Интересное желание, переросшее в нечто большее.

Чан и Минхо помогают встать Хёнджину с места. Оба не отлипают от его тела, пока ведут в полностью подготовленную для сегодняшней ночи комнату. Минхо бесстыдно лапает всего парня, пока Чан осторожно подталкивает всех в нужном направлении. Хёнджин медленно плавится от ощущения двух тел возле себя. Слишком жарко. Ли глазки свои кошачьи щурит хитро и толкает Хвана в пучину разврата — на кровать. Он усаживается рядом, пока его руки самовольно лезут гостю под одежду. Бан стоит возле аудиосистемы, настраивая её, чтобы задать ещё больше атмосферы. Хёнджин не понимает, что происходит, потому что желание полностью затуманивает рассудок. Ему так хочется, что в штанах уже всё пульсирует. Подобное не остаётся незамеченным. Минхо с него кофту стягивает, впиваясь губами в шею, языком по пульсирующей артерии мажет и прикусывает, выбивая из длинноволосого первый стон за вечер, первый и уж точно не последний. Ли этой мысли ухмыляется и продолжает свои махинации на такой чувствительной коже, да пальцами по груди водит, вызывая табун мурашек. В этот момент Чан между ног Хвана устраивается, ведёт широкими ладонями по бёдрам, пальцами на них давит, поднимаясь к ширинке. — Чан-и сделает тебе приятно, — мурлычет на ухо Минхо, свободной рукой впутываясь в копну волос, тут же оттягивая. — Он примет тебя всего. Приподними свою роскошную задницу. Хёнджин не смеет ослушаться, когда ему говорят таким властным тоном прямо на ухо, а особенно, когда на возбуждение рукой давят. Он приподнимается, чтобы Чан с него стянул всю одежду, после того, как расправился с ширинкой и помучил немного. Парень чувствует первое прикосновение к налившейся кровью плоти и шумно выдыхает. Ладони Бана крупные и шершавые немного, но тонкие пальцы, что окольцовывают его, чувствуются так хорошо. Хван старается сфокусироваться на происходящем снизу, пока рядом кот хихикает, тоже разглядывая это представление, и шепчет на ухо разные пошлости. Как только у него это получается, он думает, что лучше бы не получилось, потому что блядский язык Бан Чана сейчас проходится по чувствительной головке, специально задевая уздечку, а его глаза чётко устремлены вверх, чтобы поддерживать зрительный контакт с Хёнджином. Зрелище просто превосходное. Чан мажет языком по всей длине, руками себе помогая. Ведёт ими, задавая ритм, иногда переходя на яички, играясь с ними. Хван голову откидывает назад, когда снизу ощущается всё тепло чужого рта. Бан взял сразу наполовину, водя языком, двигая головой медленно, дразняще. Минхо пальчиками обхватывает подбородок, поворачивая младшего лицом к себе, и впивается в такие желанные губы. Хёнджин плавится. С его ртом вытворяют такое безумие с помощью чужого языка, пока снизу берут член себе в глотку по самое основания, втягивая щёки для создания большего эффекта. Он неосознанно хватается за кудрявую копну волос и тянет от себя, потому что чувствует, что не выдержит. Поцелуй разрывает и глядит сначала на Хо, а потом и на Чана. В уголках глаз образуется влага. Дыхание становится прерывистым. — Хватит. Я же сейчас… — не успевает он договорить, как изливается в чужой рот, заливаясь краской от стыда, но больше на него действует голос Минхо, что шепчет ему и Чану похвалу, и звуки снизу, как Бан сглатывает всё и отстраняется с характерным чмоком, губы облизывая. — Да вы.… Да вы… — всё, что удаётся ему из себя выдавить. — Тебе ведь понравилось, Хёнджин-и? — спрашивает Ли, покусывая хрящик уха. — Чан-и у нас умница. Почти довёл тебя до слёз, — он ладонью по животу ведёт. — Ты же примешь нас двоих, верно? — Минхо, — разрезает воздух голос Чана, который немного иной после такой работы горлом. — Давай снимем одежду? — Ах, точно, — наигранно тянет хитрый кот. Минхо сползает с кровати, приближаюсь к своему парню. Пробирается руками под его безрукавку, пробегаясь по очертаниям кубиков пресса. Он с таким озорным огоньком в глазах смотрит в глаза Чану, а потом переводит на Хёнджина и внутренне ликует от своей проказы. Хёнджин не будет отрицать, что ему нравится смотреть на игры, что развернулись прямо перед ним. Парням нужно было просто избавиться от одежды, но это всё перетекло в поддразнивания наблюдателя. Ли медленно вещичку с Чана тянет вверх, перекидывая через голову. Бан же не медлит совершенно, потому что боковым зрением видит, как у Хвана дыхание схватывает и возбуждение дёргается. Он резким движением скидывает с Минхо футболку и за талию прижимает к себе, впечатываясь в любимые губы. От такого зрелища в животе ещё больший узел завязывается. Хёнджин