Дом с покосившейся крышей

      За три дня вдали от цивилизации Наруто забыл, что такое телефон и Интернет. Потому что все гаджеты после пары попыток поговорить с Цунаде по видеосвязи и десятка одинаковых фотографий с его лицом на фоне гор просто отключились. Внешний аккумулятор был только у Асумы, и тот сел, пока заядлый курильщик заряжал им электронную сигарету. Так, к концу поездки почти все остались без связи. Только Шикамару вечером субботы отправил телефон в режим полета, чем сохранил себе возможность использовать навигатор. Он был их личным гением, как-никак.       Поэтому посыпавшемуся миллиону уведомлений после включения телефона удивляться не пришлось. Среди переживавших были Сакура, Джирайя, Цунаде, Неджи и даже Какаши, но последний просто потерял Наруто, когда тот ушел надолго в кусты и не отзывался. Перед остальными стоило отчитаться, но Узумаки не мог делать это прямо сейчас — каждая минута свободного времени была на счету.       Саске уже принял душ и надел одежду, которую нашел в шкафу Наруто. Даже в цветастом гардеробе друга он смог отрыть черную мешковатую майку и серые спортивные штаны, чтобы не изменять своему привычному вкусу. Выглядел Саске по-домашнему, оттого Наруто удивлялся, почему Учиха постоянно сбегает, если ему так идет быть в этом доме.       Наруто даже на готовку времени тратить не хотел, поэтому заказал пиццу и отдельно для себя — рамен. Учиха скептически отнесся к его выбору, но комментировать не стал.       — Я тоже видел горы, — произнес Саске, когда Наруто закончил рассказывать про свой уикенд. — Было холодно, но очень красиво. Наверху дыхание перехватывало, настолько воздух разряженный. Ветер только впечатление испортил, чуть не сорвался.       Наруто не испугался. Он знал, что нет таких троп, которые бы Саске не преодолел.       — Я и не знал, что елки так вкусно пахнут после дождя. Смола на коре еще так искрится на солнце, тебе бы понравилось. И столько диких зверей в одном месте я в жизни не видел: какие-то птицы цветные, белки, даже пару лис встречал. А еще я нашел целую поляну крокусов. Ты, кстати, знал, что камыш только снаружи твердый, а внутри него типа пух?       Наруто слушал спокойный голос друга, и перед глазами всплывали яркие образы. Легко было воспроизводить то, о чем говорит Саске, они буквально видели одно и то же, только в разное время и в разных местах, но даже так им удавалось бессознательно поддерживать связь.       — Узнал на днях, — усмехнулся Наруто.       Наруто стоило огромных усилий, чтобы не пялиться на Саске. Прошло три года с момента их последней встречи и было бессмысленно отрицать, что, повзрослев, Саске стал еще привлекательнее. Он определенно был красивым юношей: высокий, подтянутый, с идеальными чертами лица. Профиль можно без лишней скромности отнести к категории аристократических, но главная его особенность — глаза. В них скрывалось то, что Саске тщательно прятал от окружающего мира, но всегда обнажал для Наруто. Учиха был мягким, и черт бы побрал каждого, кто считал его холодным и жестоким. Саске надевал маску безразличной отчужденности для всех, кто по каким-то его личным соображениям не проходил проверку, а критерии для нее были известны только ему самому. И если для всех друзей Наруто Учиха был редкостным засранцем, которого предпочитали игнорировать, то Узумаки видел, что его друг — камыш.       Вскоре все темы были обсуждены, словно и не было этих трех лет. Они, не сговариваясь (да и как это делать с человеком, который косился на вибрирующий мобильник как на творение темных сил), смотрели одни и те же фильмы, читали одинаковые книги и даже слушали одну и ту же музыку. Но их абсолютное сходство не удивляло, а только упрощало диалог, что в итоге сводилось к тому, что один мог договаривать фразы другого. Это экономило кучу времени.       