Один раз

С Хосом было что-то не так. Мин видел это по малюсенькой складочке между бровей, по немного резким нервным движениям рук, но главное — по холодному молчанию, которое сопровождало их всю дорогу до дома, хотя в обычные дни его фонтан возможно было заткнуть только языком. Не то чтобы Юнги не нравилась тишина. Наоборот, рядом с Хосом ему было очень комфортно ехать молча, просто положив ладонь на его острую коленку. И всё было бы замечательно, если бы не печальные вздохи, которые его солнце периодически издавало. Юнги иногда бросал на него вопросительные взгляды, но Хос равнодушно отворачивался к окну, старательно делая вид, что его очень интересуют виды вечернего города. Порывшись в голове, Мин постарался предположить, где и как мог проебаться и даже заглянул в календарь. На его счастье, ни одну из «знаменательных» дат, типа годовщины их первого раза или дня рождения одного из пупсов Чонгука, он не пропустил. Уже легче! Значит, он в очередной раз что-то ляпнул на интервью, с которого они ехали? Мин напряг извилины и постарался вспомнить, что именно его там спрашивали и не послал ли он ненароком кого-то в ебеня? Напрямую вроде нет… "Блять! Я ведь просил же Чимина заменить его на этой сраной конференции. Этого жополиза просто обожает публика. Но ему именно сегодня нужно было уйти в отрыв. Устал он, видите ли, в туре". Мин ещё раз глянул на мужа и решил не заморачиваться раньше времени, доехать до дома, а там уж на месте разогнать таракашек в его голове. Как только Юнги остановил машину, Хосок выскочил из неё и шустро убежал в дом. Проследив за ним взглядом, мужчина растянул губы в тонкую линию и неспешно направился следом, приготовившись к трепанации черепушки своего благоверного. Он нашёл Хоса в их спальне, сидящим в кресле у окна и упорно втыкающим в телефон. Похоже, его настигли какие-то неотложные дела, если он даже не переоделся вопреки одному из своих бесячих правил. Прислонившись к косяку, Мин залюбовался своим мужчиной, опять удивляясь тому, как это он умудрился пропустить тот момент, когда из худенького, трепетного, вечно смущающегося юноши Хосок превратился в уверенного, элегантного, умопомрачительно сексуального мужчину. Наверняка это случилось, когда он был в очередном туре или во время записи альбома, а может в те полгода в горах, где он корячился в творческом кризисе? Мин порылся в памяти, вспоминая тот день, когда «новый» Хос возник в его жизни. Тогда он заехал забрать его из офиса, чтобы вместе поужинать. Пользуясь своим положением, Мин ни разу не приезжал в компанию, которую потом, кровью и слезами создал его муж. Юнги всеми фибрами души ненавидел офисную рутину, поэтому всю тягомотину по организации, планированию, менеджменту и рекламе он давно отдал в его руки, оставив себе только творчество. Удобно расположившись в шикарном кабинете мужа, Юнги закинул ноги на стол и терпеливо ждал, когда Хос вернётся с какого-то до жути важного совещания. «Генеральный директор Мин Хосок» гордо прочитал он на табличке и усмехнулся, вспоминая утреннего заспанного и взлохмаченного парня, которому он пачкал нос и губы кремом, чтобы потом слизывать и зацеловывать, ловя сладкие вздохи. Этот образ никак не вязался у него в голове с должностью, которая была выгравирована золотыми буквами на настольной табличке. Хосок влетел в кабинет, что-то тихо, но очень строго и холодно выговаривая стайке зашуганных сотрудников, семенящих за ним и ловящих каждое слово руководителя. Брови Юнги удивлённо взлетели вверх, ведь он даже не сразу узнал своё солнце в этом импозантном мужчине, затянутом в идеальный дорогой костюм. Не то чтобы он не видел его в костюмах, его больше поразило строгое выражение лица и испуганные взгляды подчинённых. Властный и уверенный Хосок завёл Юнги с пол-оборота. Тогда он еле сдержался, чтобы не разложить его на широком столе прямо в присутствии всех этих людей, что впрочем не помешало ему сделать это немного позже, как только