Кажется, я полюбил тебя...

Повествование ведётся от лица Кошмара. Чëрт. Меня. Дери. Скоро мне предстоит сделать серьëзный выбор. Убить или нет? Вот в чëм вопрос… Что бы сделал Фред на моëм месте? Что мною движет? На этот вопрос ответ будет дан ясно—мною движет месть. Мною движет ярость! Я хочу его убить! Он заставил моего друга страдать и заслужил смерти! Но в то же время я задаюсь вопросом: «Правильно ли я поступаю?» Чëртова дилемма! Я в очередной момент задумываюсь: Как бы поступил Фред на моëм месте?» Я знаю, он не любил отца, но раньше… Лучше не ворошить прошлое. Этим мою дилемму не решить. Отомстить или припугнуть, чтобы и мыслей не было совершать подобное впредь? Думаю лучше следовать зову сердца и делать так, как я считаю нужным. На том и порешил. Стояла глубокая летняя ночь. Яркая луна большим полукругом восседала на небе и вместе со светом фар, словно проводник, освещала мне путь. Дождь уже кончился и тучи ушли, открывая звëздное небо. Я ехал по дороге куда глаза глядят. В накрытом брезентом кузове, связаный по рукам и ногам, лежал тот из-за чего началась вся эта катавасия. Тот кто причинил моральный и физический вред Фредберу. Его отец. Погрузить его в кузов оказалось не так просто. Тяжëлый зараза. Пару раз очухивался, пробовал сбежать, но от меня не убежишь! И от мести тоже. Его голова буквально вся в гематомах и запëкшейся крови. Мне пришлось пару раз помахать кинжалом, ведь он пытался выбить его из моих рук. Впрочем неважно. Сейчас я держу курс в ближайший лесной массив. Есть там одна заброшка… Когда-то давно это была котельная. Про неë ходили и ходят до сих пор самые жуткие легенды о неком клане сатанистов, маньяках и убийцах и прочем. Я бывал там пару раз. Думаю там отец Фреда и встретит свою смерть. Людей там нет сто лет и давно никто не ходит. Вряд ли тело найдут… А хочу ли я убивать его? Чëрт, опять дилемма! Я же сказал что буду следовать своему сердцу! Стоит заткнуться и смотреть за дорогой. Ещë поворот пропущу… Вот и моя цель. Эта большая труба видна отовсюду. К ней кто-то любезно протоптал тропинку. На машине там, естественно, не проедешь. Придëтся ненадолго оставить. Глушу мотор и, надев фонарик на голову, выхожу. Так тихо… Не слышно ни птиц, ни трескотни сверчков. Только ветер завывает. В воздухе ощущается запах свежести. На траве капли блестят в свете луны. Осмотревшись по сторонам, иду вперëд. С каждым моим шагом атмосфера всë больше нагнетается. Чувствуется мрачная и жуткая энергетика заброшенного места. Вот и оно—огромное здание котельной, небоскрëбом возвышенное над лесом вокруг. Мне становится не по себе. Не покидает чувство, что кто-то за мной следит. Эдакая невидимая сущность. Холодок прошëлся по моему телу. Я невольно вздрогнул. Обернувшись, замечаю некое движение в траве. Я сразу же вынул нож и присел. Передо мной промелькнула малюсенькая тень. Затем раздался писк. Приглядевшись, замечаю, что это обычная крыса. Подобрался ближе и вижу норку. С облегчением выдыхаю и вновь ловлю на себе взгляд. Из норы на меня смотрела большая серая крыса. Зырк глазками и скрылась. Возвращаюсь на исходную. Вход в котельную заколочен. Вот блин. Может есть другой? Я пошастал вокруг и действительно обнаружил другой вход. Вход в подвальные помещения. Железная дверь проржавела насквозь. На облицовке едва виднеется надпись «Закрывайте двери! Берегите тепло!» Дверь с трудом, но открывается. Тëмный коридор. Сильно пахнет плесенью. По бокам большие трубы, по которым когда-то подавалось тепло. Прохожу вперëд, поднимаюсь по лестнице и выхожу в небольшую комнатку. Судя по внешнему виду, это и есть само помещение котельной. Ветер завывает в трубе. Большой котëл стоит посредине. Три больших газовых котла. Под одним из них большая лужа. Неужели легенды не врут? Я подошëл ближе и принюхался. Пахло железом и ржавчиной. Тьфу ты, а я уж думал. Нужно как-то притащить эту тушу сюда. Невольно молюсь всем земным богам, чтобы эта козлина не очнулась. Вот и грузовик. Вновь тишина и лишь завывание ветра. Обхожу машину и вытаскиваю с кузова за ноги большого медведя. Его глаза закрыты. На щеке красуется большой разрез. Да, нехило я ему вмазал. Думаю за ноги утянуть его, хех. Ох и тяжëлый же зараза! Еле