Стоит Свеч

Насколько я мог судить, оно было просто горой из трупов. Не было ни швов, удерживающих его вместе, ни колючей проволоки, проходящей через него, ни даже видимых нитей потустороннего фиолетового света. Было непонятно, как тела были скреплены между собой: они не держались друг за друга, и в их расположении не было ни закономерности, ни смысла. Я понятия не имел, как его сделали, или как оно сформировалось. Выглядело так, будто, кто-то взял гигантскую форму существа с четырьмя условными конечностями и насыпал в неё трупы. Некоторые части, из которых состояло это существо, все еще дергались. Я уже успел подумать над тем, как его убить. Зомби обычно убивали, пробивая им сердце, или иным образом разрушая его, но у этой твари, похоже, не было четкого аналога. И даже если он и есть, то он погребен, по меньшей мере, под полуметром плоти. Пустотного дырокола, похоже, не хватит для сквозного ранения, баллистический пистолет выглядит не лучше, и даже если бы я смог воткнуть в Зомби-Вольтрона меч по рукоять, шансы на то, что это сработает, были невелики. Оставалось… Не так уж и много вариантов. Линии электропередач в Комфорте были отключены, так что я не мог ударить его током. По моим предположениям, работающих машин не было, так что я не мог его переехать. Я не видел ни ям, в которые можно было бы его столкнуть, никаких подзрительных обрывов, ни озер, в которых можно было бы его утопить, ни горючего, чтобы (опять же, каким-то образом) его сжечь. Единственная подходящая вещь, которую я видел, была граната, брошенная «Звеном», но я не знал, как достать такую. Будь это видеоигра, то я бы бился головой о стену не меньше часа, в попытках победить подобного босса, пробуя разные стратегии, пока не разобрался бы в шаблонах его атак и не смог его зафармить. Будь это настольная игра — я убил бы партию после множества намёков за попытку противостоять чему-то выше их уровня. Любой из сценариев заканчивался для меня смертью, и я не собирался рассчитывать на получение дополнительных жизней или возможность создания нового персонажа. Поэтому я побежал, искренне надеясь, что не получу еще один уровень «Трусости», впаду в ступор от 0 МДР и буду съеден. Я слышал звук падающих кирпичей и осыпающегося стекла, когда Зомби-Вольтрон погнался за мной по коридору участка шайр-рива. Я свернул налево, в комнату, где у меня была небольшая битва с «Звеном», и бросил короткий взгляд назад. Как я и надеялся, Зомби-Вольтрон замедлился и принялся пробивать себе путь сквозь стены, как долбаный маньяк. Я перепрыгнул через дыру в полу, оставленную гранатой, но приземлился неудачно, почувствовал острую боль в лодыжке, споткнулся и упал на пол. Критический провал! Новый порок: Растяжение лодыжки ур. 2! (СКР -2, Атлетика -5, Уклонение -5) Я с трудом поднялся на ноги, стараясь не обращать внимания на боль, и начал ковылять вперед со всех сил. Оказалось, что я повредил свою левую лодыжку. Каждый шаг ощущался так, будто я вбивал гвоздь в неё, но я слышал позади Зомби-Вольтрона, который прокладывал себе путь через здание, и у меня не оставалось выбора. Когда я только оказался в городе, я видел, как он гонялся за людьми. Казалось, что они были быстрее его, но с моей лодыжкой, думаю, что у меня не будет шансов. На другой стороне улицы нашлось подходящее здание с надписью «Зоомагазин», дверь которого висела на одной петле, и, не видя лучшего варианта, я направился к нему. Зомби-Вольтрон вырвался из участка шерифа, надеюсь, подвернув при этом собственную лодыжку. Он был громоздким существом, его «ноги» были не чем иным, как бессистемно расположенными трупами. Они разваливались, но не потому, что гнили, а потому, что при каждом его шаге хрустели кости и рвалась мертвая плоть. Зоомагазин был настоящим кошмаром из светящихся красных глаз, и все они смотрели в мою сторону. Я не останавливался, чтобы рассмотреть ни одни из них, но они светились из клеток с маленькими колесами для хомячков, из вольеров с корягами и искусственной листвой, и сотнями смотрели на меня из мутных аквариумов. Я ковылял мимо, стараясь не упасть при их