Вендетта. Кровь обескровленной

— «Куда?» — «Мистер Хэнсон, она ещё не знает…» — «И хорошо, — перебив женщину ответил Хэнсон. — Чем меньше нас — смертных — знает об этом месте, тем, может, больше жизней мы сможем спасти». — «Охренеть, Хэнсон. Ночных поездок сегодня мне ещё не хватало», — пронеслось в голове девушки, прежде чем Гектор вышел из подвала, закрыв за собой дверь. Нагада подошла к недоумевающей девушке, разминая шею после тренировки: — «Амхи. Я не знала, правда. Сама не люблю это место». — «Что там?» — единственное, что выдавила из себя измученная Амхи. — «Мистер Хэнсон лучше расскажет… Ты так и поедешь?» — «Мне бы не помешало принять душ, Вы правы». — «В агентстве с этим… проблемы. Потом расскажу. Можешь взять мою одежду, если желаешь». — «Спасибо, мисс. Я не могу переодеться дома?» — «Если мистер Хэнсон звал сейчас, полагаю, твой внешний вид вполне приемлем. Лучше поехать», — сказала Нагада с суровым, но одновременно сострадательным видом, смотря на то, как Амхи сомневалась, вертя карнавальную маску в руке.       Спустя десять минут Гектор вернулся за девушкой, которая встретила его вопросительным выражением лица. — «Пройдёмся. Не люблю заказывать машины прямо к зданию агентства», — констатировал Хэнсон, подзывая Амхи наверх. Она накинула верхнюю одежду и вышла на улицу. Холодный и свежий вечерний воздух отрезвлял. Несмотря на это, девушка чуть было не выпала из дверного проёма — ноги подкосились, возможно, от перенапряжения мышц. Амхи издала тяжёлый резкий выдох, но осталась на ногах, сделав выпад в сторону, какие подробно отрабатывала с коллегой час назад. Хэнсон или не заметил творящегося за спиной или просто не показал этого, продолжая идти куда-то вдоль по улице, подальше от агентства. Амхи не оставалось ничего, кроме как следовать за начальником.       Вскоре они дошли до многоэтажного здания, в окнах которого уже не горел свет, Хэнсон остановился под сероватым козырьком и начал говорить вполголоса, заставляя девушку остановиться, приблизиться и напрячь слух: — «Маску держи в руках, по моей команде наденешь. Это дресс-код». — «Странные у них игры. Сначала рама окна, вся в чесночной настойке, потом серебряные пули и ножи, теперь… маскарад. Который час?» — задумалась Амхи о проведённом в стенах подвала времени и, после недолгого похлопывания и ощупывания своих карманов, устало и безвыходно произнесла: — «Чума... Мобильник в конторе оставила», — последняя часть фразы утонула в визге колёс подъехавшего автомобиля. Гектор повернулся к Амхи и простым жестом попросил её обойти автомобиль и сесть на заднее сидение. Девушка послушно села, заметив, что начальник уже сказал водителю адрес и протянул купюру, также сев назад.       Когда Амхи оказалась в машине, она прильнула к окну, словно маленький ребенок, хотя и была порядком уставшей. Будто никогда не ездила на машине в это время и не видела приглушённых мутноватым стеклом автомобиля огней города. В салоне неприятно пахло резиной и сигаретным дымом. Кажется, холщовый мешочек, раскачивающийся под зеркалом заднего вида, уже давно не испускал того запаха, который был изначально — если, конечно, был. Мистер Хэнсон не волновался совсем. Взгляд был направлен куда-то вдаль, на дорогу, за высотные здания и ворота жилых домов. Вся остальная часть мужчины была где-то в мыслях и, казалось, ничто не могло его оттуда выдернуть, ни одна живая душа не нарушила бы покоя Хэнсона, поэтому за всю поездку Амхи не проронила ни слова, а лишь смотрела в окно и изредка любовалась переливами света в кристаллах на маске: — «Интересно, драгоценные? Или цирконит? Спрошу — не ответит, наверное», — размышляла Амхи, крутя маску перед собой, затем убрала на колени и облокотилась на руку, локоть которой почти достигал стекла. — «То, куда я по своей же ошибке ввязалась, кажется безумным сном. Проснуться бы, — Амхи не смогла сдержать зевка, затем посмотрела на Хэнсона. Тот не ответил ни на зевок, ни на брошенный взгляд. — Знакома два дня, а уже еду с ним под полночь в неизвестное место. Ещё и маски эти… карнавал...»       