Жертва Любви

Ты сидишь рядом. Занят. Как, впрочем, и всегда. Я могу часами смотреть, как твои тонкие пальцы сжимают кисть, как та пушистая часть оставляет на бумаге цветные следы. Я уже не маленький и не верю в сказки, но, то, что ты делаешь иначе как волшебством назвать нельзя, холодный белый холст становится яркой дверью в мир твоих фантазий. Мне бы хотелось, чтобы ты так же раскрасил мою пустую душу. Я не посмею попросить больше чем нужно для того, чтобы просто жить. Иногда ты закалываешь свои светлые волосы в высокий хвост. О, если бы ты знал, какое действие это оказывает на меня, то, наверное, ходил бы так постоянно. Да, да, Соби, холодный неприступный Сеймей вместо того, чтобы прилежно учить физику бредит о твоих пальцах, о шелке твоих волос и о чарующем голосе… Брррр… меня снова бросило в дрожь. Ты улыбаешься мне всегда так тепло, так искренне, как улыбаются дети в годы невинности и счастья, но ведь у тебя их не было. Как же так? Соби, ты знаешь… я недавно понял… я люблю тебя. Одна мысль о тебе рождает во мне бурю эмоций, я начинаю задыхаться, а моё сердце разрывается на части. Наверное, я больной. Мне больно, очень больно. Делать это... но я должен, ты никогда не узнаешь, почему и зачем я это делаю, никогда не увидишь моих жертв, никогда не скажешь "спасибо". Но самое ужасное, что в твоем сердце я не вижу ни ненависти, ни злости ничего… ты просто снова улыбаешься. -Соби, мне надоела твоя мазня! Ты ничего не делаешь кроме марания бумаги, кроме того, этот звук мешает мне заниматься! – в моем голосе раздражение и злость. -Прости, Сеймей, я не знал что мешаю тебе…-ты грустно улыбаешься и убираешь краски. Берешь баночку с грязной водой и кисточками, идешь на кухню. Я на секунду касаюсь пальцами холста и закрываю глаза. Вот он ты… в этих разводах акварели. Твое подчинение, твоя непокорность, твоя холодность и твой огонь. Соби… покажи мне все, я прошу! Хотя, нет! Лучше не показывай, тогда я не смогу держать себя в руках. Ррррррр! Как я себя ненавижу за эту дебильную любовь! -Сеймей, я… -Пошел вон! Ты застываешь на секунду, непонимающе смотришь на меня. Я сейчас выгляжу, наверное, крайне злым. Это ты меня доводишь. -Я сказал, убери от меня этот хлам! – я толкаю ногой старый мольберт, и он с грохотом падает на пол, твоя новая картина поздоровалась с деревянным покрытием и явно размазалась. Прости Соби. Ты тихо подходишь и поднимаешь своего трехногого друга. Да, так и есть, вот и пятна. -Сеймей, ты, наверное, очень устал, да? Ты ложись, я пока все уберу и принесу тебе молока. -Ррррр! И волосы распусти, ходишь тут как проститутка. Заползаю под одеяло, даже не раздевшись, нужно отвернуться, слезы душат меня с новой силой. Умоляю! Только не сейчас. Наша с ним Связь. Он поймет. Я одержим тобой Соби. Я в агонии. Ты ведь такой умный, неужели ты все еще не понял этого? Или понял и теперь просто играешь со мной? Умоляю, побудь дураком. Пальцы с силой сжимают одеяло. Перед глазами вспыхивает тот день, когда ты должен был стать моим бойцом. «-Я дам тебе нечто особенное, кое-что очень важное для меня. Я дам тебе идеального бойца. Он не знает страха и боли. -Да, сенсей, я слышал о нем. Это действительно большой подарок. Я благодарю вас. -Подожди. Я должен поставить тебе условие. -Какое же? Я сделаю все, что прикажите. -Душа и сила Соби зародилась в боли и страданиях, держи его постоянно в этом состоянии, тогда он останется сильным бойцом. -Но это будет жестоко… -Распустишь его и Соби труп, после ласки и нежности. Он теперь твой. Так что сам решай, каким он тебе нужен : живым или мертвым. -Я понял, боль и страх…» Тогда мне казалось, что это будет просто, но только вот… что мне делать, если я с каждым днем, с каждой минутой люблю его все больше, если мне хочется зарыться пальцами в его мягкие светлые волосы и больше никуда не отпускать. Ха-ха! Сеймей, ты последний дурак. -Я.. ви..те..