Часть 1 Глава 1
17 мая 2023 г., 21:53
— Сколько недель?
— Пятнадцать, — робко пробормотал омега.
Ну ладно, хоть не врал и не маскировался. Симпатичный мальчик неловко стоял перед Минхо, смотрел в пол и кусал губы, практически плакал. Его немного беременный живот на стройном, ладно, откровенно худом, теле, бросался в глаза.
Минхо вздохнул. Ну почему он стал такой жалостливый, а? Это всё Чан! Заразный паразит с благородством, или как там называется излишняя мягкотелость.
— Хорошо, дам тебе пока младшую группу. И трейни… Они всё умеют, но ленятся, подкорректируешь немного их танцевальные движения. Скоро дебют, а эти оболтусы… Думаю, справишься. А в последние месяцы до родов поможешь мне бумаги разгребать, физические нагрузки вроде противопоказаны на большом сроке.
На него неверяще уставились полные непролитых слёз глаза.
— Правда?
— Да, прекращай реветь. Отец ребёнка слился?
Омега снова опустил глаза и молча кивнул. Но, неожиданно, встрепенулся и необычайно настойчиво, чуть запинаясь, пробормотал.
— Вы же не извращенец с кинком на беременность? Я не буду с вами спать!
Наглая дерзкая молодёжь! Так и хотелось дать пинка, но альфа посмотрел на симпатичное личико и подумал, что не зря мальчишка хоть как-то пытается защищать себя, наверное, уже сталкивался с разными мразями за свою недолгую жизнь.
— Нет у меня никаких кинков, не надо бояться, — как можно мягче сказал Минхо и, ещё раз пройдясь взглядом по жалкому виду омеги, неожиданно спросил, — тебе есть где жить? У нас есть общежитие, оно правда для трейни, но…
— Да, — торопливо пробормотал парень, — есть где жить, больше ничего не надо, спасибо вам большое за доброту. Я понимаю, что… Простите.
— Ладно, приходи завтра в 8, познакомлю с группой.
— Я… Конечно, ещё раз спасибо вам, я буду очень стараться, не создам проблем!
Минхо только махнул рукой. Вот же блин, как теперь объяснить другим кандидатам на это место, с красными дипломами элитных танцевальных универов, что вакансия занята мелким беременным омегой с трудным финансовым положением. Блядь, а как он это объяснит Чану?
— Зовут-то тебя как? — крикнул альфа в догонку.
— Феликс, — обернулся в дверях омега с сияющей улыбкой, но глаза всё ещё недоверчиво блестели непролитыми слезами.
Чан мрачно на него вылупился.
— Серьёзно?
Минхо раздражённо посмотрел в ответ.
— Не ты ли притащил безродного воришку, который спёр твой кошелёк, и сделал его нашим трейни? Тебе повезло, что у него оказался талант!
— У меня намётанный глаз! — вяло возмутился Чан.
— Ты по скорости воровства кошелька определил наличие голоса и таланта? — естественно, не поверил Минхо и закатил глаза.
— Ты сохнешь по этому воришке и боишься подойти! Вот и бесишься! Но этого, как его там, Феликса, подобрал ты! Ты его взял, ты и увольняй! Мы не благотворительная организация вообще-то! Погоди, зачем ты припомнил мне Джисона? Ты случайно не из-за него такой добренький?
— Нет! Да, немного, типа, пора ломать образ злого бесчувственного альфы, сострадание к ближнему, особенно к беременному омеге, вся херня. Типа, идеальный понимающий альфа, созрел для серьёзных отношений — кошки, дети, все дела, — неохотно признался Минхо в своих не особо искренних мотивах спасителя беременных омег с явно трудным финансовым положением.
— Что случилось с человеческим поговорить? Типа, Джисон, я был мудаком по отношению к тебе, но теперь влюблён, вся херня?! — передразнил Чан лучшего друга.
— Он меня не подпускает к себе и очень боится!
— Ну ещё бы. Ты так орал, когда я его привел, и травил почти год, я бы тоже тебя боялся.
— Я давно всё осознал и успокоился, а он всё ещё меня терпеть не может. Убегает, как только видит, и общается только по работе. Разговариваю с ним ласково, не то, что при знакомстве, даже без мата и грубости, не оскорбляю, когда исправляю танцевальные движения, вообще молчать стараюсь, и, едва держусь, но не шлёпаю по заднице! До работы провожаю, кофе приношу, цветы дарю — ничего не работает! Ни разу не улыбнулся мне! — обиженно запричитал Минхо.
— А теперь, когда ты будешь собирать с улицы кошек и омег, сразу поймёт какой ты не злой, а сочувствующий и добрый альфа? Созрел для серьёзных намерений? — вспомнил Чан про недавно взятых с улицы котиках Минхо, которыми тот тоже очень хвастался и совал фотографии на телефоне прямо в лицо недоумённому Джисону.
— В твоих устах это как-то очень тупо звучит.
— Потому что так оно и есть! — фыркнул Чан.
— Я не буду выгонять беременного омегу, которому дал надежду. Не только тебе можно подбирать мелкоту с улицы и устраивать на работу к нам. Сам иди давай, скажи мальчишке, что увольняешь, — быстренько перевёл тему со своих любовных неудач Минхо.
— Вот же блин! Что ты за вредная жопа? «Ты же такой рохля, Чан, я сам выберу замену»! Выбрал, блядь!
— Ничего не знаю, ты сам всегда отправляешь меня новые кадры искать.
