Один раз

— Юн, ничего нового, — Хосок крепко сцепил руки у парня на животе и прижался к нему со спины всем телом, надеясь таким образом не позволить ему броситься на Чонгука. — Очередная словесная перепалка. Не обращай внимания, — прошептал он ему на ухо, как будто стесняясь. Не реагируя на слова Хоса, Мин продолжал вопросительно смотреть на друга. — Гук, меня уже начинает заёбывать эта идиотская вражда, — глаза Юнги не предвещали ничего хорошего. — Оставь моего парня в покое. Метнув на выглядывающего из-за Юнги Хоса убийственный взгляд и ничего не ответив, Чонгук сорвался с места и практически выбежал из студии. Мин повернулся, чтобы догнать его, но Хос повис у него на шее. — Останься! — попросил он испуганно. — Я просто поговорю с ним, мне не нравится, что он постоянно пытается тебя унизить, — Юнги попытался мягко отцепить от себя парня, но тот лишь крепче вцепился в него. — Не нужно, я прошу, — Хос с мольбой заглянул Юнги в глаза. — Мне правда плевать, что он там говорит. Послушай, не нужно портить себе настроение перед поездкой. Забудь. Я не хочу, чтобы вы поругались перед выступлением из-за меня, — продолжая крепко держаться за парня, он настойчиво поцеловал его в губы, стараясь отвлечь. Не сразу, но Юн ответил на поцелуй, отпуская своё зло. — Он правда ничего тебе не сделал? Не угрожал? — отстранившись, Мин внимательно посмотрел Хосу в глаза и погладил по плечам. Парень решительно покачал головой. Юн тяжело вздохнул и нахмурился. — Мне всё это не нравится. Сколько можно уже страдать этой херней? Когда мы вернёмся, я всё равно с ним поговорю, пусть учится держать свой язык в жопе. — Может, не надо? — Хос неуверенно царапнул футболку Юнги. — Я так боюсь, что вы рассоритесь. Группа держится на вас двоих, будет ужасно, если Гук уйдёт. — Не придумывай. Никуда он не денется. Ты его плохо знаешь, на самом деле он не такое быдло, каким кажется. Просто у парня было тяжёлое детство. Я не собираюсь с ним ругаться, посидим, выпьем и всё будет норм. Не переживай. — Только ничего ему не рассказывай о том случае. Ты обещал! — Ладно-ладно, — Мин недовольно закатил глаза. — Идём уже! *** — Потрясающий вид, согласись? — Сокджин набрал полную грудь солёного морского воздуха, любуясь восхитительным закатом с балкона гостиничного номера. — Угу, — согласился Намджун, оценивая зад мужчины. — Вечно бы смотрел. Подойдя вплотную, он положил большие ладони ему на живот, притянул к себе и поцеловал за ухом. Реагируя на ласку, Джин поёжился и довольно заулыбался. — Давай прогуляемся? — предложил он, положив свои ладони поверх рук Нама. — А потом поужинаем где-нибудь на набережной. Что думаешь? — Если честно, я вообще не могу думать, когда вы рядом, хён. — Нам мокро прошёлся языком по шее Джина и спустил руки чуть ниже его пупка. — Я слишком соскучился. Мы неделю не виделись. В ответ Джин закинул голову на плечо Нама, прижимаясь своей щекой к его и тихо сдавленно выдохнул: — Было много работы, малыш, ты же знаешь. Нам поднял руку и осторожно положил ладонь на шею Джина, с радостью ощутив, как адамово яблоко под ней нервно двинулось вверх-вниз. — Я знаю, что ужасно соскучился по тебе, Джини-и, — хрипло выдохнул он, сильнее сжимая горло и очертил языком ушную раковину. — Ты нужен мне. — Ты слишком настойчив, ма… Не дав ему договорить, парень с силой утянул Джина в номер и уложил на широкую кровать. Его руки нетерпеливо шарили по телу мужчины, расстёгивая и стаскивая ненужную одежду. Джин не успел опомниться, как оказался в чём мать родила. — Малыш, ты слишком торопишься, — он попытался его остановить, но парень был словно под гипнозом. — Да подожди ты! — Джин раздражённо рыкнул на него и слегка оттолкнул, чувствуя, как шаловливые пальцы забрались туда, куда им вообще не разрешалось. — Мы же договорились! — мужчина с силой потянул за ухо парня, как нашкодившего школьника, заставляя