виде, мотивированный грохотом от столкновения Зомби-Вольтрона с витриной, раздавшимся позади. (Я не мог не задаться вопросом, были ли питомцы обращены тем неизвестным апокалипсисом, обрушившимся на Комфорт, или все они умерли от голода в своих клетках, а затем восстали в виде зомби). Я проковылял через дверной проем, прикрытый оборванной занавеской в задней части магазина, затем через доверху заставленный коробками склад, и, наконец, через дверь обратно на пасмурную улицу. Я остановился, когда понял, что ничего не слышу позади себя. Что ж, довольно зловеще. Сзади магазина была небольшая парковка и погрузочная зона, а за ней — широкая аллея. Это означало, что между мной и главной улицей был ряд магазинов, а затем еще два квартала или около того до автомастерской, где ждала Кипарис. Я тяжело сглотнул и продолжил хромать, стараясь не хрипеть от боли при каждом шаге. — Пссс! — раздался голос из здания в переулке. Я повернулся и направил пистолет в ту сторону, но смог удержаться от выстрела. Из окна высунулся паренек, наклонившись так, чтобы видеть меня. К своему удивлению, я узнал его. Это он кричал о том, что мы все вместе в этом деле, прямо перед тем, как мы упали. — Иди сюда! — прошептал он, достаточно громко, чтобы я услышал. Я похромал к нему, держа пистолет наготове, чтобы в любой момент можно было поднять его и выстрелить. Боль в лодыжке усиливалась, и я чувствовал, как по спине стекает свежая кровь. — Внутрь, — сказал он, и в этот момент дверь рядом с ним открылась. Я поковылял к ней, ругаясь под нос. Я мгновенно насторожился. Я всегда был из тех, кто смотрит дареному коню в зубы, с тех пор как моя бабушка сказала мне, что в церкви будут давать конфеты, и заставила меня высидеть двухчасовую проповедь, чтобы получить их. Конечно, в основе этой поговорки лежала скорее всего видимость приличия, поскольку я не думаю, что кто-то ожидал, что вы будете просто игнорировать лошадиные зубы. Это же травоядные животные, их зубы важны! В задней части магазина одежды притаились два человека: бледный парень, зажимающий рану на животе, и девушка со шрамом, идущим от края рта до уха. Именно она открыла мне дверь и быстро закрыла ее, как только я вошел. Она бросила один короткий взгляд на мою лодыжку и второй, более пристальный, на моё оружие, но ничего не сказала. Из другой комнаты ко мне заглянул тот парень, который окликнул меня в переулке. Он был примерно моего возраста, светловолосый и мускулистый, как с нацистского агитационного плаката. Он натянуто улыбнулся и протянул мне руку: — Поул. Я медленно пожал ему руку. — Джун, — ответил я. — Это Бекка и Слай, — сказал Поул, жестом указав сначала на девушку, потом на парня. — Слай долго не протянет, — сказала Бекка. Она села на пол и обхватила руками колени. Рядом с ней в пол был воткнут кинжал. Слай слабо рассмеялся. — Это правда, — сказал он и закашлялся. — Собираюсь пополнить армию нежити. Поул на это только поморщился. — Мы найдем способ, — сказал он, не встречаясь взглядом со Слаем. Он позволил молчанию немного затянуться, затем повернулся ко мне: — Хост сбросил с нами банду, как будто в Восставших Землях и так недостаточно плохо, — он посмотрел на самодельный пистолет в моих руках, затем на меч на боку и пистолет у бедра. — Ты выглядишь, как опасный тип. — Не в нынешнем состоянии, — сказал я. — К тому же даже в лучшем состоянии я не думаю, что смогу справиться с той движущейся горой трупов снаружи. Бекка пялилась на мое оружие. Ее шрам явно был глубоким, потому что хмурилась она только половиной лица. — Что это за оружие? — спросила она. — Пустотный дырокол, — ответил я. Поул вздрогнул, а Бекка втянула воздух сквозь зубы. — И чему я удивляюсь? — Сказал Поул. — Зона Отчуждения существовала еще до Имперского запрета. Вынужденная улыбка пересекла его лицо: — Тогда это подтверждает, что ты опасный тип. Это ты его собрал? — Да, — сразу же ответил я. Повышение навыка: Обман ур 4! Довольно трудно сохранять спокойное выражение лица, когда перед твоим лицом внезапно появляется сообщение, в котором тебя называют лжецом. Тогда я решил, что как можно быстрее