Дом с покосившейся крышей

      Кактус казался отличным подарком для парня, который официально становится совершеннолетним. Кактус не требует много внимания, за ним можно не ухаживать. Отлично подойдет тому, кто практически не бывает дома. И зная Наруто, Сакура была уверена, что любое другое растение умрет у него уже через месяц. А кактус протянет как-нибудь на поливе раз в полгода и ее надеждах. Точно нужно брать именно его.       Ко дню рождения Наруто Сакура готовилась тщательно. Она ответственно пригласила их общих друзей, заказала еду на вынос в «Ичираку» и оформила доставку праздничных колпаков, но в последний момент от них отказалась. Ребята взрослые, еще засмеют.       Осенью Коноха была особенно капризной на погоду, поэтому до дома друга Сакуре пришлось добираться почти бегом, чтобы не промокнуть до нитки. Не спасал даже дождевик. Пара машин со знакомыми номерами (а незнакомых в маленьком городке просто не могло быть) от души окатила с ног до головы. Повезло, что мимо проезжал Шикамару на своей потрепанной «Тойоте», так что возмездие Сакуры быстро настигло последнего обидчика: поравнявшись с окатившей ее тачкой, девушка открыла окно и выставила средний палец. С водительского места на нее смотрел покрасневший Киба.       — Это он, — поспешил оправдаться друг, прижимаясь ртом к оконной щели, и указывая на здоровенного белого пса на соседнем сидении. Акамару даже покачал головой от такой наглости.       — Сегодня в шесть, — гаркнула Сакура, зажимая кнопку подъема стекла, — только попробуй опоздать!       Шикамару довез ее до дома Наруто, а сам уехал, пообещав быть вовремя. Двухэтажное жилье Узумаки на улице выделялось своей главной особенностью — у его части таунхауса от времени (и откладыванию на потом) покосилась крыша.       Внутри пахло кофе и радостью. Сакура оставила промокшие пакеты с едой на пороге и, разувшись, прошла сразу на кухню. Наруто подпевал радио, пока готовил тосты и немного пританцовывал в ритм — такой родной и домашний в закатанных до колена джинсах и мешковатой оранжевой майке. Девушка прислонилась плечом к дверному проему, сложила руки на груди и едва заметно улыбнулась. Под босыми ногами уже накапала лужа.       Хозяин дома эффектно развернулся под музыку и отпрыгнул к плите в испуге. Он не был готов, что его приватные танцы кто-то увидит. Но это же Сакура, чего она может о нем не знать?       Он скинул цветастый фартук на стол и двинулся в ее сторону, заключая в объятия.       — Я мокрая, — наигранно запротестовала Сакура, обнимая друга в ответ. Школьные времена, когда девушка была выше почти на голову, давно прошли, и теперь она едва доставала носом до плеча.       — Я чувствую запах рамена, — принюхался Наруто, отходя обратно к тостеру.       — Это на вечер. Я всех обзвонила повторно, пообещала мучительную смерть за опоздание, поэтому ждать не придется, — она вышла из кухни и вернулась уже с пакетами. — Поможешь повесить гирлянду?       Наруто кивнул, недоверчиво покосившись на увесистые покупки. Невозможно представить, чего там нет. Сакура поймала взгляд и строго наказала:       — Не ройся без меня, там твой подарок.       Она повесила мокрый дождевик, попыталась уложить волосы, села на свободный стул за барной стойкой, вдыхая аромат свежесваренного кофе, дымящегося перед ее лицом. Наруто не нужно было учить принимать гостей, он был отличным хозяином на каком-то инстинктивном уровне.       — Ты пригласила Саске? — Наруто сел напротив, отпил свой кофе, но смотреть на Сакуру не стал.       Он спросил это уже, наверное, сотню раз. И спросит в сто первый, чтобы снова получить положительный ответ. Потому что как можно было не пригласить Саске на День рождения Наруто?       Реакция Сакуры была предсказуемой: поморщилась, делая вид, что напиток слишком горячий.       — Да, но я не уверена, что у него получится, — слишком спокойно ответила Сакура.       