Я тону в твоих глазах

      Через пару дней мне написал Дима с предложением прокатиться на самолёте до Сочи. Я не раздумывая приняла его, но потом вспомнила, что мой бюджет потерпит небольшой крах. Это не остановило меня от поездки. Пришлось купить два билета в Сочи, чтобы Душнов не мотался по салону самолета. Олежа точно не смог бы сесть на место, которое уже занято другим человеком.       Чемодан я тащить с собой не стала. Я ехала туда на пару дней, а потом мы вместе с Димой вернёмся в столицу. И отсутствие багажа облегчало мне жизнь. Как минимум потому, что по прилёте мне не нужно было стоять в очереди и искать свой багаж.       Полёт прошёл нормально. Полтора часа пролетели незаметно. Олежа весь полет смотрел фильм, который мелькал на планшете напротив моего кресла. Чтобы не привлекать ненужного внимания к тому, что планшет работает на месте, где не сидит пассажир.       Дима должен был ждать нас около аэропорта. Но из-за моего топографического кретинизма я потерялась в четырех стенах аэропорта, поэтому Побрацкий искал нас в здании. При встрече я налетела на своего соседа по комнате. Пусть мы и недолго были в разлуке, но тишина в комнате, вместо его мирного сопения по ночам, очень напрягла. Я крепко обняла его за плечи и обменялась с ним рукопожатиями.       После мы на такси отправились по-зимнему Сочи прямо домой к Побрацкому, где меня встретила теплая и уютная атмосфера его дома. Квартира была маленькая и было видно, что его семья была не богатой, но  уютнее дома Димы я ничего не видела. В нос сразу же ударил запах ванилина и свежей выпечки.       Мама Димы сразу же окружила и меня, и его заботой. Усадила за стол, налила большую тарелку супа и наставила ещё множество блюд на стол. Разговор сразу стал клеиться. Она интересовалась моей специальностью, родителями, увлечениями и собственно нашим знакомством с Димой. Поначалу она подумала, что я это Оля и встречаюсь с Димой. Но потом мы уладили все недопонимания.       — Наконец-то у моего сына появился такой хороший друг!       После обеда мы сразу же пошли на улицу. Время было около четыре вечера и улицы уже стали темнеть. Мы прогуливались парку, когда наткнулись на пару знакомых людей.       — Куколка!       От этого слова меня уже давно передёргивало и этот раз не остался исключением. Мы с Димой остановились и одновременно повернули голову назад. Сзади нас шли трое. Две массивные мужские фигуры и одна женская. Она была достаточно миниатюрной по сравнению с двумя гигантами позади неё. Они вышли на свет, помогая нам разглядеть личности всех троих.       — Антон, — шёпотом, почти ни для кого не слышным, я сказала, это не шевеля губами.       Рядом с ним стояла девушка, которая близко прижимаясь к его боку, вложив свою маленькую ручку в изящной бело перчатке в его руку. На её лицо падала тень, я не могла разобрать её черты лица. Моё сердце пропустило удар. До этого момента я сомневалась в своих чувствах, но сейчас все сомнения отпали. Мне больно, значит я что-то чувствую. Третьей фигурой оказался Ден. Он улыбался своей ровной белоснежной и самоуверенной улыбкой.       — Куколка! Я так рад встретить на улицах этого города именно тебя, — Ден уже хотел пойти на встречу ко мне, но, встретившись с грозным взглядом Димы, быстро передумал. — С братухой Антоном вы знакомы. А эта милая дама — моя сестра Карина.       Девушка мило помахала ладошкой нам и подмигнула Диме, от чего Побрацкий помотал головой, чтобы выкинуть её образ из головы. С виду она была такой же приторной, как и духи, которые можно было почувствовать за километр. Меня раздражало в ней всё: её белая шапка, пышные кудрявые волосы поверх зимнего пальто, сверкающая улыбка и её рука, которая прицепилась к Антону.       — Карина учится на третьем курсе медицинской академии. Так что дружить со мной надо, а то врач поставит вам не тот укол, ха-ха, — Ден вошёл в фазу агрессии, визуализировав её под шутку.       — А я не болею, чтобы по врачам бегать, — в отличие от этого парня, Дима сразу начал активную агрессию, готовя кулаки, чтобы начистить ему его смазливую мордашку.       — Ну-ну, Дмитрий, — Антон влился в их разговор, — Ден просто неудачно пошутил. Не стоит так резко реагировать на его слова.       Антон попытался разрядить обстановку, но у него это мало получилось. Диму его слова задели ещё больше. Он тяжело задышал и ещё чуть-чуть и он точно вышел бы из себя.       Вдруг Карина наклонила ухо Антона к себе и стала ему что-то говорить. Её рука держали голову Антона максимально к себе, из-за чего во мне проснулся гнев наравне с обидой. К горлу подкатил ком, а глаза стали медленно намокать. Я не моргала, боясь, что пару слезинок всё-таки скатятся по моим щекам. Звёздочкин внимательно слушал то, что ему говорила девушка, а потом улыбнулся и выпрямился.       — Карина замёрзла и предлагает где-нибудь всем вместе посидеть, — он сказал это с расслабленной улыбкой от чего мне стало так паршиво. Я еле устояла на ногах.       — Сегодня без нас, — Дима сказал, как отрезал. Приобняв меня за плечи мы обошли троицу и стали возвращаться домой.       Я шла по парку со стеклянным выражением лица. Дима шёл рядом и не спешил начинать разговор. Мы почти дошли до конца парка, и вот тут Побрацкий решил начать действовать.       — Вика, с тобой всё в порядке? — Дима коснулся своей горячей рукой до моей. — У тебя руки ледяные.       Я остановилась, всё так же смотря в одну точку. Мне было невероятно больно, но картина так и стояла перед глазами. Картина, на которой Карина что-то говорила Антону, а он мило улыбался, держа её руку.  Я резко остановилась и посмотрела на Диму. Он тоже остановился и обеспокоенным взглядом стал осматривать меня снизу до верху.       — Вика, а...       Тут моему пределу терпения пришёл конец. Я моргнула и две большие слезы градом скатились по мои замёрзшим и красным от холода щекам. Я уткнулась носом в куртку Димы и разрыдалась. Вечер оказался просто отвратительным.