они остались наедине, проигнорировав слабые директорские попытки к сопротивлению и его жалкие мольбы о сохранении в чистоте дорогущего костюма. Мин так и не решил для себя, какой Хос его заводит больше: домашний, ласковый и милый или деловой, требовательный и холодный. Но и того и другого трахать было одно удовольствие. Разглядывая его сейчас, внутри Юнги шевельнулось знакомое, даже где-то уже родное чувство возбуждения. И если бы не насупленный вид мужа, он был уже стянул с него брюки. Вместо этого Мин собрал всё небольшое количество терпения, которым его наделила вселенная и тихо спросил: — Расскажешь? Хос испуганно вздрогнул, поднял на него глаза и неуверенно покачал головой. В ответ Мин хитро улыбнулся и опустился на колени. Не спуская глаз с мужчины, он медленно пополз к нему, наслаждаясь расширившимися глазами и приоткрывшимися от удивления губами. — Ты что творишь? — тихо выдохнул Хос, когда Мин оказался у его ног. — Хочу знать, что вас беспокоит, господин директор, — промурлыкал Юнги и потёрся носом о его бедро. — Возможно, я могу вас как-то отвлечь от грустных мыслей? Хосок непроизвольно сделал глотательное движение, во рту за секунду пересохло, как после недельного запоя. Выпрямившись в кресле, он ослабил тугой узел галстука и тяжело засопел, наблюдая за тем, как Мин шершавит языком по внутренней стороне его бедра прямо по итальянским брюкам, которые, на минуточку, стоили целое состояние. — Господин директор, вы же расскажете мне, что вас беспокоит? — продолжал допытываться Мин, добравшись до уже довольно заметного бугорка под ширинкой. — Нечего рассказывать, — прохрипел Хосок, закатывая глаза от нахлынувшего возбуждения. — Совсем-совсем нечего? — недоверчиво уточнил Мин, поднял голову и одним рывком широко раздвинул колени. Тихо ойкнув, Хос съехал пониже, егозя задницей и нетерпеливо бормоча: — Правда, ерунда, не имеет значения… ты не отвлекайся… Ухмыльнувшись, Мин медленно расстегнул пуговицы на его пиджаке и откинул полы, довольно замечая выдающиеся под тонкой тканью сосочки. — И все-таки мне очень нужно знать, что вас так расстроило, господин директор, — он наклонился, обслюнявил горошинку и залюбовался тем, как она мокро зарозовела под белым хлопком. — Иначе я не смогу продолжать. — Ю-ю-ю-н, да бли-и-и-н, — капризно заскулил Хос, хватаясь за его шею и притягивая к себе, одновременно закидывая ноги Юнги за спину, — поцелуй, я ужасно соскучился, — на выдохе прошептал он, умирая от нетерпения. — Расскажи и зацелую тебя с ног до макушки, — пообещал Мин, лукаво ухмыляясь. — О боже, Мин Юнги, какая же ты зараза, — обречённо выдохнул Хос. — Ты знал за кого выходил, — фыркнул Юнги. — Чем быстрее расскажешь, тем быстрее мы продолжим, — в подтверждение он легонько толкнулся пахом в плотно прижатую к нему попку. У Хоса просто не было больше сил ломаться, поэтому он разом выпалил всю правду: — Ну, ладно, это из-за того парня, который дал тебе свою визитку, — признался он, протягивая трясущиеся ручонки к джинсам мужа. Мин нахмурился, соображая, о чём вообще идёт речь. — Чего? — так и не допендрив до сути, задал он вполне логичный вопрос. Тяжело вздохнув, Хос слегка выпрямился и пояснил: — Ну тот молодой журналист, он подошёл к тебе после окончания конференции и сунул визитку в карман. Я видел. Ты ему улыбался… Не веря своим ушам, Юнги осел на зад и слегка наклонил голову, рассматривая Хоса, как последнего придурка: — Ты что? Ты подумал, я могу с ним? — зло спросил он и резко вскочил на ноги. Хос испуганно втянул голову в плечи, поняв, что сморозил полную херню: — Просто он так на тебя смотрел… И он был такой привлекательный, что я… Просто я уже не такой молодой… — стал мямлить он в оправдание, закапывая себя еще глубже. — Что, блять? — Мин в шоке зарыл пальцы в волосы и огляделся по сторонам, как будто ища невидимых свидетелей такой несусветной дичи. — Мин Хосок, твою дивизию, мы вместе больше десяти лет, ты реально думаешь, что после всего, через что нам пришлось пройти, я буду рисковать нашими отношениями ради перепихона с...