посмотреть ему в глаза. — Никакой пенетрации, так? Нам обиженно надул губы и дёрнул головой, освобождаясь. — Да, договорились! Но, хён… я так больше не могу. Вы слишком сексуальный и соблазнительный. Я почти каждую ночь вижу во сне, как мы занимаемся любовью, — парень притянул Джина к себе за шею и отчаянно впился в мягкие губы. — Ты сводишь меня с ума. Пожалуйста, позволь мне. Обещаю, я не сделаю тебе больно. Джин с удивлением ощутил, как нервно дрожат пальцы Нама на его плечах. "Чёрт! Сумасшедший мальчишка! Нужно что-то придумать или он точно трахнет меня", — пронеслось у него в голове. Сокджин упёрся руками в широкую грудь, отодвинул от себя парня и обреченно выдохнул. — Разве нам плохо так, как есть? — спросил он, с надеждой разглядывая Намджуна, печально сидящего между его широко разведённых ног. Порывисто вздохнув, как ни за что отшлепанный щенок, Нам обиженно развернулся к нему спиной и сел на край кровати. — Да, конечно, всё отлично, — пробормотал он себе под нос. — Вы хотели прогуляться, хён? Я подожду вас на улице. Он встал с кровати и быстро направился на выход, низко повесив голову и Джину даже послышался жалкий всхлип. — Ну-ка, вернулся быстро! — жёстко приказал он, чувствуя, что все его планы на приятные выходные катятся к ёбаной матери. Нам тут же остановился, как сивка-бурка, и медленно развернулся. В его глазах была такая безграничная надежда, что Джин внутренне застонал, понимая, что его анальная невинность находится под огромной угрозой. Парень тем временем тихой сапой переместился обратно и осторожно присел с краю, как бедный родственник, скромно теребя простынку. — Хён, мы же можем просто попробовать? — неуверенно предложил он, хлопая бесстыжими маргалками. — Обещаю, если вам совсем не понравится, я больше не буду настаивать. — И что? Ты бросишь меня? — Джин уселся по-турецки и подпёр голову ладонью, пристально разглядывая парня. — Нет, что вы! У меня и мысли такой не было. Если честно, я уверен, что вам понравится. Джин не выдержал и расхохотался. Чем ему нравился этот мальчишка, так это своими невероятными оптимизмом и самоуверенностью, иногда граничащими с полным идиотизмом. Сейчас он непонимающе хлопал своими наивными глазёнками и был само очарование. Махнув рукой, мужчина обречённо вздохнул и задумчиво почесал затылок. — Не понимаю, откуда в тебе такая уверенность? Почему мне должно понравится? Ты же никогда не делал этого. — Я много читал по этой теме, — с готовностью сообщил Нам. — Ну, тогда переживать, конечно, не приходится, — фыркнул Джин. — В таком случае, ты наверняка знаешь, что пассиву перед сексом необходимо определённым образом подготовиться… Я вообще не планировал, как ты понимаешь, сие действо, поэтому … — Не переживайте по этому поводу, — перебил его Нам и подскочил с кровати. Схватив свою спортивную сумку, он быстро выудил оттуда клизму и со счастливой улыбкой пихнул её под нос охуевшему от такой предусмотрительности Джину. — Боюсь даже предполагать, что у тебя там ещё имеется, — скривился он, разглядывая резиновое приспособление. — Да нет там ничего такого, смазка и резинки, если только. У меня было хорошее предчувствие перед поездкой, поэтому я подготовился. — Нам покрутил в руке грушу. — Может вам помочь с этим? — Ещё не хватало! — возмутился Джин и спрыгнул с кровати. — Ванга доморощенная! — съязвил он злобно, выхватив из рук Нама промывательное орудие и скрылся с ним в ванной комнате, громко хлопнув дверью. Спустя полчаса, печально сидя на унитазе в позе роденовского мыслителя, Сокджин в душе не представлял, как это всё так повернулось против его невинной задницы? Он планировал провести чудесные выходные в обществе парня, который ему очень нравился. Да чего там нравился? В последнее время Нам занимал все его мысли. Он и сам не заметил, как мальчишка забрался к нему в сердце и по-хозяйски там