дотащил. Но всë же успех! Теперь мы одни в пустой заброшенной котельной. Сейчас эти стены услышат мольбы о пощаде, крики боли и отчаяния. Стоит этому козлу очнуться, и я тут же начну экзекуцию. Я не думаю, что он выйдет отсюда живым. Я уже принял решение. Вернее, мне его подсказало сердце… Он умрëт! Он почувствует то же самое, что и Фред, только в тысячу раз больнее. Пожалуй, буду разрезать его по кусочкам. Маленьким-маленьким. До тех пор пока он не сдохнет. А может я переломаю ему все кости? Хорошая идея! Только пусть он очнëтся! Пусть почувствует и познает всю боль и мучения! Муахаха! Не прошло и получаса как отец Фреда стал подавать признаки жизни. Открыв свои глазëнки, он осмотрелся и увидел меня. Я повернулся к нему спиной и молчал. Слышу позади себя шуршание и тщетные усилия в попытках развязаться и вступить со мной в бой. Он пытался что-то сказать, но рот был заткнут. Вместо членораздельных фраз я слышал лишь грозное мычание. Я с лëгкостью представляю что он мне пытается донести. Через некоторое время раздался томный обессиленный выдох. Решаюсь повернуться и взглянуть врагу в глаза. На моëм лице проскальзывает улыбка. Мне стало так хорошо и легко от ощущения беспомощности своей жертвы. Я не мог ни наглядеться на это никчëмное существо, что нанесло мне незалечимую травму. Он тяжело задышал. Его щëки горели от ярости. Но появившийся в моих руках клинок с запëкшейся кровью на острие заставил того заткнуться и подубавить свой пыл, а его зрачки расшириться от постепенно наступающего страха. Некогда смелый и нестесняющийся в выражениях «бравый офицер» сейчас представлял из себя пустое место, скулящее, поджавшее хвост и сжавшееся в комочек от страха. Я присел перед ним и, наконец, заговорил: —Вы думали я ничего не узнаю? Что это так просто сойдëт вам с рук? Я до сих пор обращался к нему на вы. Привычка. —Мне интересно что вы чувствовали тогда. Власть? Безнаказанность? А может… Удовлетворение? Я наклонился к его лицу и взглянул прямо в глаза. Казалось, что он и усом не пошевелил, но я-то знал, что он чувствует. И мне это чертовски нравится. —Я знаю, вы и не задумывались о том, что вас кто-то накажет. Не ожидали возмездия! А оно явилось… Оно стоит перед вами с клинком в руке. Вы и подумать не могли о последствиях. А надо было! Иначе я бы не вторгся в ваш дом и не привëз вас сюда. Но уже поздно… Ваши связи не помогут, даже не надейтесь. Есть большой шанс того, что вы останетесь здесь. Я вынул кляп изо рта и услышал рык. —Да пошëл ты!!! У тебя кишка тонка! Ты не посмеешь. Духу не хватит, моджахед! (осуждаю кста) —Хватит! Ещë как хватит. За то, что вы совершили это вполне справедливо. —Я был пьян! Пьян, блять! Я не контролировал себя! —Не стоит оправдываться. Даже в дупель пьяный человек способен хоть как-то себя контролировать. Вы же сделали это осознано. А вы не представляли себя на месте Фреда? М? Никогда не думали, что с вами сделают то же самое? —То же самое? Хах, а я всегда знал что ты из этих… Я приложил нож к его горлу и переспросил: —Из каких «из этих»? Вы за кого меня держите? За языком последите в последние минуты своей никчëмной жизни. —Да ты даже не служил, сучка. Я убрал нож и отвесил ему смачную затрещину. Он взвыл и вновь зарычал. —Я, кажется, сказал " следите за языком?» Служил я или не служил вас волновать не должно. Сейчас решается ваша судьба. Он клацнул зубами в мою сторону, за что вновь получил в морду. —Нууу… В-в-вот это уже получше. Ммм… Но вс-с-сë равно как-то слабо. Что, мало каши сегодня ел, хах? Вновь удар. Затем ещë. —Я вроде по-русски сказал «следите за своим гнилым языком»! —Ух ты, прямо как на допросах в КГБ! —Хорошо, я вижу вы меня полностью игнорируете. Довольно болтовни. Скажите, вам язык-то вообще нужен? Я приставил холодное лезвие к его губам. Он тут же замолчал. —Эй, ты не дури. Я же шучу. —А я нет. Если вы думаете что это шутка, то вы ошибаетесь. Глубоко ошибаетесь. Знаете, я был бы очень рад тому, что вы признали свою вину в содеянном и раскаялись. Но я понимаю, что ваша гнилая натура на такое не способна. Что-ж, хорошо. Вы почувствуете то же самое, что и Фред, но в тысячу раз больнее. И нет, я не собираюсь вас изнасиловать, вовсе нет. Сейчас вы всë поймëте. Не