Напиши мне свое имя

— И напоследок, кто назовет мне места, где чаще всего встречаются волчьи крюки? — Взгляд изумрудно- карих глаз бегло посматривает время от времени на часы, висящие у окна. До конца пары осталось всего ничего. Видно, они немного увлеклись сегодня изучением наглядных пособий, оставив самую кроху на теорию. — Мондштат — Выкрикивает кто-то с задней парты. — Верно — Фенек одобрительно кивает. — Но на какой его части ягоду можно найти с большей вероятностью. — В районах, где проживает большое количество покрытых шерстью животных. — Произносит сидящая впереди девушка с немного растрепанными зелеными волосами. — Ведь так они разносят свои семена, цепляясь за их шерсть. Таким образом в Мондштате волчий крюк можно встретить в окрестностях Вольфендома, где высокая популяция волков. — Благодарю за чудесный и содержательный ответ, отлично. — Сделав отметку в журнале напротив имени студентки, Тигнари хотел задать еще один вопрос, но громкий звон оповестил всех о том, что пара по ботанике окончена. — Не смею задерживать. — Тигнари поблагодарил всех за занятие, принимаясь спешно собирать свои вещи. Еще одна пара — и он сможет вернуться в библиотеку. Те материалы, что оставил ему прошлый преподаватель, были просто нелепы, смехотворны. Сразу было видно кабинетного человека, который просто выкладывал сухую теорию. Так не пойдет. Если эти ребята и в самом деле хотят посвятить свою жизнь изучению мира растений, то им, как минимум, стоит больше времени уделять обучению вживую, исследовать мир, а не смотреть на сухие страницы учебников. Так что на следующие занятие он собирался отвести их в ботанический сад. У него еще остались семена шелковицы и глазурной лилии. Стоит дать их им. Пусть попробуют вырастить, записывая изменения, этапы роста. Хорошая лабораторная получится. Кстати о горшечных растениях. Тигнари уже и забыл о том, что в кабинете истории чахнут, пожалуй, одни из самых красивых лотосов. Сайно же не будет против, если Тигнари заберет малыша под свою опеку. Историку стоит подарить кактус. Поливку раз в месяц и забывчивость он сможет простить и вынести. Один у него, кстати, имеется — подарок от Кандакии, студентки с последнего курса. Высокое крепкое растение сейчас находилось в моменте цветения. Крупные цветки горошком усыпали зеленые колючки. Пожалуй, это будет равноценный обмен. — Надеюсь, она не сильно расстроится. — Стерев с доски тему, он быстро написал новую, после спеша к кабинету истории. Вроде бы, Сайно еще был в университете. Кабинет истории всегда пустеет быстро. Как и заполняется за минуту до звонка. Опоздавших Сайно не любит. Настолько, что некоторые студенты, понимая, что опоздания не избежать, просто прогуливают пары. И не дай бог их за этим поймают… Совсем оборзели. Двое сегодня уже красиво спалились. Стоять под окном и выяснять отношения было большой ошибкой. Чуткий слух в миг уловил голоса недостающих на паре студентов. Но прерываться историк не стал, дожидаясь окончания занятий. — Итэр, Люмин, живо поднялись. — Каково же было удивление близнецов, когда этажем выше они услышали грозный голос Сайно. И ведь даже не обратили внимание на то, что окно было открыто нараспашку. — А я говорила тебе, что нужно было быстрее собираться! — негодовала светловолосая девушка с короткой стрижкой. Она нервно сжимала край белого платья и ручку сумки. Ее брат же был невозмутим, устало смотря перед собой. — Прости, но мне и вправду нехорошо… — Итэр тяжело вздыхает, внимательно рассматривая каждую ступеньку перед своими ногами. — А кутить всю ночь с Альберихом тебе было хорошо? Как тебя вообще в общагу пустили? — Венти подсобил… — Удивлена, что он был не с вами. — Продолжала нагнетать сестра. — Скоро защита диплома, а ты решил под конец года… — Но договорить ей не дал недовольный голос, прозвучавший едва ли не впритык. Они и не заметили, как уже