Связь

      Будучи новичком на небесах, Сохи оглядывала всех и вся. Ей было жутко интересно, что они собой представляют, но в то же время страшно, что они будут карать их или миловать — по-своему усмотрению. Был отдан приказ не прикасаться ни к кому из «предателей» до окончания слушания, чтобы не нарушать закон. За свои резкие и необдуманные действия Пак Чимин тоже предстанет перед советом, как обвиняемый в покушении на убийство живого существа, пусть даже одним из них был нефилим, но вот простить его за нападение на ангела Ким Сокджина — другой вопрос. Грубо говоря, он чуть не убил своего брата, а когда отобрал благодать и стал издеваться в присутствии Сохи, так вообще нарушил с десяток законов.       Всё это им рассказал Джун по пути наверх, продолжая тихо говорить, уже широко шагая по светлым коридорам с миллиардами дверей. Сохи нервничала достаточно заметно, на что бывший ангел взял ее за руку и сжал, что есть силы. Джин верил, что они самогут оправдать себя, защитить свое честное имя и по справедливости наказать лишь виновных. В огромном зале было так же светло и чисто, как и везде в этом месте: три огромных стола, что были длиннее гостиной Юнги раза в два, небольшой высокий стол для судьи, что возвышался над остальными, несколько стульев для тех, кто обвиняется, включая уже сидевшего в одном из таких Чимина. Сохи стало не по себе под пристальными взглядами ангелов и архангелов, она поежилась, так как во многих были страх, осуждение и… боль?       Распределившись так, чтобы Сохи и Джин не оказались рядом с мучившим их архангелом, Джун прокашлялся и начал свою речь:       — Здравствуйте, уважаемый совет. Меня зовут Ким Намджун, я представитель двух архангелов, не включая меня, одного нефилима и одного бывшего ангела, — он прокашлялся и продолжил, обратив на себя внимание всех сидящих, — Сегодня я и мои подопечные пришли за справедливостью в лице Верховного Небесного Совета, которую, мы надеемся, нам смогут дать.       — Прошу выдвинуть обвинения, — отозвался седовласый мужчина за высоким столом.       — Сторона обвинения заключила следующее, — высокая девушка в очках встала со своего нагретого местечка и начала тараторить, — За побег, а вместе с тем и укрытие от небесного совета нефилима, приговорить Ким Сокджина, ангела третьего ранга к пожизненному заключению в небесной тюрьме. Правка: человека Ким Сокджина приговорить к десяти годам лишения свободы на Земле.       — Протестую, — не подумав, выкрикнула Сохи, на что Джун шикнул.       — Слушаю, — удивленный судья, несмотря на правила, решил выслушать Сохи.       — Ким Сокджин был лишен благодати Пак Чимином на глазах у десятков ангелов и моих, а после подвергался жестоким пыткам со стороны вышеупомянутого архангела.       Как на одном дыхании говорила рыжеволосая, привстав с места. Ким пытался ее одернуть, но тщетно, она лишь отмахивалась от Джуна под ошарашенные взгляды остальных.       — Принято, — мужчина кивнул, — Сторона обвинения?       — Сторона обвинения заключила следующее по делу нефилима На Сохи, — раздраженно продолжила женщина, — За неправомерное пользование своей силой, нанесение тяжкого вреда двум людям в лице Го Богома и Чхве Ыну, нанесение вреда небесам, за использование силы в присутствии нескольких людей, не обладающих никакими способностями, а после и побег — приговорить На Сохи, нефилима, к смертной казни.       Последнее слово звучало, как последний вздох для кудрявой. Сохи болезненно сморщилась и уже было начала истерику, но Джун внезапно заговорил.       — В опровержение хочу сказать.       — Да, сторона защиты.       — На Сохи узнала, что она нефилим на двадцать седьмом году жизни, произошло это лишь при возникновении опасности для жизни самой На и еще двух девушек, полиция на Земле разобрала это дело, мужчин, они кстати, не нашли после в камере, хотя они были живы, моя подопечная не убила их. К слову о тяжких телесных — оба мужчины, как оказалось позднее и выяснилось нами, являются демонами, — все тут же пооткрывали рты, включая обвиняемых.       — Так, а что насчет небес?       — Моя подопечная не знала, как управлять силой до момента, пока Ким Сокджин не сопроводил ее к архангелу Мин Юнги, — указал на мятноволосого, который с приторной улыбочкой помахал совету, — Он обучил На Сохи контролировать свою силу.       — Сторона обвинения?       — На Сохи пыталась убить Пак Чи…       — Ложь! — завопила девушка, — Пак Чимин пытался убить Джина и меня в том числе! Не позволю так нагло обманывать всех здесь присутствующих! Пак Чимин решил, что мы угроза для небес без обоснованных доказательств и сам захотел расправиться с нами, даже не удосужившись оповестить совет!       