Любовь без границ

***

Свобода…

Он шёл в одиноком лесу, рассматривая каждый день одну и ту же картину. Гнилые ветки деревьев, болота, комары и куча мусора.

Это твоя жизнь…

Взявшись за голову он сел в лужу. Муравьи и подобная нечисть ползала по его грязному телу.

Ты свободен…

Перед ним будто бы стоял тот самый человек, которого он сильно любил. Очень сильно. Ведь, про эту любовь можно было писать бесконечно, говорить о ней день и ночь. Но…чувство любви никогда не познает тот, кто не встретил свою родственную душу. — Ты любишь меня? Взгляд немного притупился но яркая, нежная улыбка мальчика не сползала с его губ. — Люблю… — ответил Осаму, убирая с руки парня муравья. — За что ты меня любишь? Яркий, огненно рыжий волос вился прекрасными кудрями по спине, а солнце пекло так, что эти кудри приобретали красный оттенок. Накахара никогда не переставал улыбаться — это было ему свойственно. Улыбаясь, он смотрел куда-то вдаль. Он видел то, что никогда не понимал Дазай. То, что никогда ему было не понять. Это человечность, ценность и наслаждение моментом. Алые губы Чуи накрыли губы Осаму и, в этот момент можно забыть обо всём. Обо всём, кроме настоящего времени… Дазай закрыл лицо грязными руками и тихо сидел в кустах. Он был на том месте, где ровно 21 год назад он был здесь со своей любовью. Любовью, которая погибла, но никак не чувства к ней. — Я полюбил тебя за то, что ты человек, — промолвил шатен, впервые улыбнувшись за 21 год. Его улыбка была искренней, она таила в себе много обиды с болью. Но эта улыбка ужасна на вид, и она скрывает в себе столько ужаса, что для обычного человека это покажется безумством с бредом. Прижимая к своей груди труп рыжего ребёнка, Осаму понимал ценность человеческой жизни лишь одного человека, которого уже нет в живых какие годы. — Милый мой… — Дазай гладил по голове маленького мальчика, тихонько повторяя одну и ту же фразу. Он лёг на траву, положив на себя гниющий труп.

Им никто не помешает.

Осаму Дазай кочевал уже какой год в лесу. Это место стало родным. Валяясь полностью голым, покусанным букашками и подобной нечистью, он лишь мечтал насладиться сполна рыжими, маленькими мальчиками.

***

— Итак, викторина! — Хлопнул в ладоши Осаму, сексуально смотря на трёх мальчишек. — Дядя Дазай, пожалуйста, помилуйте… — прошептал один из рыжих мальчиков, больше схожий с Чуей во внешности. — Что взамен? — Я…я буду с вами до конца вашей жизни! — Крикнул пацан, смущённо смотря на накачанное тело парня. Пару секунд спустя после крика, мальчик заставил подумать над происходящим Осаму. И в самом деле, он реально задумался. — Милый, ты обещаешь? — С надеждой спросил парень, ледяной рукой поглаживая бедро мальчика. — Дядя Дазай, обещаю! — По рукам. Твоя первая задача убить оставшегося товарища по несчастью, — сказал парень, доставая сигарету и закуривая, отложив на стол зажигалку. Взгляд голубых глаз одного из них привёл в чувства Дазая. Он с потерянностью смотрел в эти глубокие глаза, в которых был лишь один страх. Страх смерти. * Прям как Чуя… * — подумал шатен, осматривая его голое тело. — Милый, вставай на стул, — промолвил Осаму, указывая пальцем на мебель. Мальчик растерянно посмотрел в глаза парня и аккуратно, по засохшим лужам крови, прошёл к табурету. От страха дрожали ноги его. Он знал, что никогда не выйдет наружу, что его жизнь обречена. Стоя перед табуретом и подняв голову, мальчишка слёзно посмотрел на верёвку, что висела прямо над этим стулом. Не мыслив ни секунды, он медленно встал на него и повернулся лицом к товарищам, сжимая и разжимая кулачки. — Я готов… — сказал он потерянно, надевая верёвку на свою шею. Малыш, который дал посмертное обещание Осаму, подорвался и пнул стул, начиная трястись от страха. Дазай засмеялся, хлопая в ладоши. Этот пацан напоминал ему Чую, его Чую. После, мальчик подбежал к Дазаю и прыгнул на его колени, крепко обняв парня. — Я не уйду, никуда… — прошептал мальчик и уткнулся носом в шею Осаму. Дазай лишь в ответ обнял любовь, прижимая её к себе. Парень встал с малышом на руках и взял нож в руку, садясь на корточки перед трупом. — Милый, не пугайся. Осаму вонзил в живот лезвие и начал разрезать брюхо. Полилась алая кровь, и парень приставил ведро под труп. Разрезав живот, он откинул нож в сторону и засунул руку в его живот, доставая органы. Он отрывал их и кидал в грязное ведро. — Я люблю тебя, Чуя. Мальчик заплакал и посмотрел назад на труп товарища с перерезанной глоткой. — Я…я тоже люблю тебя, Осаму.

***

Дазай закрыл глаза и уже почти дремал с трупом мальчика. Прошло три дня, запах был не выносим, но он точно знал, что любовь не умрёт пока он сам этого не захочет.

Пока он сам не захочет своей смерти.

Осаму принял таблетки, что были у него на запас. Он посматривал краем глаза на вскрытые вены, ощущая больную судорогу. — Чуя…прости меня. Парень еле дышал. Тревога съедала его изнутри. Прошло некоторое время, и его тело обрело свободу, как и душа. Он умер ради него, оставив после себя след в истории. Его будут помнить и, это главное.

Любовь осталась, хоть они оба умерли, такова ведь жизнь.