расположился. И вроде всё было вполне неплохо, несмотря на юношеский темперамент Нама, им как-то удалось договориться. Джину казалось, что его вполне устраивает то, как они проводят время, помогая друг другу сбрасывать сексуальное напряжение. Хотя, кому он врал? Было ясно как божий день, что рано или поздно неопытный мальчишка потребует от него полноценного секса. Это было всего лишь делом времени. Джин просто трусливо прятал голову в песок, надеясь как можно дольше оттягивать неприятный момент. Как он делал и сейчас, до трясучки не желая высовывать даже нос из спасительного санузла. К его удивлению, Нам терпеливо ждал его и даже не пытался торопить. Ударив себя по щеке, Джин, наконец, встал с унитаза и переместился под душ, настраивая себя на то, что нужно всего лишь потерпеть несколько минут, всем видом показать, что ему крайне не понравилось (а в этом он ни разу не сомневался) и забыть об этом постыдном эпизоде, вернувшись к их обычной уже устоявшейся сексуальной жизни, а именно: петтингу и дрочке, разбавляя их по праздникам минетом. Успокоив себя таким образом, мужчина решительно закутался в махровый халат и не менее решительно вышел из ванной комнаты. На лице ожидавшего его Нама было написано нешуточное беспокойство, похоже всё это время он нервничал не меньше, чем сам Джин. Парень тут же сорвался с места и заключил его в объятия: — Прости меня, хён! — от волнения он постоянно перескакивал с вежливого обращения на неформальное. — Я не должен на вас давить. Если ты не готов, то не нужно себя насиловать, — пролепетал он, нежно целуя. — В смысле? Ты издеваешься? Зря, что ли, я клизму делал? — возмущенный до глубины души Джин отвесил парню подзатыльник. — Нет уж! Давай покончим с этим раз и навсегда. Он сел на кровать и выжидающе уставился на смущённого парня. Тяжело сглотнув, Нам медленно опустился перед ним на колени, не отводя восхищённых глаз. Слегка нахмурившись, Джин откинулся на локти и наклонил голову на бок, нервно кусая пухлые губы. Парень осторожно взялся за конец пояса его халата и медленно потянул, развязывая узел и обнажая желанное тело. — Ты слишком красивый, Джинни. Я не верю, что это реально происходит, — Нам сдавленно выдохнул, приходясь горячими ладонями по бёдрам мужчины. — Аналогично, — Джин плюхнулся спину и обречённо уставился в потолок, отдавая инициативу Намджуну, чувствуя себя при этом до ужаса неловко. «Хер я тебе буду помогать», — мстительно подумал он, сложив лапки на груди и претворяясь древесиной. Но Намджуну, похоже, вообще никуда не и уперлась его помощь — не успел Джин опомниться, как его ноги резко взметнулись вверх. — Ты что творишь? — он испуганно вскрикнул, затрепыхался и попытался отползти. Но кто бы ему позволил? Дорвавшегося до "запретного плода" Намджуна было уже не остановить. Крепко удерживая широко разведенные ноги, обнаглевший мальчишка плотоядно ухмыльнулся и мокро прошёлся языком по внутренней стороне бедра. Джин даже и не подозревал, что это место у него настолько чувствительное. Он непроизвольно выгнулся в пояснице и тяжело задышал. Не отводя глаз, мужчина заворожённо наблюдал, как Нам медленно покрывает поцелуями кожу, неуклонно продвигаясь к причинному месту. Джин изо всех сил старался сдерживать свои мурашки, но они выдавали его с головой, вздыбливая каждую волосинку на теле. — Нам, просто вставь. Давай обойдёмся без всех этих прелюдий, — прохрипел он, чувствуя голой задницей, что его план летит коту под хвост — отыгрывать бревно под таким напором было довольно сложно. — Так нельзя, хён. Я не хочу вам навредить, — ответил Нам, добравшись до "самой вкуснятины" и лизнул головку залупившегося члена Джина, предательски торчавшего во весь свой небольшой рост. — Чёрт! — мужчина закусил палец, сдерживая стон удовольствия. — Просто смазки побольше и всё, — пытаясь спастись от настырного языка парня, он