Судья внимательно слушал, а совет начал шептаться. Чимин рыкнул на девушку и дернулся, чтобы подняться, но крепкая рука Юнги усадила его на место.       — Не дергайся, красавчик, — на что получил оскал.       — Что-то еще?       — Да, — Джун вышел вперед вновь и указал на отца Сохи, — У Ханыль двадцать семь лет назад сбежал со своей женой и ребенком, чтобы сохранить им жизнь, но жена господина У была жестоко убита ангелами не так давно.       — Что же вы хотите этим сказать?       — Что совет явно не в курсе проделок Пак Чимина! — Джун повысил голос, у него сдавали нервы, но он держался молодцом, — Архангел явно превысил свои полномочия и убил невинного человека, который просто родил ребенка со своим возлюбленным.       — Но ведь тогда мы не знали, что нефилимы могут быть не опасны, — вступила сторона обвинения.       — Потому что надо сначала спрашивать, а потом палить без разбора, — фыркнул на нее Намджун, от чего та осела обратно на свой стул.       — Совет готов озвучить свое решение? — ангелы за столами тут же закивали.       — Считает ли Небесный Совет виновным Ким Сокджина и готов приговорить его к десяти годам заключения в лице человека?       Никто не шелохнулся. Мужчина кивнул и продолжил:       — Считает ли Небесный Совет виновной На Сохи и готов приговорить её к смертной казни?       Снова тишина и не единой руки:       — Все обвинения с нефилима и бывшего ангела сняты, — мужчина стукнул молотком, — Слушания по делу У Ханыля, Мин Юнги и Пак Чимина пройдут завтра. Прошу не опаздывать.       Что? Какое слушание? Еще одно? Отец невиновен и это все уже поняли, так для чего снова совет? А Юнги что успел сделать не так? В его прошлом, видимо, был маленький секрет, за который он расплачивается сейчас. Мин даже не моргнул на высказывание судьи, он так же с безразличием на лице осматривал всех выходящих ангелов.       — Юнги? — Сохи положила руку на плечо друга.       — М.       — Что за слушание. Что от тебя хотят?       — Я провинился некоторое время назад и долго скрывался, — он кашлянул, говоря как можно тише, — Я сам пришел к ним и они ошибочно предположили, что с повинной и готов понести наказание за содеянное.       — Юнги, мы тебе поможем, обязательно…       — Сохи, мне ты ничем не поможешь, — он слабо улыбнулся подруге, — Лучше будьте с Джином счастливы, а обо мне не переживай.       — Мин, ты придурок? Мы тебя не оставим. Только не после того, что ты для нас сделал!       — Не беспокойся, Джун скажет о моих подвигах, — он впервые заливисто посмеялся и игриво подмигнул, но от его смеха девушке стало лишь грустнее.       Джин взял ее за плечи и повел на выход с небес, так как им делать здесь было нечего, а вот остальные три архангела остались наверху. Отец перед уходом поцеловал дочь в лоб и пообещал, что все будет хорошо, а Сохи расплакалась еще больше. Вдруг не будет?       — Не будь размазней, — Юнги щелкнул ее по носу, и пара растворилась в облаках белого дыма, оказавшись на мокром от дождя асфальте.       — Вот и всё, — проговорил Ким, все так же обхватив плечи девушки.       — Не всё! Мы идем завтра на совет. Я не хочу терять друзей и отца, поэтому мы будем свидетелями.       На следующий день, будучи на нервах, Сохи поднималась с Кимом на небеса вновь. Они прошли по тем же коридорам и вошли в то же помещение. Удивленный и даже раздраженный взгляд Мина говорил сам за себя, а обеспокоенный взгляд Ханыля бил девушку под дых. Джун не удивился и кивнул на свободные места свидетелей, будто знал, зачем они здесь.       Слушание двух архангелов прошло куда лучше, чем у Пак Чимина, того же обвинили во многих деяниях: клевета, превышение полномочий, убийства (в том числе матери Сохи), сотрудничество с демонами в целях ловли или убийства, братоубийства. Он был приговорен к смерти. Рыжеволосая не была рада, но знала, что он заслужил это. Нельзя безнаказанно совершать такие подлые, гнусные поступки. В этот раз он не вышел сухим из воды.       Снова оказавшись на Земле, Сохи вдохнула свежий воздух, облокотившись на своего парня. Тот погладил кудрявую по волосам и улыбнулся.       — А, где твоя благодать? — вспомнила нефилим.       — Чимин ее забрал себе, — Джин пожал плечами, — Но на этом слушании ее мне вернули, — хмыкнул и показал пузырек с белой жижей.       Мужчина отошел ото всех и раздавил флакончик. Всё содержимое, будто туман, ворвалось в Сокджина, наполняя его небесной силой.       — Вот теперь всё, — он подошел к Сохи и чмокнул ее в висок.       — Сохи, твои родители, — начал Юнги, — Я думаю, теперь можно их навестить.       — Да! — она обернулась на Ханыля, — Папа, я хочу познакомить тебя кое с кем.