никогда бы не подумал, что может возбудиться просто от наблюдения за кем-то так близко. Расстояние минимальное. Протяни руку и вот ты их коснёшься — и он это делает. Ведёт с коротким вздохом пальцами по подтянутым бокам, привлекая внимание целующихся. Невинные глазки наверх поднимает, встречаясь с двумя наглыми ухмылками, жмущимися друг к другу. — Малыш нас так жаждет с тобой, — хихикает Минхо, разглядывая Хёнджина. — Надо бы его уже обрадовать, да, хён? — после этих слов он обходит кровать, снимая с себя остатки одежды, устраивается у изголовья кровати и приглашает к себе, похлопывая по своим бёдрам. — Хёнджин, садись на Хо, — ровно отчеканивает Чан. — Нам нужно тебя подготовить. Хёнджина током прошибает от такой разницы в действиях и словах парней, он вновь заливается краской и по кровати ползёт к одному из демонов-искусителей. Устраивается на таких крупных накаченных бедрах и охает, когда по одной ягодице бьют несильно, но приятно. Он руки на плечи Ли укладывает, опираясь на них и смотрит в омуты. Зря. Очень зря. Тонет с головой. Минхо облизывается победно, утягивая в поцелуй, и следит за действиями Бана. Тот уже тоже успел всё с себя снять и разгуливает по комнате, подготавливая всё необходимое. Хёнджин содрогается весь от лёгких и приятных прикосновений к его телу, вкупе с глубоким поцелуем, он чувствует, что снова тает. От него, таким образом, ничего не останется. Как только он об этом задумывается, то ощущает, как кровать позади него прогибается. Он отстраняется от Минхо, чтобы оглянуться и прийти в шок ещё раз за сегодняшний вечер. Чан так трепетно смотрит на Хёнджина, оглаживает его своими руками, расслабляя такое податливое тело ещё больше. Тянется к бутылочке со смазкой, чтобы выдавить себе немного на пальцы, разогревая. — Может быть немного неприятно, — на ухо выдыхает Чан, проводя рукой по спине. Хван головой машет, хоть и понимает прекрасно, что подготовился заранее немного, но всё же. — Скажи, если понадобится остановиться, — ещё один кивок, потому что на слова сил нет. Бан осторожно касается кольца мышц одним пальцем, вводит внутрь максимально медленно всего на одну фалангу, но это уже даёт свой эффект, потому что Хёнджин в спине прогибается и стонет. Ощущения такие забытые. Именно заботливые, а не просто желающие поскорее его трахнуть. Он руку заводит за спину, хватая Чана за запястье. — Ты можешь не медлить, Чан-хён, — вот и первое обращение по имени за сегодня. — Просто вставь уже. Нежничать будете потом. И Чан вставляет свой палец полностью, выбивая из гостя очередной стон. Хван пальцами впивается в плечи Минхо, от чего тот шипит немного, но смеётся, упиваясь данной картиной. Чан движется размеренно, не чувствует сопротивления, поэтому ещё один палец добавляет без каких-либо усилий. Бровью ведёт, усмехаясь. А Хёнджин не промах. Тщательно подготовился к их встрече. Бан ускоряет движения, растягивая стеночки уже на манер ножниц, и пробует третий палец добавить, удивляясь, как тот сразу же проскальзывает в чужое нутро. Хёнджина выламывает ещё раз, потому что чёткое попадание по комку нервов было. Он на Минхо заваливается и дышит часто. Бан подталкивает бутылёк смазки к своему парню. — Не хочешь присоединиться? — Ли это приглашение принимает только с радостью. — С удовольствием. Не тебе же одному ощущать всю узость нашего малыша, — язвит Хо, выливая себе на пальцы немного смазки. Хёнджин только через пару секунд осознаёт. «Нашего малыша? Нашего?!». В голове не укладывается такое обращение. Он только возмутиться решается на такую наглость, как голову запрокидывает в очередном стоне, губу от удовольствия закусывая. Ощущения сзади такие новые и необычные. Движения хаотичные, потому что это сразу двое делают. Он заводится с новой силой, когда понимает, что его ждёт подобное, но в большем объёме. Остаток разума уносит куда-то подальше от него. Он подумает обо всё потом, а пока желает только отдаться в руки Минхо и Чана и просто расплавится в них. Таких мягких и грубых, таких ласковых и заботливых, таких чужих, но таких родных. Минуты тянутся, пальцы добавляются, а Хёнджин снова плакать хочет от такой стимуляции. Он хнычет, боясь к себе прикоснуться, потому что понимает, что кончит сразу же. Сквозь влагу на парней смотрит, намекая и стараясь всё же хоть что-нибудь сказать. — Если вы так продолжите, — ещё один стон вперемешку со всхлипом глотает. — То я снова кончу. — Так кончай, — поцелуй за ухом. Мать твою. Второй демон-искуситель собственной персоной. Он эту фразу таким голосом произносит, что Хёнджину ничего не остаётся, кроме как излиться