повышу уровень Обмана, хотя бы для того, чтобы перестать вздрагивать от этого. (Надеюсь, это очевидно, почему я солгал. Я еще не доверял этим людям, и даже если бы доверял, это не значило, что я могу раскрыть существование Кипарис. Более того, наш мотоцикл мог вывести из Комфорта максимум двух человек, что может подбить их к предательству). — Каков план? — спросил я, в основном, чтобы сменить тему. — Его нет, — сказала Бекка, но Поул уже качал головой. — Сейчас у нас два фронта, — сказал Поул. — Это работает на нас, пока они убивают друг друга. Оборонительная стратегия — лучший вариант, так как наши шансы растут с каждой смертью на любой из сторон». — Удобно, что это также означает наименьший риск, — сказала Бекка. — Мы умрем от голода. — Мы можем заняться собирательством, — сказал Поул. — Нет, — кашлянул Слай. Его голос был слабым. — Мой дядя провел расчеты и отправил мне в тюрьму за несколько дней до нашего падения. Он был заметно бледнее, чем когда я только вошел. — Процент выбравшихся неуклонно падает, месяц за месяцем, год за годом. Людям становится все труднее покидать Восставшие Земли. Те, кому удается вернуться, говорят, что большая часть пригодной еды уже съедена. Любую работающую машину уже забрали, и некому везти ее обратно в… — он закашлялся и махнул рукой, потом продолжал кашлять, пока изо рта не пошла кровь. Я все ждал, когда Слай остановится, но он всё продолжал. Поул подошел и положил руку ему на плечо. И когда тот в конце концов перестал кашлять, он просто лежал, не пытаясь вытереть кровь. Раньше его грудь поднималась от тяжелых вдохов, но теперь она была совершенно неподвижна. — Черт, — сказал Пол. — Он восстанет, — сказала Бекка. Ее слова были тихими, и будто не хотели сходить с ее губ. Я поднял свой пустотный дырокол. — Отойдите в сторону, — сказал я. Я прохромал вперед и осторожно прицелился, пока Поул отступал мне за спину. Фырк показался громче, чем обычно, но, возможно, это просто моё воображение. Я смотрел на ровную дыру, которую я проделал, на плоть, исчезнувшую из его тела. Может я и ублюдок, но моей первой мыслью было: Что ж, вот и седьмая душа — Блядь, — сказала Бекка. — Я не знаю никаких последних слов, — произнёс Пол — Я тоже, — сказала Бекка. Она потянулась в карман своих джинсов: — Я все же взяла несколько монет. Подумала, что нам может понадобиться обол. Она протянула посеребренную монету Полу, который открыл рот Слая, засунул монету внутрь, затем снова закрыл рот, после чего повернулся ко мне. — Последние слова? — спросил он. Я сглотнул и сосредоточился на теле: — Да обратится твоя тьма светом. Да освободится от бремени твоя бессмертная душа. Да найдешь ты легкую дорогу в рай и тем самым обретешь покой. Мне показалось, что я не совсем превратил это в фарс, но я заметил движение сбоку и увидел, как Бекка достает с пола свой кинжал. — Что за ебаный рай? — спросила она, стиснув зубы. — Успокойся, — рявкнул Поул. Он отвернулся от нее и оглядел меня, словно увидел впервые. — Это было определенно… Нетрадиционно. — Извините, — быстро сказал я. — Я не… Я не отсюда, я запутан во снах, я не знаю… Простите. Я не специально. — Ебучий культист, — выплюнула Бекка. — Нам нужно работать сообща, — сказал Поул. — Ты ведь заметила, что именно у него есть оружие, верно? Это немного задело. Мне действительно следовало поступить умно и просто сказать, что я тоже не знаю никаких последних слов, но я вспомнил о многих годах игры в разных ролях в качестве мастера. Я был совершенно уверен, что несколько раз выдумывал последние слова. Очевидно, вместо того, чтобы принести утешение им двоим, я выставил себя на посмешище. Стеклянная банка в моем кармане, в которой плавали шесть маленьких белых душ, казалась особенно тяжелой и неудобной. Мне было интересно, как они отреагируют на это; Бекка была почти готова убить меня за то, что я произнес не ту молитву. — Нам все еще нужно решить, что мы будем делать, — сказала Бекка. Она встала и выглянула из-за стеллажей с одеждой на улицу, затем быстро пригнулась: — Нежити стало много. И нравится нам это или нет, но без Слая двигаться будет