В такси с неудобными сидениями они ехали минут семь, только приглушённый кранк из магнитолы таксиста и хруст гравия под колёсами помогали девушке не заснуть. Она была расслаблена, будто под веществами, но оставалась чуткой и даже отдавала себе отчёт о том, где она находится: — «Судя по звуку гравия, мы пару раз съезжали с асфальта. Но сейчас ровно движемся. Надеюсь, это не последняя моя поездка…» — подумала Амхи прямо перед тем, как впереди с её стороны показалось какое-то пятно света, а затем машина остановилась у входа. Они оба вышли, ноги Амхи начали дрожать с новой силой и вряд ли от холода.       Теперь она могла подробнее изучить место, в котором оказалась: они стояли на знакомой парковке, небольшая неоновая вывеска со словом «Белладонна» освещала голубым светом террасу из темного дерева, у которой курили двое человек, а ещё несколько выбирали себе стол на улице. В этом баре Амхи уже бывала десятки раз, в основном в компании однокурсников или подруги и никак не могла бы спутать его с каким-либо ещё. Она повернулась к Гектору: — «Но это «Белладонна», а не… «Вендетта», Вы говорили?» — начала объяснять Амхи, но Хэнсон, будто не желая слушать её, пошёл ко входу, не оставляя той выбора.       В нос приятно ударил запах дерева и крафтового пива. Глаза вспомнили знакомое расположение столов, заметили барную стойку по правой стене, а до ушей донеслась гитарная композиция приглашённых музыкантов. — «Лишь бы меня не узнал никто», — проскользнула у Амхи мысль. «Белладонна» была для девушки атмосферным, знакомым, почти родным местом, но не сейчас, с Гектором, когда он игнорировал всё вокруг, пройдя сквозь ресторан, и теперь приближался лишь к дверям уборных и технического помещения. Амхи не смогла сдержать вопроса: — «М-м… Почему сюда? Нам нужно здесь что-то?» Но мужчина ничего не ответил, завернув мимо уборных и остановившись у двери без таблички в цвет остальной «Белладонны». От остальных дверей её отличало лишь наличие кодового замка. — «Надевай маску. Сейчас», — скомандовал Хэнсон и она послушно примерила на себя маску из неизвестного лёгкого материала, которую всё время до этого держала в руках. — «И где зеркало? Надеюсь, хорошо в ней выгляжу», — задумалась Амхи и посмотрела на Гектора. Его лицо уже было наполовину закрыто чёрной гладкой маской, по форме немного отличающейся от маски девушки, код на двери также был набран. Гектор кивнул девушке, будто положительно отвечая на её мысленный вопрос, затем приоткрыл дверь и пропустил её вперёд.       Перед Амхи открылся узкий проход из чёрных, в цвет стен, ступеней, в конце прохода была ещё одна дверь, на вид массивнее предыдущей. На потолке вился причудливыми узорами красный неоновый кабель — единственный источник освещения прохода. Амхи, заворожённая местом, осторожно спустилась к металлической двери, когда Хэнсон закрыл первую дверь до электронного щелчка. Только сейчас Амхи поняла, что здесь стало очень тихо, гитарные мотивы остались где-то за дверью. В этом месте, хоть и приглушённо, но был слышен ритм какой-то клубной музыки. Начальник спустился вниз, обернулся к девушке и спросил: — «Готова?» Амхи, ничего не ответив, наконец рассмотрела его, подметила детали: — «Маску так быстро надел, будто делал это уже огромное количество раз до этого… Совершенно другой человек, теперь и возраст примерный не смогу назвать». — «Вижу», — ответил на молчание девушки Гектор и открыл тяжёлую дверь. Первое, что подкосило восприятие Амхи, была громкая клубная музыка. Будто совершенно из другого мира, нечеловеческая и притягательная. Потолок помещения, в которое зашли агенты, был неестественно высоким, казалось, из-за «Белладонны» наверху, он просто не мог так возвышаться. Перед Амхи открывался вид на