Рыцарь из прошлого, смытого дождем

На следующий день я прихожу в школу жутко невыспавшаяся, уставшая, но счастливая от одной только мысли, что снова встречусь с Егором, увижу его прекрасные темные глаза и услышу мягкий, заботливый голос. Наверняка я выгляжу как влюбленная дурочка, да и чувствую себя так же, но ничего не могу поделать с тем, что за короткий период нашего знакомства он стал для меня так много значить. Я даже во сне болтала с ним о кино и кружилась в танце, но и там он жестко отшил меня, напомнив, что красивые гуси за волками не бегают. Ну, или что-то вроде того, я плохо запомнила, но во сне это почему-то показалось мне страшно романтичным. Даже проснулась с дико колотящимся сердцем и отчаянным желанием записать этот сон во всех подробностях… Пока не осознала, какой это местами был бред… Урока английского у нас сегодня нет, поэтому мне остается довольствоваться только взглядами украдкой в коридоре, что только еще больше разжигает желание поскорее остаться с Егором наедине. Я никак не могу дождаться нашего второго свидания, которое мужчина снова назначил на шесть часов вечера, поэтому у меня едва получается сосредоточиться на школьных занятиях. Учительницу литературы это искренне беспокоит, ведь она рассчитывала отправить меня на городскую олимпиаду. Теперь вместо меня поедет Леся, и я почти не злорадствую, когда ей дают дополнительные задания. Раньше я отдувалась за двоих. После второго урока я иду в библиотеку, чтобы встретиться с Эльзой. Вчера у нас не было возможности все обсудить, ведь я слишком сильно спешила, зато сегодня могу посвятить ей все двадцать минут и даже чуточку больше, ведь нас отпустили с занятия раньше. Атмосфера залитой солнцем и заставленной стеллажами с книгами библиотеки действует привычно успокаивающе. Я усаживаюсь в кресле, умиротворенно сжимая в руках чашку ароматного малинового чаю, и наблюдаю, как моя подруга суетится, снова переставляя книги. — Ты представляешь, Булгаков совсем не в восторге от соседства с Достоевским! — устало выдыхает она, выныривая из полок с книгами. Я вопросительно приподнимаю брови. — Сегодня во сне он угрожал толкнуть меня под трамвай! Отнесу его, наверное, к Толстому… — задумчиво произносит девушка, вытаскивая с полки книги писателя. Их так много, что из-за них едва видно саму Эльзу. — Любовь к рельсам у них явно общая. Вдруг подружатся. Я улыбаюсь, но решаю не вмешиваться в ее размышления. Наверняка в этот раз она уснула за просмотром «Мастера и Маргариты». Эльзе пора завязывать с экранизациями русской классики, а то там что не фильм, то изощренное убийство. — Все, со своими мужчинами разобралась, теперь давай поговорим о твоем, — улыбается Эльза, усаживаясь напротив. Она расправляет складки на новенькой сиреневой юбке, которая ей так идет, и выпрямляет спину. — Он действительно так же хорош, как Мистер Стил? — О нет, на деле оказалось, что он Лора, — смеюсь я, рассказывая ей о вчерашнем свидании. Эльза то и дело мечтательно ахает, не переставая нахваливать джентельменские качества Егора. Кажется, она полностью им сражена, да и я, признаться, тоже. — И вовсе он не Лора, — фыркает Эльза, делая глоток из своей чашки. Она выглядит воодушевленной и слегка взбудораженной, из-за чего ее щеки заливает румянец. На фоне бледной фарфоровой кожи это смотрится чудо как мило. — Наоборот, он самый настоящий хитрец, который решил утомить тебя этим сладостным ожиданием, чтобы ты могла думать только о нем. Признайся, это так? Я киваю, немного смущаясь, ведь даже во время разговора с Эльзой, которая всегда помогала мне отвлечься, я не могу перестать думать о вечерней встрече с Егором. Взгляд Эльзы становится торжествующим, и я понимаю, что она еле сдерживается, чтобы не захлопать в ладоши. — Значит, он под стать Мистеру Стилу, — произносит она с легкими благоговением. Выражение ее лица становится мечтательным, а бездонные голубые глаза кажутся еще больше. — Как же тебе повезло… В этот момент раздается стук в дверь, но прежде, чем мы с Эльзой успеваем вскочить с кресел и затеять бурную деятельность по скрытию следов нашего запрещенного чаепития, в библиотеку заглядывает Егор. При виде меня он улыбается, а я чувствую, как у меня в очередной раз начинается предательская тахикардия. Эльза тем временем издает какой-то слабый звук, похожий на писк. — Добрый день, дамы, — улыбается мужчина, закрывая за собой