Послание о первой любви

Омега с тихим хохотом, подобно колокольчикам, возвращался из учительского кабинета обратно в класс в обнимку с одноклассником и близким другом в одной роли. Переступив порог, хихиканье двух омег стихло в одночасье, сменившись на искреннее и одновременно приятное удивление от того, что видели две пары глаз: букет из веток ярко цветущей сирени. Запах витал настолько насыщенный, что казалось, будто проникал глубоко, прямиком в каждую клеточку, атом и оседал мягкой вуалью. — У тебя появился поклонник, Чимин? Признавайся, — поиграв бровями, Джин расплылся в улыбке, сложив руки на груди. — Брось, какой поклонник. Может, кто-то случайно положил и забыл, — тут же начал искать объяснения Пак, однако от мысли, что, возможно, какой-то альфа решил ухаживать за ним, огоньком расстилалось тепло вокруг юного сердца, а на омежьих щеках расцветал неосознанный румянец, выдающий целиком смущение парня. — Ну да, конечно, — Ким закатил глаза, — Делать же кому-то больше нечего, как оставить букетик и свалить домой, да? И выбрали тот кустарник, который по нраву именно тебе, — ухмыльнувшись, Джин взглянул на друга. — Совпадение? — Чимин пожал плечами, провёл подушечками пальцев по веточкам, которые лежали на его парте, и сильнее вдохнул лёгкими обожаемый аромат. — Боже, друг, твоя самооценка ниже плинтуса, — Ким пусть и не всерьёз, но постепенно начинал сердиться, морща брови. — Почему не можешь поверить и согласиться с тем, что ты вполне себе привлекательный омега и нравишься альфам? Это же правда. — Ты знаешь ответ. Ни к чему задавать этот вопрос. Чимин после произнесенной фразы помрачнел в лице, поджав губы и опустив взгляд вниз. Ким успел пожалеть несколько раз о том, что задел отнюдь не хорошее прошлое одноклассника, которого задевали одноклассницы, и так же замолчал, не имея понятия, как разрядить обстановку. Прошло полтора года, однако то, что произошло когда-то, по-прежнему тяготило и не отпускало Пака, крепко вцепившись в него острыми когтями. — Пойдём домой? Все наши давно разошлись по домам, а мы с тобой снова последние. По дороге зайдём в булочную, — Чимин, дабы разрядить обстановку и избавить друга от чувства вины, стал вновь весёлым, натянуто улыбался краешками губ, из-за чего его глаза прятались и становились визуально уже. — Давай, — сразу оживился парень, поднимая рюкзак с пола. — А сирень? Возьмёшь? — Наверное. Оставлять ведь жалко. Раз никого нет, может быть, она правда... предназначена для меня, — щёки Чимина снова приобрели розоватый оттенок, а сам он робко улыбнулся, взяв в руки букет. — Да по-любому. Только мы остались, потому что дежурили в классе. Интересно, как выглядит твой ухажёр... Наверняка красивый, накаченный и очень сексу... — призадумавшись, Джин с ухмылкой прикрыл веки, представляя в красках того самого. — Всё, хватит! Твои речи меня смущают. Идём уже, — Пак схватил друга за предплечье и потащил на выход из школы. — Ага, представил и раскраснелся? — продолжал издеваться по-дружески Ким, нагло посмеиваясь. — Да нет же! — пуще прежнего смутился омега, повысив тон. Иногда его друг перебарщивал.. — Ты такой душка, когда краснеешь. Умилялся Ким, щупая пышные щёчки, а потом получил лёгкий удар в бок, из-за чего после началась шуточная драка, сопровождающаяся смехом, за которой наблюдал один парень в чёрной кепке, облокотившись о стену учебного заведения. Уголки его губ тянулись ввысь, грудь же влюбленно вздыхала. Тайный поклонник позже ушёл домой довольным, строя в голове следующий пункт завоевания сердца конкретного омеги.