пытайтесь меня остановить. Поздно. Вы упустили свою птицу счастья. Сначала я опробую его—я указал на нож. Затем вы лишитесь поочерёдно: бровей, кусков задницы, и обоих сосков до самых рëбер. Затем кисти рук, стопы ног, потом ампутирую их. Они же не нужны вам, правда? А в завершении—гвоздь программы—корбата коломбиана! С этими словами я потянулся, вынул нож и сделал небольшой надрез на его логте. Медведь зашипел от боли и задëргался. Вскоре от логтя был отрезан небольшой фрагмент, который был тут же брошен в ржавую лужу под котлом. —Хорошо. Очень хорошо. А теперь по списку! Я с удовольствием отсëк ему обе брови. Тëплая кровь потекла по лицу медведя, попадала в нос и глаза. Он закашлялся и издал дикий рык. Чтобы помучать жертву подольше—ввëл кубик обезболивающего. В гараже нашëл. Думаю хватит. Вскоре он перестал дëргаться и замолк. На его лице возникла улыбка. Нехило его вставило! Но оно и к лучшему! Я перевернул его на живот и стал вырисовывать причудливые узоры на его ягодицах и гладкошëрстной с проседями спине. Вскоре они были похожи на хрен пойми что. Просто мясо. Эх, как же я его резал! От души прям. За Фреда, за себя и за всë. Помещение наполнили дикие крики и стоны. Казалось, медведь должен был сдохнуть от болевого шока но сильнодействующее обезболивающее не позволяло ему отключиться. Перевернул жертву на спину и сделал два глубоких разреза на груди, обнажая рëбра. Вытащил поистине огромный кусок. Даже два. Затем одним ударом отсëк палец. Кисти рук и стопы ног также были буквально отпилены моим клинком. И море. Море крови. Она везде: на стене, на моëм плаще, на моей морде. Про пол и говорить нечего. Жертва начала безудержно смеяться. Обезбол подействовал на всю катушку. Вся одежда медведя покраснела от обилия крови. Он был буквально весь красный. Он долго и безумно смеялся даже когда я разрезал податливую плоть на его предплечье и коленном суставе, разрубал кости и вырывал их вместе с мясом. Даже после этого медведь был в сознании и не прекращал смеяться. Выглядело довольно жутко. —Ну что, как оно? Я вижу вы во всю веселитесь, хахаха! Нам весело, правда? Что-же. Пора закончить этот цирк. Спасибо за внимание. Улыбнитесь в лицо своей смерти! Я приложил нож к его горлу, заглянул прямо в глаза, полные боли, и сделал очень глубокий вертикальный разрез. Жертва закашляла от обилия крови в дыхательных путях и вскоре с еле слышным хрипом обмякла замертво. На лице медведя всë ещё присутствовала улыбка. Счастливый человек… Я запустил руку прямо в образовавшуюся полость и вытащил оттуда язык, создавая подобие галстука. И в заключение я ещë чуть чуть порисовал острым лезвием на его лице разнообразные художества. Художник блин. Прям Пикассо! Я утащил тело в другую комнату, расположил у стены в позе трупа и поправил его «галстук». Сюда сто лет никто не ходит, поэтому не думаю что его найдут. Дикие животные учуят запах крови, придут сюда и с удовольствием потрапезничают. Выхожу на улицу. Ночь. Вновь тишина. Интересно как там Фред? Сажусь в машину и уезжаю обратно в город. Очень устал и хочу спать. Грузовик оставлю там же где взял. Закрою гараж. А ключи… Ключи возьму с собой, мало ли. Глупый, конечно, поступок но всë же… Спустя почти полтора часа езды я наконец добрался. Как и говорил: машину в гараж, гараж на ключ, а ключи с собой. Теперь со спокойной душой я отправился по полупустому ночному городу, пестрящему неоновыми огнями и светом фар от окон домов и машин к себе домой. И к Фреду… Я думаю следующим днëм всë и свершится. Я не могу больше ждать… Зайдя в квартиру, я снял верхнюю одежду, спрятал от Фреда ключ и документы и бросил в стирку, отмыл клинок и морду от крови. По квартире раздавалось чуть сбивчивое дыхание. Кажется, Фред заснул. На кухне я обнаружил недавно вымытую миску и кружку. Улыбаюсь и усмехаюсь. Поем, пожалуй, завтра. У меня был тяжëлый день. После некоторых процедур вхожу в спальню. Фред сладко сопит и ворочается во сне. Раздеваюсь и ложусь в кровать с ним рядом. Его лоб всë ещë горячий. Ч̶ëр̶т̶, о̶н̶ к̶а̶к̶ в̶с̶е̶г̶д̶а̶ п̶р̶е̶к̶р̶а̶с̶е̶н̶. Я̶ х̶о̶ч̶у̶ п̶р̶я̶м̶о̶ с̶е̶й̶ч̶а̶с̶ р̶а̶з̶б̶у̶д̶и̶т̶ь̶ е̶г̶о̶, о̶б̶н̶я̶т̶ь̶ и̶ п̶р̶и̶л̶а̶с̶к̶а̶т̶ь̶… Через мгновения я успешно засыпаю до утра.