дверь изнутри. Я замечаю, что на этот раз он не с пустыми руками, в которых держит какой-то пакет. — Чайку нальете? Как и обещал, с меня пирог, — с этими словами он достает из пакета контейнер. Эльза всплескивает руками от умиления, пробормотав, что он еще и хозяйственный. — А еще я захватил свой любимый чай с мятой. — Сейчас все будет, — обещает Эльза, вскакивая со своего места. Она снова начинает суетиться в библиотеке, пока Егор ставит рядом со мной стул и мягко касается моей руки. Я таю, как ириска на солнышке. — Но взамен пообещайте мне, что в случае чего поможете с переездом Толстого! Уж больно он тяжелый! Егор поначалу теряется, но затем искренне обещает Эльзе устроить Толстому самые лучшие условия проживания. После этого мы все втроем устраиваемся за столом и до конца перемены продолжаем чаепитие, болтая на отвлеченные темы. О своем вечернем приключении я решаю благоразумно умолчать, чтобы не тревожить их лишний раз. Об этом знаем только я и Степа, но он никому ничего не расскажет. По крайней мере, я уповаю на это ровно до следующей перемены. После звонка с третьего урока я снова встречаюсь в коридоре с Егором, задержав на его лице взгляд чуть дольше, чем это полагается в рамках приличия. Мужчина и сам решает пренебречь школьными нормами, остановившись прямо напротив меня. Мне кажется, он даже собирается мне что-то сказать, из-за чего сердце в груди ускоряет ход. — Эй, сказочница, здоров! — доносится вдруг откуда-то издалека, и я невольно вздрагиваю, обернувшись на звук. С противоположного конца коридора ко мне направляется Степа, который выглядит почти так же, как и вчера. На нем тот же спортивный костюм, потрепанные временем кроссовки, а светлые волосы торчат в разные стороны. — Ты как вообще? Норм после вчерашнего? Я невольно теряюсь, инстинктивно покосившись в сторону Егора, который рассматривает моего нового знакомого с явным удивлением и легким подозрением. Это вгоняет меня в краску, ведь вряд ли ему в голову могло прийти что-нибудь приличное. — Да, спасибо, все хорошо, — выдавливаю кое-как, снова переводя взгляд на Степу. Его улыбка становится только шире. — А ты как? Все в порядке? Домой нормально добрался? — Ой, сказочница, ты меня своими вопросами прям смущаешь, — ухмыляется парень, не обращая никакого внимания на стоящего рядом учителя. Егор, в свою очередь, не спешит сдвигаться с места, словно бы к нему прирос. — Волнуешься… приятно. Да че мне будет-то? Это ж мой район, хрен ко мне кто прикопается. А тем пацанам я еще устрою за то, что девчонок на моей территории цепляют. — Абрамова… — вклинивается вдруг Егор, делая вид, что только подошел и вообще не слышал этого разговора. Степа переводит на него взгляд, словно бы тоже только что заметил. — Зайди ко мне. Я хотел поговорить по поводу пробного теста. — Да, Егор… — мои щеки вспыхивают пуще прежнего, ведь, к своему стыду, я вообще забыла, какое у Егора отчество. Так выдать себя еще нужно уметь. — Простите, совсем забыла, как вас по отчеству. Вы ведь у нас недавно работаете. Моя попытка спасти свое положение выглядит жалкой, и на лице Степы появляется странная улыбка. Мне хочется закрыть лицо руками, но они мне еще нужны, ведь я комкаю ими края кардигана, пытаясь справиться с накатившим волнением. Буркнув «Александрович», Егор указывает мне в направлении своего кабинета, и я на непослушных ногах бреду туда. Мне кажется, все в коридоре косятся на нас, поэтому стараюсь отгородиться от них, спрятавшись за выбившейся из хвоста прядью волос. — Я тебя здесь тогда подожду! — бросает мне вслед Степа, и я делаю взмах рукой, который в моем понимании означает, что не стоит. Парень отвечает еще что-то, но я его уже не слышу, скрывшись за дверью класса. До начала урока еще целых десять минут, но Егор на всякий случай запирает кабинет изнутри, в очередной раз пренебрегая все теми же правилами. Нашего физика чуть не уволили, когда он заперся в классе с двумя ученицами, чтобы никто не мешал им на дополнительном занятии. А ему, на минуточку, восемьдесят шесть и единственный, к кому он способен приставать, эту кактус в его кабинете, с которым он постоянно разговаривает. Впрочем, наверное, я бы тоже не хотела оставаться с ним наедине… — Ты не подумай, я не ревнивец, — начинает Егор, прислоняясь спиной к своему рабочему столу. Я понимаю, что разговор нам предстоит серьезный. — Но я все же хотел бы знать, что