***

      Дома меня ждал горячий чай и плед и фильм про пингвинов. Больше ничего интересного по телевизору я не нашла. Мама Димы не стала нагружать меня вопросами. А вот Дима пытался вывести меня на разговор. Я понимала, что хочу ему рассказать, но не могу, поэтому молчала. Но это самое молчание заставляла мою душу разбиваться все чаще, больнее и сильнее.       Я сделала глубокий вздох и решила рассказать всё, что я сейчас думаю об Антоне и других людях в моей жизни.       — Я и Карина раньше дружили. Мы обе из одного города. И раньше учились вместе, — Дима сразу оказался около меня и сел напротив, слушая мой рассказ. — Отец Карины умер, когда она была подростком. А потом её мама нашла себе нового мужа, у которого был сын. И этим сыном оказался Ден. С ним я познакомилась уже в универе. А вот с Кариной отношения были достаточно сложными. — Я громко вздохнула. Разговор подошёл к самой сложной части, — наша дружба была игрой в одни ворота. Вся инициатива исходила от меня. Прогулки, поездки — всё предлагала я. А она только соглашалась или отказывалась. Потом мне это надоело. Я стала общаться с другой девочкой. Но потом разочаровалась в обоих, если честно. В один момент одна просто исчезло, а другая высказала всё, что думает обо мне и требовала объяснений и извинений. А я просто ушла. И с тех пор и я, и Карина делаем вид, будто мы чужие и не знаем друг друга.       Мне стало намного-намного легче. Я улыбнулась спокойной расслабленной улыбкой и вытерла слезы и сопли рукавом своей толстовкой.       — Больше у меня не было друзей в Москве. Пока я не переехала в комнату №213.       Дима подполз ближе ко мне и накинул на мои плечи теплый плед.       — Так ты приревновала Антона к Карине, так?       — Угу.       — Ну, Антон он такой. Он никогда мне не нравился. В следующий раз, когда я его увижу, надеру ему зад, — Дима крепко меня обнял, а я снова чуть не разрыдалась. Давно не чувствовала такого тепла от близкого человека. — Я всегда с тобой.