Сквозь Года

— Что, ты чёрт возьми творишь, Алеников? — начала женщина, как только они вышли на улицу. Анатолий проигнорировал её вопрос и продолжал вести её к машине, которая находилась не далеко от ресторана. — Чего ты молчишь?! Ответь мне на вопрос, что происходит?! — немного повысила тон. — Ничего не происходит. — спокойным голосом ответил ей Анатолий, когда они подошли к чёрному минивэну. — Что, за цирк ты устроил в ресторане? Какое к черту министерство? Ты мне вечер испортил! — Ирина отошла от мужчины, который всё это время держал её за локоть и поправила пальто. — Не какой не цирк, я просто хочу с тобой поговорить, а Гена твой Кривицкий немного нам помешал. — одной рукой облокотился на машину, а другую засунул в карман штанов. Галстук снова начал душить. Он чувствовал, как надуваются вены от ярости, что зарождается в нем. Его злило то, что она сидела со своим бывшим, что они мило общались, смотря на друг друга так, как будто между ими что то есть. Он знал, что тогда в кабинете, она согласилась на ужин не просто так, а что бы позлить его, посмотреть на его реакцию. — Знаешь, что Алеников, иди ты к черту! Я с тобой разговаривать не буду! — произнесла приказным тоном сквозь злость. — Ладно, не хочешь, заставлять не буду, позволь хотя бы подвезти тебя до дома. — Анатолий постучал по машине и дверь открылась. Отпускать Ирину в этот вечер совсем не хотелось. — Ладно — женщина закатила глаза, после чего они сели в машину, и она тронулась с места. Почти всю дорогу они ехали молча. Ирина старалась не обращать на Анатолия внимание и смотрела в окно. Анатолий сидел в телефоне читал какие сообщение, после чего убрал его во внутренний карман пальто. — Через пару дней у вас будет проверка в Склифе. Новое оборудование проверять тоже будут, поэтому будь готова. — Анатолий первый прервал тишину. — Я Вас услышала, Анатолий Борисович. — вдруг не понятно, с чего перешла на более деловую форму разговора. — Хм...Чего это ты на вы вдруг перешла? — поднял удивленный взгляд на женщину. — Перешла и перешла, вам какая разница — сказала Ирина, не отрывая свой взгляд от окна. — Когда мы приедем уже? — Минут пятнадцать, Ирина Алексеевна — ответил водитель. — Спасибо — кратко ответил ему Анатолий и недовольно посмотрел на женщину, ему начало надоедать, то, как Ирина с ним разговаривает. Так с ним разговаривать он никому не позволял, и она была не исключением. Всю оставшуюся дорогу они ехали молча. Черный минивэн на конец то заехал во двор и через минут оказался у нужного подъезда. Дверь открылась, и Ирина вышла, уходить сразу не стала, за ней вышел Анатолий, поправляя воротник своего пальто. Затем дверь закрылась. — Спасибо. — коротко ответила Ирина и собиралась ходить. — Всё-таки не хочешь поговорить, ладно. — отодвинул полу пальто и засунул руку в карман, наблюдая затем как она собралась уходить. — Алеников, я ещё у ресторана сказала, иди к черту! — Ирина развернулась и произнесла в таком же приказном тоне как там у ресторана. — А теперь повтори это в нормальном тоне и без приказа. — этот тон порядком надоел ему, кровь снова начала закипать, и он поправил галстук. — Значит, только тебе позволено хамить и отдавать приказы? — В основном, — чиновник начал подходить и остановился, когда оказался лицом к лицу с Ириной, и ей пришлось смотреть ему в глаза. — А теперь перефразируй. Подсказка. Воспользуйся, словом “пожалуйста”. — Иди к чёрту, пожалуйста. — произносит женщина с ухмылкой и по её телу пробегают мурашки от такого маленького расстояния между ними. — Неправильный выбор. Его стальные руки с силой притянули к себе и его губы за доли секунд оказались на ее губах. Сначала она не поняла ничего, а только испуганно смотрела в его прикрытые глаза. Её рот под