я… - слезы подступают к горлу. -Что? Сеймей, ты что то сказал? Я молоко принес, на, выпей…- ты протягиваешь мне стакан наполненный подогретой белой жидкостью. -Я ненавижу тебя! – «я люблю тебя, Соби» Ты садишься рядом, и я оказываюсь прижатым к твоей груди, такой теплая и широкая грудь. Сердце бьется так быстро, как хорошо, как приятно. Я замолкаю и слушаю его биение. Все. Это конец. Я попался в твои сети. Не могу и слова сказать. -Сеймей, тише, все хорошо… вот... - ты подносишь к моим губам стакан и заставляешь выпить все небольшими глотками, с молоком в мое сердце приходит успокоение и растекается тепло. Как в детстве. Я расклеился. Прости, Соби, я не смог сделать, то что нужно.- вот так… хорошо..-шепчешь ты и нежно поглаживаешь своими длинными пальцами мое плечо. -Соби…-Голос хриплый, тело непривычно трясет. У меня истерика! Наконец дошло! Вот почему ты такой нежный.- Не смотри! -Но я хочу… ты прекрасен… - нежный поцелуй в висок. Твои волосы щекочут мне лицо. -Не смотри! Это приказ. -Да. Как прикажешь… - ты закрываешь глаза но не отпускаешь меня, а лишь крепче прижимаешь к себе. Будто это жизненно необходимо. Ты идеален. А я почти умер в твоих руках. -Соби, ты сделаешь все, что я прикажу, верно? – голос больше не дрожит, и я не плачу. Горите огнем правила и запреты. Соби мой! Я ведь больше никогда не отпущу тебя. -Ты ведь знаешь, что да… я умру за тебя… -А ты сможешь… стереть себе память? -Что? зачем?- в твоем голосе столько удивления. -Отвечай! – я теряю самообладание, но боюсь, что отступлю. -Смогу, если прикажешь… -Отлично… Соби, - в моем голосе звучит уверенность и твердость. -Сеймей… - ты сжимаешься. Этот тон всегда говорил о надвигающихся проблемах, но не теперь… хотя, может, сейчас это и так, но… я целую тебя в губы, нежно и трепетно, как мечтал все это время. Твое сердцебиение ускоряется в несколько раз, а тело неистово дрожит. И это с одного поцелуя? – Что ты делаешь?... – на выдохе. -Соби, скажи… хоть одно слово против, и я не стану… - раньше я не думал, что ты можешь не захотеть, но ведь ,может, я действительно ожесточил твое сердце. -Сеймей, если это проверка, то я не выдержу ее… я хочу быть с тобой. Раб, боец, не важно… только бы с тобой, но если ты так хочешь проверить меня, то знай, что я не смогу выдержать этого… ты отталкивал меня и я сдерживался, как умел. Но если ты дашь мне сейчас хоть немного воли, я больше не буду держать себя в рамках. Решай ты... -Я все давно решил… - нежно обнимаю тебя за шею и целую в губы. Наконец. Покой, тепло, сладость.- Соби… как только все закончится, ты все забудешь. Это приказ. -Да… как прикажешь… - ты с силой прижимаешь меня к кровати своим гибким горячим телом, и понимаю, что ушки на моей голове неимоверно тяжелые. *** Все было волшебно. Мне было так хорошо… я умирал под ним, а он во мне. Я зарывался пальцами в его волосы. Нежный шепот мне на ушко сносил крышу (прим. автора: и ушки ^^), заставлял желать с большей силой. Мое тело вновь и вновь в сумраке ночи поднималось над кроватью в приступе удовольствия и блаженства. Никто не смог подарить мне столько, сколько ты, Соби. Мой beloved,мой возлюбленный… В моем сердце, будто в клетке теперь порхает бабочка, волшебная голубая бабочка. Это твоя душа Соби, она бьется во мне с новой силой, каждый раз, когда ты сидишь рядом и вновь рисуешь. Мне пришлось купить накладные ушки и хвостик. Я так разволновался, что настоящие засунул куда-то и забыл, поэтому я запретил убираться без меня. -Снова эта твоя идиотская мазня…-спуская очки на переносицу. Изгиб твоей шеи… ты там особенно чувствителен. -Прости, - ты улыбаешься мне. Ты и правду безупречный боец. Забыл, как я и приказал. Но в душе от этой мысли что-то кольнуло. - Тебе принести теплого молока? – ты поднимаешься и убираешь все свои принадлежности, закрываешь краски. -Ну давай…- я не нахожусь, что ответить. -Я быстро… - ты выходишь на кухню, а я включаю телек. Ты рад, что я не вижу твоей улыбки и не слышу фразу, произнесенную куда-то в пустоту: -Все-таки я очень непослушный Боец… А в твоей тумбочке среди красок лежат маленькие черные ушки и хвостик, напоминающие тебе о том, что сердечко твоей жертвы навсегда останется в твоих руках.