поднялись до нужного этажа, дошли до нужного кабинета, где их уже ждал ожидающий объяснений преподаватель. — Здравствуйте… — Запал, с которым Люмин отчитывала брата, пропал, стоило золотистым глазам встретиться с недовольными алыми. — Верно подмечено, что этот год последний и вам крайне важно не вылететь перед самым концом. — Сайно в один шаг отошел с проема, пропуская близнецов внутрь. — Пишите объяснительную. Почему проспорить всю пару для вас оказалось важнее, чем прийти на нее. Жду на почте до конца перемены. — Прости… — Тихо шепчет Итэр. Люмин только тяжело вздыхает, беря в руки телефон. Заикаться про то, что они не успеют дописать и им придется опоздать на следующую не имеет смысла. Стоило выяснить отношения вечером… Устало вздохнув, Сайно подошел к столу, опираясь на него бедром. Близнецы — такие близнецы. Повсюду ходят вместе, косячат тоже, оказывается, вместе. Сайно помнит Кейю Альбериха, выпустившегося два года назад. У этого студента был поразительный талант прогулять чуть ли не весь учебный год, а потом придти на сессию с довольным лицом и сдать все предметы. Не все на отлично или хорошо, но факт остается фактом — свой диплом юриста он забрал, уйдя работать в полицию. У Итэра, к сожалению, такого таланта не имелось, но спасибо Люмин, пинающей его время от времени… — Не помешал? — В его кабинете немного времени спустя появляется Тигнари, негромко стуча по косяку, привлекая внимание задумавшегося мужчины. В миг брусничный взгляд отрывается от пустоты перед собой, перебегает на стоящего в проеме фенека. — Нет. — Сайно отрицательно мотает головой, опуская взгляд. Рассматривать кого- то так долго неприлично. — Здравствуйте! — Дуэтом здороваются близнецы, чувствуя некое облегчение. Если Сайно был как знойная сухая пустыня, то Тигнари как цветущий тропический лес. И кто знал, что тогда на кухне они спалят всю общажную подноготную, более того, добавят в общий чат одного из преподавателей. Хитрый лис не сказал им, что является новым преподавателем, влезая к тем в доверие. Все же Люмин и Итэр — выпускники, а Тигнари показался им первокурсником, когда тот безмятежно попивал чай в домашней одежде на подоконнике кухни, пока готовилась еда. Уже через пару дней фенек знал, чем живет студенческое общежитие: кто с кем пил, почему не пошел на пары, дал списать или скинул мем про преподавателя. Было интересно наблюдать за этим маленьким мобильным обществом. Вот только правда вскрылась так же быстро, как и он подружился с теми двумя. Ох сколько разборок было в чате, когда он впервые встретился со своими студентами вне стен общежития. Спасибо близнецам никто, ясное дело, не сказал, но ругань в чате удалось угомонить. Неведомым образом фенек сумел убедить большую часть, что не собирается никого подставлять перед преподавателями или осуждать за что- то. В конце концов — он и сам был студентом. — Какие люди — Видя знакомые лица, Тигнари по-доброму усмехается. — Голова не сильно болит, Итэр? — Спасибо вам и Люми — нет. — Блондин отрицательно мотает головой, заканчивая писать объяснительную. — Мы тогда пойдем… — Люмин, отправляя сразу же после брата, спешно поднимается, хватая того за руку, но покинуть стены кабинета им не удалось. В дверях уже стоит, появившаяся как вспышка, Ян Фей. — А я тебя обыскалась, Тигнари. О, и Сайно тут. Вот и отлично. У меня есть две новости. С плохой или хорошей мне начать? — Близнецы обреченно вздыхают, смотря на своего куратора. Уперев руки в бока, она с легкой улыбкой смотрит на присутствующих. Но напряжение в ее глазах не ускользает от Сайно. — С хорошей. — Выдает он на одном дыхании. — Перед выпуском нам поручили организовать небольшую презентацию наших факультетов. Для городской организации мы, видите ли недостаточно социально активны… Так что поздравляю, Тигнари, ты только пришел в наш дружный коллектив, а уже с головой ушел в