его жестким давлением уже не принадлежал ей самой и она начала зачем-то считать в уме: раз… два… на счет три она попыталась упереться ему в грудь и оттолкнуть, но всё это к ужасу Ирины оказалось сильнее её собственных желаний. Или не желаний? Быть может, тайных надежд? Где-то глубоко-глубоко в душе. Но совсем скоро думать и об этом у нее просто не было ни возможности, ни сил, ни желания. Раздеваться они начали прямо в лифте, по периметру которого их болтало из стороны в сторону. Они не могли разомкнуть языки и губы, поочередно прижимая друг друга то к одной, то к другой стенке. Потом каким-то совершенно немыслимым образом они очутились в теплой квартире Ирины. Анатолий окончательно содрал с нее пальто, которое уже давно болталось на ее плечах и придавил массой своего тела к вешалке. Деревянное изделие подозрительно закряхтело и с него посыпались какие-то шапки, шарфы, перчатки. Алеников легко поднял над собой Ирину и усадил ее на небольшой столик в прихожей, смахнув оттуда неловкими движениями рук всё, что там оказалось. А несколько секунд спустя, Ирина, повиснув на шее Анатолия и крепко обхватив его бедра ногами, с трудом соображала, что они уже пробиралась дальше сквозь дебри квартиры, нещадно разбивая, раздавливая и уничтожая абсолютно все на своем пути. Одежда хаотично разлеталась по углам просторной комнаты, цепляя в полете рамочки для фотографий, напольные вазы и еще черт знает что. Всё летело, разбивалось, падало, но это абсолютно никого не волновало. Потом совершенно обнаженные они вдруг оказались на кровати. Находясь в полуобморочном состоянии, Ирина искренне надеялась, что никто из соседей не додумается вызвать милицию или, что еще хуже, какую-нибудь службу спасения. Ну, что еще можно подумать, когда по ту стороны стены сначала раздавался жуткий грохот, а теперь безудержные стоны и крики. Ирина каждый раз задыхалась и едва успевала вобрать ртом новый глоток воздуха, когда ощущала, как разгоряченное, покрытое липкой испариной тело сверху накрывало её всю, а упругий и безжалостный мужской стержень энергично исследовал ее самое сокровенное внутри. Никогда в жизни, ни с одним мужчиной ей не было так хорошо. Он творил с ней что-то такое, от чего она как искусная совратительница извивалась, выгибалась, стонала и в сокрушительном желании победить эту схватку, вырывала у него всю инициативу и становилась полноправной хозяйкой положения. Ему это нравилось. Ирина прекрасно видела каких титанических усилий стоило Анатолию сдерживаться потому, что стон уже снова срывался на рык. В конце концов он не выдержал. Перекинув Ирину на спину, он вновь по-хозяйски расположился между её бедер и больше не стал мучить ни себя ни её. Кровать чаще заскрипела, ногти Ирины впились ему в спину, а его собственные руки силой сжимали плечи женщины. Они содрогнулись почти одновременно, выкрикивая в раскаленный воздух какие-то обрывки слов, и застыли. Они смотрели друг другу в глаза и никак не могли отдышаться. Говорить ничего не хотелось, да и не было в этом необходимости, когда спустя какое-то время они с новой страстью и ненасытностью принялись ласкать друг друга. *** Скомканная шелковая простынь небрежно прикрывала обнаженные тела мужчины и женщины. Они не спали, их глаза внимательно изучали лица друг друга. —Знаешь, что? — Произнесла Ирина и это были первые слова, произнесенные с тех самых пор, как они оказались в этой квартире, в этой постели. — Что? — Я тебя ненавижу. — улыбнулась и посмотрела в его серые глаза. — Не переживай это чувство взаимно. — Ты дьявол — А ты всё так же моя богиня. Алеников вновь наклонился к ней и поцеловал. Его губы уже не были такими жесткими и страстными. Они просто были очень теплыми, мягкими и даже немножечко волнующими.