Секс по алфавиту

      Самолёт родителей Тэхёна благополучно приземлился в аэропорту Инчхон. Намджун встретив их у самого выхода, с чувством обнял обоих. Мама про себя отметила, как похорошел её сынок, каким он стал взрослым и красивым. Родители давно не видели своих детей и очень соскучились по своим мальчикам. Да ну это и понятно: в основном их бизнес перекочевал за границу, и им в последние годы приходилось постоянно находиться там. И сейчас они очень рады, что нашлись причины, по которым им обязательно надо быть в Корее. Когда их оповестили, что Тэхён и Сокджин решили жениться, они очень обрадовались. Все-таки, семейная жизнь обязывает ко многому, и уж теперь их мальчики точно не пойдут по кривой дорожке. Ну, а Намджун? А насчёт него никогда волнений и не было — положительный, со всех сторон. Оставляя его за главного, у родителей ни малейшего сомнения никогда не возникало, что что-то может пойти не так. По дороге домой Намджун рассказал в красках, какие у них дома новости. Как влюблён Сокджин, и как все удивились, когда узнали, что его избранник — Хосок. Ведь всю жизнь все считали, что тот ему, как брат родной. А вот ведь как повернулось! Родители слушали со вниманием и одобрительно улыбались. Ведь Хосока они знали с детства, как облупленного. С его родителями, они ведь ещё в универе учились вместе. И Хосок им всегда нравился. А вот что за парень у Тэхёна? Намджун рассказал историю их знакомства и родители засмеялись — какой молодец, не спасовал перед их мальчиком, сумел за себя постоять! И он им, априори, уже тоже понравился. Намджун подтвердил, что Чонгук вообще очень правильный омега — строгий и бескомпромиссный, и с ним не забалуешь. И хотя он из бедной семьи, но очень независимый и гордый. Но самое главное, что Тэхён от него без ума. Намджун вообще и не помнил, чтобы Тэхён к кому-то так трепетно относился. Да и у самого Намджуна всё шло хорошо. Бизнес процветал, а что ещё надо? Отношения? Ну, встречается он кое с кем. Об этом лучше потом. Ещё не время. Родители улыбнулись, и мама задала ему вопрос: — — Джуни, а может, и третью свадьбу сразу закатить? Что мелочиться-то? Намджун загадочно ухмыльнулся и ответил: — Ну, если только в Лос-Анджелесе. В Корее точно не прокатит. Родители многозначительно переглянулись. Они всё поняли. Но они уже давно живут по толерантным законам Запада, поэтому молча кивнули головой и тактично перевели разговор на другую тему.       Когда машина подъехала к дому, они увидели Сокджина с Хосоком. Они стояли на крыльце, держась за руки. Когда приехавшие вышли из машины, Сокджин бросился к ним навстречу. Мама прижала к груди своего младшенького и никак не могла от него оторваться — как повзрослел и похорошел! Действительно, жених — да и только! Хосок, глядя на эту семейную идиллию, стоял рядом и улыбался. Папа по-дружески хлопнул его по плечу: — Ну, колись, жених! Как тебе наш сыночек? — шутливо спросил он. Хосок смутился, покраснел и смущённо ответил: — Я его люблю, и прошу его руки! Простите, что так не официально. Но если вы согласны, я готов это повторить при всех в соответствующей обстановке. Папа расплылся в улыбке и сказал: — Не парься, зятёк! Всё хорошо! И мы с мамой согласны! Так, ведь, мать? Мама кивнула и быстро захватила Хосока в свои объятья, добавив его к притихшему в её руках Джину. И он на правах жениха, тоже получил свою порцию обнимашек.       — Тэхён звонил, они уже скоро подъедут. Вы проходите, располагайтесь пока, стол накрыт! — пригласил Сокджин. — А вечерком приедет чета Чон, родители Хосока. Наверное, вам с ними будет о чём поболтать. Мама всё смотрела на своего сынка и никак не могла на него наглядеться. Какой красивый, какой статный! — Джини, пойдем со мной, поможешь мне переодеться, да и посекретничаем немного между нами, омежками. Я так по тебе соскучилась! — Она всё никак не могла выпустить его из своих объятий. Она ведь так долго не видела своего самого маленького…       Когда Тэхён с Гуком зашли в дом, все уже сидели за столом. Тэхён