Давай погуляем?

      Сейчас конец апреля — лучшее время для того, чтобы погулять. Солнце светит уже достаточно ярко и сильно, чтобы одеваться легко, но при этом ещё не жарко. Прекрасное время года! Особенно для школьников.       Только вот что делать, когда твои родители запрещают выходить на улицу, а в итоге тебе не хочется самому.       «Школа — это самое важное, а потом уже гулянки и пьянки!»       Так всегда говорил отец, когда как мать старалась сделать наоборот. На этой почве часто возникали споры, а ребёнку приходилось одевать наушники с музыкой и уходить в свою комнату. Ведь слушать эти споры было не самым приятным зрелищем.       В детстве такие вечера доводили до истерики, но никто в целом доме даже не пытался помочь мальчику. Слёзы сами текли по щекам, он просто не хотел слушать эти крики. Принимать чью-либо сторону, когда это требовали.       «Мальчики не плачут, нытик! »       Уже будучи достаточно взрослым, у ребёнка атрофировались многие чувства, а на лице была вечно одетая маска безразличия. Такая, какую он видел в детстве у родителей.

***

      Сегодня пятница, последний школьный день на неделе. Многие ученики, а ещё и некоторые учителя уже расслабленно и вяло ведут уроки, ходят улыбчивые и говорят о планах на выходные. Чему удивляться? Люди радуются возможности подольше поспать и отдохнуть. Проводят эти дни хорошо в кругу семьи, на улице, в кино и зоопарках или дома за просмотром фильмов.       Одним словом, кайфуют.       Другое дело те, кто не относится в категории «многие». Те, кому многое запрещают и говорят, что вместо «бесполезных дел» в виде гулянок и отдыха можно заняться полезными делами. Например: приготовить еду, убраться в квартире или сидеть по полдня за учебниками, проверяя каждое задание и смотря темы наперёд. А, забыла, ещё нужно почитать дополнительную литературу, это полезно.       Если начинаются споры, то это просто так уже не прощается. В таких случаях детей ставят на гречку или горох, бьют ремнём или, на худой конец, лишают телефона и других гаджетов, того, что доставляет ребёнку радость.       Обычно в таких семьях если и кричат, то родители на детей. Подросткам не дают свободы и воли кричать или спорить с родителем. Даже если родитель не прав, ты должен молчать и слушать, что тебе говорят.       О таких подростках сейчас и пойдёт речь. В точности об Осаму Дазае и Чуе Накахаре.       У этих двоих похожее воспитание, но разные взгляды на жизнь.       Осаму Дазай — это недочеловек с самой обычной, но привлекающей внешностью. Шатен, чьи волосы со стороны выглядят мягкими и гладкими, цвета тёплого шоколада. А глаза, в которых тонут многие девушки, уже тёмные, чуть ли не чёрные, коричневые. Выделяющие Осаму в толпе черты лица.       