Наруто слишком быстро описал свою жизнь, как работа-дом-работа дома-бар-Цунаде-отдых-видеоигры, и Саске к этому списку добавить было нечего: напротив, он бы с легкостью убрал оттуда лишнее, потому что нелюдимость Учихи никуда не делась. За весь разговор он не упомянул ни одного нового имени.       — Посмотрим какой-нибудь фильм? — предложил Наруто, ставя на кофейный столик перед диваном три коробки с пиццей. Сегодня на доставке был Ли, который, очевидно, немного расстроился, что Наруто не предложил ему сделать перерыв, чтобы вместе попить чай, как это делал всегда.       — Нет смысла, ты все равно заснешь, — отозвался Саске, протягивая пульт.       Противоречивость в характере Саске Наруто всегда восхищала.       — Досмотришь и расскажешь концовку.       — Я ее перевру.       — Если получится интереснее, то я потребую вторую часть.       — Главные герои сойдутся в поединке и потеряют руки.       — Зачем им сражаться?       — Чтобы доказать, что признают силу друг друга.       — А словами почему не скажут?       — Для них это слишком сложно, а в сражении они могут говорить без слов.       Наруто задумчиво пощелкал меню, перелистывая фильмы.       — Вообще-то, я хотел предложить посмотреть «В поисках Немо».       Саске спустился на пол, поддел пальцами горячий кусок пиццы, растягивая сыр, и, не отрывая взгляда от экрана с постером мультфильма, откусил.       — Ну здесь все ясно, — он прожевал, выдавая свою версию финала, — в конце будут суши.       Наруто рассмеялся. В детстве они пропустили момент, когда все смотрели этот мультик про рыбок, а теперь можно наверстать упущенное.       — У него есть вторая часть.       — Да, во второй будут запеченные суши.       На этот раз смех звучал двумя голосами. Саске рядом с Наруто было спокойно и комфортно. Невозможно не заразиться энергией, которую излучал друг.       Через четверть часа от начала мультика Саске опустил голову на колено Наруто, и по мерному дыханию стало ясно, что Учиха заснул. Наруто тихо усмехнулся, глядя на черные волосы, вздыбленные на затылке, и спокойно опускающиеся при каждом выдохе плечи. Хотелось, чтобы друзья увидели, каким мог быть Саске, когда они остаются наедине. Неджи тоже бывает высокомерным, Сакура умеет уколоть словом так, что мало не покажется, а Сай порой не знает границ для шуток, но все они каким-то образом уживаются. Почему в детстве ребята игнорировали Наруто, затем Саске, а еще позже амнистировали только Узумаки?       Фильм закончился. Наруто изучил все титры, прочитал все благодарности съемочной команде, уборщикам и людям, разносящим на площадке кофе, и уставился в черный экран, боясь потревожить Учиху. За окном пошел моросящий дождь, и улица утонула в теплом свете зажегшихся фонарей.       Когда где-то под подушкой зазвонил телефон, Наруто вспомнил, что не принимал таблетки уже около шести дней, а головная боль ни разу не побеспокоила его. На дисплее высветилось имя Цунаде, и Саске недовольно заворочался.       Он поднял на Наруто сонный взгляд.       — Не бери, — пробормотал он, утыкаясь лицом в колено, — забей.       У Наруто было плохое предчувствие: не брать трубку от Цунаде все равно, что подписать себе смертный приговор. Но он все же послушался и отключил звук.       — Давай я тебе постелю? — предложил Наруто, неуверенно касаясь пальцами мягких черных волос. Узумаки ждал, что Саске как-то недовольно отреагирует на это движение — в их отношениях было не принято трогать друг друга, но мысленно надеялся, что ничего подобного не произойдет. И Саске только сонно потерся носом о штаны Наруто, незаметно кивая.       Разложив диван, Наруто постелил чистое белье, принес из спальни дополнительную подушку и поставил на кофейный столик стакан свежей воды. Свою порцию полива кактус Учиха тоже получил. Он даже успел зацвести, пока Наруто лазил по горам. Саске в полной безмятежности наблюдал за другом, стоя в центре гостиной.       