танцпол, наполовину заполненный танцующими. Остальной клуб скрывался за быстрыми белыми вспышками стробоскопа. — «Охуеть. Всё это время под моим любимым баром скрывалось… это», — поражённая увиденным и услышанным, Амхи не сразу заметила, что Гектор отошёл к стене и вдоль неё продолжил целенаправленное движение, девушка последовала за ним, бегло рассматривая место: некоторые люди сбивались в пары и разговаривали у танцпола и стен, за столами также было несколько людей, на всех без исключения обязательно присутствовала какая-нибудь маска. Когда агенты прошли дальше, Амхи разглядела барную стойку, подсвеченную по краям красным неоном. Гектор подождал, когда Амхи догонит, сказал ей что-то, что она не услышала из-за громко играющей музыки. Хотелось крикнуть, переспросить. Но маскировкой рисковать не стала, пыталась прочитать по губам. — «Как же этот шум неслышно наверху-то»? Вскоре Гектор завёл Амхи в закуток, в котором было всего два стола, оба пустые. Гектор подошёл к вешалке в углу и снял верхнюю одежду. Амхи проделала то же самое, продолжая рассматривать стены: на некоторых во всю их длину висели винного цвета шторы из плотной ткани, а где таковых не было висели картины различного содержания. Некоторые казались Амхи слишком откровенными, а некоторые притягивали её внимание своей концептуальностью. Все картины были чёрно-белыми, но каждая подсвечивалась тонким неоновым обрамлением. Хэнсон жестом показал Амхи на самый дальний от посторонних стол, за который они и сели. Девушка посмотрела на своего спутника с нескрываемой озадаченностью в глазах, тогда он начал объяснять: — «Сейчас мы в «Вендетте». В клубе под «Белладонной», о котором знают не все и не каждый может войти. «Белладонна» делит площадь под собой с этим клубом. С Нагадой ты отработала боевые моменты, здесь же мы для того, чтобы научиться некоторым психологическим трюкам, которые помогут в противостоянии вампирам», — Гектора на последнем слове, сказанном одними лишь губами, прервала рыжая официантка в чёрных брюках и жилете. Как и у остальных людей здесь, на ней была надета лаконично подобранная маска. Хэнсон продиктовал ей заказ, не давая Амхи выбрать самой. Когда официантка ушла к стойке, он коротко пояснил: — «Я взял закуски. Не думаю, что ты такое когда-либо пробовала, хочу знать твоё мнение, может, понравится», — тактично объяснил Гектор. — «В твоём заказе не было напитков». — «Их лучше заказывать в баре. Больше выбор. И иногда можно получить информацию. Это первый урок на сегодня», — Гектор поднялся со стула и направился в сторону барной стойки.       В проходе между столами Амхи столкнулась плечом с мужчиной, одетым в яркую одежду и неоновую маску, словно светящуюся под ультрафиолетом, хотя самих ультрафиолетовых ламп нигде не было. Мужчина задержал взгляд на Амхи, взял её за плечо и бросил несколько комплиментов: — «Отличный вкус. Нравится цвет. Маска — красота», — за коими последовало ещё несколько, сказанных с сильным латинским акцентом. Затем он отпустил девушку и, уходя, произнёс ещё пару слов, кажется, на испанском, но из-за громкой музыки расслышать было трудно. Амхи поёжилась и произнесла: — «Он пьян?» — «Вряд ли. Может, рубашка понравилась. Вампиры такое любят», — ответил Гектор, подойдя к барной стойке, где бармен делал коктейль и разговаривал с другим человеком на барном стуле. Гектор перевешался через стойку, облокотившись на неё, тихо продолжил разговор: — «Бар не совсем обычный. Если ты вдруг придешь именно сюда по каким-либо причинам, — чего я не рекомендую делать, — то запоминай знаки», — к Хэнсону и Амхи подошёл освободившийся бармен. — «Шот текилы», — чётко произнёс Гектор. В руках человека за стойкой засверкала гранёная бутылка и когда тот закончил, Гектор, будто получив от бартендера вопрос «Это всё?», постучал костяшками правой руки по столешнице три раза. После такого жеста бармен достал из-под стойки мешок с