***

Около трёх недель Чимин получал волшебно пахнущий кустарник после окончания занятий, однако обнаружить и поймать секретного воздыхателя ни ему, ни близкому другу, увы, не удалось. Что они только ни делали: включали запись видео и прятали телефон в пенале, хотя это было довольно рискованно, караулили кабинет и внимательно следили за каждым приходящим и уходящим, стараясь не вызывать подозрений у кого-то, пошли на отчаянный шаг и спрашивали у одноклассников о происходящем, но исход получался один: все попытки оставались безрезультатны. Подходило время к завершению цветения сирени, что, признаться честно, расстраивало Чимина, потому что он боялся и думал о том, что тайный поклонник исчезнет вместе с милыми презентами, помимо букетов. К веточкам прибавлялись маленькие сладости, которые любил Пак: булочки в белой глазури, батончики, шоколадки – то, что приходилось по душе омеге. Вот только, кто сей почитатель, знающий откуда-то вкусы и предпочтения в сладостях, к сожалению, разгадки всё ещё не находилось. Как-то на уроке истории, пока учитель занимался записями и не глядел толком на учеников, Чимин задумался и принялся в очередной раз осматривать одноклассников, надеясь отыскать того самого. Минхо состоял в отношениях с девушкой вот уже восемь месяцев, Исоб сох больше года по старосте, Намджун пробовал закидывать сети в сторону Джина, — вроде бы успешно, — Юнги... А что Юнги? Сколько Пак его знал, тот в основном сидел в углу класса, мало рассказывал о себе и общался более-менее лишь с Хосоком и Чонгуком, однако изгоем отнюдь не являлся, отлично играл в баскетбол и приносил школе за это неплохую славу. На этом всё. Больше какие-то факты Пак не знал о нём, а жаль. Вдруг он бы помог найти ухажёра? Не исключено. Уроки в тот день закончились раньше, чем предполагалось, так как учитель по английскому языку заболел, поэтому половина учеников класса убежали домой. Остались только баскетболисты, решившие поиграть на школьной площадке, пока погода позволяла, да Чимин с Джином, которые дежурили и выполняли кое-какие поручения классного руководителя. Закончив с уборкой, парни отправились в учительскую, чтобы отчитаться руководителю и смело после отправиться домой, наслаждаться выходными. Тихонько постучавшись в открытую дверь, Чимин задал вопрос: — Учитель Чон, мы закончили. Можем идти? — Молодцы, ребятки. Занесите, пожалуйста, эти документы в класс, разложите, и можете быть свободны. Спасибо за работу, — женщина искренне поблагодарила, протянула папку и вернулась за оставшуюся работу. — Слушай, можешь сделать это сам? — остановившись рядом с их кабинетом, Ким шёпотом проговорил просьбу, будто бы боялся быть услышанным. — Меня просто Намджун ждёт уже двадцать минут. Неловко как-то. Справишься один? — Ну и чего раньше не сказал? Я мог без тебя подежурить, а ты давно был бы на свидании со своим Намджуном, — Паку тоже хотелось ходить на свидания. Да только не с кем. — Я же всё-таки твой друг. Мне нужно было скинуть на тебя все дела и свалить? Нет уж, так не поступают друзья. Ну так что, могу идти? — глазами, выражающими надежду, смотрел Джин, кусая нижнюю губу. — Лети уже к своему ненаглядному. В девять вечера будь дома, — одобрительно кивнув, Чимин включил родителя шутки ради. — Хорошо, мам. Омега заулыбался и окрылённо упорхал к Киму, который сидел на лавочке первого этажа. Чимин же проводил друга с тёплой улыбкой, поправил лямку портфеля, постоянно свисающего с плеча, и чуть запнулся, ощутив аромат терпкого кофе у двери. Он идеально сливался с его запахом сливок. Кто-то находился внутри. А вдруг это тот самый поклонник, умело прячущийся почти три недели от глаз Пака? От подобных мыслей слегка задрожали ладони, дыхание участилось, а щёки покалывали от волнения и смущения. Упускать такой шанс нельзя, потому что не было гарантии на то, что человек, тайно оставляющий цветы и маленькие подарки, продолжит делать это и дальше. Чимин на пару секунд прикрыл веки, сделал вдох и выдох, собирая всю смелость, и резко опустил дверную