зашёл первым. Родители быстро поднялись и бросились ему навстречу. — Тэхён, ТэТэ, наш славный мальчик! — воскликнули оба в унисон и стали затискивать его, как плюшевого мишку. Тэхён, почувствовал, что сейчас заплачет от избытка любви. Но взяв себя в руки, он просто сказал: — Мои любимые, я так скучал! Наконец-то! Наконец-то, приехали! Я очень счастлив! Чонгук стоял поодаль, в дверях и с завистью наблюдал эту сцену. Из его глаза выкатилась сентиментальная слеза, и защемило сердце. Ведь в его жизни никогда не было такой семьи. А так бурно выражать свои чувства, у них с мамой было не принято. Потому что это — удел простолюдинов. Но мамы сейчас рядом не было. Даже в такой ответственный момент его жизни, он не знал, где её найти. Обещала прислать адрес, но так и не написала ни разу. Как будто бы он без роду, без племени. Ну, наверное, может просто очень занята… Тэхён, чувствуя, как стало грустно его парню, обнял его за талию и подвёл к родителям. — Мама, папа, знакомьтесь — это мой жених, Чон Чонгук! Он учится в нашем колледже и тоже будущий спортсмен. Гуки, это мои любимые родители! Минута перекрёстных оценивающих взглядов и мама, улыбнувшись своей нереальной улыбкой, обняла Чонгука. Она нежно разворошила волосы на его голове и ласково сказала: — Добро пожаловать в семью, наш мальчик! Чонгук несмело улыбнулся. Ему стало очень тепло и приятно находиться в руках этой женщины. Он сразу заметил, как Тэхён похож на неё: такая же обаятельная квадратная улыбка, такой же красивый разрез глаз и такая же, еле заметная, родинка на кончике носа. И Чонгук, позволил ей себя увести и усадить рядом с собою за стол. Увидев, какой Гук стеснительный и молчаливый, она сразу же начала подкладывать ему лучшие кусочки еды, ухаживая за ним; успокаивающим тоном, что-то говорить ему на ухо. Вскоре Чонгук освоился и понемногу начал отвечать ей на вопросы. Вскоре оба так увлеклись своими разговорами, что перестали замечать окружающих. Папа сидел рядом с Тэхёном, напротив них. Альфы молча залипали на своих омег и многозначительно переглядывались. Иногда папа что-то шептал своему сыну на ухо, и тот медленно краснел, смущённо опуская глаза. Остальная троица обсуждала какие-то свои глобальные проблемы, изредка поглядывая на них. Чонгуку было очень тепло в этой атмосфере семейного счастья и он почувствовал себя своим среди своих.       Словно сговорившись, Сокджин, Тэхён и Намджун встали со своих мест и подняли фужеры с шампанским. Перебивая друг друга, они стали провозглашать тосты за родителей — каждый свой. Получилось смешно и нелепо. Но мама с папой, любуясь своими сыновьями, горделиво переглянулись — им понравилось! И в этот момент было понятно, что они, как бы похвалились сами себе: — «Смотри, какие красавцы у нас сыновья!» Папа поближе пересел под бочок к своей жене и нежно поцеловал её в висок. Он прошептал ей: — Спасибо за всё тебе, родная!       Тэхён вынул из кармана надрывающийся айфон. Звонил Шуга. Они с Чимином тоже должны быть здесь, но почему-то не приехали. Ну вот, хоть удосужился позвонить. — Да, Юн! Слушаю. Вы где? Родители уже давно дома. Здесь все. Только вас не хватает. По мере того, как Тэ продолжал вслушиваться, лицо его начало бледнеть, а глаз нервно подёргиваться. Тэхён, обеспокоенно посмотрев на Гука, тихо прошептал в трубку: — Жди. Я еду. Сидящий рядом Чонгук посмотрел на Тэхёна: ему не понравилось выражение его лица. Он, как бы успокаивая, тронул того за плечо, и спросил: — Что-то случилось? Я с тобой! — Нет, Гуки. Ничего особенного. Ты оставайся. Я скоро, — мягко осадил его Тэхён, и вскочил из-за стола. Стараясь унять свои эмоции, он как можно спокойнее сказал присутствующим: — Я должен покинуть вас ненадолго. Простите меня. Дела. Оставляю вам своё сокровище. Если не успею к вечеру, Гуки, прошу тебя — останься. Дождись меня по-любому. Хорошо? В знак согласия, Чонгук кивнул головой. Да ему самому сегодня неохота возвращаться к себе в общагу. Здесь так тепло и уютно. И много вкусной еды. Да ещё и шампанского выпил. Он остаётся. Джин, приближаясь к уходящему Тэхёну, яростно шепнул ему на ухо: — Да ты, братец, спятил, наверное! Такой вечер! Не можешь отложить, что ли? Мама с папой обидятся. Да и Гук не особо рад! — Прости, Джин! Шугыч звонил. По ходу, у нас катастрофа. Пока не могу сказать. Не волнуйся. Я скоро. Тэхён быстро схватил с тумбочки ключи от машины и выбежал из дома. Джин обеспокоенно посмотрел ему в след. По-видимому, действительно случилось что-то важное.       