быстро развернулся, выставляя зад. Это стало главной тактической ошибкой Сокджина. Но откуда же ему было знать, что в своих познаниях Нам зашёл настолько глубоко? Задохнувшись и не веря своим ощущениям, Джин на секунду замер и резко обернулся, чтобы воочию убедиться, в реальности происходящего. Картина перед его глазами была настолько неприличной, что он в шоке замер: разведя в стороны его невинные половинки, вконец охеревший Нам, прикрыв глаза и смачно хлюпая, вылизывал его дырочку. К такому жизнь Джина не готовила. В одну секунду он весь покрылся потом, с ужасом понимая, что сам пошло выгнулся словно мартовская кошка, подставляясь, готовый разразиться такими же воплями. Нащупав руками подушку, он спрятал в неё красное от стыда лицо, кусая наволочку, пытаясь как-то собраться и не поддаваться жаркой волне, которая растекалась от его обильно обслюнявленного входа по позвоночнику. Но у него не получалось. Вообще. Ни разу. Никак. Сознание медленно, но верно уплывало куда-то в далёкие края. Джин из последних сил цеплялся за реальность, словно за край бездны, стараясь сохранить лицо и самоуважение. Он точно не собирался кончить, да еще и так быстро. Это стало бы полным фиаско. Но, к сожалению, в тот вечер всё было против него, даже собственное тело. Его так оберегаемая дырочка, неизбалованная вниманием, бесстыже раскрылась под напором Намджуна, доверчиво пропуская длинный напористый язык. У Джина просто не было сил выносить эту сладкую пытку. Задыхаясь от удовольствия, стыда и необычных ощущений, он позорно излился на простынь и обессиленно рухнул, не веря в то, что произошло. Ёп твою мать! Да как так-то? Он кончил только от римминга. В голове было белым бело и совершенно пусто. Никогда ещё оргазм не накрывал его с такой силой. Джин даже не сразу смог ответить на поцелуй Нама, который как-то незаметно перевернул его на спину и уже лежал сверху. — Раньше ты не был таким чувствительным, Джин-и. Так быстро кончил. Я даже толком ничего не успел сделать, — прошептал он довольно, разглядывая умиротворённое лицо. — Ой, блять, не прибедняйся, — мужчина легко щёлкнул его по кончику любопытного носа. — Признайся! Ты на курсы какие-то, что ли ходил? Или это природный талант и мне так невероятно повезло? — у Джина уже не было ни сил ни желания строить из себя недотрогу, тем более, что следы его капитуляции ещё даже не высохли. Смирившись, он ласково поглаживал Нама по плечам, пока тот покрывал его грудь легкими поцелуями. — Просто я хотел, чтобы тебе было хорошо, — парень поднял на него свои щенячьи преданные глаза и мило улыбнулся, показывая чёртовы ямочки. Перед этим взглядом Джину стало нестерпимо стыдно за свой эгоизм и двуличие. Он потянул Нама к себе и поцеловал. — Я тоже хочу, чтобы тебе было хорошо. Давай, трахни меня, — прошептал он ему в губы и призывно потёрся пахом. Спустя неизвестное количество времени (в котором Джин совсем потерялся), лежа в объятиях счастливо и удовлетворённо сопящего Нама, Сокджин понял для себя две вещи: во-первых, он оказывается пассивчик до мозга костей, а во-вторых, ещё и по уши влюблённый пассивчик. *** В то время, когда Джин, уже смирившись со своим новым положением (под Намом), отдавал ему всего себя, Чон Чонгук исподлобья зыркал на Хосока, пытаясь разглядеть в нём черты роковой незнакомки. Насыщенный событиями день сменил расслабляющий вечер. После концерта, на котором они, кстати сказать, с успехом выступили, группа в полном составе отправилась в бар, отпраздновать свой «триумф». Счастливый Хосок уже выложил видео и, не отрываясь от выпивки, отвечал на огромное количество комментариев. Он то и дело показывал всем экран своего телефона и зачитывал хорошие отзывы. Хмуря брови, Гук, в свою очередь, всем своим видом показывал, что не замечает его, молча заливаясь пивом. К их столику то и дело подходили девушки под предлогом