с протяжным стоном на свой живот и живот Минхо. Дыхание восстановить пытается, пока движения сзади не прекращаются. Хван ручки тянет, чтобы парней остановить, потому что слёзы уже сами по щекам текут. — Ну-ну, — Ли большим пальцем по щеке проводит, утирая слёзы. — Ты так расчувствовался, малыш? — снова дразнит. — Ты такой чувствительный, Хёнджин-и, а мы ведь ещё не вошли в тебя. Только подготовили, — смеётся и оставляет кроткий поцелуй в уголочке губ. Чан без слов указывает Минхо, что дальше делать. Поворачивает лицо Хёнджина к себе и первый раз целует его. Хван аж в шоке глаза распахивает, но отдаёт всего себя в поцелуй. Чан целует совершенно иначе. Если Минхо играется с губами партнёра, кусается каждый раз, пытается языком всё исследовать, то Чан сминает их поочерёдно, углубляет поцелуй постепенно, как тягучий мёд, сплетает языки осторожно, но в некой схватке за первенство. От такого голову кружит. Хёнджин в поцелуй мычит от удовольствия. Ли за этим всем следит с улыбкой на губах, а после приступает к тому, что Чан ему указал. Размазывает по своему члену немного прозрачной жидкости и устраивается к проходу гостя. Руками придерживает за бёдра, насаживая того на себя. Хван срывается на первый громкий стон, ещё больнее впиваясь в плечи Минхо. Он чувствует полную заполненность. Хо вошёл полностью одним движением, но остановился, чтобы дать привыкнуть к его размеру. Хёнджин за это внутренне благодарит, а потом снова на оскорбления срывается, когда Ли начинается двигаться. Он бы понял, если бы всё было постепенно, но тот темп выбрал побыстрее. Чан сзади руки укладывает на тело Хёнджина, будто успокаивая и отвлекая его. С сосками играется, плечо кусает, языком узоры по шее выводит, а потом.… Потом пристраивается пальцами к проходу и шепчет на ухо томно: — Мы с Хо достаточно крупные, поэтому тебя нужно ещё немного подготовить, — и на все возмущения затыкает поцелуем. Хван вроде и сопротивляться пытается, да только сам же подставляется и насаживается на эти тонкие пальцы, чтобы уже скорее и Чана в себе ощутить. Терпение уже просто на пределе, а выдержка у него не такая хорошая. Вдруг кончит только от одного проникновения. Он мысли эти от себя отгоняет, разрывая поцелуй и головой машет. — Чан-хён, просто войди уже, — выдыхает. — Я хочу уже почувствовать тебя и Минхо-хёна в себе. И кто эти двое такие, чтобы отказывать их малышу? Поэтому Чан выливает и размазывает по всей длине достаточно лубриканта, чтобы скольжение было лучше и безболезненно. Он придвигается ближе и упирается в пространство между членом Минхо и верхней границей сфинктера. Бан движется медленно, аккуратно входя в чужое тело. Хёнджин гнётся в спине от такой растянутости и заполненности. Из глаз текут новые ручьи слёз. Всё ощущается слишком остро. Минхо отвлекает его прикосновениями к телу, ведёт по груди, очерчивая ареолы, спускается ниже, пробегаясь пальчиками у паховой зоны, обходя дёргающийся и истекающий член Хёнджина, сжимает эти прекрасные бёдра, что сейчас на нём. В это время Чан целует, сжимая руками бока так, что, возможно, останутся синяки. Хёнджин от таких ласк только сильнее хнычет, извивается весь, как змея, и уже не в силах терпеть. — Пожалуйста, быстрее, — всё, что ему удаётся сказать, пока силы окончательно его не покинули. Чан и Минхо движутся быстро. Меняют очерёдность проникновения в чужое тело. Первый в более выгодной позе, поэтому и входит резче и по самое основание. Второй же пятками в постель упирается и руками себе помогает, придерживая за бёдра Хёнджина. Стимуляция для всех выходит очень яркая. Парни по очереди замедляют темп, чтобы отдохнуть, но перед пиком ускоряются одновременно, выбивая из Хёнджина самые громкие и сладкие стоны за весь вечер. Он захлёбывается в слезах от наслаждения. Даже не успевает к себе прикоснуться, как окропляет всё белёсой жидкостью. Парни ещё движутся, чтобы догнать и своё удовольствие. Рык раздаётся с обеих сторон и Хван через пелену ощущает что-то тёплое внутри себя. Он валится на Минхо второй раз за вечер. Все трое загнанно дышат, стараясь восстановить сбитое дыхание. — Ты как, Хёнджин-и? — с улыбкой на устах искренне интересуется Ли, убирая взмокшую чёлку со своего и чужого лба. — Х-Хорошо…. Очень хорошо, — выдавливает из себя парень, всё ещё пытаясь вернуться в реальность. — Вот и отлично, — раздаётся позади, а после Хёнджин чувствует, как из него выходят. — Нам нужно всё здесь убрать и сводить тебя в ванную. Или ты предпочтёшь душ? — интересуется Чан. Блондин недолго думает и произносит «В душ», добавляя смущённо «С вами двумя».