Стук в дверь заставил обоих обернуться. Почти все друзья Наруто знали, где найти запасной ключ, чтобы войти, но сейчас дом был заперт изнутри. Саске зашел за барную стойку, всем своим видом показывая, что не хочет обнаружить свое присутствие.       Наруто открыл дверь, встречаясь с обеспокоенным лицом Сакуры. Саске не за что винить в его желании слиться со стеной — Сакура даже не станет копаться в своем словарном запасе, чтобы найти для него слова приветствия. В детстве он ее здорово пугал, а теперь она Учиху просто не переваривала.       — Ты в порядке? — зеленые глаза впились в голубые напротив. Подруга хотела войти, но путь ей преградила рука, упирающаяся в дверной проем.       — Да, — растерянно ответил Наруто. — Что-то случилось?       — Ты не берешь трубку, не отвечаешь в соцсетях, Цунаде волнуется, а я уже сутки слежу за светом в окнах! — завопила Сакура. Наруто увидел, как краснеют ее глаза и поспешил улыбнуться.       Удивительно, он даже и не заметил, что они весь день просидели в темноте.       — Прости, все хорошо, правда! Я поздно вернулся из поездки, весь день проспал, а сейчас фильм смотрел.       — Ты не один? — Сакура успела бегло рассмотреть упаковки от пиццы и расстеленный диван.       Наруто покосился на нее, замечая какую-то новую интонацию в голосе. Это что, ревность?       — Да, — он помялся, придумывая ответ, — ты немного не вовремя.       Излюбленная привычка тереть затылок пришлась кстати. Сакура снова перевела взгляд на его лицо. Тонкие брови в изумлении поползли вверх, а губы сложились трубочкой.       — О! — только и вымолвила она, заливаясь румянцем.       Ей пришлось уставиться в пол, чтобы осознать, что пора уходить. У Наруто, очевидно, в гостях девушка, а значит ее присутствие здесь явно лишнее. Сакура посмотрела на кроссовки Наруто, лежащие на пороге.       — Сакура, — тихо позвал Наруто, привлекая ее внимание. В глазах читалось: «Не тупи».       — Да, здорово, — она нахмурилась, — тогда... доброй ночи, Наруто.       — И тебе.       * * *       Сакура в последний раз взглянула на кроссовки, прежде чем дверь перед ее носом захлопнулась.       Она сделала неуверенный шаг назад, машинально вынимая из кармана телефон. Нужное имя нашлось в списке быстро, но девушка почти бежала, поэтому успела преодолеть собственный дом, когда на другом конце провода раздался мужской голос.       — Сакура?       — Привет, Неджи! — рвано бросила она, перебегая дорогу. — Где сейчас Хината?       Ловкий способ проверить ложь Наруто. Сакура знала своего друга слишком хорошо, он не стал бы приводить в дом первую встречную. Надежда была лишь на то, что она не ошибается в своих выводах.       — Она... минутку, — из-за собственного дыхания Сакура с трудом могла расслышать, чем там занимается Неджи. — Да, она дома, пишет конспект, — ответил друг. Ожидания оправдались, обрушиваясь на плечи тонной паники. — Что-то произошло? — Неджи напрягся. Наверное, услышал, как кто-то посигналил в трубку.       — Я потом перезвоню!       Сакура скинула звонок, сразу набирая следующий номер. Она уже добежала до дома Шикамару, который жил на соседней улице. Повезло, что в этот вечер только Наруто не брал трубку.       — Какаши, привет, — хрипло выдохнула Сакура. Из-за бега в боку закололо, а остановиться она смогла только на пороге Нара, тарабаня кулаком в дверь. — Саске снова вернулся.       * * *       Оказывается, если за одну минуту перевернуться с левого на правый бок и обратно раз двадцать, то сон быстрее не придет. Не удастся заснуть, даже если мысленно представлять рядом человека, который спит этажом ниже. Это скорее даст обратный эффект.       Лунный свет, пробивающийся через окно, не получалось выключить. Свистящий ветер на чердаке (спасибо крыше, которую, да, нужно починить) вырывал из легкого сна обратно. И так Наруто проворочался около часа, поэтому скрипнувшую дверь он услышал сразу.       — Ты очень громко засыпаешь, — сказал с порога Саске, застывая в дверях.       — Как видишь, это не приносит успеха.       — Если ты преследовал цель не дать заснуть мне, то у тебя получилось.       — Внесу в свой список достижений утром.       — До или после умения откладывать дела на потом?       — В этом я мастер, поэтому — после.       Саске коротко кивнул. Наруто не нужно было привыкать к темноте, чтобы рассмотреть застрявшую в проеме темную фигуру. Он заметил в руках друга подушку и многозначительно отодвинул одеяло, освобождая пустую сторону кровати. Саске прошлепал босыми ногами к постели, уложил свою подушку рядом с головой Наруто и лег на спину, сцепляя в замок руки на груди. Узумаки решил, что это самая неестественная поза для сна, которую он когда-либо видел.       — О чем думаешь?       Саске уставился в потолок и несколько раз моргнул, переваривая вопрос.       — О том, что мне нравится быть здесь.       — Правда?       — Мне с тобой спокойно. Ты никогда меня не прогоняешь. Мы можем бесконечно смотреть фильмы, вместе читать, играть в приставку, слушать музыку. С тобой мне кажется, что это место — мой родной дом.       Наруто это всегда знал. Вслух произносить было не обязательно, но как же чертовски приятно было слышать такое от Саске. Наруто развернулся к нему, подкладывая руку под ухо.       — Зачем ты тогда постоянно уходишь?       Саске повернулся к нему, точно так же закладывая руку. В свете луны лицо казалось совсем бледным, зато глаза не были черными. Никогда не были. Глаза у Саске темно-серые, но, если он злится или сильно раздражен, они темнеют еще больше. А сейчас они наглым образом изучали лицо напротив, и Наруто ощущал себя микробом под микроскопом.       — Потому что ты перестаешь нуждаться во мне, — спокойным тоном ответил Саске.       Наруто нахмурился. Их дружба никогда не была нуждой. Наруто всегда помнил о Саске, ему всегда хотелось, чтобы друг был рядом. Это Учиха постоянно ускользал, что его приходилось ждать. Но эти встречи были основой жизни Наруто. Все его существование буквально крутилось вокруг одного человека. Такое нельзя называть нуждой.       — Не глупи, Саске, я всегда рад видеть тебя в своем доме.       — Этого недостаточно, — фыркнул друг и отвернулся на другой бок.       Было странно слышать что-то подобное. Это ведь самая очевидная вещь — Наруто не врал, он честно всегда ждал Саске, всегда его вспоминал, всегда думал о нем. Не двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, конечно. Эта одержимость прошла лет в семнадцать, когда Наруто годом ранее остро чувствовал свое одиночество на фоне полового созревания. Тогда Саске почти поселился в его доме, потому что Джирайя почти переехал к Цунаде, хотя тщательно маскировал свои ночевки. В этот период Наруто даже подумал, что влюблен в Саске, но это были злые шутки пубертата. Хотя и сейчас где-то в мозгах зудело желание обнять его, но личные границы Наруто никогда не смел пересекать. Думать о Саске во время душа — да, трогать его каким угодно способом — нет, никогда.       Наруто не мог разобраться в своих чувствах и желаниях, потому что не был готов копаться в них. Он просто всегда думал, что настанет момент, когда Саске заявится к нему на порог со словами: «Я устал путешествовать», а Наруто распахнет пошире дверь, впуская свежий воздух и нового жильца, который никогда и никуда уже не уйдет.       И слышать, что этого недостаточно, вообще-то, обидно.       Конечно, Наруто заводил новых друзей, пока этот путешественник изучал мир. А как могло быть по-другому? Можно ведь от ожидания и скуки на стену начать лезть. Сначала Наруто ловил на себе косые взгляды — это началось еще в младших классах. И шепотки. Наруто понимал, что они осуждают его за дружбу с Учихой, но когда подружился с одноклассниками, быстро забыл, как было обидно, когда его игнорировали. Но Саске всегда занимал в его жизни почетное место, Наруто был уверен, что друг знает об этом.       — Обними меня, — тихо попросил Саске.       Первое за семнадцать лет их дружбы объятие. Наруто даже на прощание этого не делал, потому что Саске исчезал, как тень, словно и не было его вовсе. И сейчас появился страх, что, если Наруто притронется к нему, то того развеет скрипучий ветер с чердака.       Узумаки осторожно придвинулся к напряженной спине грудью. Насколько близко можно его обнять? Пересек ли он уже эту невидимую черту личных границ? А если Саске уже передумал? Рука медленно опустилась поверх рук Саске, и в ответ ее сжали холодные пальцы. Это было молчаливое согласие, здесь сложно ошибиться. Наруто, одурманенный победой от первого удачного шага, решил позволить себе чуть больше: нос скользнул по мягким волосам на затылке вниз, утыкаясь в шею. Наруто почувствовал, как руки Саске покрываются мурашками, и провел по ним пальцами. Учиха вытянул ноги, переплетая их с ногами Наруто и плотнее прижался спиной к его груди.       И только теперь Наруто понял, что с Саске понятие «достаточно» теряло свой смысл. С ним всегда всего было мало.       * * *       Сакура ожидаемо пришла утром до пар в университете. Она долго стучала в дверь, пока Наруто смотрел в потолок, а Саске разглядывал их переплетенные пальцы, лежа на тихо вздымающейся груди. Дверь так никто и не открыл.       Телефон разрядился, устав надрываться от звонков. В обед заходили Какаши и Шикамару. Наруто из своего убежища под одеялом с Саске не выбрался. Они построили на полу шалаш с подушками и простыней, как в детстве, и жались друг к другу, словно два школьника, не размыкая рук.       Они молчали, потому что объяснять происходящее было некому. Оба без слов понимали, что лучше навечно остаться в своем одеяльном шалаше, чем выбираться в реальный мир, где приходится быть кем-то. В своем укромном уголке они наконец стали собой — просто Саске и Наруто, которые любят обниматься.       — Было бы здорово, если бы ты подружился с ребятами.       — Мы это проходили в детстве, твои друзья меня не принимают.       Кажется, после Шикамару и Какаши пришел Неджи. Наруто увидел, как человеческая тень на пару минут застыла в окне, и удивился, на что способны его друзья, чтобы проверить, все ли в порядке. Спальня все же была на втором этаже. Наруто хотел предложить Неджи заодно починить крышу, раз уж он так высоко взобрался, но Саске только сильнее обхватил его руками, не выпуская из сонного плена.       — Ты мог бы вести себя немного дружелюбнее.       — Я не дружелюбный, ты это знаешь.       Через пару часов им все же пришлось выбраться из шалаша. Он, кстати, к тому моменту уже развалился, а еще там закончился воздух. Из-за духоты постоянно клонило в сон. На улице уже снова стемнело, и это Наруто порадовало: скоро они снова лягут спать и будут обниматься до утра.       Наруто слышал, как приходили Джирайя и Цунаде. Голос бабули был то взволнованным, то сердитым. Наруто уже не мог заставить себя прекратить обнимать Саске. Они стояли неподвижно в центре гостиной, смотрели на входную дверь и подслушивали, что там говорят взрослые. Джирайя сокрушался, что утром придет с болгаркой, а Цунаде предложила вызвать полицию.       — Давай только без этого, Цуна, — лицо Джирайи показалось в окне, но Наруто и Саске успели спрятаться за диван. — Я зайду к нему утром, проверю, может, парень просто спит.       — Джирайя, ты ведь знаешь, что...       — До утра ничего не случится, ты себя накручиваешь.       * * *       Следующим утром Наруто проснулся вместе с тревожностью. Он не успел открыть глаза, а руки уже крепко вцепились в спящего на его груди Саске. Сердце бешено застучало. Всего на мгновение показалось, что он может открыть глаза, а Учиха снова исчез. Но он был здесь, спокойно спал, по крайней мере, мгновение назад, и не собирался никуда уходить.       — Я задохнусь, усуратонкачи, — возмущенно пробормотал Саске, и сам плотнее прижался к груди Наруто, обвивая рукой его шею.       — Я подумал, что ты ушел.       — Я не хожу во сне.       — Это меня в тебе восхищает.       — Что еще?       — То, что ты забираешь одеяло, но укрываешь меня собой.       — Удобная экономия пространства.       — Обязательно пригодится в будущем.       Последняя их пища была позавчерашняя пицца. Потребность в еде сменилась жаждой физического контакта. Это был самый настоящий голод, который они постепенно утоляли.       В дверь снова постучали, и Наруто стал угадывать, кого принесло. Если звука болгарки еще нет, значит, не Джирайя.       — Мы не можем лежать тут вечно.       — Почему? Звучит как отличный план.       — Если я не открою, то они вынесут дверь.       — Поставишь новую.       — Мне бы крышу починить.       — Забей.       Наруто все же выпутался из теплых объятий и очень зря обернулся на пороге. В глазах Саске застыла обида.       — Я просто спрошу, чего они хотят, и вернусь.       Саске укрылся одеялом с головой.       В настойчивости Сакуре не было равных. Ритм, который она отбивала костяшками пальцев на двери, не сбился ни разу, пока Наруто не щелкнул замком.       — О! — с наигранным восторгом воскликнула она. — Так ты жив?!       — Как видишь.       Одного взгляда на Сакуру было достаточно, чтобы испытать глубокое чувство вины: нос раскраснелся ярче розовых волос, глаза опухли, сохраняя в уголках влагу, а бледные губы дрожали.       — Что ты творишь, Наруто?       — Я не понимаю, чего все хотят, — он развел руками, как иллюзионист, у которого закончились все фокусы.       Сакура бесцеремонно вошла в дом, ловко поднырнув под руку, которую Наруто запоздало выставил вперед. Она осмотрела обстановку, рассеянно кивая.       — Я тебя не впускал.       — Я не просила разрешения.       Она прошла в кухню, ослабляя шарф на шее, и налила стакан воды. Как Наруто понял позже, для себя.       — Давно ты начал игнорировать своих друзей?       Наруто пожал плечами. Сколько дней прошло с приезда Саске?       — Чем ты питаешься? — Сакура заглянула в холодильник, порылась в мусорном ведре, оценила беспорядок на кофейном столике.       Поведение подруги взбесило. Нормальные люди себя так не ведут.       — Мне что, шесть? Сакура, зачем ты пришла?       Саске спустился на шум и остановился у входа на кухню, опираясь плечом о стену. Он молча скрестил руки на груди, наблюдая за Сакурой. Если бы она не строила из себя инспектора по чистоте, то заметила бы его появление.       — Ты извини, что мы за тебя беспокоимся, Наруто! — повышая голос, бросила Сакура через плечо.       Наруто ошарашено смотрел ей в спину.       — Может, ты хотя бы поздороваешься? — Узумаки начал закипать. Стиснутые в кулаки пальцы побелели.       Сакура бегло осмотрела комнату за спиной Наруто, нигде не задерживаясь взглядом.       — Здравствуй, — твердо произнесла она, глядя прямо в глаза друга, — Наруто.       Узумаки скрипнул зубами. Это происходило снова и снова. С самого детства Сакура вела себя так, словно обратить внимание на Саске — выше ее достоинства.       — Скажи ей, чтобы она ушла, — холодно произнес Саске.       Это желание Наруто полностью разделял.       — Сакура, уходи.       — Я не уйду, пока...       — Я сказал вон!       Наруто впервые слышал свой голос таким. И впервые видел, как Сакура начинает кричать — не на кого-то, а от отчаяния. Она сложилась пополам и залилась диким воплем. Ее колотило. Крик то затихал, то начинался снова, и Наруто не понял, как оказался на полу, прижимая ее к себе. Она рыдала с такой болью, что Наруто самого выворачивало наизнанку.       — Мы идиоты, Наруто, мы были жестокими детьми... — Сакура задыхалась, но отчаянно боролась со своей истерикой, чтобы связывать слова хотя бы в короткие фразы. — Я не хотела всего этого! Я так поздно все поняла! Ты ни в чем не виноват!       Наруто рефлекторно гладил ее по волосам, а глазами искал Саске. Друг все еще стоял на своем месте с абсолютно непроницаемым выражением лица.       — Успокойся, Сакура, я не хотел кричать... Прости, пожалуйста...       — Мы любим тебя очень сильно, ты понимаешь это?       Наруто моргнул, ощущая, как глаза начинает щипать. Сакура испачкала его майку тушью, но над этим они посмеются позже.       — Конечно...       — Наруто, пожалуйста... Только останься с нами...       Она отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза. Наруто кивнул, проводя пальцами по ее заплаканным щеками, чтобы стереть дорожки слез. Горечь в зеленых глазах была вполне осязаемой, что Наруто не смог заблокировать свои эмоции. Ему было стыдно за свое поведение, за крик, за игнорирование друзей, за желание скрыться от всего мира под одеялом с Саске.       — Конечно, куда я денусь?       Сакура тяжело вздохнула, доставая из сумки бутылку воды. Истерика отступила, превратившись во все еще заметную дрожь и всхлипы. Девушка сделала глоток и протянула Наруто.       — Сакура, может, поздороваешься с Саске? — спросил Наруто, отпивая из бутылки. Чистый рефлекс, выработанный с годами.       Последнее, что Наруто увидел, испуг в глазах Сакуры. А потом все погрузилось в темноту.       * * *       Ситуация в черепной коробке была следующая: мозг оказался заточен в накаленную добела железную клетку с торчащими внутрь шипами. Каждый импульс, который посылался в тело, возвращался обратно в череп острой болью. Оказалось, что это состояние еще более терпимо, чем то, что произошло, когда глаза смогли открыться.       — Я рядом, — тихо прошептал знакомый голос, но Наруто не осознавал, кому он принадлежит. Перед глазами было мутное светлое пятно и единственная мысль: если он не выпьет таблетку от головы прямо сейчас, то собственными руками снимет ее с шеи. — Сейчас будет трудно, но нужно постараться, я помогу, — нежная рука скользнула под затылок, приподнимая его над подушкой, тонкие пальцы протолкнули в рот таблетку, а затем губы обдало холодной влагой.       Первый глоток воды получился маленьким, таблетка поцарапала горло, с трудом проталкиваясь дальше. Наруто сделал несколько жадных глотков, помогая самому себе. Всегда кажется, что так процесс усвоения лекарства произойдет быстрее. Психосоматика была в деле, потому что, увидев пустое дно стакана, ощущалось, что боль в затылке уже отступает.       — Что случилось? — еле ворочая языком, спросил Наруто, когда теплые женские руки уложили его голову обратно на подушку.       — Вы поссорились с Сакурой, потом ты потерял сознание, — спокойно ответила Цунаде, убирая в тумбочку у кровати начатый блистер.       Наруто только сейчас заметил, что находится в своей комнате. У открытого окна стоял Шикамару и курил, а рядом спокойно спала Сакура.       — Что с Сакурой?       — Она просто уснула, много выплакала, — также спокойно ответила Цунаде, но Наруто ей почему-то не поверил.       — Долго я был в отключке?       Саске в комнате не было. И по ощущению пустоты — дома его искать не было смысла.       — Пару часов. Шикамару заехал за Сакурой, ее родители сказали, что она у тебя. Он нашел вас на кухне и позвонил мне.       Шикамару смотрел на внутренний двор под окнами, но Наруто знал, что он внимательно слушает.       — Долго ты собираешься мне врать?       Цунаде смерила Наруто предупреждающим взглядом. В детстве это действовало, но сейчас он мог выдержать чего пострашнее. У Саске взгляд тяжелее.       — О чем?       — О том, что я потерял сознание, а она просто спит. Что там произошло? Где Саске?       Окно с грохотом закрылось. Шикамару засунул руки в карманы и встал у подножия кровати.       — Какаши внизу, можем ехать, — произнес он, обращаясь к Цунаде.       — Куда? — Наруто напрягся, рука заслонила Сакуру. Внутренний голос подсказывал, что ее нужно защитить.       На лестнице раздались тяжелые шаги.       — В больницу, Наруто, — голос Цунаде дрогнул, — хватит бегать.