с... да я даже, блять, имени его не помню. — Прости… Я сказал глупость… — прошептал Хосок, нервно теребя галстук и виновато глядя исподлобья на вышагивающего перед ним мужа. — Я в шоке. — Мин резко остановился перед ним. — Дело не в том, что ты сказал, а в том, что ты реально допускаешь мысль, что я могу изменить тебе. Разве я хоть раз давал тебе повод? Знаешь ли, это пиздец, как оскорбительно. Я не ожидал такого от тебя. Юнги резко развернулся и вышел из спальни, громко хлопнув дверью, оставив пристыженного Хоса в одиночестве думать над своим поведением. Честно, он и сам не знал, с чего вдруг приревновал Юнги к какому-то непонятному ноунейму. Вроде бы за столько лет мог уже привыкнуть к тому, что рядом с ним постоянно кто-то крутиться и облизывает обожающими взглядами. Хер знает, может дело в том, что утром он обнаружил в своей шевелюре седой волос, а может потому, что Юнги не было целый месяц и, вернувшись вчера, он отключился от усталости, даже не приласкав его? Хосок ступил, это было ясно, как божий день. Почесав затылок, он встал, выглянул за дверь и прислушался. Из кухни раздавались шум воды и громыхание посуды. Дело было дрянь. Мин обычно принимался за готовку, чтобы отвлечься от неприятных мыслей или чтобы порадовать его чем-то вкусненьким. Жарил он, кстати говоря, как грёбаный бог. К сожалению, второе сейчас исключалось, поэтому Хос тяжело вздохнул и прикрыл дверь. Соваться сейчас к Юнги было бесполезно, нужно было дать ему время чутка остыть, поэтому он прямым ходом направился в душ, готовить жопу для извинений. Выйдя из ванной чистенький и благоухающий во всех местах, как весенний сад, Хосок на пару минут завис в гардеробной. У него был один беспроигрышный вариант, которым он и решил воспользоваться. Что-что, а кинк на чулки у Юнги за эти годы никуда не делся. Повертевшись перед зеркалом, Хосок довольно хмыкнул: чёрный капрон, обтягивающий его идеальные стройные ноги и кружевные трусики-джоки с открытой попой, которые он заказал не так давно (как чувствовал) точно должны были понравится Юнги. Но вот выходить только в них было до жути стрёмно, поэтому от накинул сверху белую рубашку и застегнул на одну пуговицу. Заглянув на кухню, Хос набрал побольше воздуха в легкие для храбрости и мягко двинулся вперёд. Мин что-то зло резал на доске огромным тесаком, поэтому его облажавшийся муженек не рискнул подходить к нему близко. Слегка кашлянув, Хос затих в ожидании. На звук Мин резко обернулся с ножом в руке и замер, разглядывая мужа. Только по дрогнувшим ресницам и слегка изогнувшимся в усмешке губам Хосоку удалось понять, что его вид произвёл нужный эффект. Однако Юнги не собирался так быстро сдаваться, нечеловеческими усилиями, но ему удалось сохранить покерфейс. Буркнув что-то себе под нос, он быстро развернулся обратно к доске и с удвоенной силой стал кромсать зелень, да так, что её ошмётки полетели в разные стороны. Довольно хмыкнув, Хосок осторожно подошёл к мужу и уткнулся лбом между лопаток. — Прости меня, идиота, — прошептал он, целуя в спину. — Не знаю, что на меня нашло… Может новолуние? Мин на секунду остановился, положил тесак на столешницу и мягко отодвинул мужа от себя, переходя к плите, где что-то аппетитно шкворчало. Разочарованно скривившись, Хос усадил свою голую задницу на столешницу кухонного островка и положил ногу на ногу. — Ну правда, Юнги-и, тебя не было целый месяц. Считай, что я сошёл с ума от тоски по тебе. Ваши туры тяжело мне даются, ты же знаешь. Мин обернулся, бросил в Хоса недоуменный взгляд и снова отвернулся к сковороде. — Не игнорь меня, — в голосе мужчины послышалось откровенное отчаяние. Тяжело вздохнув, Мин выключил плиту и приблизился к нему вплотную. — Ты голодный? — спросил он с абсолютно безразличным видом так, как будто на самом деле у него не чесались руки схватить эту соблазнительную заразу и не