Они погибли за долго до сраженья

Лань Цижень занёс руку, готовый в любой момент подать сигнал своим адептам, которые давно приготовились сражаться на смерть. Вэнь Жохань как его отражение, тоже поднял руку. Ни тени печали в его глазах. А Цижень в первые ощутил, что такое отчаяние. -Глава ордена Лань, держите спину ровнее,- Вэнь в привычной манере сделал замечание оппоненту, с оскалом наблюдая за тем, как бурча себе под нос и возмущаясь, Цижень всё-таки выпрямился, и смотрел на собственное отражение с нескрываемым восхищением. Сегодня Цижень-предмет восхищения всего ордена, так почему бы ему собой не восхититься? Ведь это день объявления его главой ордена. День, когда его жизнь измениться и эти изменения нельзя будет повернуть вспять. -Жохань, скажи мне, я красивый? -неожиданно он повернулся к соученику, с надеждой глядя на Вэня. Лань и так знал, что выглядит более, чем великолепно, не смотря на лёгкую щетину, начавшей расти бородки. -Конечно глава ордена Лань- пусть Жохань и не ожидал подобных вопросов, но всё же не растерялся, настолько, насколько надеялся Лань Цижень. Сам ведь высмеивал идею товарища по поводу бороды. –Как и всегда. Сердце начинает биться настолько быстро, что Циженю показалось, что оно сейчас пробьёт грудную клетку. Их первая битва, и в этой битве они должны погубить того, кто всегда был рядом, за кого цеплялись, к кому бежали каждый раз, когда не знали, как поступить. Сегодня чистые руки Циженя впервые испачкает кровь. Его кровь. -Глава Лань,- Жохань поклонился, сложив руки, в приветствии. -Глава Вэнь, - Цижень ответил ему таким же поклоном, в котором незаметно для всех по щеке скатилась одинокая слеза. Они стояли в зале главной резиденции ордена Цишань Вэнь. Лань не верил, что Вэнь рискнул пригласить его, а Вэнь не мог поверить, что его бывший товарищ был искренне уверен в том, что не получит приглашения. Последняя встреча. Он бы не простил бы себя если бы не пригласил. Жохань поспешно подошёл к Циженю, прижимая его к себе так крепко, как мог, слушая, как ритмично бьётся сердце главы ордена Лань. Сердце, биение которого завтра остановиться, и возможно, именно он станет тем, кто его остановит, и от этих мыслей он сам весь сжимался и хотел уйти в одиночную медитацию до конца жизни. Почему именно ему выпала тяжёлая доля быть главой ордена? Почему он родился единственным ребёнком в семье? Почему он влюбился именно в Лань Циженя, который отказался примкнуть его ордену? Почему это всё происходит сейчас именно с ним? Что такого он успел сделать за свою жизнь, что всё это досталось никому другому, а ему? -Не плачьте,- его рука скользнула по волосам Циженя. – Прошу вас, Глава ордена. Вам нельзя. Вы ведь так упорно следовали всем правилам, чтобы стать идеальным. -Не хочу я быть главой ордена! Я к этому никогда не готовился! Мне не нужны звания! Мне нужен ты Жохань! – Лань зарыдал, словно дитя, вытирал слёзы, хрустальным градом катящиеся по щекам, -Потому что я люблю тебя! – выпалил он то, что терзало душу и сердце со времён их обучения. -Жень-Жень, послушай, - Жохань решительно смотрел ему в глаза. – Что бы не произошло завтра, знай, ты единственный человек в этом мире которым я дорожу, - Вэнь замолчал. –Я люблю вас, - уже тише шепнул он, наклоняясь ближе к Ланю. Гусу Лань пылает огнём, их сердца тоже. Они погибнут первыми. Они уже мертвы. И кто бы не выиграл этот бой, Вэнь в любом случае проиграл войну против альянса «Аннигиляции Солнца», допустив свою смерть, а Лань проиграл войну с собой, со слезами и отчаянием сражаясь с ним. Они не первые, они не последние.