произошло вчера вечером. Особенно учитывая, что я отвез тебя прямо к дому. — На самом деле это был дом Эльзы, — бормочу, опустив взгляд в пол. Мне очень неловко на него смотреть. — Я хотела зайти к ней на пару минут, но не стала тебя задерживать. А потом я шла домой и… на меня немного… напали… Но Степа меня спас… С каждой фразой мой голос звучит все тише, а последние слова и вовсе едва возможно разобрать. Но, похоже, у Егора отличный слух, потому что когда я поднимаю глаза, он хмурится. — Прости… — выпаливаю я, снова ощутив себя маленькой и жалкой. Мужчина качает головой. — Я не злюсь на тебя, — произносит он, в пару шагов сокращая расстояние между нами. Я на пару секунд задерживаю дыхание, когда его пальцы мягко касаются моей щеки. — Почему ты не сказала мне, что тебе нужно к Эльзе? Мне не сложно было бы тебя отвезти, особенно учитывая, что это вопрос твоей безопасности. Я пожимаю плечами. Оглядываясь назад, я и сама считаю своей поступок глупым. Но тогда казалось, что все будет просто, и я уж точно не влезу в неприятности, если пробегусь ночью по темной улице. — Ты точно в порядке? — спрашивает вдруг Егор, обеспокоенно вглядываясь в мое лицо. В груди заметно теплеет. — Никто не навредил тебе? Когда он говорит это, черты его лица слегка ужесточаются, и я спешу уверить его, что в норме. — Давай договоримся, что в следующий раз ты позволишь мне о тебе позаботиться, — просит Егор мягко, почти ласково, и я чувствую, как от этой нежности у меня щемит сердце. Его ритм совсем сбивается, когда я ловлю на себе его заботливый взгляд. — Давай, — только и могу кивнуть, отвечая улыбкой на его улыбку. Она такая искренняя и теплая, что от былых переживаний не остается и следа. Меня переполняет нежность. В следующий момент он подается вперед, чтобы коснуться губ легким, почти невесомым поцелуем. Дыхание перехватывает, и я тянусь за ним, отчаянно желая большего, но мужчина тут же отстраняется. — Продолжение на третьем свидании, — усмехается он, и его голос кажется дразнящим. Я хмурюсь. — Но сегодня только второе, — мой голос звучит так отчаянно, что мужчина не может сдержать смех. Мне и самой становится немного смешно от этого драматизма. — Хорошую девушку можно и всю жизнь ждать, — шепчет Егор, сжимая меня в надежных объятьях. Его лицо так близко к моему, что я сражаюсь с желанием самой поцеловать его. — Впрочем, я и сам уже борюсь с соблазном признать ту нашу встречу первым свиданием, — с этими словами он обнимает меня еще крепче, заставляя сердце ускорить ход. Но затем вдруг отпускает и отступает на шаг. Раздается звонок на урок, и мое лицо наверняка выражает, насколько сильно я раздосадована. Мужчина снова смеется. — Тебе пора. Иначе и так пойдут разговоры, — произносит он, указывая на дверь. Я фыркаю, но послушно направляюсь к выходу. — Кстати, передай тому парню, что у него пятерка по английскому! Когда я выхожу из класса, Степа ждет меня в коридоре, несмотря на то, что урок в самом разгаре. Вокруг в это время пусто, но я все равно спешу подойти к парню, боясь, что он сболтнет что-нибудь лишнее. Не зря. — Ты че, мутишь с преподом? — интересуется он негромко, но отчетливо. Щеки заливает краска, и я тут же прижимаю палец к губам. Вот это я встряла. — С чего ты взял? — шепчу, кое-как совладав с голосом. Степа пожимает плечами. — Да видно же, как он на тебя глядит… и ты на него тоже, — хмыкает парень, спрятав руки в карманы спортивных штанов. Видно, что ему тоже слегка неловко говорить на эту тему. — Ты не подумай, я не осуждаю и, конечно, болтать не буду. Ребров вообще классный мужик, толковый, не выебистый, хоть и старый. — Ничего он не старый, — фыркаю я, и тут же спохватываюсь, ведь понимаю, что этим выдала себя окончательно. Степа ухмыляется. — Спасибо… что не выдашь… Парень отмахивается, бросив короткое «обращайся», и мы в тишине продолжает путь по коридору. У меня в самом разгаре урок русского, а вот куда он направляется, я понятия не имею. — Кстати, Егор… Александрович просил передать, что поставит тебе пять по английскому, — сообщаю я, и на лице Степы снова появляется довольная улыбка. Честно признаться, она ему очень идет. — Это за проявленный героизм. — Крутяк! — выдыхает он, остановившись возле лестницы. Видимо, здесь наши пути расходятся. — А ты не знаешь, кто-то из преподов еще с ученицами мутит? Если я всех буду спасать, то так и отличником стану…