работу. — Жизнерадостности ей было не занимать. То, с каким энтузиазмом она говорила о свободном времени, которое последующая подготовка у них отнимет, поражало. — В конце года нам нужно будет хорошо показать себя, наши достижения. Я уже остальным рассказала, остались только вы. А теперь плохая — это все будет сразу после защиты и ректор запретил нам отнимать время с пар. Так что нам нужно будет собрать небольшую группу студентов, которые помогут в организации и покажут свои проекты. А теперь оставлю вас. — Махнув рукой на прощание, Ян Фей поспешила удалиться, оставляя двоих преподавателей и студентов переваривать полученную информацию. — Вовремя же ты ушел на больничный, Чжун Ли… — Сайно устало потер переносицу, тяжело вздыхая. Похоже, это будет один из самых тяжелых для него выпусков. По шесть- семь пар в день, а теперь еще и эта шумиха поднимается… Насколько его хватит? — Мы тогда пойдем, а то… — Итэр и Люмин, почувствовав, что дело начинает пахнуть жареным, поспешили уйти, но стальной голос остановил их. — И я даже знаю, кто займется организацией всего. Верно? — Этого и стоило ожидать. — Мы будем рады помочь… — Близнецам не впервой бегать с чужими поручениями. Рисковать и отказывать историку они не стали, спешно покинули аудиторию. — У нас было что-то похожее, когда я учился… Вот только обычно отпускали с пар… — Тигнари нахмурился. Что они смогут придумать за три месяца? Его группы были, откровенно говоря, слабоваты для такого масштабного мероприятия. Может Коллеи сможет выступить? Пока что это его самая способная студентка. — Ты ведь что-то хотел? — Из раздумий его вырвал прозвучавший почти что над ухом голос. Фенек робко вздрогнул, отходя на полшага назад. Он ведь изначально пришел за лотосом. — Я могу его забрать? — Он кивнул в сторону ветвистого растения. Сайно тяжело вздохнул, но согласие свое дал. — Я хотел попросить тебя посоветовать мне грунт для них. Сам я в ботанике не разбираюсь, так что не хочу рисковать и вредить им. Все же они и в самом деле красиво цветут, напоминая о доме. — О. — Тигнари в миг оживился. — Ты тоже из Сумеру? — Я вырос в пустыне, там же и получил образование, но работы по специальности найти не смог. Мой друг предложил работать здесь. Так что они напоминают мне о доме… — Тяжелый вздох вырвался из его легких. Он уже и забыл, каким обжигающим может быть песок, а ветер сухим. Если бы Чжун Ли не разболелся так сильно, то он уже давно был дома. — Если они тебе дороги, то почему ты не заботишься о них? — Фенек печально осмотрел растение, переводя взгляд на Сайно. Взглянув историку глаза, он уловил нотку усталости, которую преподаватель истории пытался скрыть. От чего то Тигнари показалось, что кальпалата отражало внутреннее состояние Сайно. Все же цветы тоже живые — все чувствуют. — Я из Гандхарвы. — Что такое тоска по дому Тигнари знал не по наслышке. Он сам не хотел покидать свой любимый тропический лес, хотел продолжать заниматься исследованием леса Авидья, но порой проще уйти самому, чем заставить кого-то пропасть из своей жизни. — Предлагаю пройтись до цветочного. Грунт придется смешивать самим. Заодно и расскажу тебе о уходе за ними. Нечего печалиться, ведь ты же не навсегда покинул родные края. От долгой разлуки больше ценишь и ждешь встречи. — Тонкая рука осторожно легла на крепкое плечо, показывая, что он не одинок. По крайней мере — в этот момент точно. Почувствовав теплое прикосновение сквозь плотную ткань пиджака, Сайно непроизвольно дернул рукой, подавляя желание накрыть хрупкую ладонь своей. — Спасибо, тогда я зайду за тобой после пары. Сегодня у нас с тобой их равное количество. Если ты не против… — Мягко улыбнувшись в благодарность, Сайно с легким негодованием посмотрел на коридор, с которого доносились уставшие голоса студентов. Этот миг не мог продолжаться вечно, прекращая свое существование вместе со звонком.