легче. При упоминании о том, чтобы двигаться куда-то, у меня снова разболелась лодыжка. — Мы можем подождать хотя бы день, — сказал Поул. — Этого времени хватит, чтобы они перестали шататься по улицам. — Звено здесь не просто так, — сказал я, осторожно массируя лодыжку, которая распухла и стала чувствительной. — Независимо от того, является ли это их целью или нет, они охотятся. Пол и Бекка обменялись взглядами. — Повтори, но медленнее, — сказал Пол. — Они здесь не просто так, — сказал я. Я чувствовал, что краснею. Сначала эта история с последним обрядом, а теперь они смотрят на меня так, будто у меня выросла вторая голова. — Ты сказал «Звено», — произнесла Бекка. — Как в «Звене Фуксии». — Да, — ответил я. — Часть «Восстания Цвета», я думаю?. Термин «запутанный во снах», похоже, ничего для них не значил, что было проблемой. Мне повезло, что Кипарис была первой, кого я встретил. — Твою мать… — пробормотала Бекка. — Это было достаточно плохо, когда мы думали, что это просто какая-то банда, — сказал Поул, качая головой. — Но я все еще думаю, что мы должны оставаться на месте. Нет никаких причин, по которым «Восстание Цвета» послало бы сюда один из своих отрядов… Черт, протащить их на самолет под носом у Хоста? Они бы не стали этого делать, если бы просто хотели убить нас. А если это и вправду Звено Фуксии, то мы не можем позволить себе связываться с ними. Я покачал головой: — Не знаю, какие истории рассказывают об этих людях, но я уже убил четверых из них. Пятерых, может, в зависимости от того, как считать. Не может быть, чтобы их осталось слишком много. — Кто ты, блядь, такой? — спросила Бекка. Лицо Пола побледнело. — Я знаю одно безопасное место, — сказал я, проигнорировав вопрос Бекки. Я посмотрел в сторону главной улицы, и хотя мой обзор был закрыт, я мог слышать орду зомби: — И хотя я, возможно, слишком медлителен, чтобы добраться туда прямо сейчас, думаю, есть способ, как это исправить. — Он сумасшедший, — пожаловалась Бекка. — Он хорошо вооружен, — возразил Пол. — Думаешь, он дожил бы до этого, если бы был сумасшедшим? — Да, — отрезала Бекка. — Ну, даже если так, — проговорил я медленно. — Это, по крайней мере, полезная форма сумасшедствия. — Запутанный во снах — Мы можем разделиться и встретиться позже, но я думаю, что это еще более рискованно. — Мы сбежим при первых признаках того, что все катится к черту, — произнесла Бекка. — Мы не собираемся ждать, пока тебя завалят толпой, и не собираемся помогать тебе. — Договорились, — сказал я. Я встал и, прихрамывая, направился к входу в магазин. Зомби заметили меня не сразу, что выиграло мне немного времени, и дало направить свой пустотный дырокол на ближайшего из них, прямо в центр его груди. Мне пришлось немного нагрузить лодыжку, что было больно, но я надеялся, что это ненадолго. Фырк. Повышение навыка: Пистолеты ур. 4! Зомби Повержен! Я старался по возможности игнорировать сообщения, в основном потому, что они ничем мне не помогали. Лист персонажа действительно делал что-то, но он был разочаровывающе неточным и явно не представлял всей игровой механики, особенно если учесть, что у меня не было ни хит-поинтов, ни полоски здоровья. (И я на мгновение задумался, как я должен был определять, насколько близок к смерти, пока не подумал, так, же как ты делал это на Земле, дурачок). Фырк. Фырк. Зомби Повержен! Я узнал кое-что полезное: дыроколу требовалось четыре секунды на перезарядку. Я был осторожен с ним, не желая нагружать его слишком сильно, опасаясь, что он безвозвратно сломается, и по этой причине решил не проводить с ним тесты. Однако здесь у меня была возможность контролировать обстоятельства этого боя. Все больше зомби поворачивались ко мне, пока мой пистолет продолжал издавать свои негромкие звуки. То, что окна в магазине одежды не были панорамными играло мне на руку, и зомби пришлось бы преодолеть стену, чтобы добраться до меня. — Ты говорил, что владеешь магией, — сказала Бекка. Я проигнорировал ее и нацелился на другого зомби. Они были медлительны, но все же двигались с приличной скоростью, поэтому стрелять по ним было довольно