Наруто знал, что Саске ей не нравится. Саске вообще никому не нравился. А для Наруто он был лучшим другом. Саске тоже не испытывал теплых чувств к друзьям Наруто и, когда раздражался от их поведения, называл ровно те качества в них, что были триггером и для самого Узумаки. Такой связи, как с Саске, у Наруто ни с кем не было.       Он всегда верно чувствовал эмоции друга. И иногда читал мысли.       — По почте? — уточнил Наруто, получая в ответ кивок.       Саске не дружил с технологиями. У него не складывались отношения только с двумя вещами: с людьми и с гаджетами. Зато письма друг писал красивые, красочные, Наруто даже предлагал ему завести блог по типу записок путешественника, на что получал очередную колкость о жажде славы. Да и как он самостоятельно разберется в том дремучем лесу, что люди называли Интернетом? Наруто представлял, как Учиха в этот момент закатывает глаза, и сам улыбался. Правда, письма были крайне редкими, а Наруто их постоянно терял. Пара таких посланий даже смогли пробить Узумаки на слезу (хотя, признаться честно, он буквально рыдал почти над каждым). Зато неизменным оставалось всегда одно: после получения бумажной весточки Саске приезжал. Не всегда, но чаще всего так и было.       — Он приедет, — отрезал Наруто. От этой мысли на лицо снова напала радостная улыбка, даже Сакура не смогла не смягчиться от нее.       — Нужно начать готовиться. У нас сколько?.. — она взглянула на время в телефоне. — Еще четыре часа. Не начнем сейчас, придется держать гостей на пороге. Неси гирлянду.       Сакура, уперев руки в бока, уже стояла в центре гостиной, оценивая масштаб работы и мысленно примеряя подходящие украшениям места. Из шуршащего пакета появились флажки на веревке, цветной дождик и конфетти на нитках.       — А без этого нельзя? — неуверенно поинтересовался Наруто, встречая суровый взгляд Сакуры. — Я просто спросил.       — Можно, если тебе каждый день исполняется двадцать один.       — Тогда я буду ждать тебя утром, чтобы убрать весь этот праздник жизни, — усмехнулся Наруто, передавая подруге цветной комок того, что называлось пустой тратой денег.       — Я могу остаться на ночь, — предложила Сакура, взбираясь ногами на диван, чтобы повесить гирлянду повыше.       И в этом предложении не было ничего странного. Их дружба началась не сразу, а точнее — очень не сразу. Четырехлетний Наруто пытался познакомиться с другими соседскими детьми, но его обижали и игнорировали. Он думал, что дело в отсутствии у него родителей. Другие ребята жили в полноценных семьях, а Наруто воспитывал опекун Джирайя. Сакура же была идеальным кандидатом на роль друга: у нее было много игрушек, она жила в двух домах от Узумаки, и с ней все постоянно водились. Единственный недостаток скрывался в ее характере — Сакура в детстве была очень вредной девчонкой. И игнорировала Наруто, а затем и Саске. В какой-то момент — Наруто уже не помнил, в какой именно — ребята согласились с ним дружить, но вот Саске не приняли, поэтому Учиха либо не ходил с ними играть, либо встречался с Наруто наедине. Характер маленького Саске был не сахар, а с возрастом стал только хуже.       Сейчас Наруто мог выделить в своей жизни трех самых важных людей: Саске, Джирайя и Сакура.       — Сакура, ты же знаешь... Саске остановится у меня, как всегда, — он неловко почесал затылок, — займет диван. Мы ведь не можем спать с тобой в одной кровати.       Во взгляде Сакуры сквозила далекая досада. Снова обиделась: ей было неприятно, когда самый близкий друг вот так отодвигал ее на второй план.       — Принеси ту надпись на нитках, — попросила она, отворачиваясь. Позже придется топить этот лед.       Наруто достал что-то из пакета и с восторгом вскрикнул:       — Кактус!       — Наруто! Я же просила... — замолчала, осознавая, что, да, просила, но ведь сама отправила к пакетам.       Она понаблюдала за Наруто, который вертел в руках горшочек. На кактусовых колючках спал маленький белый бутон. Друг открыл рот, чтобы что-то сказать, но Харуно его опередила:       — Ради бога, только не называй его...       — Учиха! — кивнул Наруто и поставил кактус в центре барной стойки. — Я назову его Учихой.       Спорить с именинником Сакура не стала. Только тихо подошла.       — С Днем рождения, Наруто, — она прижалась щекой к рельефной груди, а затем притянула лицо друга к себе, чтобы мягко коснуться губами щеки. Явление крайне редкое, но по-сестрински доброе. Ни Наруто, ни Сакура не вкладывали в это никакого двойного смысла.       Узумаки включил музыку погромче, и подруга даже показала свои танцы, пока они занимались гирляндами. Не заразиться настроением Наруто было сложно. Он маячил по комнате, как солнечный блик, отражаясь на фотографиях в рамках с давно погибшими родителями. Памятных снимков на стенах было достаточно, не хватало только одного, но Саске не любил фотографироваться.       Почти все гости пришли вовремя. Дом был украшен, на низком столике в гостиной уже стояли для всех горячие порции рамена и закусок.       Промокший Киба с Акамару протащились через всю улицу к дому Наруто, потому что припарковаться ближе не получилось. Владелец огромного белого пса с порога указал на бахилы на лапах питомца, чтобы у Сакуры не возникло претензий. Ино и Чоджи тоже вымокли, но лишь потому, что счастливый Сай предложил созерцать природу и впитывать ее присутствие, а не томиться в душной машине. Ино же все причитала: «У тебя просто нет денег на бензин». Сай никак не реагировал на выпады своей девушки, потому что, да, черт возьми, художник не хочет, но вынужден быть голодным. Сухим был только Шикамару, который подъехал к дому, дождался, когда соседка Наруто Шизуне уедет в больницу на ночную смену, и занял ее парковочное место.       Никто не пришел с пустыми руками. Вопреки всем просьбам Сакуры, друзья принесли алкоголь в качестве подарков.       — Наруто, — предупредила Сакура.       — Я помню, не мешать, — по-доброму улыбнулся он в ответ. — Вчера я их не пил, — продолжить Наруто успел раньше, чем подруга задаст вопрос, — ты сама меня вчера заставила слушать твой доклад по видеосвязи. Я же заснул, помнишь?       Действительно. Заснул. А Сакура со своей учебой уже и сама забывала про собственную жизнь, не то что про рацион Наруто. Глупая. Стоит больше внимания уделять своему другу, хотя, казалось бы, куда уж больше.       Шикамару к своей бутылке саке добавил еще и пачку сигарет. Официально Наруто теперь мог покупать их сам, но этот последний подарок ему показался символичным. Правда, он будет скучать по тем временам, когда Наруто приходил к нему в шесть утра, швырял в окно камушки, чтобы стрельнуть сигаретку и встретить рассвет на крыше. Шикамару к этим визитам относился с пониманием — сам точно так же бегал к учителю Асуме, пока не исполнилось двадцать один.       Друзья устроились на полу в гостиной Наруто, по очереди поздравляя именинника с совершеннолетием. Еще утром ему позвонили Джирайя с Цунаде по видеосвязи, и это был не первый раз, когда его опекун оказывался в слишком ранее время в компании своей школьной подруги. Наруто не задавал лишних вопросов, чтобы не смущать стариков, но для себя выводы сделал.       Официально Джирайя перестал жить с Наруто в доме, оставшимся от родителей, еще три года назад. И усердно делал вид, что вернулся в свою собственную лачугу на краю города, поближе к лесу. Наруто искренне не понимал, зачем они с Цунаде разыгрывают спектакль, будто не живут вместе.       Покончив с ужином, компания перешла к настольным играм. За окном уже стемнело, а гостиная освещалась теплым приглушенным светом гирлянд, которые они развесили. Когда пришли опоздавшие Хината и Неджи (Сакура знала, что Хьюги задержатся, потому что Неджи должен был дождаться сестру из танцевальной студии), Наруто чуть не упал, стремясь скорее открыть дверь. Все знали, кого он ждал. Впрочем, меньше радости на его лице не стало — Хинату и Неджи он тоже любил.       