разложить прямо на мраморной столешнице. — Мне кусок в горло не полезет, пока ты не перестанешь злиться, — Хос протянул руку, схватил Юнги за футболку и неуверенно потянул на себя. Мин перехватил его руку за запястье и отцепил от одежды. — Сначала давай договоримся. Хотя, блять, я вообще не понимаю, почему должен об этом говорить, — Мин строго свёл брови и Хос послушно кивнул, — никогда больше в нашей семье не будет даже намёка на ревность. Я, конечно, понимаю, что в этой жизни возможно всё и вполне допускаю, что однажды ты можешь влюбиться в другого… — Да что ты несёшь? — Хос не удержался и прервал его. Мин приложил указательный палец к его губам и выразительно поднял брови. — Я сказал допускаю. Но. Я надеюсь, если вдруг такое случится, первым об этом узнаю именно я. То же самое относится и ко мне. Я никогда не оскорблю тебя изменой. Если вдруг, чисто теоретически, не знаю, с какого нахуй перепуга, но мало ли, я пойму, что мои чувства к тебе исчезли, я приду к тебе и честно расскажу об этом. Я думал, это и так понятно. — Да не в этом дело, — Хос скривил губы и тяжело вздохнул. — Я доверяю тебе и понимаю, что ты не изменишь. Я боюсь именно того, что ты влюбишься. Творческим людям же нужен всплеск эмоций для вдохновения и всё такое. — Ну, все эти годы мне как-то хватало тебя для вдохновения, — Мин театрально закатил глаза. — Но я уже не так привлекателен, как раньше… — промямлил Хос, прокручивая Картье на безымянном пальце. — Сказал охуенно сексуальный парень в чулках, — хмыкнул Мин и одним движением расстегнул единственную застегнутую пуговицу на его рубашке. — Ты правда считаешь, что я всё еще сексуальный? — Блять, солнце, ты вообще представляешь, чего мне стоило сдерживаться и не броситься на тебя, после того, как ты появился тут в этом блядском прикиде? — Мин бесцеремонно раздвинул его ноги, устроился между ними и крепко сжал полупопия. — Правда? — Хосок нервно хихикнул. В ответ Юнги недовольно рыкнул и слегка прикусил его нижнюю губу. — Нарываешься? — Не злись, пупсёныш, — поняв, что Юнги сменил гнев на милость, Хоса отпустило, он запутал пальцы в его загривке и привычным движением собрал волосы в кулак. — Если хочешь, я мог бы отсосать свою вину, — прошептал он, нежно обводя языком мочку, задевая серьги. — Я считаю, это было бы справедливо. *** На следующее утро Мин проснулся от неприятного ощущения холода рядом. Не открывая глаз, он потянулся за ускользающим из-под его бока телом, но схватил лишь воздух. Открыв один глаз, Юн улыбнулся, уткнувшись взглядом в голую спину Хосока. Сидя на краю кровати, его солнце потягивалось в лучах утреннего солнца, упорно пробивающегося в их спальню. — Куда ты так рано? — Мин придвинулся ближе и обвёл восьмеркой ямочки Венеры. — Какое рано? Уже восемь утра, — Хос развернулся в пол-оборота и погладил Юнги по щеке. — Ещё, — Юнги подполз ближе и обнял его за талию. — Останься. Ты же директор в конце концов. — С ума сошёл! Это недопустимо. Какой пример я покажу подчинённым? — Зануда, — выдохнул Мин. — Я хочу, чтобы ты взял отпуск. Намджун заменит тебя, не развалится компания, если тебя не будет неделю. — Нужно подумать, — неуверенно ответил Хос. — Нехер тут думать. Я всё решил, дай телефон, я позвоню Наму, предупрежу. — Не, не, не, — засуетился Хос вскакивая с кровати. — Юн, я правда не могу сейчас. Дай мне хотя бы несколько дней и на выходные у меня запланирована поездка. Давай я всё подготовлю и на следующей неделе возьму отпуск? Мин недовольно нахмурился, разглядывая голого мужа, неуверенно топчущегося на месте: — Какая ещё поездка? — В Пусан в выходные я еду на кастинг молодых исполнителей. Помнишь, я же говорил, мы планируем создать новую группу, я ищу молодые таланты. Может, поедешь со мной? — Не-е-е, — Мин закинул руки за голову и потянулся. — Не хочу никуда ехать, я и так целый месяц на колёсах. Ладно, но с понедельника чтобы был в отпуске. — Договорились, — Хосок довольно заулыбался. — ну, всё, я