Когда Тэхён подъехал к назначенному месту, он увидел, как Юнги нервным шагом отмеривает круги вокруг своего автомобиля. По нему было видно, что он взволнован не на шутку. — Привет, Юнги! Идём, садись ко мне! Рассказывай всё по-порядку! Юнги присел рядом, вынул телефон и стал листать фотки, показывая их Тэхёну. Потом он попытался о чём-то рассказать. Но у него получалось плохо. Он говорил быстро и неразборчиво, захлёбываясь словами. Юнги нервно тыкал пальцем в фотки, и всё время прерывал свой монолог словами: «Он мне это не простит», «Что делать?», «Как быть?»… Закрыв на минуту его рот своей рукой, Тэхён остановил эту бессвязную речь. Он начал задавать вопросы, стараясь выстроить логическую цепочку слов. Юнги вынул из кармана сигарету и нервно закурил. Немного успокоясь, он начал по новому кругу рассказывать всю эту эпопею. Всю, вплоть до телефонного звонка шантажиста. У Тэхёна от этого рассказа волосы встали дыбом. Он, с укоризной в голосе, тихо прошептал: — Да уж, Мин Юнги! А вроде бы, мы с тобой договорились обо всём! — Ой, не начинай только! Я сам перенервничал. Проехали. Что делать-то? Пока он мне не звонил. Вот, всё жду и дёргаюсь. Вот кто это мог бы быть? Тэхён, конечно, понимал, что шантажисту денег давать нельзя, потом замучает. Но здесь на кону личное счастье друга… А может, даже и его самого. Ведь если об этом пари узнает Чонгук… И тут раздался звонок с его телефона. Тэхён нажал на дисплей, и… Глаза его округлились. Перед ним засверкали фотки всех омег по алфавиту из их внутреннего чата. Это были те, которые делал Тэхён для отчёта. Все двадцать три. Под ними было написано: — «Интересно, как посмотрит на этот спор ваш милый жених?» Немного погодя, высвечивается ещё одна — двадцать четвёртая, с надписью: — «А эту можно приплюсовать для счёта!» Юнги и Тэхён залипли друг на друга невидящим взглядом. Им стало страшно. Какой-то мудак затесался в их ряды и начал против них войну. Но у Тэхёна в голове быстро созревает план расследования. — Так, рассказывай, откуда ты про этого Чхве узнал? Юнги на секунду задумался и вспомнил: — Ну, захожу я как-то к Чимину в общагу и стою, жду лифт. А тут кто-то с вахты кричит: — «Чхве, постой, ты уже разместился в комнате? Тогда попозже зайди ко мне и забери свои вещи». И тут парень, стоящий рядом со мной около лифта, в ответ прокричал: — «Ладно, чуть позже только». У меня прям в мозгах блюмкнуло — это же буква «Ч»! Ну, я и представился Ким Тэхёном и пригласил его на свидание. Взял его номер телефона и на следующий день позвонил. Он согласился. И вот… Остальное ты знаешь. Я ведь хотел, как лучше. Тэхён кинул на него убийственный взгляд и сказал: — Продолжай! В какой ресторан ты его пригласил? В какой лав-отель? — Да в Soxo! А отель рядом, пять минут езды. Ты знаешь. Ты всегда туда всех возил. Тэхён поморщился — это ему вспоминать было неприятно. — Так. — Тэхён нервно постучал пальцами по рулю. — Говоришь, фотки как будто бы из-за стекла снимали? Поехали! — Куда? — В ресторан. Наверняка там есть камеры на улице. — Тэ! Точно! Ты гений! — подпрыгнул от радости Юнги. Парни подъехали к ресторану и начали осматривать его со всех сторон. Немного погодя, они облегчённо вздохнули: камер слежения было кругом немерено — камера на камере и камерой погоняет. Иначе и быть не могло. Благодаря этой камерной системе Сеул считался самым безопасным городом в мире. В это время зазвонил телефон. Номер был неизвестным, но Юнги уже предположил, кто это может быть. Прижимая трубку к уху, он поднёс