Сговор

Олег дураком не был. Прекрасно видел, какими именно глазами на него смотрел Дима. Читал все в действиях, которые Матвеев делал в его сторону. Слышал в словах, которые тот ему говорил. Если ты упадешь, я обязательно остановлюсь и подниму тебя. Да даже по этим, не всегда заслуженным, десяткам на голосовании все было понятно. Шепс не понимает, как можно так долго думать, стоя среди ночного города. Вдох-выдох, затяжка-дым, окурок-новая сигарета и так по кругу уже который час. В голове слишком много мыслей. Они кружатся, запутываются сильнее и становятся ещё более невыносимыми. Курение помогает хотя бы немного привести себя в порядок. Сейчас сигареты для Олега — опора, помогающая не упасть в омут. Жизнь для Олега — игра на публику, и Матвеев оказывается одним из тех, кто эту игру раскусить не смог. Он тонет в неозвученных чувствах и не знает, что с этим делать. — Какая встреча. Шепс вздрагивает, не ожидая услышать голос человека, о котором думал, травя себя сигаретами, последние пару часов. Съёмки кончились ещё вечером, но Олег, видимо, как и Матвеев, решил не ехать домой. Оборачиваться на голос ему, если честно, не особо хотелось, но такое заметное игнорирование было бы чересчур даже для медиума. Поэтому, помедлив несколько секунд, тот все-таки разворачивается по направлению к месту, откуда услышал обращение к себе. — Привет, не ожидал тебя тут увидеть, — говорит Олег, делая шаг к человеку, стоящему напротив. — Да, привет, я тебя тоже, — тихо, едва слышно, отвечает парень. — Зажигалки не найдется? Дима опускает взгляд на руку Олега, в которой тлеет, уже неизвестно какая по счету, сигарета, а потом поднимает прямо на чужие глаза. Шепс, не разрывая зрительный контакт, запускает руку в передний карман джинс, достает зажигалку и передает ее чернокнижнику. А потом смотрит, не в силах оторваться, как тот выхватывает одну сигарету из своей пачки, отправляет ее в рот, и, держа между зубов, прикуривает, блаженно закрывая глаза. — Спасибо, — зажигалка оправляется назад в карман. Олег никогда не чувствовал чего-то похожего на то, что ощущает сейчас. Стоять ночью где-то в центре города и курить — это нельзя назвать пределом мечтаний. Но ситуация кажется до жути правильной. Будто бы так действительно должно быть, особенно с этим человеком. Наверное, он никогда не чувствовал себя правильнее, чем сейчас. В воздухе пахнет грядущим летом, людей вокруг почти нет, поэтому можно расслабиться. Можно позволить себе неспеша пройти вдоль пары улиц. Можно быть рядом. Шепс начинает рассказывать истории из детства, а Дима — из Китая. Будто бы они друзья. Будто бы они близки. На самом деле Олег нуждается в нём, как бы не твердил обратное. Но Шепс играет по своим правилам. Он тяжело вздыхает, признавая свое поражение. — Если я позволю себе быть неравнодушным в твою сторону, то сломаюсь, — звучит лишь в голове. А на деле: — Ты будешь счастлив, Дим, но не со мной, — шепотом, когда скурена почти вся пачка. — Потому что я не тот, кто тебе нужен.