ручку вниз, открывая дверь. Когда он вошёл внутрь, то замер, широко распахнув глаза-блюдца. Сбоку от его парты стоял Юнги с букетом в руках, который успел побледнеть, забыть как дышать, моргать и говорить. Его застали врасплох. — Тебе тут кто-то сирень оставил, — принялся оправдываться Мин, бегая глазами туда-сюда. — Я видел, как ты шёл в учительскую, решил отнести тебе её, чтобы ты не возвращался и не задерживался. Пак поверил, выдохнул с грустью. Значит, это не Юнги. Но кто тогда? Надежда найти секретного воздыхателя постепенно гасла, тлела, как уголёк. — Спасибо конечно, но я всё равно зашёл бы сюда. Учитель попросил отнести документы, так что... Юнги кивнул в согласии и между ними зародилась тишина. Пак молча положил бумаги на стол преподавателя и уже собирался уходить, как неуверенный голос коснулся его, остановив. — Тебе приятно, что кто-то оставляет такие вот сюрпризы? — Мин исподлобья посмотрел на одноклассника и отвёл взгляд, когда тот обратил на него внимание. — Да, очень, — робко улыбнулся омега. — Без сомнений приятно получать то, что ты любишь от того, кто старается угодить и пытается ухаживать. Однако мне давно хочется увидеть этого человека. Юнги сглотнул образовавшийся комок в горле и произнёс: — Тут записка. Прочтёшь? Ранее тайный ухажёр не оставлял каких-либо записок, так почему сейчас... Неужели оставил прощальное письмо и струсил действовать дальше? Волнение Чимина увеличилось вдвойне вдобавок с любопытством. Парень потянулся несмело к маленькой квадратной открытке, расписанной яркими цветами, и робко открыл её, принимаясь читать написанное: Во тьме ночной, При лунном свете Заметил я тебя, моя любовь. И тут же потерял дар речи, Увидев взор твоих очей. Ты был прекрасен, как луч света, Твои глаза светили ярче звёзд. Тогда я осознал: ты тот, кого я ждал так много лет. Увы, я робок был с тобой И сразу слов не подобрал уж нужных, Но стоило тебе лишь улыбнуться, Я тут же таял на глазах. Никак не смог я устоять От твоих чар манящих И сразу понял: я влюблен. Наивно так, по-детски. Скрываться боле нету смысла, Поэтому хочу признаться наяву, Закончив прятаться, как жалкий трус. Пак читал с придыханием и гулким стуком сердца, бьющегося о рёбра громким диапазоном. Ему впервые посвящали стихи, явно написанные самостоятельно. От этого становилось приятнее в несколько раз, нежели раньше. Последние строчки Юнги проговорил вместе с ним с закрытыми глазами, и Чимин, казалось, догадался, кто же был автор данного письма. — Это... — Мой стих. Это всё я, Чимин. Хочешь верь, хочешь не верь, но это я. Может быть, ты ждал кого-то получше, того, кто достоин тебя. Прости, что это я, а не кто-нибудь... — Нет! Не говори так. С чего ты взял, что ты хуже кого-то? — Разве ты не ждал какого-нибудь крутого и популярного среди нашей школы? — Вовсе нет. На таких даже не рассчитывал, потому что им нет дела до меня, как и мне до них. Я сразу понял, что мой поклонник – простой парень, с манерами и красивой душой. И, как выяснилось, талантливый поэт, — смущённо пролепетал омега, не сводя взора с карих глаз напротив, смотрящих с удивлением. — Значит, ты не против, если приглашу тебя на свидание? — Мин облегчённо выдохнул и подошёл ближе. — Если ответишь, почему дарил сирень, то пойду с удовольствием. Ты не мог знать, что именно этот кустарник мне очень нравится. — Ты знаешь, что каждый цветок имеет значение? — Пак согласно кивнул. — На языке цветов сирень означает первую любовь. Вот поэтому оставлял послание о первой любви в виде сирени, — не собираясь больше скрывать что-либо, объяснял альфа. — Боже, Юнги... Это очень романтично, — глаза Чимина заблестели от радости и осознания, что он наконец-то нашёл того, кто прятался почти месяц. Столько вопросов кружилось в головке Пака, особенно его волновало значение сирени. Неужто Чимин — первая любовь Юнги? Мин упоительно обнажил улыбку на своих губах и смелел ещё больше. — Давай встретимся завтра у парка аттракционов, а сейчас разрешишь проводить тебя до дома? — Да, договорились.