сфотографироваться и пару месяцев назад, он скорее всего, уже ушёл бы с одной из них куда-нибудь в укромное местечко, если бы на Солляль его не сглазила одна неизвестная девица, до дрожи чем-то схожая с парнем его лучшего друга. Чон отказывался верить своим глазам, но чем больше он вглядывался в Хосока, тем хуже ему становилось. Тесно прижавшись к Юнги, раскрасневшийся от алкоголя и духоты клуба, парень то и дело широко улыбался, отчего его мордаха становилась ещё более милой. Гук тряхнул головой, стараясь отогнать навязчивые мысли. Он видел лицо незнакомки только в смутном отражении стекла, поэтому не мог с уверенностью сказать, что они точно похожи. Чонгук вообще ни в чем не был уверен. Даже в собственном рассудке. Больше всего на свете ему хотелось забыть о том, что произошло утром и снова начать смотреть на Хоса, как на нечто несуразное, ошибочно возникшее в их жизни. Почему же у него не получалось? Почему ресницы Хосока сейчас казались такими длинными? Раньше он не обращал на них внимание. А зарумянившиеся скулы? Почему их хотелось коснуться губами? Медленно провести от них дорожку из поцелуев к впадинами над ключицами, непристойно выпирающими из-под ворота рубашки. Испугавшись своих мыслей, Чон схватил новую бутылку и залпом осушил половину. Он перевёл взгляд на танцпол, где порядком набравшийся Чимин крутил своей упругой задницей. Чтобы отвлечься, Гук попробовал представить его голым, но картина не вызвала у него ничего, кроме легкой тошноты. Порадовавшись этому обстоятельству, парень опять перевёл глаза на Хоса, но вообще не вовремя. В этот момент Мин как раз что-то шептал ему на ухо, медленно поглаживая кончиками пальцев предплечье, отчего парень смутился и прикусил нижнюю губу. Гук до боли стиснул кулаки, пытаясь остановить себя и не позволить вскочить с места. У него было полное ощущение, что он медленно, но ебать как верно, сходит с ума. Иначе как объяснить это неуместное желание схватить Хоса за руку и оттащить от Юнги? «Блять, я совсем свихнулся, что ли? Это какое-то наваждение? Может, меня сглазили?» — в панике думал Гук, захваченный волной непонятных пугающих эмоций. —«Надо валить отсюда, пока я дров не наломал». К его счастью, сладкая парочка сама избавила его от своего общества. — Гук? — позвал его Мин. — Мы в гостиницу, присмотри за Чимином, хорошо? Я его знаю, он в таком состоянии может на неделю пропасть. Молча кивнув в ответ, Чон проводил взглядом удаляющихся Юнги и Хоса, облегчённо выдохнул и приложился к бутылке. Он остался за столиком совсем один. Остальные ребята свалили ещё раньше. Теперь, когда Хос не отсвечивал перед глазами, он попытался собраться и подумать спокойно. Сама мысль о том, что мелкий гомик переоделся в женское платье была вполне себе реальной. Кто знает, во что там играют между собой эти двое? Мин не вдавался в подробности их отношений, да Гук и не хотел о них слушать. Пару раз Юнги пытался поговорить с ним по душам, но сам Чон уходил от разговора и друг не стал настаивать. За последнее время они отдалились, и Чон винил в этом только голубого задрота. Они с Юнги перестали общаться на личные темы, хотя раньше между ними не было тайн. Чонгук устало потёр глаза и взял телефон. На самом деле у него был способ узнать правду. Номер такси, на котором сбежала девушка, навечно отпечатался в его памяти. Потребовалось пару недель, но Чон нашёл водителя, который увёз её в тот вечер. Однако, по закону подлости, мужик оказался на редкость упёртым и ни в какую не хотел открывать Гуку адрес. Чон и просил, и умолял, и даже пытался угрожать, но все было безрезультатно. Водила послал его, говоря что-то о репутации и страхе потерять работу. Тогда Гук предложил ему денег и мужик сразу обрёл храбрость, но запросил такую немыслимую сумму, что тут уже парень пошёл на попятную. Он и так едва наскребал на оплату обучения и общагу и