— Я отправил тебя, потому что не мог определиться, кто из этих лучших из лучших нам подходит больше. А не брать беременного омегу с улицы! С липовыми справками из танцевальной школы!
Минхо в ответ лишь скрестил руки на груди и пожал плечами, кивнув в сторону танцевального зала, где улыбающийся, спасённый им омега, поправлял нелепые движения старательно танцующих малышей.
Чан бросил злой взгляд и решительно, быстрым шагом отправился в зал, резко открыв дверь и заскочив внутрь. Минхо ухмыляясь отправился следом и остановился в дверях.
Чан переминался с ноги на ногу и неловко приветствовал откровенно его испугавшегося омегу.
— Я так… Только познакомиться зашёл, главный здесь, типа, — вздохнув, недовольно пробурчал Чан и, развернувшись, прожигая Минхо злым взглядом, протопал мимо, обратно в свой кабинет, зацепив плечом насмешливого заместителя. Громко хлопнула дверь.
Чан вообще-то учился на бизнесе и юридическом, собирался стать наследником компании своих родителей по производству техники. Но ему не повезло влюбиться в Чонина, который обладал огромным талантом и мечтал стать айдолом. И альфе пришлось поддержать мечту и купить небольшое музыкальное агентство. Его жених очень хотел быть айдолом, а Чан — держать всё под контролем и исполнять его мечты. Чонину было пофиг как, он хотел петь, а не бегать по агентствам предлагать себя и проходить весь трудный путь, поэтому был не против таких грандиозных ухаживаний.
А вот родители Чана — очень даже, несмотря на других своих детей, которые без проблем вступили в наследство. Чану было отказано в семье, но он не унывал, да и некогда было, он активно строил новый бизнес и любовь.
Минхо внезапно понравился этот бизнес лучшего друга и он тоже вложился в самые трудные финансовые времена нового агентства. Не собираясь этим серьёзно заниматься, хотел лишь поддержать друга. Но потом появился Джисон, и альфа тут завис. Айдолы и их проблемы оказались не такими скучными, как Минхо думал. Его тоже сразу забраковали, как наследника, отношения с родителями были до сих пор прохладные, но они хотя бы не мешали, как до сих пор злившиеся родители Чана.
Альфы очень гордились тем, что им удалось построить в итоге. Их агентство, благодаря общим усилиям, разрасталось не по дням, а по часам. Выпускаемые айдолы приносили славу и деньги, теперь очереди выстраивались желающих к ним. С недавних пор они больше не были убыточным мелким агентством. Странно получилось — Чан вроде исполнял чужую мечту, но нашёл своё место. Чонин, конечно же, оправдал все надежды, ведь не зря его альфа так старался. Пока Чан практически создавал с нуля их агентство, омега Чана развивал свои навыки, постепенно становясь профессионалом, был очень трудолюбивым и, даже без помощи Чана, становился популярнее каждый день, находясь пока ещё в статусе трейни. Чан боялся ошибиться с любимым, поэтому они с Минхо сначала натренировались делать звёзд из других желающих.
Да и Чан, если за что-то брался, то делал это на 100 процентов. Альфа получил музыкальное образование, сам продюсировал. Потом заставил Минхо превратить хобби танцевать в профессиональное образование, и он забрал себе некоторые тренировки, а не только скучную бумажную работу.
Минхо был чем-то вроде серого кардинала: Чан, в силу характера, был слишком мягким, а Минхо — нет. Он умел отказывать и посылать. Его в агентстве все боялись, не только Джисон. Раньше это казалось круто, но, в силу его проснувшегося чувства, образ злого босса мешал ухаживать за объектом симпатии, который откровенно недолюбливал альфу (не то чтобы Минхо не понимал за что).
Джисон его по-настоящему терпеть не мог, боялся и совсем не замечал ухаживаний и игнорировал их все. Минхо пробовал по-всякому подкатить, в том числе поговорить, не такой уж безнадежный со своей влюблённостью, как думает Чан. Но ничего не работало. А ещё… Минхо же начальник, откровенно преследовать было опасно — модный сейчас харассмент, все дела. Боялся своим положением надавить на по сути ещё обычного трейни, даже не айдола. Да и не было такой цели. Поэтому сначала Минхо не хотел торопиться и был готов подождать, пока карьера объекта симпатии пойдёт в гору. Омега станет увереннее в себе, смелее, его положение в агентстве изменится и уже не будет такой колоссальной разницы в их социальном статусе. Но потом Джисон очень изменился. Минхо ещё в подростка мелкого, смешного и нелепого, втюрился, а теперь и подавно. Джисон стал такой недостижимый — талантливый, обаятельный, залипательный. И, к сожалению, не только Минхо замечал эти изменения. Он сходил с ума от ревности, оказавшись диким собственником. Не мог просто смотреть, как к его (ну почти его) омеге кто-то подкатывает. Джисон, наивный дурачок, не понимал пока, но… Короче, Минхо торопился, очень боялся, что упустит все шансы. Боялся представить, что будет, если он не успеет до того, как Джисон станет айдолом. Постоянно ругался с Чаном, что не выпустит своего омегу петь без штампа в паспорте и метки на шее. Чан только вздыхал и дал нереальное время — около полугода. Типа, Джисону давно пора на сцену, он подрос и подучился. Время убегало, нормально не получалось, и Минхо поэтому решился на тупой план. Покажет на примере Феликса, что он тоже сострадательный и нормально относится ко всяким ободранцам с улицы.