А Сакура все наблюдала за ним, зажатая между Ино и Кибой. Она нечасто могла рассмотреть настоящего Наруто — сознание все время подменяло образ, выдавая воспоминания о мальчишке, который всегда был себе на уме, лез в драки, чтобы отстоять свое мнение, и постоянно дарил ей цветы. Очень смущал этим. Потому что в детстве Сакура не хотела с ним дружить, слишком много шума от него было, а когда он отстал со своей мальчишеской любовью, тогда и интересным показался. Привыкла, наверное. Сейчас же Наруто был для нее на уровне старшего брата, который всегда может защитить, поддержать или помочь как-то физически. На душе легче становилось от одной его улыбки. Наруто стал сильным и красивым, и, что немаловажно, — уверенным в себе. Он стал образующей деталью всего пазла, который было принято называть «дружеская компания». И повзрослей Сакура раньше, то непременно влюбилась бы в Наруто. Тогда, может, и сложилось бы все по-другому.       И Сакура видела, как Наруто сейчас тяжело. Несмотря на широкую улыбку и непрерывное участие в диалоге с друзьями, он продолжал смотреть на дверь и ждать.       Влюбленная в него Хината тоже видела это. И только молча кусала губы.       На телефон пришло СМС. Наруто разблокировал экран слишком быстро, чтобы не привлечь внимание Сакуры. Слегка разочарованно вздохнул, прочитав поздравление от Какаши и одернул себя за это: бывший учитель не виноват, что оказался не тем, кем хотелось бы Наруто. Сам идиот, знает ведь, что Саске не присылает ему СМС. Перед глазами даже появился образ друга со скрещенными на груди руками, который всем своим видом подтверждает: ты идиот. Сенсей пригласил Наруто в горы на все выходные. Узумаки поблагодарил и попросил время на ответ.       От алкоголя двоилось перед глазами и слегка потяжелел затылок. Наруто надеялся, что с утра ему этот вечер не аукнется. Должен пройти период интоксикации, прежде чем принимать обезболивающее, которое прописала Цунаде, а до тех пор перебиваться обычными таблетками от головы.       О реальной головной боли Наруто не вспоминал уже много лет. В памяти только остались какие-то отголоски сильной мигрени, после которой в его жизни появился план приема таблеток. Цунаде во всем винила низкое давление и реакцию организма на перемены погоды.       В настольной игре в десятый раз победил Шикамару. Присутствующим это уже порядком надоело, поэтому Киба пошел приставать к стереосистеме, чтобы как-то разрядить обстановку. Ино и Сай быстро подключились к нему, устраивая из гостиной танцпол. Хината даже осмелела после нескольких коктейлей с водкой и подошла к Наруто, чтобы пригласить на танец, а именинник перенаправил ее в сторону Кибы, потому что сам собирался выйти покурить. Он мог это сделать и в открытое окно, но улица манила свежим воздухом.       Черный куст у крыльца предательски походил на силуэт Саске в темноте, так что Наруто даже замер, разглядывая торчащие во все стороны, как черные волосы на затылке, листья. Потом расслабился и закурил. Ответного письма не было, а на сюрпризы друг не способен.       Не тогда, когда от него этого ждут. И это бесило.       Саске, конечно, умел внезапно появляться. Особенно в те моменты, когда Наруто сильно нуждался в их общении. Но он всегда так же внезапно исчезал. Неуловимый, как ветер, оставлял после себя столько эмоций, что хватало до следующей встречи. Сейчас запас Наруто был на исходе.       — Ты поедешь с нами в горы? — за спиной закрылась дверь, Шикамару щелкнул зажигалкой, прикуривая.       — Пока думаю. Ты тоже собрался?       — Да, Асума позвал. Я подумал, что проводить все выходные в компании сенсеев и быть у них на развозе — не самый приятный расклад, поэтому очень прошу тебя поехать с нами.       Обычно Шикамару не уговаривал Наруто на что-то, но сейчас ситуация была патовой.       