просто не мог отдать все накопленные деньги. Водила пожал плечами и оставил ему номер телефона на случай, если Гук передумает. Глядя сейчас на цифры, парень не решался нажать на вызов. Честно, ему уже было поебать на деньги, но он был совсем не уверен, что реально хочет знать правду. Возможно, было лучше остаться в неведении и верить, что та девушка не имеет никакого отношения к Хосу и когда-нибудь появится в его жизни вновь? — Чего такой грустный? — плюхнувшийся рядом Чимин заглянул в лицо Гука и пьяно хохотнул. — Фу блять, не дыши на меня, — парень с отвращением оттолкнул бухого друга. — Сам ты блять, — Пак обиженно надул губы и потянулся за бутылкой. — Кстати, на счет блядей, ко мне тут подкатывала одна симпопуля, спрашивала про тебя и явно так намекала на тройничок. Ты как? В деле? — Ебнулся, что ли, совсем? — Гук скривился от отвращения. — А что такого-то? — не понял Пак. — Рядом с тобой у меня не встанет. Голые мужики меня не возбуждают. — Ага, поэтому ты весь вечер пялился на Хоса? — пьяный Чимин не видел берегов. — Я тебя давно раскусил. Он тебе нравится, поэтому ты и бесишься и пытаешься унизить при любом возможном случае. Тварь ты латентная, Гук-и. Чон схватил парня за ворот, притянул к себе и зло прошипел прямо в лицо: — Ещё одно слово и я тебе нос разобью, — пообещал он в бешенстве. — Да пошёл ты, — Пак с силой оттолкнул парня, резко встал и обиженно посмотрел на него сверху-вниз. — Я думал, мы друзья. Гуку стало стыдно, за то что он сорвался на Чимина из-за его пьяного бреда. — А ты херню не неси, — попытался он сгладить накалившуюся ситуацию. — Давай, садись обратно, выпьем ещё. Все свалили, мы одни остались. Пак уже довольно давно понял, что Гук просто не умеет извиняться человеческими словами, поэтому махнул на него рукой и сел. — Ладно, проехали! Только Гук-и, если тебе вдруг захочется поговорить с кем-то, я всегда выслушаю. — Не захочется, — буркнул Чон и чокнулся о бутылку парня. Спустя час, медленно поднимаясь в номер с висящим на его плече Чимином, Гук материл себя на чём свет стоит. Знал же прекрасно, что Пак вообще не знает своей нормы. Его резко вырубило прямо за столиком, поэтому Чонгуку ничего не оставалось делать, как тащить его на себе. Свалив бесчувственное тело на кровать, Чон вытер пот со лба. — Я тебе это припомню, пьянь, — пообещал он спящему Чимину. В ответ Пак открыл рот и громко захрапел. — Ну, охуенно, — Гук закатил глаза в потолок, как бы спрашивая, за что ему это всё. Мало ему проблем, так ещё и ночевать с этим храпящим на весь номер чудовищем. Чон попытался перевернуть его на бок, но от этого приема громкость парня не убавилась ни на децибел. — Сука какая! — в отчаянии прошипел Гук и зло пнул кровать. Махнув на него рукой, Чон вышел на балкон. Прохладный ночной воздух освежил. Затянувшись сигаретой, Чон бездумно разглядывал огни ночного города, когда услышал откровенный стон. Он с интересом огляделся по сторонам и похолодел, вспомнив, что номер Юнги располагался по соседству от их с Чимином, а значит выход на их балкон находился через тонкую перегородку от него. — Твою мать, только не это, — с ужасом прошептал он себе. Наклонившись над ограждением, он увидел что дверь в соседний номер была приоткрыта. Мало того, из-за неё раздался новый стон, уже гораздо более громкий и чувственный. Первой мыслью Чонгука было позорно бежать, куда глаза глядят. Похер! Переночует где-нибудь, не первый раз. И он уже развернулся на 180 градусов, но внезапная мысль остановила его. Гук подумал, что, возможно, ему стоит увидеть, как они делают это и тогда отвращение навсегда выкинет из его головы мысли о Хосоке. Решение было принято за доли секунды. Натренированному парню не составило никакого труда перебраться на соседний балкон. Как под гипнозом, он подошёл к стеклянной двери, закрытой шторами и осторожно заглянув с щёлку между ними.