сложно. Если бы я мог целиться в голову, все могло бы быть иначе, но моей целью было их сердце, которое было гораздо меньше. Фырк. Зомби Повержен! С момента последнего повышения уровня я убил трех зомби и двух членов Звена Фуксии, и мне казалось, что я уже близок к четвертому уровню. К сожалению, зомби начали массово приближаться ко мне, и я, похоже, недооценил их количество. Вдруг я узнал одного из зомби: джинсы у него были распороты, прямо у паха, и я вспомнил, что видел его на заправке. Это означало, что орда, преследовавшая меня, уже добралась и рассеялась в Комфорте. Блин. К тому времени, когда я убил еще троих, я начал беспокоиться. Я оглянулся на Бекку и Пола и увидел, что они оба стоят у входа, причем Поул следит за тем, чтобы горизонт был чист, а Бекка пристально смотрит мне в спину. Я увидел, как ее глаза на мгновение расширились, и переключил свое внимание на витрину магазина, где зомби начали вести себя по-другому. Раньше они толкались между собой, но теперь начали немного координировать свои действия, переползая друг через друга или уходя с дороги. Толпа образовывала плотный узел зомби, которые, казалось, были больше озабочены друг другом, чем мной, их движение было направлено немного в сторону от меня. Я понял, что происходит, когда снова выстрелил из пистолета и убил одного из ближайших. Однако в тот момент я уже ничего не мог с этим поделать: нежить слилась воедино, подняв свое импровизированное туловище и раскинув сращенные конечности. Зомби-Вольтрон 2 медленно оживал. Фырк. Критическое попадание! Повышение навыка: Пистолеты ур. 5! Зомби Повержен! Уровень Повышен! На этот раз я был готов к пьянящему чувству повышения уровня. Когда оно обрушилось на меня, я отдался этому чувству, сделав глубокий вдох, и ощутив сладкий вкус ветра, который трепал рваную одежду, все еще висевшую на манекенах в магазине. Когда все закончилось, боль в лодыжке прошла, а плечо стало как новенькое. Я начал убегать как раз в тот момент, когда два зомби перемахнули через окно в магазин. Бекка смотрела на меня с открытым ртом, когда я бросился к ней, но ей удалось взять себя в руки и высокчить в переулок первой. Мы бежали втроем; я дал Поулу свой баллистический пистолет, в основном потому, что он продолжал настаивать на том, что если меня убьют зомби, то они двое останутся почти беззащитны. Не было слышно грохота разрушенного магазина одежды, но мы все равно продолжали бежать. До автомастерской, о которой я неохотно рассказал Полу и Бекке, оставалось два с половиной квартала. Мне все еще не хватало одной души, но я не решился попытаться забрать ее у трупа Слая, когда они оба были там. Не после того, как они отреагировали на мою попытку произнести последние слова. (В зависимости от точки зрения, можно назвать это или трусостью, или осторожностью, но игровой слой не использовал это против меня). Мы держались переулка, на полной скорости перебегая улицу, мимо зомби, шаркающих вокруг, пока их светящиеся красные глаза поворачивались за нами. Мы были на полпути к следующему кварталу, когда в конце его показалась огромная фигура. На секунду я подумал, что второй Зомби-Вольтрон каким-то образом обогнал нас и перегородил нам путь, но с ужасом осознал, что конфигурация трупов мне знакома. Это был не тот, который только что ожил, это был оригинал. Это означало, что «Зомби-Вольтрон 2: Электрическое бугало» — да, быстрый взгляд подтвердил, что он был позади нас, двигался, чтобы перекрыть другой конец переулка. — Налево! — крикнул я и помчался по одному из узких тротуаров, проложенных между зданиями. Поул бежал за мной, а Бекка — за ним. Но когда я оглянулся, то увидел, что ее рубашка зацепилась за погнутый кусок трубы, который торчал из земли под странным углом. Она разорвала рубашку, но при этом её дёрнуло назад, и она упала на землю, ударившись головой о цемент. Это был момент, которого я так боялся. Если бы мне пришлось делать ставки на то, какому правилу подчиняется «Трусость», то я бы ставил на отказ от помощи нуждающимся людям, чтобы увеличить свои собственные шансы на выживание. Я повернулся обратно