опаздываю уже. Быстро приму душ и на работу. — Э-э-э, — остановил его Юнги, — а поцеловать? Хос подозрительно сузил глаза, недоверчиво отступил и послал ему воздушный поцелуй. — Мне правда очень нужно бежать, у меня важная встреча с очень крупной компанией, там рекламная сделка на миллиарды вон, — протараторил он, поворачиваясь к ванной. — Быстро ко мне! Или я иду с тобой в душ, — Мин приподнялся на одном локте и хитро усмехнулся. Обречённо вздохнув, Хос быстро подошёл к кровати, всё еще надеясь отделаться поцелуем, но был резко уложен и подмят под себя. — Ю-ю-н, ну пожалуйста, — проскулил он, чувствуя, что стояк Юнги уткнулся в его междупопие. — Я быстро, — пообещал Мин, устраиваясь на нём поудобнее. — Ты же ещё мокренький с последнего раза. — Да какое быстро?! Я тебя знаю! — Хосок стал яростно отбрыкиваться. — И что? Бросишь несчастного неудовлетворённого мужа со стояком? — Мин обиженно надул губы и сделал большие глаза. — Неудовлетворённого? — возмутился Хос. — Да ты полночи вбивал меня в матрас. Отпусти. Я правда не могу опоздать сегодня, — он уже чуть не плакал. В ответ Мин недовольно растянул губы и пребольно ущипнул мужа за мягкое место. Цыкнув, он выпустил его их своих цепких объятий и откинулся на спину. Счастливый и свободный Хос тут же спрыгнул с кровати и рванул в ванную. — Трудоголик чёртов, — пробубнил Мин недовольно. — Я заеду за тобой после обеда, — крикнул он в вдогонку улепетывающему мужу и разочарованно обнял подушку. *** Как и обещал, выспавшийся и довольный Мин, заявился в офис компании, чтобы вытащить своего благоверного из болота договоров, презентаций и отчётов. Поднявшись на самый верхний этаж небоскрёба, по своему обыкновению нагло направился прямиком в кабинет генерального директора, даже не подумав уточнить у секретаря, не занят ли его владелец. Бедная девушка, которая за день чего только не натерпелась от странно-дёрганного руководителя, чуть не поседела, когда увидела, что какой-то в человек маске и очках прямиком направляется к двери кабинета. Сорвавшись из-за своего стола, она опередила незнакомца и закрыла своим тщедушным телом проход в «святая святых» их компании. — Директор принимает только по предварительной договорённости, — уверенно сказал она, распахивая руки. — Она у меня есть, — Мин положил руку на плечо секретарю и попытался мягко её подвинуть. — Представьтесь, пожалуйста, я доложу о вас, — девушка не сдвинулась и на миллиметр. — Да что за херя! — возмутился Юнги. — Уйдите с дороги немедленно! — Я сейчас вызову охрану! — отчаянная девица прижалась спиной к двери, намереваясь, если надо, умереть у неё, но не пропустить внутрь незнакомца. Мин зло рыкнул, снял маску и очки и приблизил лицо к носу секретаря. Девушка испуганно ойкнула и залилась краской, узнав в незнакомце того самого Мин Юнги. Понятно, что официально брак её директора и знаменитого на весь мир музыканта никто не объявлял. Но в их кругах всем было известно, что эти двое около трех лет назад обменялись клятвами в Лас-Вегасе после чёрт знает скольких лет совместной жизни. Директор даже изменил фамилию, опять же по официальным данным из личных побуждений, но все, кому надо, знали, что так захотелось его муженьку. — Простите, — в ужасе прошептала секретарь и самоудалилась от двери. Удовлетворённо хмыкнув, Мин дёрнул ручку двери и уверенно вошёл внутрь тут же останавливаясь и недоумённо поднимая брови. Хосок сидел на диване тесно прижавшись к какому-то неизвестному парню, с которым они увлечённо рассматривали какие-то бумажки и даже не заметили его появления. Юнги поджал губы, сузил глаза и со всей дури хлопнул дверью за своей спиной так, что Хос испуганно подпрыгнул. — Извиняюсь, — Мин растянул губы в улыбке. — Я не хотел тебя напугать. — Привет, — Хосок встал с места и подошёл к нему. — Почему не позвонил, я бы сам спустился. — Да, конечно. Через три часа? Знаю я тебя. — Мин притянул Хоса к себе и по-хозяйски положил лапу ему на зад. Хосок