донорской кровью, отмерив в текилу три капли крови. К горлу Амхи подкатила изнуряющая сухость, тошнота, и когда бартендер спросил у той, что она будет пить, немного опешив, она попросила безалкогольный мохито. Спустя несколько секунд ожидания и многозначительный взгляд, брошенный Гектором на девушку, они вернулись за стол с напитками: — «Что это?» — «Особый ингредиент. Рискнёшь попробовать?» — Гектор подставил рюмку ближе к ней. Амхи взяла шот, посмотрев на него несколько секунд и медленно покрутив в руке. В прозрачной текиле лениво растворялись капли тёмной жидкости. Амхи недолго взвешивала варианты, но не желая долго тянуть, сделала глоток с половину рюмки. Внутри неё в эту секунду будто что-то проснулось, отозвалось где-то в глубине тела, но сразу обдало непривычным жаром и она быстро не глядя закусила, ощущая на языке мимолётный металлический привкус: — «Это было интересно. И одновременно не понравилось. На попробовать», — с этими словами Амхи сделала финальный глоток, морщась и ставя рюмку на стол. — «В деловых встречах, которые могут пройти здесь, важно точно знать, когда стоит заказать собеседнику напиток с этим ингредиентом, а когда без». — «Странно это. От крови точно ничего не будет?» — «От пары капель — не должно».       Только сейчас Амхи поняла, что может рассмотреть образ Гектора детальнее: одет он был в чёрный костюм без галстука и такую же чёрную рубашку. На однотонной маске, поверхность которой казалась небрежной, неровной, виднелись словно мазки жёсткой кисти. — «А почему себе ничего не заказал?» — «Я не пью». — «Как же. Не похоже», — сказала Амхи, наблюдая за реакцией. После первого напитка её усталость после физических тренировок разом исчезла. — «Ты не видишь во мне непьющего человека, Амхи?» — «Я не вижу в Вас человека, который бы не заказал себе напиток, придя в бар, мистер Хэнсон». — «Сейчас я не в духе. А так бы пропустил стакан виски. Не будь я здесь. Ты ведь поняла?» — «Скорее всего». — «Это клуб вампиров. Большая часть сидящих там — вампиры. Половина танцпола. Даже персонал. Звучит ли пугающе для тебя?» — «Я просто не могу понять, охотимся ли мы на них или нет?» — «Да. Здесь ужасное место. И тут тоже происходят убийства невинных людей, которые повели себя неосторожно. Можем ли мы с этим что-то сделать? Сейчас — нет. Даже если мы ворвёмся в этот клуб всем нашим составом с оружием наготове, убьём присутствующих, остальные вампиры нам никогда не дадут спокойной жизни. Начнётся долгая кровожадная месть. По кодексу, в том числе и моральному. Поэтому кого попало не убиваем. Любого сидящего здесь можно легко выследить просто при помощи жучка. Но за каждым таким вампиром стоят кланы таких же. И намного более могущественных. Мы охотимся на тех вампиров, кто в первую очередь этого заслуживает, нарушители порядка, например». — «Они не знают, что мы люди?» — «Пока — нет. Они не очень чутки и каждый различает людей и вампиров по-своему. Тебе тоже стоит уметь это делать. Второй урок: нужно обращать внимание на повадки человека, выискивать в цельном образе мельчайшие подозрительные детали, а не зацикливаться на лице, как это бы сделал каждый при разговоре. Можешь представлять, что на человеке, с которым ты говоришь, надета маска», — Амхи невольно вспомнила, где они находятся. Сейчас чётко увидеть лица посетителей клуба было невозможно. — «При встрече с незнакомым человеком нужно обращать внимание на его состояние, пробовать прочитать настоящие эмоции по каким-то мелочам, не вслушиваясь в слова. Если в баре к тебе подсядет незнакомец и попытается сделать что-то, что тебе не понравится, например, коснуться... — Гектор открыл бумажник и достал оттуда сверкающую монету, передав её по столешнице. Амхи накрыла монету дном своего бокала с мохито, подняв глаза на начальника и как бы спрашивая: «Зачем это?» Гектор ответил, когда Амхи подобрала монету: — «Ты будешь пользоваться ей часто. Эта