Дазай ненавидит своё лицо. Оно — это оболочка, что скрывает личность тёмного и несчастного человека. Который с детства понял, что в чужих улыбающихся лицах нет и капли искренности. И он пожелал умереть. Умереть не из-за того, что у него дефицит внимания или что-то подобное, хотя это не менее важно, а потому, что он просто не хочет тянуть этот груз. Выносить все эти взгляды, полные ненависти и безразличия. Сколько бы он не говорил, что устал, его лицо из раза в раз надевает маски, сквозь которые почти не видно его настоящего.       Его, который хочет лишь хорошего друга, а не человека, для которого он будет вещью, умом и поддержкой которого можно воспользоваться.       Осаму на самом деле уже потерял себя, не думает, что он личность. Ведь… Он не вправе выбирать. Души его лишили ещё далеком в детстве, когда сказали те слова, которыми разрушили детский мир ребёнка. Душа почернела, из неё вытекало всё содержимое каждый год, а ещё дополнялось ранами и шрамами, которые наносили в большей степени родители. Люди, которые должны любить тебя, просто используют как игрушку, чтобы исполнить свои мечты.       Используют в своих целях.       Так делают многие и со временем это стало настигать и Дазая. Да, он может тоже так делать, это не очень-то и сложно. Сложнее уверить себя, что в этом нет ничего криминального, что такова жизнь.       Он мальчик, пожелавший умереть, но также искренне мечтая понять, что такое искренность от другого человека. А может и понять, что такое любовь.       Чуя Накахара — сломанная личность. Яркий мальчик с рыжими блестящими локонами на солнце и глубокими, как океан, синими глазами. Чистая, как ясное небо, белая кожа. И улыбка, такая искренняя и по-странному тёплая, что иногда кажется, будто эту улыбку ему пришили.       Но есть один нюанс в этом комплекте внешности. Его глаза потухшие, как спичка, тёмные, горящие злобой, что очень странно смотрится с его улыбкой.       Яркий мальчик уже не может светить, как прежде, как тогда, пока был маленьким. Боль в сердце, вызванная смертью отца, так и не утихла в сердце этого ребёнка.       Он не смог смириться.       Однако, несмотря на всё это, он хочет жить. Отчаянно цепляется за неё из-за всех сил, но она, как вода, выскальзывает из его рук. Его мечта ограничивается тем, чтобы найти друга, опору в жизни. Того, кто сможет его понять и помочь, и кому он поможет в ответ.       Для кого он будет жить и радоваться, улыбаться. Кто заставит его глаза блестеть ярко и живо. Кто его не бросит.       Его характер вспыльчивый и на первый взгляд кажется очень злым, но это не так. Ведь дома он самый настоящий тихоня, из которого не вырвется и звук, что ты ему не сделай. Это человек, который боится любого движения мамы и готовый убегать сразу, как только поймёт, что его будут наказывать.       Да, из-за этого он двадцать раз ночевал в прямом смысле на улице. Ему было абсолютно неважно, зима сейчас или лето, дождь или жара.       Главное — не дома.