сделал большие глаза и попытался отодвинуться, но Юн только крепче ухватился за родную булку. — Отпусти, — проговорил муж одними губами. В ответ Мин отрицательно покачал головой и перевёл взгляд на незнакомца. Парень был до омерзения красив. Прям супер-модель. Прям, сука, идеальный, аж зубы сводило. Подавив нахлынувшее гаденькое чувство, Мин ласково улыбнулся Хосоку: — Познакомишь? — Да, конечно. Это Ким Тэхён, мой помощник. Помнишь, я рассказывал, Джин просил взять своего племянника на стажировку, вот так он у нас и остался. — Племянник Ким Сокджина, значит, — протянул Мин, чувствуя, что только-только зародившееся чувство неприязни к парню резко достигло своей высшей точки, превратившись в откровенную враждебность. — Добрый день! — парень встал с дивана и уверенной походкой подошёл к мужчинам. — Мне очень приятно, наконец, познакомиться с вами. — Тэхён протянул Юнги ладонь, которую он задержал в своей ровно на одну секунду. — Господин директор часто про вас рассказывает и вообще, я большой поклонник вашей группы. В детстве у меня все стены были обвешаны вашими плакатами. — В детстве? — недоверчиво хмыкнул Мин, почувствовав себя древним стариком рядом с этим цветущим молодым пиздюком. — Ну да, мне было 13 лет, когда вы начали раскручиваться. Я помню, дядя скинул мне ваше выступление и написал, что вы будете очень популярны. Так и случилось. Когда господин директор взял меня на стажировку, я был самым счастливым человеком на свете. Я был очень удивлён тому, что оказывается дядя и господин директор были близкими друзьями. Слова о «близком друге» вызвали у Юнги резкий спазм в ладони, от которого Хосок болезненно поморщился и зло посмотрел на мужа. — Отцепись уже, — не выдержал он и шлёпнул его по руке. — Перебьёшься, — спокойно ответил Мин, но хватку ослабил. — Поехали вообще, я есть хочу. — Хорошо, — согласился Хосок, прекрасно зная, что Мин всё равно не даст ему поработать. — Тэ, я уезжаю. Кстати, на счет нашей поездки в Пусан, ты всё организовал? — Конечно, господин директор. Билеты на самолёт, гостиница, план мероприятий, я всё держу под контролем. — Вы едете вместе? — не смог сдержать недовольство Юнги. — Да. А что такое? — до Хоса вдруг начало что-то доходить и он подозрительно уставился на Юнги. — Ничего, — буркнул Мин, подхватил помощника мужа под белые ручки и бесцеремонно вытолкал за дверь со словами: «Пока! Дяде привет передавай!» — Мин Юнги! — возмутился Хосок. — Как ты смеешь так обращаться с моими подчинёнными? — Да ладно тебе, солнце, — Мин обнял Хосока и закрутил в сторону стола. — Иди ко мне. — Что ты делаешь? Ты же сам торопил меня. Говорил, что голодный. Мин хитро усмехнулся и бросил оценивающий взгляд на блестящую поверхность стола. — У тебя новый стол? Тот вроде был другого цвета. Хос резко вспыхнул и отвёл глаза: — Да, я заменил, не мог больше работать за ним, после того раза меня постоянно флешбекало от его вида. И я не собираюсь покупать ещё один. Выкатывайся из моего кабинета! — Хосок вывернулся из объятий и уверенно направился к двери. Мин закатил глаза. Гаденькое чувство никак не отпускало, нужно было срочно как-то его придушить. — Ну, солнышко, — Мин не торопился за мужем. — Да что на тебя нашло? — Хосок развернулся и с вызовом уставился на Юнги. — Это из-за Тэ? — Чего? — Мин показательно фыркнул. — О чём ты вообще? Причем тут этот смазливый подлиза? — Смазливый? Ты считаешь его привлекательным? — Хос сложил руки на груди. — Плевать я на него хотел. Ну не хочешь обновить стол, пошли тогда, — Мин резко заторопился на выход. — Мин Юнги! Ты ревнуешь?! — Хосок схватил его за руку и заглянул в глаза. — Я?! К кому? Этому малолетке? Я тебя умоляю, — Юнги презрительно изогнул губы и открыл дверь, показывая, что разговор окончен. В бессильной ярости Хосок сжал кулачки и потряс ими перед собой. — Кстати, солнце, — Мин резко обернулся, — я передумал на счет Пусана, пожалуй прокачусь с тобой, посмотрю на молодые дарования.