к Бекке и помчался, проскользнув мимо Пола, когда он продолжал бежать. Мой пустотный дырокол был в руке и направлен в переулок. Я достиг Бекки как раз в тот момент, когда один из Зомби-Вольтронов уставился на неё. Вблизи его красные глаза были настолько яркими, что почти ослепляли. Я выстрелил в него из пистолета, фырк, и попал прямо в левый глаз. Хотя он и погас, но было видно, как трупы скользят вокруг друг друга, перестраиваясь. Я схватил левой рукой Бекку за ногу и потянул назад, из-под удара. Рука-из-трупов зомби Вольтрона пролезла между зданиями и опустилась на то место, где полсекунды назад была голова девушки. — Я… порядке, — сказала Бекка, когда я тащил ее. Либо она была удивительно легкой, либо я не знал своих сил. Я мысленно досчитал до четырех, а затем снова выстрелил в Зомби-Вольтрона. Я не видел дыры, которую проделал, а существо никак не отреагировало. Бекка пнула меня ногой и с трудом поднялась на ноги, но когда она попыталась сделать шаг, то споткнулась и ударилась о стену, а затем, шатаясь, поднялась на ноги. Я подобрался к ней, залез под руку и перекинув ее через свое плечо, держась за ее запястье. Я отчасти поддерживал ее, а отчасти нес. Все мысли о том, что ей это не нравится, покинули ее, и она изо всех сил старалась держаться на ногах. Пространство между зданиями было едва достаточно широким, чтобы мы оба могли пройти, но если бы мы шли плечом к плечу, а не бедро к бедру, то, наверное бы, застряли. Когда мы выбрались из переулка, Пола нигде не было видно. Я боялся, что второй Зобми-Вольтрон может окружить нас, но, похоже, им не хватало ни скорости, ни координации. Теперь мы снова были на главной улице, с проржавешими машинами и шатающимися зомби. Бекка навалилась на меня всем своим весом, пока я пытался сообразить, что делать, — размышления были прерваны, когда Зомби-Вольтрон показался из-за зданий и неуклюже пополз в нашу сторону. Путь, по которому мы пришли, был перекрыт: первый Вольтрон пробирался через слишком узкое для него пространство, протискиваясь и извиваясь. Тот, что был на улице, бросился на нас. Я снова выстрелил в него из своего пустотного дырокола, ругаясь при этом. Критическое попадание! На мгновение у меня появилась надежда, но все, что произошло — это один из трупов, составлявших эту некротическую мерзость, упал на землю. На этот раз я видел отверстие, прямо в груди этого зомби… ох. Пробив ему сердце, я убил зомби, но это существо состояло из них, поэтому мне прийдется пробить каждое из его сердец, чтобы убить его. Один готов, ещё пятьдесят на подходе. Я засунул дырокол под пояс штанов, поднял Бекку, перекинул через плечо и побежал. Хотя сложно назвать это бегом, учитывая, что я нес больше пятидесяти килограмм. Я старался лавировать между машинами изо всех сил, надеясь, что это усложнит передвижение Зомби-Вольтрону и компенсирует мой недостаток в скорости. Однако я понимал, что он преследует меня: слышал влажные шлепки разлагающейся трупной плоти, когда он бежал, и хруст костей от слишком тяжелых шагов. Судя по звуку, он догонял меня. Единственным моим преимуществом было то, что я все еще двигался к автомастерской, где, надеюсь, Пол и Кипарис смогут обеспечить мне небольшое прикрытие, но до нее оставалось еще два здания, а я двигался мучительно медленно. Вся решимость, которая была у Бекки окончательно угасла, и она почти обмякла на моих руках, что делало её еще тяжелее. Я услышал громкий звук прямо за спиной, и рискнул обернуться как раз вовремя, чтобы увидеть приближающийся ко мне конец руки Зомби-Вольтрона. Искореженное месиво плоти, составлявшее его ноги, исчезло, а на их месте появилась дюжина цепких кистей, прикрепленных к рукам, которые извивались вокруг. Оно было слишком близко, а я — слишком медленным. Одна из рук вцепилась в предплечье Бекки, и как только хватка сомкнулась, оно сдернуло ее с меня. Другие руки присоединялись к первой, хватая ее за горло, волосы, плечи, везде, куда могли дотянуться. Мне удалось ухватиться за одну из ее ног, прежде чем она полностью упала с моих плеч, но зомби-масса потащила ее от меня с силой, которая