Я тону в твоих глазах

      Уже в следующий понедельник я была на занятиях. Хотя после недельных каникул я с неохотой шла по коридорам нашего университета. Лекции тянулись медленно и мучительно, мне иногда казалось, что минуты могут идти и назад. Эля как всегда залипала в игре и собирала три в ряд. Я же пыталась успеть записать хоть что-то за преподавателем, но мои пальцы оказали уже через 10 минут после начала занятия.       — Ты знала, что у нас снова замена сегодня? — Эля вкинула эту фразу совсем неожиданно. — Опять с Антоном. Ты же его помнишь?       Меня как будто окатило холодной водой. Сердце ритмичными ударами забилось в моей грудной клетке. Воздуха резко перестало хватать в легких. Мои руки сами потянулись с верхней пуговице моей рубашки, чтобы расстегнуть её.       — Эй, ты чего?       — Да, я помню Антона. Кто же не помнит Антона, — со стороны мой ответ выглядел скорее всего просто отвратительно. Мои глаза нервно бегали по аудитории в поисках того, за что можно было бы нечаянно зацепиться. Но своим действием я зацепила лишь взгляд преподавателя, который грозно на нас поглядел. Я сразу же отвела глаза в сторону. Мне стало стыдно. Хотя нас уже не раз ловили за разговорами во время лекции.       Мы сразу же замолкли до конца занятия. Теперь все мои мысли были лишь о следующей лекции, которую будет вести Антон. А точнее Антон Эдуардович.       В перерыве между занятиями мы стояли в коридоре у окна. Я чувствовала легкую тревожность из-за предстоящего занятия, хотя не представляла причины такого состояния. Эля открыла окно на улицу и мои плечи мгновенно обволок прохладный ветерок. В нос ударил приятный запах талого снега и сырой земли. Я отодвинула Элю чуть в сторону и сама просунула свою голову в распахнутое окно, вдыхая носом приятный весенний аромат.       Я бы и дальше стояла в тревожном предвкушении у этого окна, если бы наша группа не стала медленно заходить обратно в аудиторию, как только на горизонте появилась фигура нашего временного преподавателя. В неосвещенном коридоре его фигура шла медленно и устрашающе. Тяжелые шаги эхом отскакивали от темных стен. Это придавало ещё больше тревоги и страха.       — Ну, что ж, да начнется пытка.       Но на моё удивление лекция проходила максимально спокойно. Он даже не стал отмечать посещаемость. Просто зашел и стал читать материал. Но вид у него был не супер: под глазами были синие, почти черные, круги, под пиджаком не отглаженная рубашка. Голос был охрипшим и иногда пропадал, из-за чего Звездочкин часто кашлял. С момента, как Антон зашел в кабинет, он ни разу не поднял на студентов свой взгляд.       — Что это с ним произошло? — В этот раз мы отсели чуть дальше, чем раньше. Нет, даже совсем далеко, чтобы наши разговоры не отвлекали преподавателя.       — Ходят слухи, что он расстался с Кариной. — Эля сказала мне это на ушко совсем тихо, из-за чего сначала мне показалось.       — Что? Что? — Я распахнула глаза от удивления. — Ты сейчас серьезно?       Карина хихикнула и подсела чуть ближе, а я приготовилась внимательно слушать.       — На прошлой неделе в университетский чат слили фотографию, где Карина и ещё какой-то молодой преподаватель целовались на его рабочем столе. Потом откуда-то расползся слух о том, что так она отрабатывала зачет, который не сдала в зимнюю сессию. — Эля оглянулась на наших одногруппников, чтобы ничьи уши не следили за нашим разговором.       — И что было дальше?       — Я откуда знаю? Карина не появлялась в университете всю прошлую неделю, а Антон вот такой, — девушка посмотрела на Звездочкина, который как раз в эту секунду смотрел прямо на них.       — Две голубки на последней парте, останьтесь после занятия, — Антон сказал это уставшим голосом и не стал дожидаться нашего ответа, а снова принялся читать лекцию. Это был первый раз, когда он поднял глаза на студентов нашей группы, что было немного удивительно.       — Какой кошмар, — я чуть ли не взвыла на той последней парте.       После занятия мы с Элей остались в кабинете, пока Антон медленно собирал свои вещи. Тогда моя тревожность возросла в тысячу, а то и в миллион раз. Из-за сильного стресса я начала потеть. Поняла я это, когда из открытого окна снова повеяло прохладным воздухом, отчего по моей спине побежали мелкие мурашки.       — Элеонора, с вашими оценками я бы порекомендовал вам сидеть чуть поближе и на следующих семинарах у профессора Строганова работать в поте лица, — Антон снова не понимал глаз. Такое чувство будто он боялся смотреть на нас.       — Да, Антон Эдуардович, — я впервые видела, как Эля покраснела от стыда. Кажется она ожидала чего-то другого от Звёздочкина.       — Вы можете идти, а вашу подругу, — последнее слово он выделил интонацией. С его охрипшим голосом это слышалось очень устрашающе, — я попрошу остаться.       Я начала посылать мозговые волны с прощаниями всем своим знакомым. Мама, папа простите, но кажется сейчас этот злой дядя меня съест заживо и не подавится. Тут Антон второй раз поднял свой взгляд. Взгляд своих янтарных глаз. Именно здесь я поняла, что всё ещё не могу потерять его. Как бы я не пыталась бежать от себя, всё равно возвращалась к этом. И я всё ещё тону в его глазах.       — Я думал, что ты более прилежная студентка, Виктория.       Он впервые назвал меня полным именем. От этого по моей спине и рукам пробежали сотни мурашек. Я стояла и смотрела в его глаз. Они были полны отчаяния и грусти. Кажется ему тяжело.       — Я слышала, что произошло, — после моей фразы он громко вздохнул, — это правда?       Он сел обратно на преподавательский стул и указал на парту прямо пере собой, приглашая меня тоже присесть. Я села за парту, которая расположена прямо напротив преподавательского стола.       — Да, но разве это что-то меняет в твоей жизни? — Моё сердце сжималось от его печального вида, но давать слабину себе я тоже не могла. Если сдам позиции, что вернусь к началу.       — Вы правы, Антон Эдуардович, это ничего не меняет в моей жизни, — я опустила взгляд. На глазах стали появляться слезы, которые сразу скатывались на ресницы. Мне очень не хотелось плакать сейчас перед ним. Хотя бы потому что я сама не знала причину.       — Я же просил тебя называть меня по имени, когда мы с тобой вдвоём. — Я смахнула пальцами влагу со своих длинных ресниц и снова подняла взгляд на парня. Он сидел и смотрел прямо на меня, не отводя взгляда своих янтарных глаз.       — Я не могу этого сделать. Вы мой преподаватель, Антон Эдуардович. Нужно соблюдать этикет, — я грустно улыбнулась. Кажется, я его огорчила своими словами. Это было видно по его выражению лица. Такое чувство, что он стал её мрачнее, а глаза заблестели от обидных слов.       — Но с преподавателями не ходят на каток и не переписываются по ночам, — он решил поиграть со мной, но я не хотела отступать от своих слов. Если сделаю это сейчас, что начну все сначала.       — Тогда я была не преподавателем Антоном Эдуардовичем, а со своим другом Антоном, который учится в магистратуре, спасает людей в общежитии и был знаком с Олежей Душновым.       — Что же изменилось?       — Ты стал встречаться с девушкой, брат которой является конченым идиотом, — я улыбнулась при воспоминании о Дене, хоть он ко мне больше и не лез после нашего конфликта.       — А с кем я должен был встречаться, чтобы ты не избегала меня? Но я с тобой согласен. Это было глупое решение. У этой девицы и правда ветер в голове, — после этого он грустно ухмыльнулся и встал со своего места. — Но преподаватели не обсуждают такие вещи со своими студентами.       Я встала перед ним и посмотрела ему прямо в глаза. Ну же, прочитай в них, что ты мне до сих пор нравишься. Что я не могу не думать о тебе. О том, что я всегда вспоминаю тебя. Каждую минуту, каждую секунду...       Но он просто отошел к двери и открыл её. На глазах выступили слезы, и я скорее пыталась проморгать их. Я вышла из кабинета и остановилась в стороне, пока Антон закрывал дверь.       — Если вы хотите поговорить не как Антон Эдуардович, а как мой друг Антон, с которым я каталась на коньках, то напишите вашей подруги Вике, а студентка Виктория Воронова идет в общагу, в которой разогреет себе еду и будет смотреть сериалы всю ночь на пролет, — я улыбнулась и не дожидаясь ответа убежала к лифту, оставив его в одиночестве.       Дорога до общаги казалась невероятно длинной. Пока я шла пешком по затопленным улицам, уже успела сто раз пожалеть, что не поехала на метро. Весна подкралась незаметно и залила своей любовью всё, что только можно было. Из-за этого не хотелось высовывать нос на улицу.       — Я доплыла, — скинув свой портфель в сторону, я сразу же оказалась на своей кровати.       — Что-то ты сегодня долго, — Дима сидела за столом и что-то усердно писал.       — Звездочкин задержал после лекции. Опять заменял нашего препода.       — Ого, а я думал, что он взял академ. Его так долго не было.       — Он расстался с Кариной, — я уткнулась в подушку с глухим воем.       — Я слышал, что произошло. Так и знал, что она ему не пара. Вот к примеру ты, — он не успел договорить, как я запустила в него подушку, на которой лежала. — Эй, ты чего это?       — Он уже пытался поговорить, но я давно всё решила.       — Думаю вам всё-таки стоит нормально поговорить, — Дима встретился с моим гневным взглядом. — Я не заставляю тебя с ним встречаться. Но кажется ему тяжело. Ты бы могла просто ему помочь, как другу.       — Возможно.       Я перевернулась на спину и посмотрела на потолок. На стене висела гирлянда и переливалась желтыми огоньками. А на гирлянде висели старые фотографии. Их я ещё не успела снять после приезда. Там была я из прошлого и мои друзья. Я улыбнулась, видя как хорошо мне с ними тогда было. А потом я закрыла глаза и передо мной сразу же стали всплывать картинки с того катка, где я и Антон катались после Нового года. Я резко вскочила на кровать. Если сейчас я буду выпендриваться, то потеряю ещё одного дорогого мне человека. Пусть у нас и ничего не вышло.       — Ты прав, я должна с ним поговорить.