***

      — Так вы — отец нашей девочки? — хмурясь, проговорил Джихо.       Они с Сэной спокойно жили на ферме в Тэгу, ничего не подозревая. Они только каждый день молились, чтобы с их девочкой ничего не случилось.       — А где та милая девушка? — аккуратно спросила Сэна, наливая дочери и Сокджину чай.       — Моя жена… Она погибла, — тише сказал Ханыль, с грустью посмотрев на дочь.       — Нам жаль, — Джихо поджал губы.       — Она была прекрасной женщиной, любящей вас и Сохи, — с грустной улыбкой проговорила родительница, садясь рядом с мужем.       Ханыль лишь кивнул, уставившись в стол. Девушка чувствовала некое напряжение между родителями в начале, но после они разговорились о ней. Господин У спрашивал про детство Сохи, о ее первых шагах — обо всем, что пропустили они с его любимой. На и Ким вышли на улицу, чтобы проветриться. Джин рядом теперь везде, он не отпускал Сохи одну, боялся потерять, на что сама кудрявая лишь смеялась и целовала парня в щеки.

***

      Джина взяли обратно на небеса, перестали считать предателем, а Сохи решили полностью обучить всему, что знают, в чем принял участие сам Бог, признав свою ошибку. На трясло, когда она встретилась лицом к лицу с Отцом всего, но он оказался куда приветливее, чем его описывали. Не только же с ней он такой добрый? Она ни в коем случае не исключение.       Юнги снова начал работать вместе с Джуном. Как оказалось, он тоже был в совете, но пошел против него, оправдывая невиновного на самом деле ангела, которого всё-таки убили. Мин сбежал. Ханыль тоже оказался вновь дома, он наверстывал упущенные двадцать семь лет и вновь принялся за работу смотрящего архангела. Казалось, всё вернулось на круги своя.       Сохи не вернулась на работу, но они с Кимом начали жить в квартирке, снятой на ее сбережения. Они работали на небесах, взамен получая земные деньги (таково было условие). Приемные родители На снова переехали к себе в дом, поддерживая хорошие отношения с дочерью и ее парнем. Они были счастливы, что их девочка осталась цела и невредима, за что поблагодарили Джина, считавшего защищать и оберегать её — своим долгом.