палец к губам, смотря на Тэхёна. — Это он! — тихо прошептал Юнги, и включил телефон на громкую связь. — Это я! — как бы в ответ послышался скрипучий голос. — Я хочу 200 тысяч долларов. От такого нахальства, у Юнги округлились глаза. Но он спокойно произнёс: — Ну… Это очень большая сумма. Боюсь… И где гарантия, что вы потом от меня отстанете? — Придётся поверить на слово, — послышалось из трубки. — Ах, да… и с твоего друга Кима такая же сумма! Надеюсь, ты ему передашь? Иначе… Даю вам время подумать два часа. Я перезвоню и скажу, куда надо будет перевести. И, чтобы полицию здесь не задействовали! Я прослежу.       Парни, вне себя от гнева, решительно открыли дверь в ресторан. Там они нашли начальника охраны — огромного, грозного вида альфу. Он спросил, для чего им нужны эти записи с камер. И тогда Юнги выложил ему на стол пачку купюр. Он заговорщически подмигнул и намёками дал понять, что они хотят вычислить некую неверную жену. Тот понимающе хмыкнул. Но, когда он задумчиво взял эти купюры в руки и просмотрел камеры, он с сожалением сказал, что записей за этот период уже нет. И, что вчера приходил какой-то хмырь и выкупил их. Так, что помочь им, он никак не может. Но, за некоторую мзду, он сможет описать этого человека. Ребята согласились. И тогда охранник сказал, что это был мужчина, лет сорока, альфа, с чёрными волосами, не очень высокого роста, всё время улыбался, кланялся, был одет в классический костюм, приезжал на старенькой ауди белого цвета. Парни переглянулись. Кто это может быть, они и не догадывались. Таких знакомых у них, как-бы и не было. С понурым видом они вышли из ресторана. Не прокатило. Вдруг Тэхён громко закричал: — Эврика! Юн, смотри! И он показал на одну неприметную камеру напротив ресторана. Как разглядел-то? Она висела, как-бы в глубине двора. Установлена была, наверное, следить за лотком с мороженым, который стоял около ресторанных окон. И если ребята правильно рассчитали ракурс, именно из этих окон были сделаны снимки. Дело осталось за малым: они должны были найти владельца этой камеры.       И вот Юнги с Тэхёном, затаив дыхание, сидели перед монитором. Кто же этот таинственный шантажист, кому они перешли дорогу? Вроде бы ни у Юнги, ни у Тэхёна не было таких знакомых, похожих на описание охранника. Может, это кто-то из родственников обиженных ими омег? И тут Юнги вспомнил, что шантажист, когда впервые ему позвонил, действительно сказал, что он родственник омеги Чхве. — Так что ты сразу-то не сказал? — спросил Тэхён у Юнги. У него в уме появилась одна мыслишка по поводу этой фамилии. Но пока он её озвучивать не собирался. Не хотелось верить, что человек, который кормился из его рук, может так низко упасть. Да и откуда тот так подробно мог всё узнать?       А тем временем, по монитору им показали дорогу, лоток с мороженым, ресторан, людей. Они сидели уже почти как час, и просматривали всё очень подробно. Конечно, можно было бы прокрутить и побыстрее. Но ребята опасались пропустить хоть какой малозначащий момент. И вот они застыли перед экраном. По монитору они увидели, как к ресторану подъехала машина Юнги. Как Юнги открыл дверцу машины и подал руку омеге. Потом они неторопливо пошли к дверям ресторана. Камера видимо была расположена не близко. И то, что это были именно Юнги с омегой, ребята угадали по одежде Юнги. Парни насторожились. Они увидели на экране, как в это время, на противоположной стороне дороги остановилась белая ауди. Из неё вышел человек. Но лица его они не разглядели, было видно только спину. Он постоял у окна ресторана за лотком мороженного, зашёл за кустарник и начал торопливо что-то снимать на телефон. Потом он долго там стоял и всё вглядывался в окно. Дальше они увидели, как Юнги вышел из ресторана, неся на своём плече пьяного омегу. А этот сталкер опять начал снимать его на телефон. А когда машина Юнги тронулась с места, человек обернулся, садясь в свою. И… Стоп-кадр! Парни в немом молчании, открывая рты от изумления, посмотрели друг на друга. Это же…