затем острые розовые коленки. Юнги переступил через штаны. Он был в боксерах. Никакого женского нижнего белья. Юнги залез на кровать, выгибаясь словно кошка, сетчатые колготки сжимали его ноги по всей длине. Это выглядело очень эротично. Хосок пожалел, что не попросил трахнуть его. Через эту широкую сетку без проблем можно вставить член, не снимая колготки. Юнги сел напротив и приподнял стопы, вставая в позу развратной школьницы для фут-фетишистов. Длинная толстовка собралась на поясе, поэтому Хосок собрал ее на груди хена, схватившись за стопу одной из ног, заставив Юнги раздвинуть ноги. Колготки начинались широким поясом, который стягивал тонкую талию Юнги. Хосок смотрел, как грудь хена поднималась и опускалась под его рукой. Это было поразительно. Юнги смотрел на него из-под ресниц и выглядел готовым принять всё, что Хосок даст ему. Маленький рот был приоткрыт, по губам часто проходился розовый язык. Если так, то Хосок возьмет всё. Он оставил поцелуй на бедре, затем, подумав несколько секунд, оставил засос. Это место невидно на камеру. Никто не заметит. Юнги в любом случае может сказать, что ударился об стол. Его кожа была тонкой и нежной, поэтому синяки часто покрывали его бледную кожу. Хосок опустился с поцелуями до колена и укусил над ним. Юнги издал низкий стон и прикрыл лицо руками. Хосок не обратил внимания, они не заходят обсуждать это, когда закончат. Сейчас он собирался плыть по течению. Он поцеловал щиколотку, затем опустил ногу на кровать. Хосок снял штаны с трусами и вернулся на место между ног Юнги. Он провел по члену несколько раз рукой и сжал его между стоп. Юнги попробовал двигаться. Смазки было недостаточно, Юнги изогнулся и достал бутылочку смазкой из-под подушки. — Воу, — издал Хосок. Щеки и шея хена стали насыщенно красного цвета, он снова прикрыл рукой лицо. — Это мило, хен. Хосок выдавил немного смазки на стопы и потерся между ними членом. Идеальное скольжение. Он двигался в своем темпе, приближаясь к разрядке. Юнги тихо постанывал в такт его толчкам. Густая белесая жидкость выплескалась из члена, пачкая Юнги. Хосок удовлетворенно улыбнулся. Хён тяжело дышал, сжав в руках простыни. Хоби обхватил этой рукой член Юнги, который требовал к себе внимание. Шуга запротестовал, когда Хосок стянул с него боксеры, но быстро сдался. Чужая рука на члене привела его к оргазму. Капли эстетично смотрелись на колготках. — Спасибо, хён, — прошептал Хосок, повинуясь порыву клюнул в макушку. На тумбочке лежала пачка салфеток, Хосок взял её и вытер беспорядок. — Я сохраню твой грязный секрет. Джей-Хоуп встал и оделся. Юнги остался лежать на кровати, выглядя при этом вытраханным. — Хоби, — хрипло потянул он. Хосок подставил спину, чтобы Юнги забрался на него и понес его в ванную. - Повторим? - спросил Юнги, он снова оказался на кухне. Хосок доедал токпокки и листал твиттер. - Позже. - Да, хен.