почти вырвала мне руку из плеча. Я потерял хватку и в ужасе смотрел, как рука из трупов метнулась в сторону, ударив Бекку о металлический мусорный бак. Его край врезался ей в позвоночник, разделив тело на две части и забрызгав землю кровью и внутренностями. — Нет! — заорал я. Порок: Трусость Снят! Я чувствовал, как пульс стучит в висках, а зрение начало помутняться. Я и раньше злился, охваченный ослепляющей яростью, но никогда еще она не сочеталась так идеально с адреналином. Дрожащей рукой я выдернул дырокол пустоты и начал наводить его на Зомби-Вольтрона… Затем развернулся и побежал, потому, что это было единственным разумным поступком. Я матерился на бегу, проклиная всё это, чистую несправедливость того, что я пытался поступить правильно и увидел, что все равно все рушится. То же самое я чувствовал после смерти Артура — яростный гнев на мир, который был так безразличен к нам, жгучее желание найти Бога и набить его ебучую жирную морду за то, что он позволил случиться подобному. Я бежал, пока не решил, что оторвался, затем вернулся назад, внимательно осматриваясь. Ярость сменилась твердым намерением убить каждого ебаного зомби в этом месте, прежде чем двигаться дальше. Я бы взял этот ебаный мир за глотку и подчинил бы своей воле, невзирая на его протесты. Я бы лепил и изменял его, до тех пор, пока он не перестанет быть таким дерьмовым. У меня было то же самое чувство на Земле, примерно полгода после смерти Артура. Этот раз был отголоском того, или, может быть, просто воскресило те старые мысли, которые я уже начал отбрасывать. Я знал Бекку всего полчаса, если не меньше, и вернулся, чтобы спасти ее, только потому, что беспокоился за свою собственную жизнь. Та часть меня, которая не была настроена против всего мира, понимала, что это было больше похоже на сдирание старого рубца, чем на рациональную реакцию на смерть Бекки, но это не меняло моих чувств. Я убил еще пять зомби, пока пробирался обратно к автомастерской, скорее потому, что был зол, чем из-за реальной угрозы. Небольшой фырк был неудовлетворительно тихим, хотя всплывающие уведомления приносили некоторое удовольствие. Зомби-Вольтрона (Вольтрона-из-Зомби?) не было видно, за что я был благодарен. Мне потребовалось усилие воли, чтобы не упереться и не сражаться с ними до самой моей смерти. Из Звена Фуксии тоже никто не появлялся. Когда я дошел до автомастерской, я услышал, как кто-то сказал «Псс!». Пол вышел из-за угла и подошел ко мне, пригнувшись. Он огляделся и открыл рот, чтобы задать вопрос, но остановился. — У двери оказалось нежить, трое, — сказал он вместо этого и похлопал по пистолету на боку. — Я решил, что эта штука слишком громкая, не хотел привлекать слишком много внимания, так что я увел их подальше, а потом вернулся. Ты… в порядке? — Да, — ответил я. — Бекка не выжила. — Черт, — произнес Пол. Я подошел к двери и открыл ее. До меня донесся дурманящий запах: труп в приемной явно созрел. — Идем, я вас познакомлю. Кипарис встретила меня примерно так же, как и в первый раз. Теперь у нее было новое оружие, — винтовка, которую она направила прямо на меня. Она укрывалась за импровизированной баррикадой из автомобильных дверей, которую, должно быть, собрала сама. Я и забыл, насколько она была привлекательна, помня это только, как факт, который не отражал моего влечения к ней. — Я слышала шум снаружи, — сказала она спокойно. — Тебя преследовали? — Нет, — ответил я. — Но я привел гостей. Кипарис махнула головой в сторону — универсальный знак «тогда прочь с дороги». — Ты под прицелом дырокола пустоты, — обратилась она к Полу, когда тот шагнул вперед. — Мое доверие к Джуниперу, каким бы оно ни было, на тебя не распространяется. Поул ничего не ответил на это, вместо этого уставился на Кипарис. — Твою ж мать, — сказал он. Да, у меня была такая же реакция, но, по крайней мере, я оказался достаточно вежлив, чтобы не говорить это вслух. Однако я неправильно его понял, потому что Пол опустился на колени и поклонился. Я поднял бровь; Кипарис закатила глаза. — Принцесса Амариллис, — сказал Пол не поднимаясь. — Я клянусь служить вам.