Они пару минут постояли в тишине, каждый извлекая из этого собственное удовольствие: Наруто боролся с нерешительностью, Шикамару — с подвернувшейся возможностью надавить на друга. В его арсенале были весомые аргументы — свежий воздух и дикая природа, на гиперактивного Наруто должно подействовать, как красная тряпка на быка. Но заставлять Узумаки совсем не хотелось.       — Надеюсь, что Саске не заявится именно в тот момент, когда меня в городе не будет, — выдохнул облако дыма в ночной прохладный воздух Наруто, — оставлю ему ключи и записку. Дождется уж.       Шикамару молча потушил сигарету и ушел, оставляя Наруто наедине с ожиданием. В его День рождения Саске не приехал.       * * *       Сакура добросовестно пришла убирать украшения к одиннадцати утра, только Наруто еще лениво валялся в постели, пытаясь сбросить с себя остатки сна. Он долго не мог уснуть после ухода гостей, листая ночные шоу по телику. И да, немного потягивая подаренный Неджи виски.       Девушка по-хозяйски приготовила завтрак на двоих, и Наруто даже понравилось спускаться на запах горячего кофе и оладьев. Приятно, когда о тебе заботится кто-то. Он выглядел помятым, но довольным. Не было даже намека на похмелье, не говоря уже о головной боли.       — Доброе утро, — Сакура не обернулась. Распознала приближение по скрипу предпоследней ступеньки деревянной лестницы.       — Я напишу в твою честь оду, — растроганный Наруто всегда давал много обещаний. Стоит отметить, что все их выполнял. Не без труда и страданий, конечно, но очень старался.       — Лучше допиши свою книгу, — напомнила о работе Сакура, — и почини ступеньку. И крыша, Наруто, ее уже давно нужно подлатать! У тебя столько помощников вокруг, а ты все тянешь. Хочешь, чтобы она окончательно свалилась?       Книга была в процессе. Наруто — творец, а сейчас у него творческий кризис. Может себе позволить отложить отправку новой главы на оценку главреду еще на пару недель, но крыша — ахиллесова пята. Каждый раз, как он брался за молоток, что-то происходило: то дождь начнется, то снег выпадет, то Саске приедет. Сосредоточиться на какой-то поехавшей черепице не было возможности. А Саске Наруто просил о помощи, но тот только отмахивался от физического труда, поэтому они каждый его приезд все выходные смотрели фильмы, ели пиццу и играли в приставку. А потом Учиха исчезал без предупреждения. В этом и был весь Саске.       — Даю слово Узумаки, что сделаю все, что нужно, но не раньше, чем прикончу этот завтрак.       Дом утратил свой праздничный облик, когда они расправились с оладьями. Сакура помыла посуду и отправилась на учебу. Ей приходилось прикладывать много усилий, чтобы оставаться лучшей на потоке — на кафедре медицины она урвала бюджетное место благодаря двум вещам: своим мозгам и дружбе с Наруто. Первое она успешно демонстрировала на парах, а второе всячески пыталась оттенять собственными заслугами, но никогда об этом не забывала. Если бы не Наруто, который целый месяц перед ее поступлением капал на мозги Цунаде, а она в свою очередь Орочимару — декану медвуза — то родителям Сакуры пришлось бы оплачивать все обучение дочери. А это огромные деньги.       Наруто собрал вещи для горного похода и остаток дня провалялся на диване, играя в приставку, пока за ним не приехал Шикамару. У друга в багажнике лежал только небольшой рюкзак, и Узумаки задумался: не зря ли он взял с собой теплую куртку и несколько бутылок воды, или все же придется делиться этим с Нарой. В любом случае, лучше лишнее, чем недостающее. Записку для Саске он оставил на барной стойке рядом с кактусом, а ключ — под ковриком.       «Надеюсь, Учиха не завянет», — уходя, подумал Наруто.       * * *       Как и ожидал Шикамару, два дня в компании физически одаренных сенсеев — пытка для того, кто приехал созидать, а не становиться терминатором. Какаши и Асума были противоположного мнения: их свежий воздух только подпитывал, наделяя какой-то нечеловеческой силой. Нара даже подумал, что бывшие учителя достали что-то запрещенное перед поездкой. Ну не может обычный человек до рассвета уходить на рыбалку, чтобы стоять несколько часов по колено в холодной воде, потом до ночи лазить по горам, а перед сном еще и чистить-жарить свой улов. Но Какаши и Асума могли. Наруто от них не отставал ни на шаг: напротив, он успевал и с Шикамару покурить, и форель зажарить до золотистой корочки. Все, как и хотел Нара — бдительность сенсеев была усыплена появлением Наруто, а сам Шикамару мог спокойно слушать природу и мысленно улетать с облаками.       Вид с верхушки горы открывался потрясающий. Наруто недолго пострадал, что здесь не ловит связь, сделал пару годных фотографий для своей страницы и пошел разговаривать с местной фауной. Именно так Шикамару объяснял себе те моменты, когда пара диких лис, приевшихся их подачками сырой рыбы, обступала Наруто с двух сторон и начинала ластиться к ногам.       За двое суток на свежем воздухе Наруто казался Шикамару посвежевшим. Он не мерз по ночам в палатке, реже курил и всего пару раз за всю поездку вспоминал про Саске. Нара пообещал себе, что будет чаще вытягивать друга на природу. Такая идиллия кому угодно пойдет на пользу. Цунаде как-то рассказывала, что даже Орочимару устраивает себе туры по горам на месяц, а он тот еще затворник. Наруто же редко можно обнаружить ленящимся дома, он постоянно был где-то и с кем-то, только на природу выезжал не так часто. Как и любой из их компании.       Узумаки нашел поляну с фиолетовыми цветами (как их называл сам Наруто) крокусов (как при рассмотрении выяснил Шикамару) и завороженно сорвал парочку, пряча в нагрудный карман джинсовки.       «Сакуре будет приятно», — подумал Нара.       Но что-то в бегающем взгляде друга и застывшей на лице улыбке беспокоило Шикамару.       * * *       Домой Наруто вернулся почти в три часа ночи воскресенья — разумеется, повидавшая жизнь «Тойота» Шикамару заглохла на обратном пути по меньшей мере пять раз. Какаши и Асума в конце концов просто толкали развалюху под горку, чуть не упустив момент, когда нужно было запрыгивать в салон. Повезло, что добрались до города в полном составе.       Наруто, стягивая с себя по дороге в спальню одежду, мысленно пожалел Шикамару, которому выпала участь еще и развозить всех по домам.       Две минуты под теплым душем были максимумом, который смог вытрясти из организма Наруто. Он быстро забрался под одеяло и отрубился. Теплая постель с мягким матрасом показалась раем на земле после каменистого склона, на котором он провел две холодные ночи. Но оно того стоило.       Саске снова явился во сне. Он что-то с интересом рассказывал, но потом решил, что Наруто его не слушает, и стал недовольно бубнить себе под нос гадости про друга. Среди них чаще всего проскакивало «идиот» и «недоумок». Наруто возмутился весь, приготовился атаковать в ответ, как сон начал меркнуть и в глаза ударило утреннее солнце.       Ресницы поплясали, нехотя открывая залитую светом комнату, а кровать со скрипом прогнулась под тяжестью чужого веса.       — Ты там вещи разбросал, усуратонкачи, — как ни в чем не бывало заметил Саске, забираясь с ногами на постель Наруто. Он приготовил себе тосты на чужой кухне, явно не придавая этому особого значения, и теперь, как чертов аристократ, ел над тарелкой, чтобы не оставить на одеяле крошки.       Наруто уставился на него, словно видел призрака.       — Я, конечно, с дороги, но вряд ли выгляжу настолько херово, чтобы заслужить такой взгляд, — Саске даже недоверчиво покосился на выключенный экран ноутбука, чтобы немного себя рассмотреть.       — Какого хрена ты приехал на моей постели? — выпалил Наруто, сам не понимая, что сказал.       — Я приехал... автостопом.       — Да, ты здесь, — выдохнул Наруто. — Ты правда здесь?       Саске зажал губами хрустящий тост и протянул Наруто руку, второй держа тарелку. Наруто провел по ней пальцами, расплываясь в улыбке.       — А теперь мы пойдем завтракать? — спросил Саске, когда Наруто перестал тереть его ладонь, как лампу с джином.       — Ага...