***

      Пятничный день и частичка вечера отливают лишь грустью для некоторых лиц. Ведь ну кто захочет сидеть несколько дней напролёт дома. Там, где спать по ночам — задача не из лёгких, где лишнее сказанное слово или действие могут стать роковыми. Там, где иногда не то чтобы ночевать, а жить не хочется…       Да, такие выходные, к счастью, не у всех, но такое всё же бывает. И сколько бы Вы не жалели их, они этого не просили и обращать внимание на это не будут. Кто, как не они понимают, что всем в большей мере плевать.       Сегодняшний день — это начало кошмара, который иногда даже в рабочие дни не прекращается.       Сейчас идёт последний урок математика. В классе стоит гробовая тишина, но только стоит прозвенеть звонку, как сразу в кабинете поднимается гам. Все весело и без задней мысли собирают вещи с парт и идут в раздевалку на первом этаже, попутно разговаривая с друзьями и договариваясь о том, где и когда погулять, сходить в магазин или в кино.       И только два человека, как обычно, медлят и нехотя собирают школьные принадлежности в портфели.       — Ну, что делать в выходные будете? — навеселе сказала учитель, всё также сидя на своём излюбленном кресле.       — Ну, гулять, отсыпаться… — чуть подумав, ответил ученик, имя которому Осаму Дазай.       — А ты, рыжик? — перевёл взгляд, хитрый, полный фальшивых эмоций, с учителя на одноклассника Осаму.       Тут уже рыжий парень Накахара Чуя посмотрел на людей, которые сверлили его взглядами. Он на пару мгновений застыл в раздумьях, но после, уже закрывая портфель, ответил:       — Дома сидеть, особо заниматься нечем. А Вы, учитель? — поднял два круглых океана в виде глаз Накахары. Он уже собирался уходить, но закончить разговор нужно было. Да и не спешил он особо.       — А вы, как думаете? Тетради ваши проверять буду, ну, может, и в зоопарк схожу, — посмеялась учитель. Как же иногда было приятно поговорить не на школьные темы с учениками. Особенно, когда не нужно кричать.       Ученики, улыбнувшись напоследок учителю, вышли из кабинета, попрощавшись и закрыв за собой дверь. Они в обычное время общались мало, но, несмотря на это, были почти единственными собеседниками друг друга. Некоторые их даже друзьями считали, хотя на самом деле это было не так.       Вышло так, что, идя друг за другом, Чуя вырвался вперёд, хоть и шёл неспеша. И, смотря на Накахару, Осаму задумался.       — Обычно Чуя не такой грустный. Ну, хотя бы улыбается. Будто бы что-то не так… Ну, не то, чтобы мне это интересно, просто… — дальше он задумался о чём-то совершенно другом, а после он и вспомнить не мог, о чём задумался.       Сразу появилось навязчивое желание поговорить, а не молчать и слушать тишину. Это было непривычно ощущать, и, скорее всего, сам Чуя это тоже чувствовал, но не в его стиле поддаваться таким порывам, ну, такие случаи были единичными.       Уже в раздевалке Осаму решил поспешить и одеться как можно быстрее. Свои желания он решил оставить при себе и не беспокоить по этому поводу единственного хорошего знакомого. И пусть у него дрожат руки, подгибаются ноги, а лицо выглядит так, как будто он убегал от дикого зверя.       Дазай уже направлялся к выходу, как вдруг на его плечо резко упала чья-то рука. Маленькая и нежная, но явно мужская.       Чуя.       — Подожди меня… Пожалуйста, — пробубнил Накахара и ушёл обратно к своим вещам. Этого времени шатену хватило, чтобы отойти от шока и привести своё состояние в норму.       Спустя пару минут послышались глухие удары обуви позади и почти сразу же его настиг рыжеволосый парень.       — Спасибо. Давай выйдем, и я объяснюсь, — всё также хмуро произнёс рыжик. По нему было видно, что он волнуется, буквально весь его вид и поведение кричали об этом.       Выйдя из школы, ребята пошли в сторону, под тень дерева, ведь было жарко, да и в поле зрения одноклассников попадать не хотелось не одному из них.       — Ну, в общем… Давай погуляем? — эти слова Накахаре пришлось выдавливать из себя силой, ведь такое он говорит впервые за всю свою жизнь. Удивительно, да?       Сам же Осаму сначала не знал, что ответить. В обычной ситуации он бы просто отмазался как-нибудь и ушёл, но сейчас. Тот человек, которому Осаму доверился больше всех на земле и которого считает одним из лучших на планете.       — Давай? — ответил Дадзай больше с вопросительной интонацией, потому что до сих пор не верил в происходящее.       — Прости, но домой мне возвращаться нельзя. Так что, куда пойдём? — с опаской продолжил Накахара, будто бы боясь, что шатен сбежит.       — Ого, да мы прямо похожи. Только вот у меня дома никого нет, так что ты можешь зайти ко мне! — весело сказал Осаму. Он подумал, что если Чуя вернётся домой, то его просто не выпустят больше.       — О нет, нет, спасибо! — начал отнекиваться Чуя. Он не хотел со стороны показаться попрошайкой или ещё каким-то таким, просто молчать об этом надоело. Хотелось поделиться этой новостью с кем-то, и Дазай это прекрасно понимал и в глубине души стало тепло от того, что он смог чем-то помочь этому рыжику.       — Ну тогда пошли погуляем по… — уже начал говорить Осаму, как его нагло перебили.       — Пошли, — мягко улыбнувшись, произнёс Накахара и, взяв за руку Дазая, повёл его куда-то.       Солнце уже понемногу опускалось за здания города, небо было чистым, как глаза одного коротышки. Они пленяли сердце вечно отчуждённого и хмурого Осаму.       Продолжение следует…