монета изготовлена из серебра девятисотой пробы. У всех в агентстве такие есть», — он легким движением достал из рукава ещё одну монету, покрутив её между пальцами и снова спрятав в рукав. — «Прикоснувшись ей к открытому участку кожи человека, ты сможешь уличить в нём вампира: ему такое прикосновение не понравится», — Амхи изучила изображение на монете, — на ней был изображён Бенджамин Франклин в профиль, — а потом спросила: — «Но это слишком очевидно, разве нет?» — «Чтобы прикоснуться как можно менее незаметно, можешь согреть её в ладони. Чтобы незаметнее всего достать, положи в рукав… Часы тренировок и ты приноровишься», — сказал Гектор видя, как Амхи пытается пару раз положить монету к себе в рукав, а затем даже в манжет. — «Эффективнее всего незаметно вкладывать монету в ладонь при рукопожатии. Можно прикладывать к затылку, например при объятии, реже талии, лицу, но это сработает только если человек тебе знаком. С этим аккуратно». — «У меня два вопроса», — сказала Амхи, неумело крутя монету между пальцев. Гектор прикрыл глаза и кивнул, мол, «задавай». — «Зачем нам устанавливать с вампирами деловые отношения, если цель — убивать их?» — «Иногда приходится идти на сделки с вампирами, чтобы сразить как можно больше, хотя мне самому это претит и некоторые вампиры уж точно не заслуживают иметь дел с кем-либо из агентства». — «Но это ведь значит, что мы тоже нарушаем кодекс?» — «Да, — серьёзно и уверенно, но с ноткой вины в голосе произнёс Гектор. — Следующий вопрос?» — «Может ли вампир как-то скрыть боль от прикосновения серебром?» — «Вряд ли. По крайней мере, на моём веку, — Гектор усмехнулся, кажется, от неудачного сравнения себя с долгоживущими вампирами, но снова стал серьёзен, — не видел ни одного случая сокрытия такой боли. Чем сильнее вампир, тем, очевидно, он будет терпимее к такой боли. Самолично никто из нас такого не испытывал, но предполагаю, что ощущения схожи с термическим или химическим ожогом, потому что в некоторых случаях длительного прикосновения на коже остаются реальные ожоги в форме отпечатка монеты. И в поражённых серебром местах регенерация идёт медленнее, так что могут оставаться несвойственные вампиру шрамы». — «Поняла. Куда положить монету? Я не могу её вечно в рукаве держать», — ответом на этот вопрос стал кивок на грудь Амхи: — «Носи близко к телу, чтобы передавать его температуру. Пока в нагрудный карман положи. Только не теряй». — «Спасибо, мистер Хэнсон, правда... До сегодняшнего вечера я думала, что вы нашли не того человека на роль охотника. Но теперь я просто не могу вас подвести», — лицо Гектора осталось непроницаемо-холодным, но, может быть, в глубине души он и почувствовал признательность за доверие девушки». — «Пока я здесь, тебе мало что угрожает. Но будь очень бдительна, когда придёшь сюда одна». — «Почему Вы так уверены, что я смогу сюда войти?» — «Ты знаешь код», — Амхи встала в ступор, потом в голове пролистала все возможные подсказки, но не смогла связать между собой. — «Не знаю», — уверенно ответила девушка. — «Значит я зря поставил на твоё любопытство». — «Не поняла». — «Когда код на двери вводил, специально делал это медленно, но заодно попросил тебя маску надеть, чтобы ложно отвлечь». — «Я и не думала смотреть на панель, мистер Хэнсон». — «Тогда это будет третьим уроком, — Гектор взял салфетку со стола и откуда-то из внутреннего кармана пиджака вынул ручку, затем быстро написал на ней ряд цифр и передал ей. — Пока не можешь сжечь, лучше не свети ей лишний раз. Код запомнишь и бумагу уничтожь». — «Восемь цифр. Странные. Потом спрошу, постараюсь запомнить». — «Это всё, что я хотел рассказать. Завтра тебя ждёт первое поручение. Готовься. А сейчас собирайся, едем в агентство, заберём твой телефон и к себе поедешь. Потом будь на связи, спать тебе теперь часто придётся только днём», — сказал Гектор, вставая из-за стола и оставляя на столе несколько купюр.